Родственные души

      Холод. Он обволакивает всё моё тело. Отчётливо ощущаю, как немеют руки и ноги... Страх и безысходность. Вокруг меня толпятся люди: знакомые и чужие лица. Я кричу, надрывая голосовые связки, но меня будто бы не слышат. Совсем раздетая, босиком, я стою на заснеженном Манхэттене. Ледяной ветер пронизывает меня, озноб пробирается чуть ли не под кожу. Я не могу пошевелиться, я словно прикована к земле. Хочется плакать, кричать во всю глотку, до хрипоты. Но предательский комок в горле мешает, не давая мне сказать ни слова. Ноги начинают подкашиваться, и я падаю на асфальт, сдирая нежную кожу на коленках.       Пусто. Так чертовски пусто внутри меня и снаружи.       Как вдруг сильные руки сгребают меня в охапку, поднимая с холодной земли. Тепло. Умиротворение...       – Я рядом. Всё будет хорошо, малыш. Потерпи. – Шёпот знакомых губ обжигает.       Ник... Он берёт меня на руки и уносит подальше от этого театра лицемеров, зимней стужи и беспросветной лжи. Я крепко обнимаю его и утыкаюсь носом в шею, вдыхаю родной аромат. Драгоценный запах любимого человека въедается в мои лёгкие и дарит безмятежность и покой. Чувствую щекой, как его губы растягиваются в улыбке. Тянусь пальцами рук...       – Оливия! Оливия, проснись! – Женский шёпот заставил меня открыть глаза.       В панике оглядываюсь по сторонам, но кроме испуганной, сонной Эви и скомканной подо мной постели, ничего большего не наблюдаю. Господи, это был просто сон... Проклятье! Это просто какое-то наваждение. Ник преследовал меня даже во сне. Я нервно запустила свою ладонь в волосы, зарываясь в спутанные пряди. Пытаясь вернуть себя в реальность, я стала восстанавливать своё сбившееся дыхание. Как такое может быть? Я чувствовала его прикосновения, запах, ощущала его улыбку, и всё это было так реально, что сердце теперь болезненно сжималось от пустой действительности, с которой мне пришлось столкнуться. Я вновь перевела взгляд на свою гостью. Её шоколадные локоны, бережно заплетённые мною вчерашней ночью в косу, выбились из прически и торчали во все стороны, напоминая маленькую ёлочку. В тёплых карих глазах плескалось недоумение. В тех самых глазах, что так схожи с глазами её родного брата. Только у Ника они были более тёмного оттенка и, как правило, выражали осмысленность происходящего. Тяжело выдохнув, я приобняла девочку за плечи.       – Ты кричала, Лив. Просила о помощи и металась по кровати, словно у тебя сильный жар. Мне... мне стало страшно, но как тебе помочь, я не знала. Что тебе снилось? – мягко поинтересовалась Эвелин.       – Всё в порядке, солнышко. Просто кошмар.       – Знаешь, видимо, ты очень переживаешь из-за чего-то. Мой психолог говорит, что когда снятся кошмары, то это страхи и личные переживания вылезают из твоего подсознании и внедряются в сновидения.       – Эви, с каких пор у тебя есть свой психолог? Тебе лишь четырнадцать! – изумилась я.       – Ну... мама настояла на нём ещё два года назад. Решила, что, так как я подросток, мне необходимо решать свои "проблемы" именно со специалистом, дабы не натворить всяких глупостей.       – Бог ты мой! А просто почаще общаться с тобой разве не лучше?       Эви удивлённо вскинула брови и усмехнулась над моим вопросом. Чёрт, я даже узнаю, у кого она этому научилась.       – Ох, прости, Эвелин! Совсем забываю, что наши родители – грёбаные сливки общества, – спохватилась я и легонько стукнула себя по лбу.       Эви грустно улыбнулась мне в ответ и вновь откинулась на кровать.       И снова я замечаю нашей с ней сходство. Я была таким же потерянным и покинутым подростком, то и дело выглядывающим из своей комнаты на каждый стук двери. В те годы во мне было столько обиды и озлобленности: на весь мир, на людей, что устраивали эти деловые встречи, и, собственно, на мать, которая слишком часто оставляла меня на попечении нянь. Сейчас же, рассуждая куда более трезво и взросло, я совсем не виню её в недостатке внимания. Отец ушёл, оставив мать и нас сестрой практически ни с чем. Поэтому Айрин трудилась как могла, желая обеспечить нам с Валери достойное будущее.       