Опасная игра: Это еще не конец

- Это была та женщина-медиум, - уверенно заявила Дже Кен. - Мне показалось, что вместе с волосами она вытравила остатки мозгов. - Нет, - возразил Чжун Пе. - Ты знаешь, что это на самом деле? - Га Ыль показалось, что он шутит, но его глаза были абсолютно серьезными. - Это накопившаяся усталость. Усталость от борьбы. Мы пережили сильный стресс и теперь видим и слышим то, чего нет. Разговор происходил на следующий день. Они сидели на холме возле парковки. Все, кроме Ву Бина. Га Ыль удивилась, когда Чжи Ху присоединился к ним. После того что она сказала ему днем раньше, он вполне мог отказаться от их общества. Но он сидел на своем привычном месте и был занят ланчем. У Га Ыль пропал аппетит. - Звонки не были галлюцинацией, - сказала она, стараясь не выдать свое волнение. - Согласна, прошлой ночью это мог быть сон. Мой крик разбудил родителей, и они утверждали, что не слышали звонков. Но я не спала. Чжун Пе, я не спала. - Нет-нет, я не говорил, что телефонные звонки нереальны. Телефон звонил, и, возможно, кто-то нашептывал тебе слова. Или это помехи на линии, но твое воображение восприняло их как членораздельные звуки. Ты не слышала в них «исчезновение», пока медиум не произнесла это слово. Разве не так? - Да, - с неохотой согласилась Га Ыль. На ярком майском солнце ужас прошлой ночи казался менее реальным. - Но это не происходило в моем воображении. Впервые я услышала звонок телефона в школе. Вчера я смогла разобрать слово. Не «исчезновение», а «истощение». Именно это слово отражает тот голод, который я видела в глазах. - Вот потому ты и вообразила именно это, - запальчиво воскликнул Чжун Пе. - Вернее, вообразила - не совсем то, что я имею в виду. Понимаешь, твой мозг - это своего рода моделирующая система. Она получает сигнал от органов чувств и создает на его основе наиболее подходящую модель. В состоянии стресса любой импульс, например шум в телефонной трубке, превращается в ложную модель. Твой мозг услышал то, чего не было. Но это кажется реальным, потому что оно было реально. Для твоего мозга. Дже Кен нахмурилась: ей совершенно не нравилась мысль о том, что нельзя полагаться на собственный разум. - Да, но тогда получается, что это нереально. - Реально, как и любая модель, созданная твоим мозгом. Вчера я делал домашнее задание, и в моей голове возникла модель кофейного столика. Я вообразил прямоугольник из досок. Но если бы я был в состоянии сильного стресса, перед моими глазами возникла бы крышка гроба. Особенно если бы я спал или накануне думал о гробах. Понимаешь? Га Ыль поняла. По крайней мере ей показалось, что она поняла. - Но гроб не был бы реальностью, - возразила Дже Кен. - А как я мог узнать об этом? - Очень просто. Дотронуться до него... - Осязание - всего лишь одно из чувств. Его тоже можно обмануть. Нет, хорошая модель не выдаст, что она нереальна, - сказал Чжун Пе. «Это разумно, - подумала Га Ыль. - То же самое справедливо в отношении собаки. Я шарахалась от тени, потому что была напугана совсем другим». Она села на траву и глубоко вздохнула. На душе стало немного легче. Теперь она могла думать о других вещах. Например, о Ву Бине. Пока он не будет вместе с ними, все будет идти кувырком. - Вчера мы обошли половину улиц, - говорила Дже Кен, - но ничего не нашли... - Я натер мозоли, - вставил Чжун Пе. - Если я и дальше буду прогуливать занятия по кунг-фу, то не выиграю соревнования, - закончила Дже Кен. - Ты думаешь, что только у тебя проблемы? - фыркнула Чан Ди. - Утром я обнаружила глубокие царапины на крыше моей машины. Папа убьет меня, когда увидит. - Она рассказала о том, как за ней и Га Ыль гналась собака. Чжун Пе возбужденно взмахнул рукой: - Видишь! Еще одна модель. Но Чан Ди лишь скептически взглянула на него. Ее внимание тут же переключилось на Га Ыль. - Га Ыль, - сказала она, - что с тобой? Все уставились на нее. Га Ыль чувствовала, что у нее дрожат губы. - Дело в том, что я и Ву Бин... Мы поссорились... - Она пожала плечами. - То есть теперь я не знаю, вместе мы или нет. Они смотрели на нее так, словно она объявила о конце света. Чжун Пе присвистнул и взъерошил волосы. Обычно презирающая романтику Дже Кен сочувственно положила руку на плечо Га Ыль. Чан Ди нахмурилась. Чжи Ху покачал головой, в его глазах мелькнули ледяные искры.