Alaska

— Почему у тебя вообще все это есть? — простонал Луи, доставая одну из коробок из кладовки, после чего передал ее в руки Гарри, который расставлял их на полу. — Очевидно, это должно у меня быть. Это же рождественские украшения, — засмеялся Гарри, вытирая руки о джинсы, взял последнюю коробку из рук Луи и вышел из кладовки, а Луи продолжил бормотать ему вслед. — А трех коробок не многовато? — спросил он, наблюдая, как кудрявый начал складывать коробки на одеяло, лежащее на полу, взял за край, который был ближе к лестнице, и потащил все это за собой. — Не думаю. Хотя я ими не пользовался. Можешь взять другой край? — сказал Гарри и посмотрел на Луи, который взял противоположный край одеяла и поднял его, застонав от того, какой тяжелой оказалась вся конструкция. Гарри поднял одеяло со своего края и начал медленно спускаться по лестнице, не сводя глаз с коробок. — У нас даже нет рождественской елки, — сообщил Луи. — Это пока, — улыбнулся Гарри. Луи проворчал себе под нос и продолжил спускаться по лестнице, делая по одному шагу за раз, потому что боялся, что одеяло с коробками упадет ему на ноги или что-то в этом роде. Он ненавидел ударяться пальцами ног о мебель, так что перспектива уронить на них коробки была для него не слишком привлекательной. — Собираешься срубить одну в лесу? — спросил Луи, считая каждый свой шаг. — Полагаю, да, — Гарри пожал плечами, сказав Луи отпустить одеяло, когда они оба уже спустились с лестницы. Луи выпрямился и потянул руки, глядя вниз на Гарри, который начал открывать картонные коробки и копаться в них, бубня себе под нос. — Что ты обычно делаешь в Рождество? — поинтересовался Луи и опустился на колени рядом с одной из других коробок, не отводя глаз от Гарри. Он начал вытаскивать содержимое из коробок, и вскоре весь пол был усыпан блестками и пластиковыми свечами. — Ничего, — усмехнулся Гарри. — У меня не было никого, с кем можно было бы его провести. Луи нахмурился. — А когда ты был в Англии? До того как приехал сюда, — Гарри пожал плечами, отодвинув одну из коробок в сторону, и взял другую. Луи наблюдал за тем, как кудрявый открывал ее. — Ну, мы обычно ходили в гости к моей тете. Мы ужинали и смотрели рождественские мультики, после чего все открывали свои подарки. Мне обычно дарили какой-нибудь дерьмовый музыкальный альбом или деньги. Или носки и свитера, — объяснил Гарри, глядя на Луи и кладя свой локоть на колено. Он улыбнулся. — Как тот, который сейчас на тебе. Луи моргнул и опустил взгляд на серый с красным свитер, в который был одет, вспоминая, что впервые надел его, когда болел и лежал на диване. Он повернулся обратно к Гарри. — Этот? — спросил он. — Кто тебе его подарил? — Моя бабушка. Хотя сейчас ее уже нет. Она умерла до того, как я приехал на Аляску. — Оу, — пробормотал Луи, — мне жаль. — Не стоит, — улыбнулся Гарри. — Я едва знал ее. Луи вздохнул и сел на пол, продолжив копаться в коробке, которую поставил между ног. Он вытащил елочную игрушку, которая напомнила ему о футболе — шарик, сделанный из шестиугольных частей. — Это уже было здесь, когда ты сюда приехал? — спросил он. — Да, — ответил Гарри. — Здесь было все, кроме одежды и того, что сейчас лежит на книжных полках. Луи выдохнул. Он хотел бы, чтобы им с Элеанор так повезло, когда они искали квартиру. За много месяцев у них ничего не получилось найти, кроме одной, которая отчаянно нуждалась в ремонте. Он вздохнул и положил шарик обратно в коробку, проводя рукой по волосам. Он сам укоротил их пару дней назад, и это