Наш самый большой грех в том, что мы люди

POV Frank Я все понял. Сразу же. Мне нужно было бы быть идиотом, чтобы не понять, что означает это бордовое пятно на руке Джерарда. Чтобы не понять из-за чего оно появилось. Но я не могу поверить, и кажется, словно все происходит не со мной, словно все вокруг – странный сон, и чем дальше, тем страшнее он становится. Мне хотелось бы сказать стоп, открыть глаза и проснуться, вдохнуть в легкие побольше воздуха и жить так, будто ничего не изменилось. Но мои глаза открыты, а мой сон более чем реален, и он похож на чью-то злую шутку. Вот только никто не смеется. Я все еще смотрю на этот чертов укол, на синеющую точку на бледной коже. Секунды пролетают одна за другой, но принять тот факт, что моя жизнь снова резко и внезапно перевернулась, не так уж просто. Я отказываюсь верить, но в конце концов мне все равно придется. Я смотрю и молчу, не поднимая глаз, только тихо вдыхая воздух. Это маленькое пятно разрушило все, что я успел полюбить, все, что мы успели выстроить с таким трудом. Всего лишь маленькое пятно уничтожает все, к чему мы шли, сводит на нет все наши усилия. Разве это справедливо? Разве справедливо то, что чертов наркотик отбирает у меня то, чем я дорожу больше всего? Разве это справедливо, что Джерард сделал выбор в его пользу? Мне понадобилось еще немного времени, чтобы наконец-то взглянуть Джерарду в глаза. Задать ему лишь один безмолвный вопрос. Как ты мог поступить так с нами? Ведь мы должны были быть счастливы. Не больше и не меньше – просто счастливы. - Что это? – чуть ли не шепотом проговорил я, схватив Джерарда за запястье. Не знаю, зачем я задал этот вопрос, ведь ответ предельно ясен и очевиден, но в сердце всегда живет крохотная надежда, даже когда надеяться не на что. И до последнего она будет гореть маленьким огоньком внутри меня, пока не погаснет, струясь черным дымом. «Скажи, что это розыгрыш. Скажи, что пошутил. Сделай что угодно, но не убивай меня своей правдой. Только не сейчас», - молюсь я, прекрасно зная, что ложь ничего не спасет, что от нее никому не станет легче. Ложь не изменит реальности, а значит, в ней нет никакого смысла. Джерард просто смотрит на меня, смотрит, не отводя взгляда, почти не моргая, а я медленно, но верно теряю терпение, теряю контроль над эмоциями, рвущимися на волю. Я сжимаю запястье сильнее, а мой голос из испуганного шепота превращается в нервный крик. - Ты сам показал мне эту хрень, ты сам решился! Так теперь скажи мне, что это! Я хочу услышать это от тебя! Скажи! – заорал я, не в состоянии совладать с бешено пульсирующим сердцем, разрывающимся от отчаяния, обиды и злости. - Героин, - сказал Джерард. Всего лишь одно слово, и надежды уже не осталось, хотя я и понимал, насколько она невозможна, я знал, как все будет на самом деле. Я знал, но до последнего момента мне не хотелось верить, до последнего я хотел хранить в себе какие-то призрачные иллюзии, чтоб они исчезли на пару секунд позже с острой режущей болью, убивающей меня изнутри. Из горла вырвался нервный смешок, на губах появилась безумная улыбка, и я, отпустив запястье Джерарда, сделал пару шагов назад, закрыв лицо руками. Теперь я и сам перестал понимать плачу я или смеюсь – все смешалось во что-то непонятное, сгусток разочарования, нашедший свое внешнее проявление в моей истерике. Героин. Опять. Мы словно все это время ходили по кругу, чтобы вернуться туда, откуда пришли. Второй раз та же история, но вместе с тем кардинально другая, и я не знаю, готов ли я прожить ее снова, хватит ли у меня сил, чтобы справиться с той ролью, которую однажды я уже играл. Опять. Мне отчего-то страшно, страшно осознавать, насколько жестокой оказалась для меня жизнь, и мгновениями она превращается в мираж, будто бы ее и вовсе не существует, будто все, что происходит со мной – галлюцинации. Прошлое кажется сказкой, а настоящее – ночным кошмаром, а я остался где-то на грани между первым и вторым, зная, что вернуться невозможно, так же, как и отказаться от реальности. Я открываю лицо – Джерард все еще неподвижно стоит на том же месте, внимательно наблюдая за мной, но, когда наши взгляды встречаются, я резко отворачиваюсь. Все должно было сложиться иначе. - Разве нам было плохо? – тихо спрашиваю я. – Почему, Джерард? Я просто хочу знать почему. И стоило ли это того, чтобы все разрушить. - Ты можешь не молчать? Ответь мне хоть что-нибудь. Что было не так? – я подошел ближе к Джерарду, чувствуя, как