Глава 3. Rampage.
29 апреля 2014 г., 14:07
…Свет. Два луча слепящего белого света падали с неба, пригвождая к месту. Нарастающий рев наполнял воздух и откуда-то из темноты вынырнули две летающие винтокрылые машины. В сиянии прожекторов они скользнули над самой землей и устремились прямо на Ксэриса и Ксэрах. Высовывавшиеся из окон вертолетов мягкотелые готовили свое оружие, которое не только издавало оглушающий шум, но и убивало на расстоянии.
Брат и сестра развернулись и бросились бежать в сторону ближайшего укрытия. Краем глаза Ксэрис увидел, как вертолеты пронеслись по тому месту, где они были секунды назад. Он и Ксэрах неслись по кукурузному полю, проламываясь сквозь заросли высоких стеблей, служивших им неплохим укрытием. Для увеличения скорости и большей безопасности оба передвигались на четырех лапах и прижавшись к самой земле. «Метелки» хлестали по жесткой броне их экзоскелетов, а над головами у кружили вертолеты, прорезая поле лучами прожекторов.
Ксэрис и Ксэрах метались из стороны в сторону, чудом ухитряясь не попадать под лучи. Их гнал вперед страх перед тем, что оставалось позади. Перед ослепительным светом и ярко-белыми стенами лаборатории. Перед жесткими оковами, стискивавшие тело, немеющее в неудобном положении. Перед сверкающими металлом инструментами для пыток и тонкими иглами, вонзавшимися в самые нежные, не защищенные хитином места.
Страх перед возвращением в это ужасное место гнал их вперед – в ночь, навстречу темноте. Свет был их врагом. Он, ослеплял, мешал прятаться, жег привычные к подземному сумраку глаза. Но тьма была их союзницей. Она обволакивала, укутывала, укрывала от взгляда врагов. Тьма делала их сильными, и они рвались ей навстречу.
Лопасти пропеллеров кромсали воздух и производили такой шум, что сердце заходилось в приступе паники. Кукурузные стебли гнулись под напором ветра их винтов, словно под смерчем, открывая все, что могло прятаться среди них. Задыхаясь от пыли, забивавшей пасть и ноздри, Ксэрис нырнул под прикрытие другого ряда стеблей, уворачиваясь от светового луча. Луч скользнул поверху, и чужак остался незамеченным. Но ненадолго. Он и сам это хорошо понимал. Прокашлявшись Ксэрис замер на месте, настороженно оглядываясь в поисках Ксэрах.
Она исчезла! Его сестра, единственная, кому удалось вырваться из той ужасной белой темницы вместе с ним, пропала! В отчаянии забыв об опасности, Ксэрис бросился назад в ряды кукурузы и принялся шарить по бесконечному морю стеблей. Дотянуться до сестры по мысленной связи не удавалось. Ее разум был охвачен страхом. Единственное, что он сумел определить – она находилась где-то недалеко впереди и немного правее.
Ксэрис ринулся через поле и чуть не столкнулся с вертолетом, парившим в воздухе прямо перед ним. Оскалившись, чужак метнулся в сторону. Вовремя, надо сказать. Землю в том месте, где он только что стоял, вспахала пулеметная очередь. Мягкотелые явно вознамерились прикончить их, во что бы то ни стало. Кажется, второй вертолет присоединился к первому. Еще одна очередь прогрохотало в опасной близости от него.
Уклонившись Ксэрис снова бежал, продолжая звать сестру, а вертолет какое-то время повисел на одном месте, словно присматриваясь, потом качнулся и с ужасающей неотвратимостью понесся вниз, на него. Ксэрис припустил еще сильнее, продираясь сквозь кукурузные стебли, пригибаясь под пулеметным огнем, косившим все на своем пути. Внезапно заросли поредели и он выскочил на открытое, выжженное пространство и увидел…
…слепящий свет фонарика бил ему прямо в глаза и Ксэрис, зашипев, метнулся в ближайшую тень. Шокированный его внезапным маневром полицейский пошарил световым лучом в темноте, но тщетно. Чужак уже давно перепрыгнул на стену и вскарабкался по ней. Он двигался по спирали, таился, используя любое попадавшееся на пути укрытие, которых было не так уж и много. Весь город двуногих состоял из прямых углов и непривычно-ровных плоскостей. И все же ему удалось незамеченным добраться до густой тени, залегавшей на потолке.
Устроившись там, Ксэрис инстинктивно сжался в комок, окутывая свое тело хвостом. Его била крупная дрожь, в расстроенном воображении то и дело проскальзывали видения прошлого. Лицо подергивалось под влиянием далеких, отрывочных воспоминаний. Под кожей со щелкающими звуками перестраивались хрящи и кости…
…изувеченное тело Ксэрах. Пулеметная очередь превратила ее в решето. На шкуре не осталось ни одного живого места. Жесткий, хитиновый экзоскелет был расколот, и из развороченной пулями плоти прямо на землю вытекала кислота, слабо светившаяся в полумраке салатным светом. Ксэрис замер, не зная, что делать дальше. Его сестра была мертва. Он лишился последнего родного существа. Он остался один в огромном мире двуногих.
Не желая верить в это, он склонился над телом Ксэрах, потыкавшись мордой о ее бок. Вставай. Говорил безмолвный, исполненный бесконечного горя жест. Вставай. Я не хочу быть один. Поднимайся. Он надавил так сильно, что безвольно тело чужой перевернулось, и он увидел, что у нее снесено пол черепа, а из страшной раны, зияющей в изящной костяной короне, покрывавшей ее голову, вытекает мозг, разъедающий землю под ними.
