Into the Darkness

Медленно день клонится к закату. В открытое окно все меньше и меньше проникает свет. По каюте пробегает приятный полумрак. Он надежно укрывает их своим покрывалом и когда в каюту довольно бесцеремонно входит мистер Сми, он не видит, что его капитан не один. - Капитан,- негромко зовет он,- вы будете ужинать? - Мистер Сми, вы разучились стучать, прежде чем входить?- шипит на него капитан. Но в его голосе нет злости. Что-то изменилось. И даже мистер Сми не может этого не заметить. И он замечает, что на кровати капитан лежит не один. - Извините!- поспешно говорит он и пятится прочь из комнаты, плотно притворяя дверь. Киллиан аккуратно высвобождает руку из-под головы Эммы и встает на ноги. С трудом находит свои брюки. Они где-то в другом конце каюты и надевает их. Поднимает с полу крюк и возвращает на место и его. Он смотрит в окно и в слабом свете сумерек видит море… По его лицу снова катятся слезы. Он не думал, что когда-нибудь снова увидит, как серебристые волны разрезают темную гладь воды и бьются о его корабль… Эмма просыпается и, закутавшись в простыню, встает рядом с ним. Она целует его в плечо и прислоняет к нему голову. Она тоже смотрит на волнующееся море за кормой корабля. И по ее лицу тоже скользят слезы, потому что она понимает, что Киллиан этого моря никогда не увидит. Он поворачивает к ней голову и в блеклом свете уходящего солнца, что играет на ее щеках, видит слезы. Его лицо отвернуто от окна и Эмма не видит того, что взгляд его глаз не пустой, не видит и слез на его щеках, и улыбается, чтобы голос ее не прозвучал грустно: - Дэвид тебя убьет, когда узнает. - Он обещал меня убить, только если я сделаю тебе больно. Тебе больно? - Жаль, он не обещал убить меня в этом случае - иначе бы я не ушла. - Иначе ты бы не вернулась. И ты не ответила, тебе больно? - Мне больно от того, что я не успела использовать магию, чтобы вернуть тебе зрение. Больно, что позволила панике захлестнуть меня и вызвать врача из Бостона. Больно, потому что я сделала больно тебе. И я никогда не смогу себе этого простить… Но ты тут не при чем и Дэвид… - Эмма,- мягко перебивает ее Киллиан,- почему ты всегда говоришь не о том? Ты только что подарила мне лучшие мгновения моей жизни. Ты только что вернула меня к жизни. И все, что ты можешь сказать – это слова сожаления о том, что было до этого?.. но ведь не важно, что было «до», как и не важно, что будет «после»… Есть только настоящее… - Ты прав,- Эмма улыбается и быстрым движением руки стирает со своего лица слезы. Она поднимает с полу рубашку и смотрит на нее, а потом смеется,- я еще не заплатила денег в магазин, но уже оторвала с новой рубашки все пуговицы. Киллиан поднимает с полу свою рубашку. На ней почему-то пуговицы остались. Он вспоминает, что он расстегнул ее перед тем, как ударить себя в грудь крюком. Он подходит к девушке и правой рукой убирает ее руку, которой она поддерживает простынь на груди и та падает на пол. А он аккуратно надевает на нее свою рубашку и застегивает пуговицы. Шокированная происходящим, Эмма не сопротивляется. Она смотрит на него, не мигая. Она не понимает, что происходит. И только когда он ловит ее руку и подносит к своим губам и нежно целует, по ее коже пробегают мурашки. Она тяжело дышит, и у нее нет сил, чтобы спросить это вслух. Он улыбается и прижимает ее руку к своей груди. - Ты вернула мне зрение, Свон. Я уж не знаю, как ты смогла это сделать,- и он подмигивает ей. И слезы быстро скользят по ее щекам. И он притягивает ее к себе и нежно покрывает ее лицо поцелуями, так нежно и так тщательно, словно боится пропустить хоть сантиметр. Словно если пропустит сейчас, то потом она исчезнет… испарится, как видение, которого никогда здесь, рядом с ним не было. И он отстраняется и смотрит, как пылают ее щеки, и как судорожно поднимается и опускается ее грудь от сбившегося дыхания. Она улыбается, бесконечно счастливая. Они слышат громкие шаги в коридоре и переглядываются. Шаги сменяются криком: - С дороги, мистер Сми! И дверь резко открывается. Судя по всему, Дэвид ударил по ней ногой. В его руках масляная лампа. Она отбрасывает по всей комнате косые лучи не очень яркого света. Но даже в нем видно, что Эмма стоит рядом с Киллианом, одетая в одну лишь его рубашку. Сам же Киллиан и вовсе без рубашки. Видит Дэвид и простынь, что лежит у ног Эммы. - Как ты мог!