Я нарисую твой голос

POV Китнисс Услужливо открывший дверцу такси швейцар, кажется, желает мне приятного вечера, но я почти не слышу его слов. Замешкавшись на несколько мгновений, выхожу из машины, благодарно улыбаясь седовласому мужчине в ливрее. Оглядываю здание, к которому с обеих сторон примыкает цветущий сад - ресторан вдали от бурлящего жизнью города, почти на самой его окраине, но именно это мне и нравится в нём. Я как-то была здесь с Джоанной, Финником и его девушкой, потому мне прекрасно известна здешняя тихая, почти интимная обстановка, изысканная кухня и замечательное обслуживание. - Мисс Эвердин? Тихий голос вырывает меня из воспоминаний, и я, обернувшись, замечаю вышедшего мне навстречу темноволосого парня в форме официанта. - Рады приветствовать Вас в “Диаманте”, - произносит он, дождавшись моего кивка. – Мистер Мелларк уже здесь, прошу пройти за мной. “Диамант”, как и в прошлый раз встречает меня просторным залом с высокими окнами, из которых открывается прекрасный вид. Ухоженные клумбы составляют привлекающий взгляд необычный цветочный узор. Справа от нас раздается звонкий женский смех, а затем к нему присоединяется мягкий тенор, но не успеваю я перевести взгляд на источник шума, как обходительный официант увлекает меня вперед. Поднимаясь по лестнице, я кляну Джоанну, из-за которой я немного задержалась. Дающая в присущей лишь ей острой и ироничной манере последние наставления, она была абсолютно непреклонна: первым на свидание должен прибыть именно Пит, а не я. Я же не хотела заставлять его и себя ждать ни одной минуты. Темноволосый официант распахивает передо мной дверь, галантно пропуская вперед. Просторная комната с широкими окнами, величиной почти во всю стену, уставлена столиками, за некоторыми из них сидят люди, но мой взгляд привлекает только один человек. Наш стол у самого окна, Пит сидит боком, а в его руках – хрустальный, пузатый бокал. Несколько прозрачных капель стекают вниз по стеклу, я же замираю, чувствуя как дыхание перехватывает. Перед глазами вспыхивает воспоминание – Пит, с мокрыми от дождя волосами, а в ушах звучит его чуть хриплый голос, заботливо обращающийся ко мне. А в следующую секунду мое присутствие замечают: - Китнисс! Он поднимается, серый костюм-тройка в едва заметную клетку подчеркивает широкие плечи и сидит идеально, но мой взгляд мгновенно притягивает к себе галстук. Ткань насыщенно-синего цвета – в тон моего платья - и мне даже кажется, что совпадение это оттенок в оттенок. - Джоанна сказала только цвет, - немного смущенно улыбаясь, произносит Мелларк. – Не беспокойся, она оставила все мои дальнейшие вопросы о платье без ответа... И теперь я понимаю почему: его просто нельзя описать словами. Я вижу искреннее восхищение в небесно-голубых омутах, и этот взгляд говорит больше, чем тысячи комплементов. Теперь уже мой черед смущаться. - Мисс... Официант, о котором я и вовсе позабыла, делает шаг вперед, собираясь отодвинуть стул, но Пит его останавливает: - Благодарю, я сам. - Прости, я немного задержалась, - слова сами срываются с языка, когда я, улыбнувшись, сажусь за стол. Услышь меня Джоанна, она бы совершенно точно закатила глаза. - Не стоит извиняться, - тут же отвечает Пит, опускаясь напротив меня и кивая официанту. Несколько минут уходит на то, чтобы среди красивых, но, в большинстве случаев, довольно непонятных названий блюд найти что-то знакомое. Зарплата в приюте редко позволяет ходить в рестораны, тем более такие. Ещё несколько – на то, чтобы оставить заказ. И всё это время мне хочется лишь одного: остаться с ним наедине, расспросить Пита о поездке, наслаждаясь его чуть хрипловатым голосом и завораживающей улыбкой. Ведь, оказывается, за эти три дня, что он отсутствовал, я успела неимоверно соскучиться. - Как прошла вчерашняя репетиция? – словно прочитав мои мысли, начинает Пит, немного склонив голову и мягко улыбаясь. Он переплетает пальцы, неотрывно следя за мной взглядом. – Джоанна сказала, что ты задержалась тогда. - Совсем немного, - не могу сдержать улыбки, видя, как Пит хмурится, с наигранным осуждением глядя на меня. Он заботится, и мне тяжело вспомнить, чьё же ещё внимание было столь же приятно и важно. – Репетиция прошла замечательно. - Чудесно, - он кивает, опуская руки, и на какой-то миг мне кажется, что он протянет ладонь, чтобы коснуться моей руки. – Я всё ещё не могу забыть ваше выступление на концерте, - добавляет он, поправляя галстук. Мой взгляд останавливается на его изящных пальцах, я вспоминаю, как уверенно он держит в них кисть, оставляя мазки краски на холсте или же выводя резкие черты кусочком угля. Каковы же они, когда он касается, проводя подушечками пальцев по губам? Каковы, когда он проводит ими по коже, даря ласку и наслаждение? - Спасибо, - благодарно улыбаюсь я в ответ, надеясь, что пауза не была слишком заметной. – А как прошла твоя поездка? - О, встреча со спонсорами прошла весьма плодотворно, - произносит Пит, на миг отводя взгляд. – Арден встретил меня дождем и туманом, как и ожидалось. Появившийся словно из ниоткуда официант отвлекает нас от разговора на пару минут, когда же он, открыв блюда и разлив вино, исчезает, Мелларк неожиданно спрашивает: - Ты скучаешь по родному городу? Беру бокал, нерешительно делая несколько глотков. Я почти не чувствую вкуса, слишком увлеченная собственными мыслями. Стоит ли заводить этот разговор, тем более на первом свидании? Пит всегда избегал упоминаний Ардена и никогда не начинал говорить о нём сам. Вспоминаю увиденное мной изображение, которое практически кожей заставило почувствовать меня боль утраты и горечь отчаяния. Подняв глаза, возвращаю бокал на стол. И что-то во внимательном, ожидающем ответа взгляде Мелларка заставляет меня сказать правду: - Очень, но в то же время сомневаюсь, что решусь когда-нибудь наведаться туда. Пит удивленно смотрит на меня, и всего мгновение спустя в ярко-голубых глазах появляется тень понимания. - Мои родители погибли в авиакатастрофе. Самолёт рухнул в горах близ Ардена. С тех пор, как я приехала сюда почти три года назад, я ни разу не возвращалась домой. - Сожалею... Прости, мне не стоило начинать этот разговор, – я закрываю глаза, слыша хриплый голос Пита. В следующий миг я вздрагиваю, чувствуя как моей ладони бережно, почти невесомо касаются. И от этого прикосновения тепло разливается по всему телу, а сердце в трепетном ожидании пропускает удар. - Ничего, - перебиваю его, не позволяя вновь извиниться. – Ты не знал об этом. Тянусь к бокалу, делая ещё несколько глотков и сожалением замечаю, что Пит убирает руку, отводя взгляд. Он жалеет о том, что заговорил об Ардене, в его глазах снова боль, будто светло-голубые озера укрыло холодным, темным льдом. - Выходит, не я один бегу от прошлого, - произносит он. В голосе Пита звучит горечь, и я отставляю вино, встречаясь с ним взглядом. А затем протягиваю руку вперед, ободряюще касаясь кисти Пита и чуть сжимая её.

