Please myself

      Кел допивает кофе, оставшийся на дне, и ставит чашку в раковину. Раньше она сразу бы помыла всю посуду, что только что испачкала за завтраком, но сейчас она, задумчиво пожёвывая губу, поднимается по лестнице в свою комнату.       Карту, от которой она почти не отходит, девушка сняла со стены и положила на пол. Сидя на полу и глядя вниз, она дольше может не отвлекаться на затёкшие ноги или шею. Но Кел недолго может спокойно размышлять, через минут пятнадцать ей в глаза начинает светить солнце. Сначала она игнорирует его, щурясь, но вскоре у неё начинают болеть глаза, девушка встаёт и начинает ходить туда-сюда по комнате. Кел останавливается и в задумчивости смотрит некоторое время в окно. - Почему бы нет? – Тихо выдыхает она, складывает карту, суёт её в свой небольшой рюкзак и спускается вниз. Выйдя на улицу, Кел открывает гараж и входит внутрь. Она чувствует влажный, холодный запах бензина. В детстве она любила часами сидеть здесь, вдыхая этот запах и представляя свою будущую машину, как она будет разъезжать по всему Сиэтлу под громкую музыку. Кел выводит свой велосипед на улицу и закрывает калитку. Перекинув ногу через сидение, она разгоняется и крутит педали в сторону Форт Лотон Милитари.

***

- Знаешь, до тебя не так уж и долго ехать, - Кел раскладывает карту на коленях, усевшись на траву перед надгробным камнем. Она достаёт из рюкзака бутылку воды и поливает красно-желтый цветок, который она посадила на могиле Рей неделю назад. - Что ж, посмотрим, насколько мы продвинулись… - Кел убирает бутылку обратно и подгибает под себя ноги. Она кладёт голову на согнутые в локтях руки и устремляет взгляд на цветок. Девушка случайно задела его рукой, и он теперь качается из стороны в сторону, как маятник. - Близкие люди… А почему именно Рик? – Кел поднимает голову, - у Нейта фамилия Рэйвен… На «Р»… Когда-то он мне был близок… Чёрт, как я раньше-то не заметила… Белла! Её фамилия Рейсвуд! Нет, голос убийцы был мужской, она тут ни при чём. А если эта буква вообще не «Р»… - Она снова опускает взгляд и смотрит на цветок, который уже почти незаметно раскачивается. Кел обхватывает голову руками. Ей кажется, что мозг вот-вот взорвётся. Она крепче сжимает голову, зажмуривает глаза, но тут же их открывает. Цветок продолжает движение, словно в замедленной съёмке, он медленно качается под тяжёлые удары её сердца. В ушах внезапно появляется звон, во рту пересохло. - Нет… Не может быть… - Кел резко вздёргивает голову, чтобы вырваться из вязкого состояния, в которое её погрузили мысли. В её сознании проясняется чёткая картина происходящего и произошедшего, - нет-нет… Таких людей полно…       Девушка замирает от ужаса, но она невольно восхищается продуманностью и холодностью действий человека, жестоко убившего пять невинных людей и держащего в плену ещё одного, которого тоже скоро найдут мёртвым, человека, повергшего город в необъяснимое смятение и страх, вызвавшего столько сплетен и обсуждений, сколько не вызывают скандальные звёзды. Расширенные глаза Кел несколько раз обегают надпись на могильном камне, словно там может быть спасительное доказательство того, что она неправа. Девушка вскакивает и начинает загибать пальцы. - Восемь… Десять, одиннадцать… Восемнадцать… - Девушка зажимает рот и глубоко вдыхает, - успокойся, истеричка, - шепчет она и наклоняется, чтобы впопыхах смять карту, запихнуть в рюкзак и помчаться в мэрию.

