Опасная игра: Это еще не конец

У Га Ыль потемнело в глазах. На мгновение память отбросила ее назад, к тому моменту, когда ее, Ву Бина и остальных втянуло в игру, в Сумеречный мир. Ее чувства точно так же заволокло туманом, она падала в пустоту, ощущая всепоглощающий ужас. Но сознания Га Ыль не потеряла. Ей хотелось, чтобы это произошло, но она по-прежнему оставалась в объятиях незнакомца. Он убьет ее! Это его голос она слышала по телефону. Это он послал волка-призрака следить за ней и Чан Ди, это по его воле змея оказалась в компьютерном классе. Он убил Хэ Джунга. В ее голове все еще звучал странный, завораживающий шепот: «Истощение...» Горло Га Ыль сжал спазм, она всхлипнула. Страх придал ей сил, и она снова попыталась освободиться. К удивлению, он отпустил ее. Она сделала два шага назад, уперлась в балконный поручень и осмелилась взглянуть на него. Ей казалось, что она готова, но подготовиться к встрече с И Чжоном было невозможно. В прорезях черной маски его глаза переливались, словно ртуть. Его волосы сияли в полумраке, словно темень. Все в нем было острее, ярче, мощнее, чем в обычном человеке. И это казалось странным, ведь мир, в котором он существовал, нельзя было назвать реальностью. Теперь он явился в ее мир. Он стоял рядом и был способен на все. Он излучал опасность, угрозу. Сердце Га Ыль готово было выпрыгнуть из груди. - Знаешь, желтые розы к измене, - сказал он. Она вспомнила этот голос, словно плеск воды о камни, и невольно коснулась букетика, приколотого к платью. Очаровательные миниатюрные бутоны с золотистыми искрами. Нам Вон удивился, увидев их: «Должно быть, флорист перепутал...» - Ты прислал их, - сказала она. Ее голос дрожал от страха и стыда. Ей хотелось сорвать цветы и растоптать их. - Конечно. Разве ты не догадалась? Ей следовало догадаться, но она оказалась слишком глупа. Весь вечер она вела себя глупо, например, танцевала с незнакомым парнем, напрочь забыв о том, что И Чжон мог принять любой облик. Га Ыль было чего опасаться. Во время их последней встречи она предала его, солгала ему, заставила поверить и даже довериться ей. А потом загнала в ловушку, словно джинна в бутылку. Га Ыль могла догадываться о чувствах, которые он испытал, поняв, что она сбежала. Теперь он пришел отомстить. - Почему ты этого не делаешь? - спросила она. Ее голос звучал спокойно и уверенно. - Давай, убей меня! - Ты думаешь, я этого хочу? - Ты же сделал это с Хэ Джунгом. И Чжон улыбнулся. О господи, она забыла его улыбку! Улыбку голодного волка, от которой можно лишиться чувств. - Я лично не убивал его. Га Ыль бросила быстрый взгляд вниз, на пляж. Страх рос внутри нее, становясь все больше и больше. Если он не сбросит ее с балкона, возможно, придется прыгнуть самой, потому что быстрая смерть намного лучше того, что он задумал... - Давай, сделай это, - повторила она. - Покончи с этим. - Хорошо, - сказал он и поцеловал ее. Она думала, что помнит его поцелуи. Но память обманывала ее. Она словно вновь оказалась в картонном доме и пережила шок, который испытала при первом прикосновении И Чжона. Когда ее обнимал Ву Бин, она чувствовала уверенность и безопасность. С И Чжоном все было по-другому. Это было безумие, головокружение, потрясение. Ее пронзали тысячи электрических разрядов. «Нет, я не могу, это неправильно! Это неправильно, он - воплощение зла. Я не могу ничего чувствовать по отношению к нему. Я сказала Ву Бину, что ничего не чувствую...» Ее тело ничего не желало слушать... «Он хочет убить меня...» Но он целовал ее так нежно и долго, словно они были не охотником и добычей, а страстными любовниками, встретившимися после долгой разлуки. И Га Ыль ответила на его поцелуи. Ее руки обвили его шею. Губы И Чжона стали более настойчивыми, и она открыла глаза. - Га Ыль, - произнес он, не выпуская ее из объятий, - теперь ты видишь, что происходит? Ты не можешь больше сопротивляться. Ты пыталась убить то, что существует между нами, но тебе не удастся убить мою любовь к тебе. - Нет, - прошептала Га Ыль. Его лицо было совсем близко. В маске оно казалось еще прекраснее и... опаснее. Она не могла отвести от него взгляд. - Мы предназначены друг для друга. Это наша судьба. Ты сопротивлялась, но теперь все кончено. Смирись, Га Ыль. Позволь мне любить тебя. - Нет! - Она оттолкнула его с неожиданной силой. Ярость исказила его лицо, но он быстро взял себя в руки. - Ты будешь сопротивляться до конца? Хорошо. Ты невероятно привлекательна, когда сердишься. Я жаждал