Всё закончится в 1998

Малфой поморщился. От горячей воды неприятно щипало левое предплечье: метка снова пылала. Он взглянул на размытое под слоем воды чёрное клеймо, выжженное на коже, под которой проступали тонкие бледно-голубые вены. Контуры метки покраснели, воспалились, ярко выделяясь на бледной коже. От капелек воды щипало и недавние раны на костяшках пальцев. Малфой, чуть прикрыв глаза, опустился ещё ниже и со странным наслаждением посмотрел на порозовевшую у левой руки воду. Чистая кровь. Чистая. Такая же алая, как и пресловутых грязнокровок. Как у маглов. Чистая кровь. Ему стало тошно. От подобных несвоевременных мыслей, от вида собственной крови. И от вида крови убитой несколько часов назад Беллатрисой женщины.

***

      Снегг, одетый в дорожную чёрную мантию, ждал их у выхода из замка. Ждал его, Нотта и Крэбба с Гойлом. Коротко кивнув подошедшим ученикам, он вышел в густую ночную темноту, направляясь к школьным воротам. Малфой-мэнор встретил их кованой оградой с заострёнными наконечниками. Свет из ромбовидных окон особняка, кажущегося из-за изгороди таким далёким, падал на крыльцо с широкими ступенями и растущие поблизости невысокие кустарники, из-за чего они отбрасывали неестественно длинные тени. Снегг поднял левую руку, слизеринцы повторили его жест — и все пятеро прошли сквозь тёмный, будто бы сделавшийся на секунды туманом металл. Нарцисса, очень бледная, но высоко держащая голову, ждала их у массивных дверей. Она кивнула Снеггу, указав рукой на приоткрытую дверь, и он прошёл в тускло освещённый вестибюль. За ним вошли Крэбб, Гойл и Нотт. Женщина очень сдержанно улыбнулась Драко, замершему подле неё, и облегчённо выдохнула, когда он ответил ей усталой улыбкой. Порог их дома он переступил последним. Когда перед тяжёлой запертой деревянной дверью остались только они и дремлющие портреты, Малфой повернулся к матери. — Ты в порядке? — Тихо, внимательно и настороженно оглядывая похудевшую женщину в чёрном платье в пол. Под глазами у неё, вопреки его ожиданиям, не было тёмных кругов. Она будто бы лучилась изнутри неуместной радостью, смотря на сына и фиксируя больше обычного выделяющиеся скулы, заострившийся подбородок и сжатые челюсти. — В порядке. — Так же тихо, осторожно. Таким родным голосом. Не сказав больше ни слова, он распахнул дверь, первым входя в комнату, когда-то бывшую их гостиной, занял предпоследний свободный стул, стоящий по левую сторону длинного стола. Нарцисса бесшумно опустилась рядом, опустив взгляд на лакированную поверхность стола и заинтересованно изучая давно знакомый узор. — Ещё немного, и вы опоздали бы. — Волан-де-Морт растянул тонкие губы в подобии улыбки и рассеянно провёл длинными тонкими пальцами по чему-то, чем могла быть только Нагайна. На мгновение губы Малфоя искривились, но он тут же сделал глубокий вдох, переведя взгляд на кажущуюся красной в свете камина столешницу, и снова посмотрел на Тёмного Лорда. Волан-де-Морт обвёл взглядом присутствующих. — Итак, начнём. Какие новости, Северус? — На поиски Поттера брошены все наши силы, мой Лорд. — Снегг говорил холодно, отстранённо. — А результат? — Вкрадчивый голос Лорда заполнил собой всю комнату, добрался до каждого неосвещённого уголка и припечатал всех в своим местам. Малфой как можно незаметнее посмотрел на непроницаемое лицо крёстного. — Пока ничего точного, мой Лорд, но мы объявили награду за его голову. Волан-де-Морт удовлетворённо качнул головой, взглянул на змею, скрутившуюся в тени. — Мой Лорд, — произнесла Беллатриса сдавленным голосом, склоняясь над столом к Волан-де-Морту так, точно одних слов мало, — пока разыскивают мальчишку, вы всегда можете рассчитывать на меня. Большей радости, чем помощь вам, и быть не может. — Большей радости, — повторил Лорд. — Приятно слышать это из твоих уст, Беллатриса. Но согласен ли с тобой владелец этого дома, глава рода Малфоев? — Красные глаза вперились в сидящего рядом с Пожирательницей Драко. — Драко, ты любезно предоставил нам убежище, но сейчас выглядишь несколько недовольным. Могу ли я и дальше рассчитывать на твою поддержку и пользоваться предоставленным убежищем? Не вопрос. Малфой сжал в ответ руку матери, под столом впившуюся в его холодную ладонь. Не вопрос, а лишь проверка на повиновение. Тут же отогнав эти мысли, он чуть склонил голову: — Разумеется, мой Лорд. — Я рад, что ты с нами, мой мальчик. — Волан-де-Морт медленно отвёл взгляд от каменного лица Малфоя. — Что ж, на сегодня у нас запланировано ещё одно очень важное дело. Встреча, благодаря которой — стараниями Беллы — нам скорее удастся найти Поттера. Яксли, будь добр. — Он небрежно махнул тонкой рукой. Мужчина с грубым лицом кивнул, поднялся из-за стола и вышел. Вернулся он спустя пару минут, ведя за собой темноволосую женщину. — Вы решили к нам присоединиться, миссис Грейнджер? — Волан-де-Морт снова растянул губы. Пожиратели разразились хохотом — Друзья мои, это Джин Грейнджер, мать подруги Мальчика, Который Выжил. С её помощью мы надеемся найти Гарри Поттера. Надеемся — и найдём. Малфой взглянул на женщину, поставленную на колени на тёмно-зелёном ковре. Глаза её, как у загнанного животного, метались от одного лица к другому. Карие глаза, наполненные страхом, отчаянием и непониманием. — К сожалению, — снова заговорил Лорд, бросив мимолётный взгляд на пленницу, — её отпрыску хватило ума стереть ей память, закрыть воспоминания за стеной. У нас только один шанс: магл, зачавший этого отпрыска, погиб. При неизвестных обстоятельствах. Но ты, Беллатриса, найдёшь путь, чтобы обойти стену, установленную в голове нашей гостьи. Беллатриса, сидящая возле Драко, подалась вперёд, плотоядно улыбаясь. — С удовольствием, мой Лорд.