***

      Кел с трудом устанавливает велосипед на парковку, дрожащими от спешки руками прицепив противоугонную цепь. Она несётся к лифту, толкая и сбивая людей с дороги, не успевая посылать всем извинения. Кел несколько раз нажимает на кнопку вызова лифта, словно от этого он поедет быстрее. Она пробегает коридор четвёртого этажа и врывается в последнюю дверь. - Джесс? – Кел, запыхавшись, идёт к столу, - сегодня разве твоя смена? - Да, привет, Кел, что с тобой? - молодая русоволосая девушка приятно улыбается поставленной и натренированной улыбкой. - Отлично, так даже лучше будет. Мне нужна твоя помощь. - Конечно, - секретарша продолжает приветливо улыбаться. - Ты случайно не слышала, сегодня никто не пропадал? – Кел рукой проводит по волосам, перекидывая их назад. - Нет, последнее исчезновение было около двух недель назад, может, чуть больше. - Ладно, - Кел опирается на край стола, - мне нужна база данных.       Улыбка слегка сползает с симпатичного лица секретарши. - Это конфиденциа… - Джесс, если ты так хочешь, - Кел складывает на груди руки, ей сейчас совсем не нужна лишняя трата времени, - я могу добиться разрешения у мэра, в крайнем случае, у своего отца. - Ну… Ладно, что именно? – Джесс становится серьёзнее. - Мне нужен список всех людей Сиэтла возрастом старше восемнадцати лет, чьи инициалы: «К. К.» (англ. «K. C.»).       Через полчаса Кел выходит из здания мэрии и садится на велосипед. Она доезжает до парка Ризал. У неё нет терпения искать скамейки, и она садится прямо на траву, бросив велосипед рядом. Девушка раскладывает на коленях несколько листов, которые дала ей Джесс. В них указаны имена людей, их годы рождения, родственные связи и краткая биография. Следующая жертва должна быть связана с мэром. Кел достаёт карандаш и, читая, ведёт им по строкам. Она губами проговаривает каждое слово, которое прочитывает. Иногда девушка вычёркивает людей из и так маленького списка.        «…с 1989 работает уборщицей в супермаркете на… Вычеркнуть.        …женат, имеет двое детей, проживает в районе Грэйтер Давамиш… Вычеркнуть.        …в разводе… …не имеет в Сиэтле родных, малообщителен… Вычеркнуть.        …учится на экономиста в… …в школе был замечен за продажей наркотиков и исключён… Вычеркнуть.        …гомосексуалист, замечен в отношениях с…»       Кел исключает из списка шестого человека, и на листках остаётся только два не зачёркнутых имени. Это имена возможных жертв, которые связаны с мэром Романом, и эта связь может привести их к смерти. Это имя Келси Коннер. И Курт Кобейн.

***

      Кел сидит на траве десять минут, двадцать, полчаса. Сейчас она чувствует, как время со свистом проносится мимо. Девушка закрыла лицо руками и медленно вдыхает воздух, она пытается пропустить сквозь себя, прочувствовать каждую минуту, что ей осталось жить. Но одна мысль не оставляет её в покое, она вертится в голове Кел всё время с того момента, когда она поняла всю схему действий убийцы. Как обезопасить второго человека, которого вскоре, возможно, постигнет смерть? Девушка готова бежать по улицам и орать, призывая маньяка убить её, именно её, чтобы другой не пострадал. Сейчас, когда Кел знает, каких принципов придерживается убийца, она пытается поставить себя на его место и понять, кого ему выгоднее убить: дочь помощника мэра или его лучшего друга? Но в голове Кел всё смешивается со страхом и беспомощностью. Одно она знает точно: если ей суждено завтра умереть, она хочет провести свою последнюю ночь с тем человеком, за которого она должна отдать жизнь, чтобы спасти.       В голове Кел мелькает ещё одна тревожная мысль, и она лезет за телефоном в сумку. Когда трубка снимается, Кел без вступления начинает: - Скажи мне твоё полное имя. - Кел, - Белла издаёт смешок, - что с тобой? - Быстро, Белла, нет времени на шуточки. - Что за… - Белла! - Изабелла Рейсвуд.       Кел замирает и перестаёт дышать. Теперь маньяк пошёл по её линии близких. Он решил мстить ей за то, что она взялась за его убийства и смогла раскрыть его? - Слушай внимательно, Белла. Это не шутка, и у меня вообще сейчас нет желания тебя разыгрывать. Прошу, восприми всё как можно серьёзней. Я раскрыла его, - Кел прижимает трубку сильнее к уху. - Что? - Если завтра пропаду я, слышишь, уезжай из города. У тебя есть на это двадцать дней. Ты меня поняла? - Что за бред? - Это не бред! Ты меня поняла? – Голос Кел становится жёстким. - Ладно, но… - Если я успею, всё тебе объясню, - Кел бросает трубку и поднимается с земли. Сейчас она хочет только в дом на Лэйк Вашингтон Бульвар.