Единственное, что различало нас с Эви, так это то, что я просто не успевала чувствовать себя одинокой. Рядом была сестра и, конечно же, Ник. Он всегда выручал и опекал меня, ограждал заботой и любовью. Внутри всё сжимается, когда я понимаю, что достойного брата из него не вышло. Я злилась на него, очень злилась. И почему-то я испытывала за него огромное чувство вины по отношению к младшей Беннет. Может, девочка так не считала, но мне казалось, будто бы я невольно украла у неё брата. У всех...       – И не усмехайся надо мной, а то ты становишься слишком похожа на своего непутёвого братца, – шутливо упрекнула её я и взъерошила её шоколадные кудряшки.       – Ладно-ладно, – засмеялась Эви.       – Так, поднимай свою задницу с кроватки и пошли завтракать. Возможно, удастся первыми пробраться на кухню до Ребекки. Будешь помогать готовить мне блинчики?       Девочка положительно закивала и бодро прошествовала за мной в ванную для утренних процедур. Она улыбалась и шутила, отчего мне становилось хоть чуточку, но легче. Когда же мы выходили из комнаты, я поймала себя на мысли, что рядом с Эви мне... уютно? Да, уютно. Видимо, это у них семейное.       Но не успели мы и дойти до кухни, как обе замерли, поражённые увиденным. На одном из диванов лежал спящий Ник. Моё сердце радостно встрепенулось, но затем снова заныло от его халатности по отношению к сестре. Я невольно залюбовалась такими совершенными чертами его лица. Но не успела я и сообразить, как в комнату забежала бодрая Ребекка. На ней уже красовался её любимый фартук, а руки были перепачканы в муке.       – Доброе утро, зайки. Как видите, тут у нас тело, – скривила губы Бека и кивнула в сторону дивана. – Нужно разбудить его, и как можно скорее! Иначе, когда я вернусь к своему кулинарному ток-шоу, то задохнусь от его перегара.       Эви весело засмеялась и, бросившись к брату, стала осторожно расталкивать его сонное тело. В комнате послышался протяжный стон. Тем временем я подошла к подруге и тихо прошептала ей:       – Как, чёрт возьми, он здесь оказался?       – Пришёл под утро, а точнее будет сказать, приполз. Весь на нервах, тарабанил в дверь и орал: "Где моя сестра?". Придурочный. Я спросонья вообще не поняла, что происходит и о чём он мне толкует. Потом Ник объяснил мне, а я, проверив ваш блаженный сон, не стала вас будить и отправила его сюда, – ответила Ребекка и, услышав из кухни шипение, тут же упорхнула туда. – Жду вас через минуту, у меня уже всё почти готово.       С дивана донёсся шорох, и наконец Ник поднялся. Он сразу же притянул девочку в свои объятия и стал закидывать Эви вопросами, внимательно изучая её при этом. Я не хотела мешать этой идиллии и решила уже было удалиться, как Ник поднял свой усталый взгляд на меня. Наши глаза встретились. И я так и застыла, не имея в себе сил даже шелохнуться.       – Бекс зовёт всех к столу, – еле выдавила из себя я.       – Нет, нам пора, – ответил Ник, не разрывая нашего зрительного контакта.       Направление его взора изменилось, и теперь пристальный, едкий взгляд струился по моей фигуре. Медленно и мучительно. Я невольно затаила дыхание. Когда же его наглые глаза остановились на моей груди, контур которой так отчётливо проглядывался сквозь тонкую ткань, щёки мои моментально окрасились в красный румянец. И тут я в ужасе поняла, что на ночь надела только огромную футболку и трусики. Его футболку. Дрожащими пальцами я неловко ухватилась за краешек футболки и оттянула её вниз. Глаза Ника потемнели.       Заметив напряжение между нами, Эвелин тут же подскочила с места и вылетела из гостиной. Мы не шелохнулись. Ещё с минуту Беннет продолжал изучать мои обнажённые ноги, а потом неторопливо зашагал ко мне. Соберись, Оливия! Не растекаться же перед ним лужицей только из-за того, что он так чертовски привлекателен. Остановившись возле меня на расстоянии вытянутой руки, парень наконец перестал пялиться и заглянул в мои глаза.       – Спасибо, – выдохнул он единственное слово. Но моему неуёмному сердцу этого было достаточно, чтобы забиться в ускоренном темпе.       – Эви мне дорога, Ник. Я бы не смогла поступить иначе.       Мне так хотелось отчитать его за то, что он упустил свою младшую сестру, за то, что нырнул с головой в свои проблемы и забил на малышку Эви. Нечестно и несправедливо. Я мысленно боролась сама с собой, чтобы не сорваться и не проучить его, язвительно не уколоть! Всё это застряло посреди моего горла комком недосказанности. Я видела измученное лицо Ника, и всё, что мне оставалось, так это проглотить этот злосчастный ком и заткнуться. Последний шанс, Беннет. Даю контрольный последний шанс искупить свои грехи перед сестрой.       Эвелин вернулась. Её улыбка спряталась в тени смятения, в котором она пребывала, смущённо оттягивая низ платья.       Да, наше с ней сходство невольно продолжало раскрываться.       – Я готова. Пойдем, Ники, – тихо сказала девочка в надежде, что останется незамеченной.       Ник лениво оторвал взгляд от меня и перевёл его на сестру. Его глаза постепенно расширялись, пока он разглядывал маленький и вульгарный кусок ткани.       – Это что? Платье? – прошипел парень и, быстро сняв с себя куртку, обмотал ею Эви. Хрупкое тело девочки тут же утонуло в ней. Она залилась румянцем ещё больше, когда Ник демонстративно застегнул замок на кожанке под самое горло. Я еле сдержала улыбку, когда Эвелин, напоминая мне маленького гнома, поплелась к выходу из квартиры. Я успела послать ей ободряющий кивок, прежде чем миниатюрный силуэт исчез с нашего поля зрения.       И вновь мы остались наедине. Внутри кипели противоречивые чувства, эмоции и страхи. Он выглядел таким уставшим, измотанным и провинившимся. До лёгкого покалывания в пальцах хотелось коснуться его, но я так боялась, что мои руки просто не послушаются меня. Как же я скучала...       "Уходи, скорее уходи, пока я не сорвалась!" – в мыслях кричала я ему.       Но Ник, конечно же, не обладал сверхспособностями, а мои глаза просили его лишь об одном – остаться. Приблизившись, парень наклонился ко мне и, убрав выбившуюся прядь моих волос за ушко, едва касаясь губами, нежно поцеловал в щёку. Я замерла.       – Я у тебя в долгу... - Его шёпот коснулся моего лица. Лёгкие сдавило от нехватки воздуха.       Он просто поцеловал меня в щёку, а я была бы не против наброситься на него прямо здесь и сейчас. Где же эта чёртова справедливость? Я нервно сглотнула и стала наблюдать, как Беннет выходит из квартиры. Дверь захлопнулась. Выдох... Я прислонилась спиной к стене и медленно начала сползать вниз.

***

      После завтрака с Ребеккой моё настроение заметно улучшилось. Рядом с ней я была "в безопасности". Подруга очень отвлекала меня от навязчивых мыслей о нём... Но как назло, спустя час она засобиралась на какую-то встречу.       – Лив, хватит загонять себя в угол! Попробуй на что-нибудь отвлечься. Может, что-то новое напишешь? Или, в конце концов, сходи прогуляться. Я вернусь только к вечеру.       – Тебе не обязательно опекать меня, Бекс. Я в полном порядке, - ответила я и как можно искренней улыбнулась.       Блондинка посмотрела на меня с лёгким укором и, покачав головой, вылетела из квартиры. А я, взяв ноутбук, побрела делать себе чай.       Писать новую книгу, как оказалось, не было никаких сил. Я отчаянно старалась подобрать нужные слова и идеи, но тем не менее понимала, что выдавить вдохновение из себя невозможно. В голове сидел один Ник... То, как на его лице, где уже проступала лёгкая щетина, появлялась едва заметная улыбка. Я ощущала до сих пор, как тёплые и мягкие губы задерживаются на моей щеке. Нет! Так продолжаться больше не может. Закусив губу от накрывающего меня с головой отчаяния, я схватила свой смартфон и, связавшись с Агнес, вышла из дома.       