холод дрожью покрывает кожу, как кровь циркулирует по телу. - Я не знаю. Я бы хотел объяснить, но я не знаю как. Может быть, это просто то, кем я являюсь, мое истинное лицо? Может, я просто не могу быть никем другим, потому что я слишком жалок, чтобы быть чем-то большим? – Джерард вдруг замолчал, покачав головой. – Я не знаю. Но я чувствую, что я не заслуживаю ту жизнь, которую ты мне подарил. Я подвел тебя. Снова. Я виноват перед тобой, и я даже не буду пытаться оправдать свой поступок. Потому что я сам не нахожу ему никаких оправданий. Он развел руками в стороны. - Если хочешь, можешь ударить меня. Или прогнать меня к чертовой матери. Я пойму, что бы ты ни сделал. И я пойму, если ты никогда меня не простишь. Если бы я мог. Если бы это решило хоть одну из появившихся проблем. Если бы это заставило меня перестать чувствовать. Но все, что я хочу, это обнять его. Все, что я хочу, это быть рядом. Так долго, как только возможно. И я уж точно не хочу, чтобы он уходил. Я не могу позволить ему уйти. - Я не собираюсь тебя выгонять, - говорю я и притягиваю Джерарда в свои объятия. Не важно, кто и в чем виноват, не важно даже то, что произошло, мы оба чувствуем боль одинаково сильно, разделяя ее на двоих, как раньше делили счастье. Мы пройдем через это вместе. Снова. Мы будем бороться столько, сколько потребуется. Несмотря на страх. Я не могу позволить себе упустить все так просто и не могу позволить себе обреченно смириться. Я повторяю тихое «Все будет хорошо», перебирая пальцами мягкие черные пряди волос Джерарда, не зная, верю ли я сам в то, что говорю, но я знаю, что не готов сдаться. Все будет хорошо. И пусть никому из нас от этих слов не становится легче, я продолжаю повторять их, словно мантру. - Я не хотел, чтоб все закончилось вот так... – проговорил Джерард, уткнувшись носом мне в плечо, но все же его слова звучали достаточно четко, чтобы я мог их разобрать. Мир стал еще меньше, сжавшись прозрачной оболочкой вокруг нас двоих, в раскаленном от эмоций воздухе сгустился страх, мгновенно заражая мой разум, и я обнял Джерарда еще сильнее, словно боясь, что он исчезнет, сейчас, прямо на моих глазах. Разве это конец? Разве пришло время принимать поражение? - Еще ничего не закончилось, - уверенно сказал я, и Джерард поднял на меня свой уставший взгляд, покачав головой. С его губ срывается вымученный хриплый вздох, и он точно собирается мне что-то сказать, но я прерываю его, как только слышу свое имя. Я знаю, что он будет говорить, и я не хочу ничего слышать, ни слова о том, как ему жаль, ни слова обо мне, ни извинений, ни переубеждений. Еще ничего не закончилось, и он не смеет с этим спорить. - Не надо. Ничего не говори. Не сейчас, - сказал я, кладя ладони на плечи Джерарду. - Что значит не сейчас? А когда? Фрэнк, ты не понимаешь, это... – начал он, но я перебил его, не дав закончить фразу. - Я все понимаю, - произнес я. - Нет, не понимаешь! – Джерард схватил меня за руки, сжимая их у предплечья. – Я испорчу тебе всю жизнь, и пока еще не совсем поздно, ты можешь что-то изменить для себя. Меня спасать уже не нужно – я не стою таких жертв. И я не хочу, чтобы ты тратил свое время на человека вроде меня. - Я хочу, - сказал я. – И я не собираюсь бросать тебя. Еще ничего не закончилось, Джерард. Ничего не закончится раньше, чем мы захотим. И у нас все еще есть возможность побороться. Вместе. Я отхожу на шаг назад, давая тем самым понять, что я не собираюсь продолжать этот бессмысленный спор. - Почему? – вдруг спрашивает Джерард, когда я уже разворачиваюсь, чтобы пойти на кухню. – Почему ты веришь, что что-то изменится? Почему ты опять прощаешь меня? Такие вещи сложно объяснить словами. Ты просто делаешь то, что должен. Так, как чувствуешь. - А ты хотел бы, чтобы все сложилось иначе? – спрашиваю я, обернувшись через плечо. - Так было бы проще. По крайней мере, тогда бы я точно получил по заслугам. Я пожал плечами. - Может быть, ты заслуживаешь чего-то другого? - Я не… - Поговорим утром, - спокойно говорю я, не давая Джерарду продолжить. – Нам обоим тяжело. И нам есть, что обсудить. Но мы сделаем это позже. Мне нужно время. Чтоб расставить все по местам. Чтобы осознать, что это происходит на самом деле. Мне нужна всего лишь одна ночь. Чтобы собраться с мыслями. - Тебе нужно поспать, - замечаю я. – Я тоже скоро приду. - Я не смогу уснуть. - Значит, будем лежать и думать, смотря в потолок, - вымученно улыбнулся я уголками губ. Ночь будет долгой.