выглядело совершенно нелепо, но Гарри тоже так делал, так что Луи подумал, что они вполне могли бы выглядеть ужасно вместе. — Какой сегодня день? — пробормотал Луи, а Гарри посмотрел на него, и на секунду в комнате воцарилась тишина. — Девятнадцатое декабря, — сказал он. — А что? — Я поеду домой на Рождество? — спросил Луи. — Это было бы замечательно. Гарри наклонил голову, улыбнувшись, и довольно грустно приподнял брови, крепче вцепившись пальцами в края коробки. — Ты скучаешь по ним? — спросил Гарри, на что Луи кивнул, тихо скребя по коробке ногтями. — Да, — едва слышно прошептал он. Луи почти рассчитывал, что Гарри исполнит его просьбу, но он ожидал слишком многого. К его разочарованию, Гарри ничего не сказал, и Луи смотрел на лицо кудрявого, на котором играли оранжевые и желтые блики от камина. Луи прикусил губу. На самом деле, на многое он и не надеялся. Он не хотел разочаровываться. Луи смотрел на облачко пара, которое появилось, когда он выдохнул, и повторил это снова, когда оно исчезло в никуда. Снег доходил до лодыжек, и Луи вздрогнул, поднимая ноги и продолжая идти за Гарри. Он все еще чувствовал тревогу, находясь рядом с Гарри, когда тот был с оружием — в этот раз с топором, так что Луи предпочел идти сзади и смотреть кудрявому в затылок. По крайней мере, так было не слишком страшно. — Как насчет этой? — внезапно сказал Гарри. Луи проследил за взглядом кудрявого и приподнял брови, когда увидел небольшую сосну. — Разве она не слишком маленькая? — пробормотал Луи. — Она едва выше тебя. — Но зато выше тебя, — засмеялся Гарри, на что Луи хлопнул кудрявого по руке и пнул снег в его сторону. Он плотнее закутался в свою, то есть Гарри, куртку, оглядываясь по сторонам, и остановил взгляд на одной из сосен. — Что насчет этой? — сказал он, указывая на дерево, и Гарри посмотрел туда же. Кудрявый подошел, но Луи остался на своем месте, лишь прислонившись к дереву. Гарри, казалось, оценил его, и Луи выдохнул, когда кудрявый занес топор и начал рубить дерево. Брови Гарри были нахмурены. В последнее время это происходило довольно часто. Вскоре дерево упало на землю, и Гарри поднял его, отчего на него попадал снег и много этих зеленых штучек, которые росли на соснах. Когда Гарри выругался, подойдя к нему, Луи тихо засмеялся и взял верхушку дерева. Гарри улыбнулся, и оба начали идти, но вскоре Луи отпустил дерево, позволяя Гарри нести его в одиночку. Казалось, он довольно хорошо справлялся. — Тяжело? — спросил Луи, на что Гарри покачал головой и посмотрел на Луи, не останавливаясь. — Нет. Я сильный, — сказал он, и Луи был уверен, что Гарри ему подмигнул. Луи усмехнулся и закатил глаза, а его руки были плотно скрещены на груди. Гарри начинал все чаще и чаще флиртовать с ним, и сначала Луи это игнорировал, но Гарри останавливался только когда получал реакцию. — Уверен, так и есть, — прогудел Луи и поднял взгляд к бледно-серому небу, выдыхая в его сторону, из-за чего перед ним снова появилось маленькое облачко. — Это правда, — пропел Гарри. — Прекрати уже флиртовать со мной, — сказал Луи. — Тебе еще не достаточно? — Пока нет, — Гарри засмеялся и покачал головой, меняя хватку на дереве, из-за чего он на секунду остановился. Луи улыбнулся и тоже остановился, подождав, пока Гарри снова не начнет идти. Он вздохнул. Следующие несколько минут никто ничего не говорил. Они даже не считали это необходимым. Луи время от времени пинал снег, а Гарри продолжал нести дерево на плече. — А что ты обычно делаешь в Рождество? — спросил