***

       Ему стало тошно. Ощущение и даже запах штормящего моря, разъедающего солью язык, возникшие после собрания старостата, когда Грейнджер стояла слишком близко, забрались в его тело. Запах, так нравившийся с детства, вдруг показался отвратительно солёным, горьким, оцарапал носоглотку, вцепившись острыми когтями в язык и гортань. Малфой закрыл глаза и погрузился под воду, позволяя ей смыть с себя страх, кровь и соль. Надеясь на это. Он вышел из ванной, выдыхая тошнотворный запах штормящего моря. Вышел, вспоминая горячее дыхание матери у самого уха и её быстрый шёпот: «Драко, ради себя, ради нас. Ты должен сделать всё, чтобы девчонка не сломалась. Тогда у нас ещё будет надежда. Тогда всё может закончиться. Ради себя, Драко. Ради нас». Вышел из ванной, проклиная метку, чёртову зубрилу Грейнджер. Проклиная себя и мать, так отчаянно желающую спасти их обоих, что у неё родился план, основанный на том, что выполнить просто нереально. Не дать сломаться Грейнджер. Да она уже сломана, разбита вдребезги и даже не попытается собрать свои мелкие осколки. Сломана. Мне что, нужно отмотать время назад, чтоб заставить шрамоголового и вислоухого взять её с собой или вовсе остаться в грёбаном Хогвартсе? А не проще ли сразу убедить Тёмного Лорда сложить оружие и сдаться на милость Мальчику, Который Не Сдох? Вдыхая въевшийся в чистую одежду, в кожу, в волосы и во внутренности запах солёного штормящего моря, он добрался до Башни.