Четыре Вечности. Часть вторая.

      Еще одна относительно спокойная неделя пролетела практически незаметно. Сэм изредка пропадал ненадолго, Энн с Касом утихомирились, а я слонялась по дому без дела, с мыслями о хоть какой-то работе. Бесконечное безделье нагнетало и без того нервную обстановку. Конверт, дневник и прочие вещи Дина я надежно упаковала и засунула в самый дальний шкаф, в самой маленькой комнатушке в конце коридора. Кое с чем я конечно не смогла распрощаться. Старая кожаная куртка Джона Винчестера заняла свое место на кресле у кровати, каждый раз напоминая о нашей с Дином первой встрече и вызывая бесконечное умиление. Я больше не носила рубашку Дина, но и не отпускала ее, ни на минуту одинокими ночами. Последней связующей ниточкой было его кольцо, покоящееся на цепочке у самого сердца. Мне показалось, что в отсутствие большинства его вещей, мне даже дышать стало легче. Но это только показалось.       Ближе к вечеру пятницы ничего не предвещало резких поворотов событий, поэтому все расслаблено наслаждались ужином, который выдался довольно неплохим. Даже напряженность Сэма сменилась на дружественное, семейное расположение духа. Они с Энн увлеченно обсуждали какую-то старую книгу, которую Миллер нашла в библиотеке, а мы с Касом просто радовались долгожданной тишине и спокойствию. Тут Энн, не выдержав долгой паузы, обратилась ко мне:       - Эй, мишка панда, как насчет партии в покер? Сэм не против, сыграем два на два! – игриво произнесла она.       - Во-первых: подслушивать неприлично! "Мишка панда" - это врачебная тайна! А во-вторых: ты хочешь, чтобы я опозорила тебя перед всеми?       - Ты? Меня? Боже упаси!       - Последний раз ты проиграла мне восемь раз кряду, - пошла в наступление я.       - Мне было одиннадцать, многое изменилось. Ну, давай же! Какие нынче несговорчивые медведи пошли! − Энни уже вовсю ёрзала на стуле в предвкушении.       - Ладно, ты сама напросилась! – ответила я, как вдруг гостиную потревожил внезапный порыв ветра и в пороге показался Гавриил с довольной физиономией, своей коронной улыбкой во весь рот и с толстым конвертом в руках. При виде свертка я почему-то встревожилась: в последнее время подобные вещи не приносят добрых вестей. Что-то мне подсказывало, что и на этот раз я не ошиблась.       − Привет, детки! Скучали?       Не сказать, что мы были не рады его видеть, но настолько эффектное и совершенно неожиданное появление выбило нас из колеи.       − Вижу, что скучали… − протянул Гейб, усаживаясь за стол напротив меня. − Выглядишь… ээм… по-другому… − он попытался подобрать слова помягче, чтобы описать мой вид.       − Не утруждайся, − я улыбнулась, − чего уж там, хреново я выгляжу. Это ни для кого не секрет.       − Эти бьют тебя? − Архангел обвел взглядом Энн, Каса и Сэма. − Или голодом морят? Слушай, я бы порекомендовал тебе подать на них в суд! Вот, это на случай, если понадобится хороший адвокат. Мы их в два счета сделаем, крошка! − Гейб протянул мне что-то вроде визитки. В углу карточки красовалась золотая буква G, а ровно посредине двигалась сверкающая бегущая строка с громкими рекламными слоганами адвокатской конторы «Папочка отсудит всё». На строчке «3,14здец какая честная контора», я уже не смогла сдержать смех.       − Это мы еще посмотрим, − отозвалась Энн. − Ты не забывай, с кем тебе придется потягаться. Один раз ты уже продул кругленькую сумму. Помни об этом всегда, − как бы, между прочим, заметила она.       − Эту твою аферу стоит еще расследовать. По-любому, без посторонней помощи не обошлось. И вообще, я по другому вопросу здесь. Вот, − он протянул мне конверт. − Как-то замотался я в последние дни и совсем забыл.       − Что это? − с опаской спросила я и осторожно вскрыла конверт. Ответа от Гейба не потребовалось. Я аккуратно вытащила содержимое и руки задрожали. Дыхание в груди связало тугим узлом; сердце, пропустив удар, рухнуло вниз, а уголки глаз предательски защипало. С большого глянцевого листа на меня смотрели изумрудные родные глаза. Живой взгляд и яркая улыбка, излучающая тонны счастья. − Спасибо, − сдавленно произнесла я, быстро встала и, крепко сжимая толстую стопку свадебных фотографий, на ватных ногах побрела вверх по лестнице.       − Твою мать, Гейб! Как же ты вовремя! − отдалялся голос Энн.       Я тихо закрыла за собой дверь спальни и тяжело опустилась на пол посреди комнаты. Фотографии в руках задрожали сильнее. Я захлебывалась беззвучными рыданиями, перекладывая каждый снимок. Воспоминания ожили и заплясали в жестоком, злобном танце. Узел в груди стягивало сильнее. Сквозь стену слез я всё смотрела в его глаза. Казалось, вот-вот и он заговорит со мной, войдет в комнату и завершит этот затянувшийся ночной кошмар. В дверь постучали и я кинулась открывать, но на пороге стояла всего лишь Энн.       Не сказав ни слова, она крепко обняла меня, а я зарыдала уже вслух. Каким-то чужим севшим голосом я повторяла только «Почему?!», пока дикий приступ тошноты не заставил меня замолчать. Я рванула в ванную.       Пока меня зверски выворачивало наизнанку, в комнате появились все, кто только мог, но я была не в силах сопротивляться.       − Вышли все! − прорычала Энн.       − О, ну пора бы уже, − как мне показалось, с улыбкой, промурлыкал Гавриил и удалился вслед за остальными.       Меня лихорадило уже по-крупному, когда Энн бегала вниз-вверх то за водой, то за дополнительными одеялами для меня. Вдруг я снова услышала звонкий голос. Где-то совсем рядом он снова что-то говорил, но я не могла разобрать.       − Сэм! − попыталась закричать я, но совсем осипла.       В висках больно пульсировало, комната расплывалась перед глазами, в ушах снова звенел жуткий смех, а Сэм всё никак не приходил. Я повторила попытку докричаться, но не услышала даже сама себя.       Через минуту в дверях возникла вся компания во главе с Гавриилом. Он многозначительно и неуместно улыбался, чем ужасно раздражал.       − Сэм, я опять их слышу, − прохрипела я. Кас удивленно уставился на меня, а Гейб хмыкнул и вальяжно раскинулся в кресле, ожидая внимания к собственной персоне, будто он один точно знал, что со мной происходит.       − «Их»? − переспросил Сэм.       − Голоса. И жуткий смех. Такое ощущение, что они живут у меня в голове.       − Ну, почти, − снова хихикнул Гавриил.       − Трикстер, мать твою! Ты или заткнись или уже скажи, если есть, что сказать по существу! − вскипел Сэм.       − Я схожу с ума? − с долей надежды спросила я. Только съехавшая крыша могла в полной мере все объяснить.       − Если бы… − протянул Гейб и снова обнажи все тридцать два в идиотской улыбке.       − Я вышибу тебе мозги прямо сейчас, если ты не расскажешь все без своих дебильных ухмылок и намеков, − Сэм достал пистолет.       − Тише, тише, детки. Гонца, принесшего хорошую весть, не убивают.       − Хорошую? Ты посмотри на нее! Что тут хорошего? − прыснула Энн. − Ты достал уже даже меня!       − Я, конечно, не доктор, но ты уже давно должна была все понять сама, − где-то у макушки Гейба щелкнул затвор. − Хорошо, хорошо. Не нужно так нервничать. Эти голоса… в общем, они не хотят тебе зла. Даже наоборот. Они появляются, когда тебе грозит опасность, ведь так?       Я нахмурилась, анализируя их предыдущие появления. Гейб оказался прав: голоса и смех я слышала только когда была в опасности. Впервые − на дороге из грузовика, а потом − каждый раз, когда чувствовала себя хуже, чем обычно.       − Да… − еле слышно ответила я.       − Так вот… я бы сосредоточился быстрее, если бы дуло "Кольта" не прожигало мне макушку, Сэмми, − вежливо продолжил Архангел. − Наверху все только об этом и говорят, и очень странно, что все вокруг уже знают, кроме вас четверых. У вас тут вакуум, что ли?       − Ближе к делу, − ледяным тоном произнес Кас. От слов «все наверху» он поморщился. Видно было, что он нервничает больше остальных. Видимо, он в очередной раз проклинал сейчас свою теперешнюю беспомощность. В случае, если Гавриил сейчас выдаст что-то угрожающее нашим жизням, Кас мало чем сможет помочь.       − В общем, приблизительно к апрелю, вам нужно будет оборудовать в вашей норе детскую комнату. Ходят слухи, что Винчестер-самый-младший предпочитает всё в нежно-зеленых тонах. Учтите это при выборе обоев. Но лично я поставил на то, что будет девочка.       Немая пауза чугунным молотом повисла над головами. Каждый переваривал услышанное, как мог: Кас присел на корточки у окна и уставился в одну точку; Энн сползла по стенке и впилась ошарашенным взглядом в Сэма, а тот, в свою очередь, буравил глазами Гейба.       Архангел, нагло улыбаясь, казался весьма довольным проделанной работой. Он, буквально, упивался шоком и растерянностью на наших лицах, а я совершенно отказывалась верить в происходящее.       − Что, прости? − я помотала головой, в надежде, что все вокруг исчезнет.       − Обожаю, когда люди туго соображают в таком состоянии, − Гейб от удовольствия всплеснул руками. − Я говорю − поздравляю, вы в ожидании потомства. А тебе ко дню рождения поспеет племянник. Ну разве это не чудо? − обратился он к Сэму и задумчиво добавил, − хотя я поставил кругленькую сумму… В общем, мне пора бежать, засиделся я у вас. Еще раз поздравляю, − он сильно хлопнул Сэма по плечу. − Кас, дружище, нам тебя там не хватает, - Кас сцепил зубы. − Миллер, − он энергично затрепал руку Энн, чем окончательно привел ее в чувства, и Миллер часто захлопала ресницами, вместо всех слов. − Ах да! Совсем забыл! − Гавриил повернулся теперь ко мне. − Дин просил передать, что очень любит тебя, безумно скучает и у него все хорошо. А еще он очень просил тебя перестать плакать − он рядом всегда. Всё, детки, до скорого! − с сильным порывом ветра Архангел испарился.       − Дин?! Стой! Гавриил, мать твою! Вернись немедленно, пернатый засранец, и объясни все!!! − завопила я. − Все это слышали или только я? у него есть связь с Дином? Сэм? − приступ паники накрыл меня с головой.       − Так, стоп. Дышать. Воды выпей. Спокойно. Мы все были в этой комнате и всё слышали, − Энни обрела дар речи.       − Всем нужно успокоиться и всё переварить, − холодно произнес Кас и вышел из комнаты. Энн, подумав секунду, поспешила за ним.       − Останься… − обессилено промямлила я, глядя на Сэма.       Он медленно опустился в кресло, где только что сидел Трикстер, и посмотрел мне в глаза:       − Племянник, значит? − Сэм нежно улыбнулся. − Поздравляю, сестренка. Думаю, тебе стоит сейчас немного отдохнуть, а завтра мы решим, что нам делать со всем этим. Можешь пока выбрать имя, а я буду здесь столько, сколько потребуется. О’кей?       − Да, спасибо, Сэм, − слезы снова задрожали в глазах. Не плакать! Нельзя! Я подняла взгляд в потолок. Дышать.       «Он очень просил перестать плакать», − застучало в груди. Вдох. Выдох. Еще один и слезы отступили. Мысли потихоньку прояснялись, и постепенно пришло осознание происходящего. Где-то здесь − под сердцем − теперь ютится новая жизнь, маленькая частичка Дина, которую теперь я буду оберегать любой ценой. Я сейчас очень надеялась, что Дин правда видит все, и где бы он ни был, он, так же как и я, счастлив сейчас.