«Ксэрах…» – его лицевые жвала дернулись, издав шипение и щелканье. Беспросветное отчаяние затопило сознание чужака. Это был конец. Конец всему. На мгновение он даже подумал выпрямиться и выйти под пули, чтобы покончить с этим затянувшимся кошмаром, но не сделал этого. Отчаяние медленно уступало место ненависти, волнами поднимавшейся откуда-то из груди. Безудержная ярость затопила сознание чужака.
Ксэрис развернулся в сторону вертолета, вытянувшись во весь свой не малый рост. Его позвонковый хвост бешено колотил по земле, с корнем вырывая кукурузные стебли и вспахивая глубокие борозды в рыхлой почве. Широкая грудь, охваченная жесткими костяными ребрами, раздувалась, лицевая жвала широко раскрылись и из глотки вырвался протяжный, скрежещущий крик, исполненный ярости и обещания ответных страданий.
«Я больше никогда не стану жертвой! На меня больше никто не будет охотиться!» – Ксэрис, бросился навстречу вертолету. – «Я уничтожу вас всех и создам свой собственный вид! Слышите меня, мягкотелые?! Я уничтожу вас всех!!!» Пулеметная очередь косила стебли вокруг, но чужак почти не обращал на это внимания.
Перед его глазами стоял образ Ксэрах, лежащей на развороченной пулеметным огнем земле. Его разум был охвачен ненавистью. Наверное, впервые в жизни. Раньше он убивал двуногих потому, что они были ч-у-ж-и-м-и. Они не принадлежали к его виду, не были частью Улья. Но в эту ночь он впервые з-а-х-о-т-е-л прикончить людей, убивших его сестру. Захотел рвать их мягкие тела когтями и зубами, вгрызаться в пульсирующую от боли мякоть, вырывая кровоточащие куски мяса. Захотел вслушиваться в крики агонии и треск терзаемой плоти.
Собственная жизнь уже не казалась Ксэрису чем-то важным и значим. Он просто хотел отомстить, хотел заставить этих двуногих страдать. Основной инстинкт, заложенный природой в сознание каждой особи его вида и нацеленный на выживание и борьбу за жизненной пространство, вопил в его голове. Побуждал спасаться бегством.
Но Ксэрис не обращал на него внимания. Разогнувшись чужак подпрыгнул на дюжину метров и, перемахнув расстояние, отделявшее его от вертолета, пробил лобовое стекло кабины. Боли от удара он не почувствовал. В тот момент он вообще ничего не чувствовал, кроме затопившей сознание ярости. Изумленный пилот попытался выровнять машину, накренившуюся под весом чужака, но не успел. Острые когти разорвали его грудную клетку до самого позвоночника. Фонтаны крови выплеснулись наружу, покрывая Ксэриса с ног до головы.
Потерявший управление вертолет устремился вниз вращаясь вокруг своей оси. Чужак едва успел выбраться из покореженной машины и отпрыгнуть на безопасное расстояние, вновь оказавшись среди кукурузных стеблей.
В следующую секунду за его спиной, на месте крушения вертолета вспух огромный огненный шар. Взрывная волна прибила стебли и догнала его, ударив в спину и заставив распластаться на земле. Оглушенный и слегка дезориентированный Ксэрис поднялся на четвереньки и пополз, уходя из-под луча второго вертолета…
…Выбравшись из ночного клуба через окно на чердаке чужак спустился по стене, оказавшись в темной подворотне, пропахшей гнилью и тухлым пивом, которое сливали сюда после смены. Несколько секунд Ксэрис стоял, привалившись к кирпичной стене на заднем дворе ночного клуба. Его дыхание было частым и неровным. Страх и частичная трансформация искажали его лицо до неузнаваемости, но чужак почти не замечал этого. Лишь судорожно размахивал когтистыми, суставчатыми лапами, силясь отогнать видения прошлого...
…в этот раз пулеметная очередь прошла совсем близко от его головы. Второй вертолет, каким-то образом сумевший выровняться после ударной волны настигал его. Благодаря пожару, разгоравшемуся на месте падения первой машины, на поле было светло как днем и Ксэрис представлял собой отличную мишень. И он прекрасно понимал это. А потому, собравшись с силами, пополз в сторону леса, расположенного у подножья горного хребта, темневшего на фоне горного хребта. Кукурузное поле заканчивалось. Впереди было спасение.
И пусть ему было до дрожи противно убегать, чужак готов был пойти на это маленькое отступление. Выжить сегодня, чтобы нанести удар завтра. Сосредоточившись на этой мысли Ксэрис сделал последнее усилие. Вертолет ревел за его спиной и стлались под ветром кукурузные стебли. Добежав до края поля он ринулся в ночь...
...Утратив остатки бдительности Чужак слишком поздно услышал осторожные шаги у себя за спиной и не успел вовремя спрятатьсяя. Двое полицейских, очевидно оставленных в оцеплении, заметили забившуюся в грязный угол фигуру и осветили фонариками. Это была ошибка. Яркий свет спровоцировал новую волну воспоминаний, отозвавшуюся вспышкой дикой ярости. Драгоценная крупица рассудка разбилась вдребезги. Ксэрис распахнул пасть и зарычал...