***

      Пока Кел яростно крутит педали, в её голове крутятся слова и фразы, которые она хотела бы сказать сейчас Кобейну. Она не сможет рассказать и объяснить ему всё, даже если бы она и смогла, он просто бы улыбнулся в ответ и сказал что-то вроде: «Тогда начинай молиться богу о прощении и спасении». В любом случае, она должна сказать ему всё, что думает о нём, всё, что чувствует, когда смотрит на него, когда касается его.       Кел спрыгивает с велосипеда и проводит его сквозь калитку. Поставив его около оранжереи, она подходит к двери и громко стучит. Её дыхание так и не выровнялось, то ли от долгой езды на велосипеде, то ли от волнения и страха. Щелкает замок, звук звонко отдаётся в ушах Кел, дверь открывается. На пороге стоит Кобейн, из лёгких девушки вылетает последний воздух, её ноги подгибаются, к ней стремительно начинает приближаться порог двери и крыльцо. Но руки Курта подхватывают Кел и устанавливают в относительно вертикальном положении. - Ты нашла, где толкают наркоту в другом месте? - Всё нормально, - Кел всё ещё шатает, и она хватается рукой за вертикальную деревянную балку, поддерживающую крышу под крыльцом, - просто я… Пап? – Кел заглядывает внутрь, Курт пропускает её в дом. - Привет, Кел, - Билл как всегда улыбается ей. Все планы и надежды Кел рушатся в одно мгновение. В звонкой тишине комнаты Кел переводит взгляд то на Курта, то на отца. - Э-э… Ладно, - Кел первая нарушает общее молчание и уходит на кухню. Там она опирается руками на стол и глубоко вдыхает и выдыхает, пытаясь успокоиться и взять себя и свои эмоции в руки. - С тобой всё хорошо? – На кухню входит Кобейн, его лицо необычно серьёзно и спокойно. - Да, - Кел быстро выпрямляется и разворачивается к нему лицом, - я.. Я просто побуду здесь, ладно? –       Кел понимает, насколько глупо она сейчас выглядит со стороны. Курт слегка улыбается, скорее себе, чем ей, и уходит обратно. Кел подходит к полке с алкоголем, ей плевать, что подумает и скажет ей отец. Она протягивает руку, чтобы взять бутылку, как ей в голову приходит идея получше. Девушка оглядывает кухню и подходит к одному из полупустых шкафчиков. Она вынимает единственную коробку от лазаньи и заглядывает внутрь, там лежит пара поломанных макаронных листов. Кел не останавливается на этом и перерывает ещё несколько шкафов. - Чёрт, - девушка поднимается с колен и откидывает волосы с лица. Она всё-таки берёт бутылку с полки и на месте делает несколько глотков. Кел не ставит бутылку на место и выходит из кухни, держа её в руке. Она направляется к лестнице и останавливается, когда тихие слышит переговоры из соседней комнаты. Голос Курта приближается, Кел делает шаг в сторону лестницы, но он догоняет её и, проходя мимо, тихо шепчет: - Рей Бредбери.       Кел столбенеет, она привыкла к некоторым странностям Кобейна, но такое происходит в первый раз. Кел поднимается на второй этаж, пытаясь понять, что хотел этим сказать Курт, но быстро оставляет эту затею. Девушка медленно идёт по недлинному, полутёмному коридору, который ведёт в комнату Курта. Дверь туда приоткрыта, и девушка без препятствий заходит внутрь.       