Первой пришла в себя Чан Ди. - Не переживай, дорогая, - сказала она, вертя в руках солнцезащитные очки. - Это не навсегда. Ву Бину нужна встряска. Парням надо время от времени указывать их место, - добавила она, бросая уничижительный взгляд на Чжун Пе. - Нет, это была не просто ссора. Все произошло из-за него, из-за И Чжона. Ву Бин думает, что я принадлежу И Чжону. Как в старом фильме ужасов. Невеста дьявола. Он думает, что потерял меня, и не считает нужным бороться. Она рассказала им все. Чан Ди внимательно выслушала ее, после чего лукаво улыбнулась и сказала: - Значит, нужно принимать суровые меры. У меня есть идея. - Какая? Чан Ди кивнула в сторону здания школы. Там на стене висел огромный плакат «Добро пожаловать на полуночный бал-маскарад". - Вуаля! - Вуаля? - недоуменно переспросила Га Ыль. - Бал. Нам Вон. Вчерашнее приглашение. Помнишь? - Да, но... - Ты сказала, что Ву Бин не хочет соперничать с демоном. Но, может быть, увидев, что у него появился соперник из рода человеческого, он несколько приободрится? «Это безумие, - подумала Га Ыль, - но может сработать». - Но я отказала. Наверняка он пригласил кого-то еще. - Не думаю, - хмыкнула Чан Ди. - Вчера на алгебре Сы Эн рассказала мне, что он бросил Си Ен из-за тебя. Га Ыль удивленно заморгала. Ми Си Ен была лидером группы поддержки. Красивая, яркая, притягательная. - Он бросил ее ради меня? - В последнее время они не ладили. Си Ен видели с Бао Эйном. Но до вчерашнего дня Нам Вон закрывал на это глаза. - Но... - Га Ыль, послушай меня. После того что сделал Ву Бин, ни у кого не повернется язык осуждать тебя за то, что ты встречаешься с другим. Кроме того, ты отлично проведешь время. Ведь это же Нам Вон, черт побери! Если хочешь, я пойду с тобой. Я смогу сделать так, что и меня пригласят. От возмущения Чжун Пе приподнялся со своего места. - Что?! - воскликнул он. - Успокойся, Чжун Пе. Не надо сердиться. Я пойду туда не ради развлечения, а из соображений иного рода. Буду исполнять роль дуэньи. Ты хочешь, чтобы Ву Бин и Га Ыль помирились? Чжун Пе раздраженно сплюнул. Дже Кен лукаво улыбнулась. - Давай, солнышко, - сказала она. - Сделай это. Чжи Ху убрал коробку из-под ланча в рюкзак. Он выглядел встревоженным: вся эта история ему явно не нравилась. - Поторопись, - сказала Чан Ди,обращаясь к Га Ыль. - Если нам повезет, мы найдем его до звонка. Давай, это будет нетрудно. Это действительно оказалось нетрудно. Нам Вон удивился, увидев Га Ыль, но его глаза засияли от радости. Га Ыль заметила это и поняла, что он действительно не приглашал на бал другую девушку. Было странно видеть старшеклассника таким, и Га Ыль засомневалась, честно ли это по отношению к нему. Она вспомнила заповеди, которые бабушка Дже Кен написала на зеркале в ее ванной: Не причиняй вреда и отвечай добром на зло. Оказавшись в игре, Га Ыль поняла, как важны эти заповеди, чтобы мир не стал таким, каким хотел его сделать И Чжон. Она старалась следовать правилам, но теперь было поздно вспоминать о них. Чан Ди уже заигрывала с Нам Воном, недвусмысленно давая ему понять, зачем пришла Га Ыль. Вскоре все было улажено. - Я заеду за тобой в семь, - возбужденно произнес Нам Вон. Не скрывая восторга, он смотрел