- резко взрывается он. - Никогда не думала, что мне придется это говорить,- едва сдерживая смех, говорит Эмма,- но я уже взрослая, папа! - Ты принцесса, Эмма! А принцессы не…- Дэвид даже краснеет,- сначала свадьба! Я надеялся на твою благоразумность. И не поверил вашему Сми… И… но свадьба! Свадьба ведь будет?- сокрушенно добавляет он, опустив голову и старательно отводя взгляд от этих двоих. - Как капитан корабля, на котором мы находимся, я объявляю мисс Эмму Свон и мистера Киллиана Джонса законными мужем и женой,- громко говорит Киллиан,- такая свадьба тебя устроит, приятель? Дэвид хватается свободной рукой за голову и громко стонет. Его отцовское сердце не может этого сразу вынести. Эмма смеется. - Ах да, последнее, муж вы можете поцеловать жену!- добавляет она. Дэвид с шумом выдыхая воздух, оставляет лампу на полу и быстро удаляется. Киллиан приподнимает Эмму за подбородок и целует ее губы. - Мы доведем его до инфаркта,- улыбается он. - Я не представляю, что будет с Мэри Маргарет,- согласно кивает Эмма и, подняв с полу джинсы, натягивает их на себя,- он, должно быть, ждет нас на палубе. - Чтобы дать нам свое отцовское благословение? - Киллиан, как ты вообще мог объявить нас мужем и женой, не спросив моего согласия?- серьезно восклицает Эмма. - На самом деле, такие клятвы действуют только пока мы не сойдем на берег… на берегу нас должен будет обвенчать священник. - В самом деле? - Да. - Как жаль. Мне понравилось быть миссис Джонс. - Ты можешь никогда не покидать этот корабль,- заговорщицки понизив голос, говорит Киллиан,- если… - Я люблю тебя, Киллиан Джонс. Но я не могу оставить моих родителей без свадьбы их принцессы. Поэтому если ты намерен на мне жениться, мы сделаем это правильно! - Мы уже не сделали это правильно, милая. - Ты хочешь сказать, что это было ошибкой? Киллиан с шумом выдыхает воздух. Ему остается только сделать вид, что он не заметил саркастических нот в ее голосе. - Конечно нет! Но правильно было бы сначала принести друг другу клятвы… - И у нас было на это время?- Эмма все еще старается говорить серьезно. Но это у нее плохо получается. И предательская улыбка появляется на ее лице,- если бы мы говорили друг другу клятвы, то моя бы пришлась на поминальный обед в твою честь. - Эмма!- обессилено выдыхает Киллиан. - Так ты не хочешь на мне жениться? - Да, чтоб меня, я хочу на тебе жениться! Я хочу провести с тобой каждую секунду жизни! Я хочу просыпаться рядом с тобой, и засыпать, чувствуя тебя рядом! Ты? - Не будь дураком Киллиан! - Кажется, это делается, как-то иначе… Впрочем, мне не доводилось прежде этого делать… Он бросается к комоду и, вытряхнув содержимое нескольких ящиков, откапывает в груде барахла старый, истертый кожаный кошелек, достает из него маленькое золотое колечко с несколькими небольшими изумрудами. Он подходит к Эмме и опускается на одно колено, протягивает кольцо девушке. - Ты выйдешь за меня замуж? - А Дэвид только что, между прочим, испортил нашу помолвку,- усмехается Эмма,- ускорил события… и кто знает когда бы ты… - Эмма, ты опять говоришь не то! - Да, я согласна!