Здесь царит настоящий беспорядок. Такое можно увидеть в комнате семилетнего неугомонного пацана, которого оставили дома одного на неделю. Постель сильно смята, одна из подушек валяется на полу, рядом с ней лежат джинсы. Кел переступает смятые листы бумаги и подходит к столу. Отпивая из бутылки, она перебирает рукой коробки от дисков, лежащие среди кучи остального мусора. Кел разворачивает несколько скомканных листов, это наброски рисунков карандашом – бесформенные фигуры, которые могли бы стать картинами. Рискуя споткнуться обо что-то и упасть, Кел отходит спиной назад и садится на край кровати. Её взгляд попадает на несколько книг, валяющихся в углу. Девушка ставит бутылку на пол и садится на корточки рядом с ними. Вторая сверху – сборник рассказов Рея Бредбери. Открыв её, Кел видит, что это не книга. Это что-то вроде коробки, которая только с виду кажется книгой. Внутри аккуратно перевязанные лежат несколько скрученных сигарет. У Кел вырывается восторженный смешок. Она совсем не жалеет, она просто безумно счастлива, что пришла сюда.       Девушка с интересом открывает самую нижнюю «книгу». Внутри лежат несколько шприцов и ампул. Кел от неожиданности замирает. Она ещё несколько секунд колеблется, смотрит в дверной проём, будто там мог кто-то появиться, и достаёт один из шприцов, который уже наполовину заполнен. Кел пододвигается спиной к стене и дрожащими руками подносит шприц к лицу. Ей нечего терять. Скоро она умрёт в любом случае, если не завтра, то дни спустя, когда погибнет Кобейн. Кел медленно подносит иглу к левой руке и вводит её под кожу. Когда шприц пустеет, она откидывает его в сторону и смотрит, как он ещё катится по полу. Кел поднимает голову, она чувствует, как её сердце работает в учащённом темпе, разнося героин по всему телу. Девушка чувствует его действие почти сразу, она забывает о скорой смерти, об убийствах, вообще обо всём. Кел доползает до кровати, но забраться на неё у девушки нет сил, она ложится, скорее, падает на пол, словно героин в каждой клеточке её тела превратился в камень и тянет вниз. Кел закрывает глаза и позволяет волнам блаженства и спокойствия захлестнуть её. Она не ощущает время, не ощущает пространства, только маленькое искусственное счастье, которое на время зародилось внутри.       Кто-то зовёт Кел по имени, но она не может поднять веки. Они слишком тяжёлые, а кто-то слишком далеко. - Эй, что ты… - Кел с трудом слышит далёкий голос, словно она находится под водой, - я же сказал: «Рей Бредбери». Чёрт…       Чьи-то руки поднимают её и тут же опускают. - Мне, если честно, уже конкретно надоело тебя постоянно на кровать переносить. Кажется, ты немного переборщила… - Голос становится чуть ближе, Кел с трудом приоткрывает глаза до щёлок, она чувствует чьи-то прикосновения на левом предплечье, куда она какое-то время назад ввела иглу. Девушка перехватывает руку Кобейна, он переводит взгляд на неё. - Я не хочу умирать, - Кел не узнаёт свой голос, он приглушённый и молящий. Курт издаёт смешок и через короткий промежуток времени добавляет: - На тебя героин странно действует. - Пожалуйста, - Кел собирает последние силы и приподнимается на локте. Её затуманенный разум не позволяет конкретно выразить то, что сейчас происходит в голове, она немного тянет Кобейна к себе, - но я смогу защитить тебя, я смогу… - Девочка, больше никогда не получишь от меня наркоты, - Курт улыбается, проводя указательным пальцем свободной руки по щеке Кел, - ложись и спи, это поможет.       Она откидывается назад на подушки, ей кажется, она всё последнее время проводит во сне. Кел не отпускает руки Кобейна и, когда чувствует, что он собирается уходить, только крепче сжимает её. - Пожалуйста, - она не может сказать, чего именно от него хочет. Кобейн несколько секунд остаётся сидеть на кровати, потом Кел чувствует, как он ложится рядом. Теперь она больше не старается ничего из себя выдавить. Она позволяет густым, вязким волнам темноты накрыть её с головой и утащить на дно.