Please myself

      Кел возит ручкой по чистому тетрадному листу, когда писклявый звук её телефона оглашает аудиторию. Быстро откинув ручку, девушка хватает сумку и вытаскивает источник звука. - Можно мне выйти, мистер Робертсон? – Говорит Кел, сбрасывая вызов, чтобы мобильник перестал звонить. - Вот в этом и минус мобильных телефонов, носите их везде с собой, звонят где попало… Выйди. - Спасибо, - Кел быстрым шагом выходит из класса. В коридоре третьего этажа пусто. Пока девушка отходит от двери в класс, слышны только эхом отдающиеся её шаги. Подойдя к окну, девушка смотрит на экранчик телефона. Пропущенный от Рика. Она не будет ему перезванивать, в любом случае, она не услышит ничего нового и не узнает дату его окончательного приезда. Кел слышит чьи-то шаги и вздрагивает, когда узнаёт голос Максфилда. Девушка вжимается в стену, он не может её пока видеть. Её взгляд метается от двери в туалет до конца коридора, откуда слышен голос профессора. Решив, что лучше бы Максфилд не видел её во время пары вне аудитории, девушка за две секунды добегает до двери и, стараясь сделать это беззвучно, закрывает её за собой. Выдохнув, Кел пытается услышать, о чём говорит Максфилд. Никто ему не отвечает, значит, мужчина говорит по телефону. Прижавшись к белой поверхности двери, девушка начинает различать слова: - Нет, поставки постоянны… Я не знаю, почему… Почему ты, чёрт возьми, мне это говоришь?… Это не телефонный разговор, надо встретиться.       Максфилд тихо ругается и продолжает свой путь, Келси слышит его удаляющиеся шаги. - Кел? – Из одной из кабинок выходит Белла. - Всё в порядке, - выдыхает Кел и отлепляется от стены, - всё в порядке…       Келси выходит из туалета и возвращается в аудиторию, продолжая гадать, с кем мог говорить Максфилд.

***

- Прости, я опоздала, Робертсон задержал, - Рей ставит на столик поднос, - что это ты делаешь?       Кел сминает салфетку, на которой только что схематично нарисовала карту Сиэтла. - Все убийства, все жертвы связаны. Как и в данном случае, у маньяка должен быть мотив. Места убийства, способы убийства, возможно, общие знакомые… - У тебя случайно крыша не едет, Кел? – С улыбкой произносит Рей. - Я просто пытаюсь в этом разобраться, - Кел закатывает глаза. - Ты не думаешь, что для тебя это слишком сложно? - Пока не попробую, не смогу в этом убедиться. - Ладно, - Рей открывает бутылку колы, - эта девушка, Белла, милая, да? - Наверное, она подсела вчера ко мне на черчении, - Кел продолжает морщить лоб, её подсознание всё ещё занято убийствами. - И как? - Не знаю, - пожимает плечами Кел, - мы почти не разговаривали, по-моему, обычная. - Хм, - Рей тоже пожимает плечами, - может, произойдёт чудо и отменят последнюю пару?       Кел издаёт смешок как раз в то время, когда по столовой по радиовещанию проносятся слова: «Последняя пара социологии отменена. Все учащиеся мистера Максфилда через десять минут будут отпущены домой». - Да-а, святые небеса, - Рей закидывает голову к потолку, - у кого ещё остались сомнения, что я не ясновидящая?       Кел закатывает глаза и берёт сумку: - Пошли, ясновидящая, домой. - Наконец, приду раньше и обрадую маму. - Неужели приберёшься в комнате?       Девушки выходят из дверей главного корпуса. - Нет, Кел, - Рей смотрит на подругу полными сарказма глазами, - просто приду раньше.