***

- Именно в тот момент ты поняла, что желаешь стать волонтером? Пит тепло улыбается, как умеет лишь он один: словно делится своим внутренним светом, совершенно не скупясь излучает его. Небольшое напряжение, появившееся после его фразы о прошлом, исчезло полностью, я же не заметила, когда разговор завёл нас в моё собственное прошлое. - Именно в тот, - киваю я, вспоминая о задержавшем тогда нас - студентов - кураторе и о входящей в просторный кабинет уже тогда седовласой Альме Койн. – И знаешь, я нисколько не жалею о том, что отказалась от должности в одном из частных колледжей Ардена. - Это достойно уважения, - произносит Пит, отрезая ещё один кусок душистого пирога и отправляя его мне на тарелку, несмотря на мой активный протест. - А как ты оказался здесь? – интересуюсь, ощущая, как фруктовый десерт буквально растворяется во рту. – Разве художнику не удобнее жить в более крупном городе, например, Капитолии? - Какая разница, где писать картины? – отвечает он, допивая вино. – А здесь я к тому же могу выполнять различные поручения от фонда. В какой-то миг мне кажется, что Пит немного подаётся вперёд. Или же, что куда вероятнее – это я склоняюсь, желая ощутить его губы на своих, желая прикоснуться и почувствовать ответные касания. Вино, всего несколько бокалов, но меня пьянит не оно. - Ещё? – я вздрагиваю от его вопроса, откидываясь на спинку стула и качая головой. - Ещё один кусочек и в это платье я никогда больше не влезу. Он поднимается, подхватывая со спинки стула свой пиджак, после чего оборачивается ко мне: - Что ж, тогда идём. Я хочу кое-что тебе показать, если позволишь.