Наш самый большой грех в том, что мы люди

POV Frank Я сидел за столом на кухне всю ночь, совершенно неподвижно, смотря в никуда и копаясь в собственных ощущениях и мыслях. Я стал теряться в них и, кажется, окончательно запутался – мозг просто перестал рационально обрабатывать информацию. Единственное, что я знал точно даже спустя часы размышлений – так не может продолжаться дальше, нужно что-то менять. Нужно определиться, в каком направлении двигаться дальше. И я решил, что должен уйти. Сегодня же. Поставить наши недлительные отношения на паузу и дать Джерарду время, чтобы все обдумать, чтобы понять, что для него вообще значит быть со мной и действительно ли он этого хочет. Мы будем вместе, если он сделает выбор в мою пользу. Если нет – я попытаюсь это принять. Во всяком случае, то, что я собираюсь сделать сейчас, не бессмысленно. Важен любой результат, каким бы он ни был. Я зашел в спальню в полшестого утра, и обычно в такое время Джерард еще спит, так что я слегка удивился, когда увидел его лежащим на спине и смотрящим в потолок. - Ты рано сегодня, - заметил я, стоя в дверном проеме, и Джерард резко дернулся, услышав мой голос. – Я думал, ты будешь отсыпаться еще полдня после вчерашнего. - Не спится, - он пожал плечами, взволнованно смотря на меня. И я знаю, что означает этот взгляд. Так смотрят, когда хотят что-то сказать, но не могут подобрать подходящих слов – все кажется слишком глупым и неудачным. Возможно, для Джерарда в данной ситуации было бы даже лучше, если бы я ругался и злился, но я молчу, не устраиваю скандал, и он чувствует себя еще более неловко. Он в растерянности. Все выглядит как затишье перед бурей, слишком спокойно, чтобы быть правдой. Но бури не будет. По крайней мере, я на это надеюсь. Я действительно хочу разобраться во всем мирно – никакого повторения вчерашней истории. Тем более я совсем не в настроении для нового шоу. - Фрэнк… - начал Джерард, потирая пальцами переносицу. – Я должен извиниться перед тобой. Мне правда очень стыдно за то, что случилось. Ему стыдно – пожалуй, в это я верю. Не знаю, за какую часть вчерашнего вечера ему стыдно больше, но я вижу, что, по крайней мере, сейчас он не врет. Ему стыдно, он чувствует вину, но я все еще не уверен, что он в полной мере осознает суть проблемы. - Отлично. Извинения приняты, - кивнул я, направляясь к шкафу с одеждой. – А через пару недель все повторится снова? - Нет! – практически выкрикнул Джерард. – Нет, такого больше не повторится. И он верит в это. Или хочет верить. Но вера так часто бывает изменчива, если у нее нет достаточно прочного фундамента. Сегодня ты веришь в одно, завтра – в другое. Если вера не подкреплена силой, она ничего не стоит. Если ты не можешь сделать правдой то, во что веришь, – твоя вера ничего не стоит. И сейчас я не знаю, не готов ли Джерард забыть о своих словах в силу определенных обстоятельств, будет ли завтра то, в чем он клянется сегодня, все так же актуально. Я не знаю, не являются ли его слова всего лишь импульсом, скрывается ли за ними какая-то жажда к изменениям. Я не знаю, действительно ли его учат его собственные ошибки или он просто говорит то, во что ему хотелось бы слепо верить. Проблема в том, что я не знаю, во что теперь верить мне. - Ночью я практически обвинил тебя в измене, я сказал много обидных вещей, и поверь мне, в мыслях у меня их было еще больше. Но знаешь, что самое худшее? – спросил я, смотря Джерарду в глаза. – Я не мог просто выбросить это из своей головы. Я думал, а почему нет? Если он лжет мне по каким-то пустякам, может за этим кроется что-то более серьезное? Я хочу доверять тебе, но я не знаю, могу ли я. Я перестал понимать, кем я являюсь для тебя и нужны ли тебе вообще наши отношения. Джерард покачал головой и сел на кровати, повернувшись всем телом в мою сторону и сложив руки перед собой на коленях. - Я облажался, я признаю, я натворил херни. Я обманул тебя, но я собирался позже обо всем тебе рассказать. Черт, я на самом деле не хотел, чтобы так произошло. - Ты просто не думаешь о последствиях, - говорю я. – Для тебя как будто вообще не играет никакой роли, к чему приведут твои решения – в крайнем случае, всегда можно извиниться. Но так не должно быть, Джерард! Если ты не готов считаться с кем-то еще, кроме себя самого, то зачем вообще пытаться строить какие-либо отношения? Джерард насторожился и заметно напрягся. - К чему ты сейчас клонишь? – он перевел взгляд на открытый за моей спиной шкаф, а потом снова на меня. Да, милый, ты все правильно понял. - Я хочу, чтобы ты подумал обо всем том, о чем мы только что говорили. Я хочу, чтобы ты решил, хочешь ли ты вообще быть со мной. И когда я говорю «быть со мной» я не имею в виду только лишь совместное проживание. - Господи, Фрэнк, только не говори, что ты… Я бы хотел промолчать, но некоторые вещи должны быть озвучены. - Я ухожу. - Нет, нет, нет! – завелся Джерард. Нет! Ты не можешь! Ты не можешь уйти, - он замотал головой, смотря на меня, будто на призрака. Будто я уже ушел и никогда не вернусь. - Так нужно. Я всего