- она надевает кольцо себе на палец. И когда Киллиан поднимается с колена, они долго целуются, пока, наконец, кто-то из них не вспоминает, что наверху их все еще ждет Дэвид. Дэвид сидел на крышке трюма и стучал носком туфля по палубе. Он был растерян. Он, конечно, понимал, что он получил уже взрослую дочь, и был лишен возможности проводить с ней долгие нравоучительные и воспитательные беседы, но он никогда и представить себе не мог, что застукает ее в каюте капитана в его рубашке, со всеми вытекающими отсюда предшествующими событиями. И это все – _до_ свадьбы! Что ж, его понятия о жизни на фоне всего происходящего выглядели крайне устаревшими и старомодными! Он был зол на себя. Почему не послушал мистера Сми. Чего не постучался? Хотел застать их врасплох? Почти застал. И что теперь? - И что привело тебя сюда, папа?- спросила Эмма, поднимаясь на палубу, следом за ней поднялся и Киллиан. - Между прочим, мы волновались. После того, как ты не явилась на представление к Генри, у нас были только самые дурные предчувствия. И мы даже не подумали, что ты могла быть тут! Эмма подумала, что не сможет сейчас объяснить этого отцу. Впрочем, как и не сможет объяснить этого Генри, чтобы он понял, почему она должна была остаться с капитаном, вместо того, чтобы выполнить обещание. Как все сложно в этой жизни! Принять решение вернуться было так же сложно… но, она кажется, впервые в жизни хоть в чем-то не ошиблась. Она спасла Киллиана… Еще минута и она бы нашла только его тело, с крюком в сердце и залитую кровью рубашку, как в самых страшных снах. Только реальность отличалась бы от снов тем, что рубашка эта была бы синей… - На твое счастье, спектакль был перенесен на следующую неделю! Ты можешь сказать Генри, что тебе позвонили из школы и сообщили это, поэтому ты смогла задержаться у капитана, помогая ему… учиться читать! - Спасибо, приятель!- Киллиан хлопнул мужчину по плечу и сел на соседнюю крышку трюма и, притянув к себе Эмму, усадил ее к себе на колени. - Он снова видит, папа,- улыбнулась Эмма,- видимо, не вся магия ушла с Пэном… что-то осталось, и когда я… - Не продолжай!- замахал руками Дэвид. - Я лишь хотела сказать, что когда я поняла то, что могу быть с Киллианом несмотря на то, что в прошлом он был пиратом,- она посмотрела на Киллиана и улыбнулась ему,- все изменилось. Мне нужно было понять это раньше. - Я счастлив за тебя, Киллиан! И счастлив видеть, как твои глаза, Эмма, светятся. Что ж, принимайте мое отцовское благословение,- он нервно прочистил горло,- но маме об этом вы сами скажите! И Генри тоже! И, прости пожалуйста, Нилу. - Я с ним уже говорила сегодня! - Боюсь, что он этого не понял. Потому что пока мы все вместе шли в школу на представление к Генри, он убеждал нас, что между вами все налаживается, и ты почти согласилась выйти за него замуж. - Что?- Эмма возмущенно покачала головой,- он слишком много на себя берет! - Так или иначе, с ним будешь разговаривать сама! - Хорошо-хорошо,- примирительно подняла вверх руки Эмма. - Если хочешь, с ним поговорю я,- с готовностью предложил Киллиан. - Сегодня будет ужин у Бабушки,- продолжил Дэвид,- Минут через тридцать. Мэри Маргарет послала меня найти тебя, где бы ты не запропастилась. И хотя мы оба думали, что ты не можешь быть здесь, вместо того, чтобы быть на выступлении Генри, я все же решил проверить… - Отцовское сердце не обманешь,- тихо сказал Киллиан. Дэвид засмеялся. - Я рад, нет, правда, рад за вас. Вы двое просто светитесь от счастья! Так, если мы все же хотим успеть, нужно поторопиться. - Что-то особенное? Что за праздник? - Не праздник. Но повод есть. - Мне нужно будет заехать домой, переодеться,- сказала Эмма, поднимаясь с колен Киллиана. Киллиан тоже поднялся на ноги и, посмотрев на свои джинсы и рубашку, пробормотал, стараясь сделать свой голос как можно грубее. - Хотел спросить с той самой минуты, как прозрел, что за ужас вы на меня надели, пока я не видел?