Гарри. — Ну, — Луи вздохнул, слегка пожимая плечами. — Моя мама и сестры приходят ко мне и Элеанор, или мы приходим к ним. Родители Элеанор живут в Бразилии, а Элеанор боится летать, так что мы никуда особо не выбираемся. Мы ужинаем и открываем подарки, вот и все. Ничего особенного, если честно. Он вздохнул, а Гарри посмотрел на него с улыбкой. Хотя Луи этого не увидел. — По крайней мере, я получаю подарки получше, чем ты, — добавил он. — Да? — засмеялся Гарри. — Что может быть лучше уродливых свитеров? — Ну, мне каждый год дарят кружки, — улыбнулся Луи, — с непристойными надписями на них. — И что за надписи? — спросил Гарри. — Вещи, связанные с Рождеством, но звучащие странно, — усмехнулся Луи. — Например: "В этом году у нас много белой дряни" (то есть кокаина, но на самом деле речь о снеге – прим. переводчика). Гарри фыркнул. — Умно. — Знаю, — на мгновение они оба рассмеялись, Луи засунул руки в карманы, потому что они немного замерзли. Он вздохнул. — Скоро мы будем дома? — пробормотал Луи. — Очень холодно. — Да, сейчас декабрь, Милый. Холодно, как правило, — Луи закатил глаза и обернулся, не сводя глаз с Гарри. Он не мог удержаться от улыбки. — Ты никогда не называл меня по имени, — заявил Луи, наклонив голову. Он приподнял брови. — Почему? — Потому что Милый подходит тебе больше, — поддразнил Гарри, и Луи пнул еще больше снега в его сторону, разворачиваясь обратно. Его шаги стали шире. — Я предпочитаю Луи, — прогудел он. — Я хочу, чтобы ты сделал это на Рождество. Чтобы ты назвал меня Луи. — Посмотрим, — улыбнулся Гарри. Луи лишь проворчал себе под нос. Под их ногами лежал мягкий белый снег, и Луи смотрел на следы, которые он оставлял на нем за собой, и на то, как коричневая трава робко выглядывала сквозь лед. Луи остановился лишь на секунду, чтобы посмотреть на это, и продолжил идти, когда сосна, которую нес Гарри, задела его волосы. Луи провел по ним рукой, чтобы стряхнуть грязь, и посмотрел на Гарри, который все еще не нашел самый удобный способ нести дерево. Луи подбежал к Гарри сбоку и немного сзади, разглядывая верхушки деревьев вокруг, и подумал о том, какими голыми они казались на фоне серого неба. Пальцами Луи ухватился за нижний край куртки, зубами почти нежно касаясь своей нижней губы. Он выдохнул, и перед ним снова появилось облачно пара. — У меня давно не было снежного Рождества, — тихо сказал он. — Правда? — спросил Гарри так же осторожно, как и Луи. — Почему? — Постоянно шел дождь, — ответил Луи. — Я почти забыл, как выглядит снег. Луи понял, что Гарри остановился, когда прекратился звук его шагов. Луи снова посмотрел на снег под ногами. Внезапно он стал очень ярким благодаря появившемуся из-за облака солнцу. — У меня это есть уже много лет, — выдохнул Гарри, и Луи медленно кивнул. — Думаю, я завидую, — пробормотал он и снова продолжил идти, держа руки глубоко в карманах. На мгновение он развернулся, проводя закругленную линию ногой, а затем снова двинулся вперед. — Нечему завидовать, — сказал Гарри. — Здесь просто очень холодно. Луи тихо засмеялся, качая головой. — Я не лепил снеговика, наверное, лет десять, — пожал плечами он. — Я не люблю ностальгировать, но… —… Было бы здорово сделать это, просто чтобы повеселиться, — улыбнулся Гарри. Луи обернулся и посмотрел на Гарри, который улыбался с ямочкой на щеке, от вида которой любой бы потерял сознание. Луи сам слегка улыбнулся. — Именно, — подтвердил он. Гарри издал хриплый смешок и пожал плечами, глядя на их дом, уже видневшийся на расстоянии. — Я тоже не