на ее лицо и рассыпавшиеся по плечам волосы. Она поняла, что не может отклонить его приглашения. - Отлично, - тихо ответила она, и они с Чан Ди ушли. «Что я наделала? У меня даже платья нет...» В это мгновение прозвенел звонок. После алгебры, на которой она была с Чан Ди и Чжун Пе, Га Ыль отправилась на занятия в компьютерный класс. Именно там она вновь столкнулась с теорией моделей, предложенной Чжун Пе. Все началось, как только она включила компьютер и стала вводить свое имя. Стоило ей дотронуться указательным пальцем до клавиши с латинской буквой «G», как на экране появилась строчка, состоящая только из этой буквы. Дойдя до края экрана, строчка не перешла на новую, а продолжала убегать куда-то за пределы правого поля. Га Ыль в ужасе уставилась на экран. Неужели она что-то сломала? Она любила компьютеры, относилась к ним не как к машинам, а как к своего рода приборам для связи с неизведанным. Буквы «G» продолжали заполнять строку, извиваясь, словно змеи. У Га Ыль холодок пробежал по спине. Экран притягивал ее к себе, увлекая в виртуальное пространство. GGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGG Га Ыль нажала Escape. Безрезультатно. Потом она попыталась перевести строку при помощи клавиши Enter, но и это ничего не изменило. «О господи, что происходит? Куда ведет эта строка?» - Ее словно хотели увлечь на край света. Она нажимала пробел, другие клавиши - бесполезно. Компьютер не реагировал! Буква «G» продолжала свой путь. Экран светился насыщенным голубым светом. Никогда раньше Га Ыль не замечала, как он красив. Цвет был невероятно живым и притягательным. Она почувствовала, что теряет сознание, и сделала то, что было строжайше запрещено. Она выключила источник питания. Отрезала компьютер от сети прямо в ходе выполнения программы. Это неизбежно должно было ему повредить. Но ничего не произошло. Электричество было отключено, индикатор питания погас, но буквы «G» упрямо продолжали возникать на светящемся экране. У Га Ыль перехватило дыхание. Она не верила своим глазам. Ее рука потянулась к монитору и отключила его. Монитор мигнул. - Что ты сделала? - ахнула девушка, сидящая слева от нее. Монитор светился. Буквы «G» продолжали извиваться в бегущей строке. Га Ыль выдернула шнур клавиатуры из гнезда. Она должна прекратить это. Произойдет нечто ужасное, если она не остановит эти «G». - Мистер Ын! - закричала девушка слева. - Мистер Ын, Га Ыль... У Га Ыль была всего секунда, чтобы разобраться в происходящем. Далее с отсоединенной клавиатурой буквы «G» продолжали возникать на экране. Или она думала, что они возникают. Последовала яркая вспышка. Экран стал белым, затем мгновенно потемнел. То же самое произошло с освещением в классе и со всеми остальными компьютерами. - Посмотри, что ты наделала, - испуганно прошипела одноклассница. Отсоединение клавиатуры не могло привести к короткому замыканию. Этого не произойдет, даже если разбить компьютер. В классе было темно, вернее, царил полумрак, так как окна были занавешены, чтобы защитить аппаратуру. Га Ыль стояла, прижав клавиатуру к груди. Вдруг она услышала странный звук, раздавшийся из-под стола. Мягкий, шуршащий, словно поглаживание. Такой звук издает веревка, когда ее тянут по полу. Что-то скользило по направлению к Га Ыль. Она повернула голову, пытаясь рассмотреть, что это. Голос учителя звучал откуда-то издалека. Шуршание приближалось. Как будто ветер гнал сухие листья по тротуару. Оно становилось то громче, то тише. Оно извивалось, как буква «G», и приближалось. Га Ыль не могла пошевелиться. Она услышала шипение. Что-то коснулось ее ноги. Га Ыль закричала, мгновенно освобождаясь от оцепенения, вскочила и принялась бить себя по ноге. Что-то снова дотронулось до нее. Га Ыль схватила это и