***

      Попрощавшись с Рей, Кел заезжает в ближайший ларёк для туристов и покупает большую карту Сиэтла. Сев обратно в машину, она тут же её разворачивает и принимается изучать. Просидев так некоторое время, девушка выруливает из-под тени дерева, в которой остановилась, и едет по направлению к дому.       Кел разворачивает карту в своей комнате и встаёт в центре в задумчивости, разглядывая стены и выбирая, куда повесить: на одной висят постеры, плакаты, билеты и всё, что связано с «Нирваной» и её концертами; в другой – окно, что не позволяет повесить карту в полном размере; наконец, девушка выбирает довольно обширную часть стены слева от двери. Она прикрепляет карту к стене. Кел берёт со стола бумажки, на которых она записала информацию о жертвах, и тоже прикрепляет к карте кнопками разного цвета. Каждый листок она размещает в месте обнаружения жертвы. Девушка отходит назад и садится на кровать, разглядывая то, что у неё получилось. Она в задумчивости трёт лоб. Кел кажется, что чего-то не хватает. Должна быть какая-то зацепка. Девушка садится за стол и открывает записи в блокноте, которые сделала вчера. Келси запускает руки в волосы и несколько раз перечитывает написанное корявым почерком впопыхах.       И вдруг до неё доходит. - Мэр! - Девушка резко выпрямляется и убирает руки от головы, при этом выдернув несколько волос. Ойкнув, Кел вскакивает и оглядывается в поисках мобильника. - Мэр! Мэр! Общее – мэр, идиотка! – Повторяет Кел, сбегая по лестнице. Она хватает со стола телефон и дрожащими руками набирает Рей, - возьми трубку-у…       Девушка закидывает голову назад и смотрит в потолок. Нервно подпрыгивая, Кел начинает ходить по комнате, качая головой. - Чёрт, Рей! – Она встаёт напротив телевизора, опираясь на край стола. Постукивая ногой, Кел смотрит на экран. Телевизор работает с выключенным звуком, идут новости. Взгляд девушки ловит текст бегущей строки под фотографией молодой девушки со светлыми волосами. «…маньяк не оставил Сиэтл. Пропал ещё один человек…»       Мир вокруг Кел начинает рушиться, она не чувствует ничего, кроме страха, он перебивает все чувства, так и ненависть к убийце. Невидимая рука сжимает её лёгкие, не позволяя вдохнуть. - Рей… – На последнем дыхании вырывается у неё.

***

      Дом Рей находится недалеко от университета, она всегда ходит туда и обратно пешком и тратит не больше пятнадцати минут на дорогу. Кел подвозила её до дома всего пару раз, но Рей не видела в этом необходимости. Она постоянно говорила, что любит гулять, пока идёт к университету. Кел подъезжает к дому Рей и резко тормозит. Выпрыгнув из машины, она бегом пересекает расстояние до входной двери. Девушка продолжительно стучит, пока дверь не открывается. Кел видит явно не то, что предполагала, что надеялась увидеть. Дверь открывает бледная мать Рей, сжимающая в руке телефон. - Миссис Ланкмиллер… - Кел удаётся произнести слабым голосом только это. Внутри около окна девушка замечает мистера Ланкмиллера, напряжённо смотрящего на улицу, - может… Может, Рей просто куда-то зашла и забыла вам сказать? – Кел продолжает стоять у порога, переводя взгляд с матери Рей на отца. - Кел, если она даже тебе не сказала, - голос миссис Ланкмиллер звучит глухо, - уже одиннадцать двадцать ночи.       Страх снова пробирается холодом внутрь Кел, она ещё несколько минут стоит на пороге дома Рей, её обжигают слова матери, которая не ищет наивного оправдания исчезновения её дочери, потом, ни сказав ни слова, возвращается в машину, садится за руль и тут же отъезжает. Она понимает, что Рей обязательно сказала бы родителям, куда отправилась. Она любила и уважала их, всегда говорила о своих планах, понимая, что за неё переживают. Кел крепче сжимает руль руками – Рей всегда всё о себе рассказывала. Девушка съезжает на обочину и кладёт голову на руль. Слёзы комком застряли в горле, и ей тяжело дышать. Кел до сих пор не верит в происходящее. Сейчас она поедет домой и ляжет спать, а завтра пойдёт в университет, и они вместе с Рей будут придумывать разные шутки, возможно, не очень весёлые, но для них всегда смешные до боли в животе.       У Кел вырывается судорожный вздох, она трёт ладонями лицо. Сейчас остался только один человек, которому она полностью открыта. Возможно, он не поймёт её так, как могла понять Рей, но Кел точно станет легче. Девушка выруливает на дорогу и несётся по полупустым ночным улицам к 171 дому по Лэйк Вашингтон Бульвар.       Кел подъезжает к дому, всегда навевавшим на неё спокойствие и умиротворение, даже когда внутри никого не было. Она закрывает дверь машины и, убирая с лица непослушные тёмные пряди, спотыкаясь, бежит к входной двери. Келси несмело стучит в дверь, в ночной тишине она слышит только этот стук и своё дыхание. Никто не отвечает. Девушка уже поднимает руку для того, чтобы постучать снова, когда вспоминает, что она так и не вернула ключи от дома, когда уходила отсюда около месяца назад. У Кел вырывается что-то вроде вздоха, она нащупывает холодный металл в кармане и дрожащими руками вставляет ключ в замочную скважину. Повернув его несколько раз, девушка распахивает дверь, и ощущает тёплый запах дерева и линолеума. Внутри темно. Келси не дыша проходит внутрь, словно пустой дом может ожить. С её губ срывается стон отчаяния, по щекам начинают струиться слёзы. Девушка опускается на пол на колени, задыхаясь в рыданиях. Именно сейчас она чувствует себя одинокой. Она осталась одна в этом городе, в пустом мире. Кел сворачивается комочком на полу. Вдыхая запах этого дома и растирая слёзы по лицу, девушка чувствует себя в лучшем месте на земле.