лишь прошу тебя все серьезно обдумать. Не только ради меня. Ради нас. Ради себя самого. Я вижу, что он не слушает, что он не воспринимает мои слова сейчас, но, когда он немного остынет, он все поймет. Он обязательно поймет, что я поступил так не зря. - Что если мне не надо ничего обдумывать? Я уже принял решение! Я хочу, чтобы ты остался. Я качаю головой, делая шаг вперед. - Нет, Джерард. Так не пойдет. - Что я должен сделать, чтобы ты меня простил? Я придурок и вчера я совершил ошибку, которую не должен был совершать. Я все испоганил, я самый настоящий идиот, но я не могу потерять тебя из-за этого! Что я должен сделать, Фрэнк? Хочешь я стану перед тобой на колени? В один момент Джерард буквально подорвался с кровати, и я сразу понял, что он собирается делать дальше. Он вспыльчивый, он чересчур эмоциональный, он разгорается, как спичка, и в такие моменты его нужно вовремя остановить, сдержать, пока все не покатилось к чертям и маленькая искра не превратилась в пожар. Я должен был поступить точно так же вчера – проигнорировать все его слова и уложить в постель, но вместо этого я позволил ему заразить себя своим безумием, выбить меня из колеи. - Просто сделай то, о чем я тебя прошу, - я несильно сжал запястье Джерарда, пытаясь его остановить. – Мне не нужно, чтобы ты умолял меня о прощении, я лишь хочу, чтобы ты выполнил мою просьбу. - Может, ты просто хочешь, чтобы это выглядело так, будто ты делаешь доброе дело, чтобы меня бросить? Он драматизирует. Он обожает это делать, когда у него сдают нервы. - Ты же в курсе, что я не играю в такие игры – это не в моем стиле. Если бы я хотел тебя бросить, я бы сказал об этом прямо. Но я этого не хочу. Как бы это ни выглядело, я не бросаю его. Если в итоге мы расстанемся – это, скорее всего, будет выбор Джерарда. Если мы не будем вместе, значит, он так захотел. Но я не бросаю его – я дарю ему немного времени и пространства. - Что это изменит, Фрэнк? Тебе нужно уйти, чтобы начать мне доверять? Как это вообще работает? – в голосе Джерарда смешались отчаяние, недоумение и… злость. Думаю, это именно злость. Злость на меня, на себя, на то, что все так сложилось всего лишь из-за какой-то маленькой лжи. Этого можно было избежать, но сейчас уже поздно об этом думать – вот, что злит больше всего. - Я ухожу, чтобы ты подумал, хочешь ли ты строить отношения со мной. Когда ты просил у меня прощения в первый раз, ты сказал, что ты осознаешь свои ошибки, ты пообещал, что будешь нести ответственность за свои поступки, и я поверил в это. Я простил тебя слишком быстро тогда, и может, это было неправильно с моей стороны, потому что точно так же быстро ты обо всем забыл. И ты до сих пор считаешь, что можешь делать все, что твоей душе угодно, ни во что меня не ставя, а потом искренне раскаяться, и проблема будет исчерпана. Ты слишком легкомыслен и, в каждый раз принимая какое-то решение, о котором будешь позже жалеть, ты не думаешь обо мне, ты думаешь, что в любом случае как-то выкрутишься, и пускаешь все на самотек. Иногда мне кажется, что я просто бесплатное дополнение к твоей жизни, не более того. А я хочу отношений на равных, я хочу, чтобы ты принимал в них такое же участие, как я. Чтобы ты был честен со мной так, как я честен с тобой. Я ухожу, потому что хочу, чтобы ты решил, нужно ли тебе вообще все это, или тебе удобнее заботиться и беспокоиться только о себе. Вот, как это должно работать. И я надеюсь, что Джерард поймет. Может, в данный конкретный момент ему больше хочется обвинять меня в том, что я слишком строг и несправедлив к нему, может, сейчас ему больше нравится примерять на себя образ жертвы, но, когда дверь за мной закроется, через какое-то время он поймет, что я имею в виду. - Ты всегда знаешь, где я живу и мой номер телефона, - сказал я тише, отворачиваясь к шкафу и доставая из него свою одежду. Ее оказалось не так много, как я думал. И, наверное, это к лучшему – сборы не займут много времени. Джерард так ничего и не ответил. Он молча вышел в прихожую и, взяв оттуда дорожную сумку, вернулся, поставив ее на кровать. Больше он не сказал ни слова. Он даже не посмотрел в мою сторону, пока я паковал вещи. Просто сидел и молчал, а я не совершал попыток с ним заговорить – это бы только усугубило и без того напряженную обстановку. - Закроешь за мной дверь? – я спросил это, когда сумка уже была закрыта. Джерард опять промолчал, но на этот раз кивнул. Я понял, что прощаний не будет. И это вполне логично. Он просто закроет за мной дверь, и с тех пор мне останется только надеяться, что рано или поздно он снова даст о себе знать, что он не вычеркнет меня из жизни, и его слова о том, что я ему нужен, окажутся правдой. Я очень надеюсь на это. Но пока что я молча обуваюсь и набрасываю на плечо куртку, дергая вниз ручку входной двери. Я оборачиваюсь, уже стоя за порогом. И все обрывается слишком быстро. Настолько быстро, что даже не верится, что это действительно происходит. - Я буду ждать, - говорю я в пустоту, когда Джерард уже не может меня услышать, и ухожу прочь. Еще увидимся?