Погода на улице стояла чудесная. Солнце грело всё жарче, заставляя людей прятаться в тени и десятый раз за день покупать мороженое. Я надела лёгкое летнее платье, отчего с каждым дуновением ветерка хваталась за подол юбки. Да, сейчас я чувствовала себя куда уверенней, нежели раньше, но всё же слишком короткие платья или юбки вызывали у меня сомнения. Проходящие мимо парни то и дело заглядывались на мои стройные длинные ноги, отчего на моих губах играла смущённая улыбка. Увы и ах, всеобщее внимание к моей персоне было по-прежнему непривычным. Свои волосы я подняла наверх, завязав конский хвост, и нацепила солнцезащитные очки, дабы скрыться от палящего солнца и любопытных взглядов. Мои "волшебники" из салона красоты провели для меня отличные мастер-классы, и теперь я отлично применяла навыки по визажу. Сегодня я решила не усердствовать с красками, поэтому сделала всего пару штрихов румянами и накрасила губы блеском. После вчерашней ночной беготни ужасно болели ноги, посему свои сногсшибательные высокие шпильки пришлось отложить и надеть удобные сандалии в тон платью.       Назойливые мысли, спустя час моей прогулки, стали отступать. К этому времени я уже подходила к ресторану, где должна была пройти моя встреча с Агнес. Сделав свой заказ, я принялась разглядывать через окно прохожих. Нью-Йорк по-прежнему был оживлённым и шумным. Люди всё время спешили куда-то, боясь опоздать. Я любила его за это. Стоило побродить сквозь толпу по переулкам родного города, и всё вставало на свои места.       Внезапно я почувствовала лёгкое покалывание на своей спине. Я словно ощущала на себе чей-то обжигающий взгляд. "Кто бы это мог быть?" – задавало вопрос моё подсознание, но как бы банально это ни звучало, я уже знала ответ. Медленно развернувшись, я увидела знакомый силуэт. Только его я могла чувствовать и душой, и телом. Ник... Он только что вошёл в уютный ресторан, где, сидя у окна и попивая свой капучино, сидела я. Что за наваждение? Я верила в судьбу, но то, что происходило с нами, казалось чем-то нереальным. Будто бы сам Бог тыкал меня носом в своего "возлюбленного". Нет, такого не может быть. Нелепость. Увидев мой удивленный взгляд, он, естественно, направился ко мне. Внутри сразу же всё затрепетало, и я мысленно выругалась за то, что уже в который раз моё тело воспротивилось моему здравому смыслу.       – Снова здравствуй, малышка... – плавно протянул Ник.       Выглядел он гораздо лучше: синяки под глазами исчезли, а на губах снова появилась такая привычная для него усмешка. Всё во мне было накалено до предела.       – Ты меня преследуешь, чёрт побери? – взвинчено ответила я.       – Нет же, глупенькая. Просто зашёл перекусить вместе с...       – Со своей потаскушкой, – перебила его я.       Ник улыбнулся в ответ и наклонился над моим столом, всматриваясь в мои глаза... Я замерла.       – Ревность тебе к лицу. Ты такая... горячая, – прошептал мне Ник, находясь в нескольких сантиметрах от моего лица.       Я с трудом дышала. В горле пересохло, и я дрожащими пальцами вцепилась в кружку и отпила несколько глотков. С большим усилием я игнорировала его пристальный взгляд, который въедался в меня, залезал под кожу и выворачивал все мои чувства наизнанку.       В дверях ресторана показалась миниатюрная фигурка Эвелин, и тут я испытала дикую злость к самой себе. Подняв виноватый взгляд на Ника, я хотела было извиниться, но слова так и застыли на моём языке. Парень лишь игриво улыбнулся мне в ответ и засунул руки в карманы, ожидая сестру. Что за подонок? Мы обменялись с Эви лёгкими поцелуями в щёку, и они сразу заняли другой столик, подзывая официанта.       К счастью, следом зашла Агнесс и, увидев меня, помахала мне приветливо рукой.       – Прости, это всё пробки в центре Нью-Йорка. Ты чудесно выглядишь, Оливия! – услышала я звонкий голос Агнесс, которая восторженно разглядывала меня, усаживаясь напротив.       – О, спасибо! Ничего, я не успела заскучать. Как видишь, я встретила здесь... знакомых, – кивнула я в сторону столика Ника и Эвелин.       – Лив, а почему они не с нами? Ты бы могла сразу же предложить Николасу сопровождать тебя на публикации твоей книги.       – Агнесс... Зачем мне Ник? Честно говоря, я собиралась позвать Рэнделла Беркли или Филиппа Спаркса, – пробубнила я в ответ, ковыряясь вилкой в своём десерте.       – Но милая... Разве молодой Беннет не твой молодой человек? К тому же, он был бы выгодной партией! Насколько я знаю, вы светитесь во всех сплетнях Манхэттена, – удивлённо отозвалась брюнетка, вскинув свои тонкие бровки вверх.       – Агнесс, ты читаешь "Пересмешника"?       – Конечно. Я вынуждена это делать в связи с моей работой, дорогая! Но дело не в том...       – Скажи мне, – прервала её я. – Я заинтересовала ваше издательство только потому, что популярна среди золотой молодёжи? Скажи мне честно, Агнесс. Мне просто важно это знать... – голос мой слегка дрожал. Я не хотела быть общепризнанной только оттого, что интересна подобной публике.       Ник в это время просто поедал меня глазами, сосредоточенно наблюдая за мной из-за соседнего столика.       – Оливия, если бы ты была знакома с мистером Кроссом, то не задавала бы мне таких вопросов, поверь на слово. Кристофер Кросс, глава нашего издательства, никогда бы не взялся печатать произведение только потому, что автор книги – чей-то богатенький сынок или дочка. Он изучил твой сборник и считает тебя талантливой, а это дорогого стоит! Слышать от такого человека похвалу – равносильно тому, чтобы получить её от самых злобных критиков. Я работаю с ним не один год и знаю, что говорю. Что касается твоего сопровождения, это чистый пиар-ход. Если бы ты появилась с Ником, это вызвало всеобщий восторг и заинтересованность вашей парой, а соответственно и твоей книгой. Это лично мой подход к работе. Прости, если обидела тебя. Но моя задача – продвинуть твоё произведение в топ-листы продаж, – ответила Агнесс, виновато пожимая плечами.       – Извини меня. Просто мы с Ником... в общем, мы не очень ладим. Это долгая история, – неловко отозвалась я и снова поймала на себе заинтересованный взгляд родных глаз.       – Я хоть и журналист, но вторгаться в личную жизнь не стану. Не в моих правилах. Приходи на публикацию с кем захочешь, Лив. Рэнделл Беркли – вполне достойный парень. Прости ещё раз за мою бестактность, – улыбаясь, сказала Агнесс. Я послала ей ответную улыбку.       – Это пустяки. Я подумаю над сопровождением, а теперь... – Не успев договорить, я запнулась, услышав, как вибрирует смартфон. – Прошу меня простить, Агнесс.       "Мама" – высветилось на дисплее. Краем глаза я заметила, что Нику тоже позвонили. Пока я отвечала на звонок, он уже подзывал к себе официанта.       – Да, мам? Я тут на встрече с Агнесс, что-то срочное?       – Да! Прошу тебя, собери чемоданы, Оливия. Бери с собой тёплые вещи, милая. Мы вылетаем в Аспен сегодня вечером! – восторженно ответила Айрин.       – Мам, что-то случилось? К чему такая спешка? – не понимая происходящего, спросила её я.       – Нет, что ты! Ричард купил там особняк для нашей семьи. Он очень хочет, чтобы мы с Беннетами съездили туда на уикенд. Ох, Оливия! Там такие прекрасные пейзажи... Прости, что это случилось так спонтанно, но я сама узнала об этом только сейчас.       – Хорошо, я перезвоню тебе позже. – Ошеломлённая новостью, я закончила разговор.       Ник уже оплатил заказ и, поднимаясь из-за стола, встретился со мной взглядом. Мы понимающе смотрели друг на друга, зная, что предстоящей семейной поездки на горнолыжный курорт не избежать. Я застыла, представляя себе близость с Ником несколько дней.       Один дом. Три дня. И целая куча невысказанных слов. Я сойду с ума, если буду с ним в одном доме все двадцать четыре часа. Вести себя, будто мы всё те же старые друзья, а на самом деле сгорать от его игривых взглядов, обаятельных и многозначительных улыбок... Что ж, никто не знает, что нас ждёт там...       А тем временем Ник и Эвелин уже направлялись ко мне.