делал этого довольно долгое время, — признался он. — Одному не так весело. — Полагаю, нет, — усмехнулся Луи. Гарри повернулся к нему, когда он снова посмотрел на снег, и так как улыбка довольно очевидно грозилась выдать себя, зеленоглазый парень решил отвернуться. Гарри много раз улыбался Луи, но в этот момент не хотел, чтобы он видел это. Луи вздохнул, когда поднялся на крыльцо, открыл дверь, и, зайдя в дом, снял ботинки. Также он стянул куртку и плюхнулся на простыни Гарри, когда подошел к дивану. С августа его одеяло и простыни стали толще, и Луи помнил, как Гарри с руганью копался в кладовой, пытаясь найти одеяла для себя и Луи. Это занято у него почти час, а Луи просто сидел на кровати и посмеивался. Луи поднял взгляд на Гарри, когда тот втащил дерево в дом и перешагнул через все украшения, ища ту штуку, в которую вставляют рождественскую елку. Луи никак не мог запомнить, как эта штука называлась. — Куда ты хочешь ее поставить? — спросил Гарри. — Подходящих мест, конечно, не очень много, но… — Вон там, — сказал Луи и указал вправо, на угол рядом с книжными полками. Это место выглядело подходящим. Гарри кивнул, подняв дерево, пронес его мимо Луи, вскоре поставил его на пол и распрямился. Он тихо застонал, отчего Луи нахмурился и повернулся на диване. Должно быть, у Гарри болела спина. Он почти четыре месяца спал на диване, только чтобы Луи мог спать на кровати. Должно быть, его спина болела действительно сильно. — Может, нарядим ее завтра? — предложил Гарри. — Почему не сейчас? — спросил Луи. — Твоя спина болит слишком сильно? — Ты заметил, — Гарри усмехнулся, пожал плечами, а затем кивнул. — Болит. Но все в порядке, к Рождеству все пройдет. Луи снова нахмурился. — Это потому, что ты спишь не на кровати? — Ну, я привык спать на ней. Но теперь моя кровать – это диван, так что даже не думай… — Вернись на кровать, — прямо, почти грозно, сказал Луи. — Ты причиняешь себе боль. — Малыш, я причиняю себе боль намного худшими способами, чем сон на диване, — улыбнулся Гарри. — Я могу с этим справиться. Не волнуйся. Луи скрестил руки на груди и буквально зарычал. — Но ты не можешь наряжать елку, — пробормотал он. Гарри рассмеялся. — Тогда почему бы тебе этим не заняться, а я понаблюдаю? — сказал он. — Все в порядке. Тем более, я едва ли знаю, как это делать. — Это невесело. — Милый, пожалуйста. Луи проворчал себе под нос и закатил глаза, проводя рукой по своим неровно обрезанным волосам. Раньше он никогда не делал это самостоятельно. Не то чтобы он не мог — это же всего лишь дерево, но рядом с ним обычно топали, как минимум, две пары детских ног и одна взрослых. Лотти и Дейзи всегда проявляли большой энтузиазм, когда пора было наряжать елку, и делать это без них казалось чем-то неправильным. — Ладно, — тихо сказал Луи, соскользнув с дивана, после чего обошел его и взял в руки одну из коробок. — Но я делаю это только для того, чтобы покончить с этим. — Конечно, — Гарри улыбнулся и сел туда, где до этого сидел Луи. Скрестив руки на груди, он наблюдал за тем, как Луи открывал коробку и доставал из нее различные украшения, покрытые блестками и мишурой. Луи пришлось напевать себе под нос рождественскую песенку, когда он понял, что у Гарри нет CD-плеера и даже айпода. Он начал накручивать вокруг дерева красную и золотистую мишуру, закреплять на ветках небольшие пластиковые свечки, а когда нашел коробку маленьких золотистых колокольчиков, решил добавить и их. Гарри улыбался, его руки все так же были скрещены на груди, а голова откинута