сжала, пытаясь задушить... И обнаружила, что держит в руке шнур от клавиатуры. Должно быть, он упал со стола, когда она выдергивала его. Га Ыль так сильно сжимала закрученный в спираль шнур, что ногти врезались в ладонь. Загорелся свет. Вокруг нее стали собираться одноклассники. Они клали руки ей на плечи, задавали вопросы. «Мой мозг просто создал очередную модель, - призналась она себе. - Я испугалась неполадок с компьютером, услышала треск во время короткого замыкания и интерпретировала его как шипение. Всего этого не было в реальности. Это только модель в моем мозгу». - Мне кажется, тебе лучше пойти домой, - сказал мистер Ын. - У тебя такой вид, что отдых тебе не помешает. - Кажется, я догадалась, в чем дело, - заявила она Чжун Пе, встретившись с ним вечером. - Все дело в блоке питания. Это батарея, которая обеспечивает работу компьютера, когда отключено электричество. - Да, конечно, - согласился Чжун Пе. Он плохо разбирался в компьютерах, но никогда не признавался в этом. - Поэтому компьютер продолжал работать, но потом я каким-то образом вызвала короткое замыкание, - продолжала Га Ыль. - Электричество вырубилось, а все последующие события происходили уже в моем воображении. - Должно быть, ты довольно смешно выглядела со шнуром в руках, - улыбнулся Чжун Пе. Они принялись обсуждать то, что произошло после школы. Чжун Пе, Дже Кен и Чан Ди прочесали большую часть домов между улицей Сечжона и Чонгечон, но ничего не обнаружили. Га Ыль принимала живое участие в обсуждении. Она была в полном порядке. Проспав до вечера, она почувствовала себя намного лучше и очень гордилась, что смогла контролировать свое воображение. «В будущем нужно быть спокойнее», - сказала она себе. - Э-э, Га Ыль, - бросил Чжун Пе. Ее удивило то, как звучал его голос - тихо и неуверенно. - Что? - Так, ничего. Увидимся завтра. Береги себя. - И ты тоже, - ответила она. - До завтра. Чжун Пе смотрел на только что выдернутый из розетки шнур телефона. Может быть, следовало рассказать обо всем Га Ыль, но у нее и так полно проблем. Кроме того, не стоило разрушать придуманную им блестящую теорию. «Это всего лишь последствие стресса», - убеждал он себя. Стресс, напряжение. Возбужденный темперамент. Чжун Пе никогда не стеснялся признаться в собственной трусости. Именно это объясняло тот факт, что весь день ему казалось, будто за ним кто-то следил. А за окном спальни никого не было. Все-таки второй этаж. Чан Ди надела ночную рубашку от Кристиана Диора и с наслаждением растянулась на шелковых простынях цвета спелого персика. После целого часа, проведенного в джакузи, ее ноги все еще ныли. У нее непременно вздуются мозоли. Но хуже было другое: Чан Ди с самого утра не могла отделаться от странного ощущения. Подобное чувство она испытывала в помещениях, где находились другие люди. Ей казалось, что за ней следили. Внимательно. Без восхищения. Взгляд был пристальным и недобрым. Ее преследовали. Должно быть, так повлияли на нее вчерашние события. Но теперь все позади. Она в своей спальне. Чан Ди закрыла глаза и моментально заснула. Ей снилось, будто она превратилась в кошку. Не в бестолковую беспородную, как у Га Ыль, а в элегантную абиссинку. Она играла с другой кошкой. Чан Ди улыбнулась во сне. Другая кошка была грубовата, но очень красива. Это была большая кошка, может быть даже тигр. Может быть... Чан Ди рывком села на кровати. Она могла поклясться, что испытанное во сне ощущение продолжало преследовать ее наяву: она чувствовала, как шершавый язык лижет ее шею. Девушка дотронулась до шеи - она была влажная. Спальня наполнилась странным запахом мускуса. Едва не разбив прикроватную лампу, Чан Ди повернула выключатель. Дико озираясь, она пыталась рассмотреть то существо, которое находилось в ее постели.