на спинку дивана. Он наблюдал за Луи, замечая, как на его лице появлялись морщинки, когда он хмурился, и как он держал губу между зубами. Возможно, Гарри немного завидовал тому, что Элеанор могла видеть это каждый день, а он не мог. — Готово, — сказал Луи где-то через полтора часа, вытирая руки о бедра от несуществующей пыли. — Но я не могу дотянуться до верхушки. — Что должно быть на верхушке? — поинтересовался Гарри и, встав, направился к нему. Кудрявый улыбнулся, когда Луи вздохнул и посмотрел вверх, на самую верхнюю ветвь, которая выглядела пустой. — Звезда, — ответил он и скрестил руки, прислонившись к стоящей рядом книжной полке. — Возможно, ты мог бы заняться этим, так ты сделаешь хотя бы что-то. — Хочешь, чтобы я это сделал? — засмеялся Гарри. — Сам не можешь? — Я только что сказал, — ответил Луи. — И нет, я слишком низкий. — Может, я подниму тебя? — предложил Гарри. — У тебя болит спина, — сообщил Луи. — И что? — Я ее сломаю. Гарри засмеялся и покачал головой. — Я в порядке, Милый. Мне не восемьдесят лет. Я на сто процентов уверен, что смогу поднять тебя на пару секунд. — А что, если я не хочу? — сказал Луи, поднимая на него взгляд с приподнятыми бровями. — Не думал об этом? — Нет, это не приходило мне в голову, — сказал Гарри и наклонился, начав копаться в полупустой коробке, пока не нашел звезду, после чего отдал ее Луи, который принял ее с небольшим колебанием. Затем он снова посмотрел на Гарри. — Ты меня уронишь, — прошептал он. — Не уроню. И себе я тоже не наврежу, обещаю. Луи сглотнул, перед тем как повернуться, и сделал глубокий вдох, ожидая, когда Гарри его поднимет. Он взвизгнул, когда Гарри положил руки на его ребра, и попытался увернуться, качая головой. — А, точно, — засмеялся Гарри. — Ты боишься щекотки. — Заткнись, — пробормотал Луи и развернулся. Гарри снова положил свои бледные и очень большие руки на его тело, в этот раз на талию, Луи слегка оттолкнулся, и кудрявый поднял его. Но вскоре Луи покачал головой и был снова опущен на пол, после чего взял руки Гарри в свои, секунду или две держа их в воздухе. Луи положил их на свои бока и почувствовал, что даже Гарри напрягся, когда он это сделал, и руки кудрявого стали чуть крепче держать тело Луи. Луи даже слегка покраснел, глядя вниз на пальцы Гарри, от которых свитер Луи слегка задрался, и на его ткани появились складки. Луи сглотнул, когда увидел собственную талию. Он перевел взгляд обратно на звезду, убирая свои руки от рук Гарри. Если бы это было месяц или два назад, то этого бы не произошло. Гарри бы даже не приблизился к нему, а Луи, возможно, обматерил бы его или даже ударил. Снова. Луи слегка нахмурился от всплывших в голове воспоминаний. Он не сказал бы, что слишком переборщил в тот раз, но ударить Гарри четыре или даже пять раз было немного чересчур. Ему повезло, что Гарри не ударил его в ответ. Луи вздохнул, посмотрев на свое запястье, на котором остались крошечные шрамы от ногтей, и подумал о том, насколько легко заработать себе шрамы. Он посмотрел вниз на ноги Гарри, затем на свои, и сглотнул. — Только один раз, Гарри, — тихо сказал он, и хватка рук кудрявого слегка ослабла. Луи завозился со свои свитером, прикрывая голую полоску кожи. — Хорошо? Гарри выдохнул, и от его дыхания волосы Луи слегка зашевелились. Он кивнул, даже если Луи не знал об этом, и улыбнулся — он делал это так часто в последние несколько месяцев, что его удивляло, как его лицо еще не осталось таким навсегда. — Хорошо, — прошептал он в ответ. — Только один раз.