увидеть тебя такой. Я был доведен до истощения... - Не надо... - Мне нравится платье, - продолжал он, не обращая внимания на ее слова. - Конечно, с чисто эстетической точки зрения. И мне нравится, как лежат твои волосы. Так ты выглядишь еще более красивой и... страстной. Га Ыль действительно почувствовала себя красивой и страстной. Она почувствовала себя желанной. Это было неправильно, но его глаза заставляли ее поверить в то, что она была самой красивой из всех женщин с начала времен. Но страх не отпускал ее. И Чжон взял ее за руку. Она почувствовала, как что-то скользнуло по ее пальцу. Кольцо. Холодный металл коснулся кожи, словно ледяной обруч. То самое золотое кольцо, которое она выбросила. И Чжон произнес слова клятвы: Все отвергаю - тебя выбираю.Га Ыль закрыла глаза. - Ты помнишь? Я говорил тебе, что эти слова необратимы. Га Ыль, ты поклялась мне. Отныне и навсегда. Если бы тьма обрела человеческое лицо, если бы силы ночи превратились в человеческое существо, они бы напоминали И Чжона. И она принадлежала ему. Как в старом фильме ужасов. Невеста дьявола. Она обещала быть с ним, и теперь у нее нет другого выхода. Вернее, так думала только часть ее существа. Та, о которой она не подозревала до встречи с И Чжоном. Которая заставила ее измениться. Дикая, необузданная, азартная. Именно эта ее часть отвечала И Чжону, заставляла сердце биться сильнее, а колени подгибаться. Однажды в Японии Га Ыль пережила землетрясение. Земля уходила из-под ног, казалось, что она вот-вот погибнет. После этого ноги сделались ватными, как сейчас. - Я вернулся, чтобы потребовать то, что принадлежит мне. Га Ыль, ты сама выбрала свою судьбу. Ты обречена. Так действуют руны и заклятия, которые ты произносила или писала. Ты полагала, что делаешь добро? Она не знала, что думать. Нужно было спасать Ву Бина и остальных, и ради этого она была готова на все. - Это... Я не могла... это несправедливо, - запинаясь, произнесла она. - Справедливость... Давай не будем начинать все с начала. Жизнь несправедлива сама по себе. Ты обещала быть со мной. Га Ыль хотела возразить, но не находила слов, потому что он был прав. Она действительно дала ему слово, произнесла клятву, зная, что связывает себя навечно. Да, она надеялась, что ей удастся избавиться от И Чжона, но этого не произошло. И Чжон начертил в воздухе какой-то знак, похожий на вазу, лежащую на боку: - Пертро - руна азартных игр и гадания. Она напоминает чашу для игральных костей. Га Ыль не понимала, куда он клонит. - Я расскажу тебе о людях, которые открыли эти руны, которые обожали игру, сходили по ней с ума. Они были готовы спорить на что угодно, на собственную свободу, Все ради одного броска. И если они проигрывали, то шли в рабство с радостью, потому что выполняли данное обещание. Они всегда играли по правилам. Честь была для них превыше всего. Га Ыль поежилась. Ей вдруг стало очень холодно, захотелось где-нибудь спрятаться. - А ты собираешься выполнить свое обещание? Что она могла ответить? Что не собиралась его выполнять? Вначале И Чжон силой вовлек ее в игру, но потом она последовала за ним добровольно. Ей хотелось испытать азарт, она искала приключений. Ее вина заключалась лишь в том, что она прикоснулась к запретному. Га Ыль закусила нижнюю губу и взглянула на И Чжона. Ей было нелегко встречаться с ним взглядом, но она переступила через себя. Ей нет прощения, но она не собиралась держать слово. - Ты знаешь, я могу заставить тебя. Она кивнула. По крайней мере она не пойдет за ним без сопротивления. Он повернулся лицом к океану. Га Ыль ждала. - Что ты скажешь, если я предложу тебе сыграть в новую игру? - О нет, - прошептала Га Ыль. И Чжон продолжал: - Я мог бы заставить тебя, но я даю тебе шанс. Га Ыль, одна попытка. Если ты победишь, я освобожу тебя от обещания. Если проиграешь - тебе придется его выполнить. - Он смотрел на нее мерцающими в лунном свете глазами. - Ты будешь играть или мы решим все здесь и сейчас? «Не паникуй! Думай! Один шанс лучше, чем ни одного». Упрямая часть ее сознания вновь ответила на вызов, готовая встретиться с опасностью, риском, возбуждением. - Одна попытка, - тихо повторила она. - Я буду играть. Он хищно улыбнулся: - Тогда никаких карт в рукаве, никаких поблажек ни для кого из игроков. Га Ыль замерла. - Подожди... - начала она. - Ты думаешь, я позволю еще раз одурачить себя? Эта игра не на жизнь, а на смерть, как и предыдущая. - Но это будет наша игра: моя и твоя, - в отчаянии сказала Га Ыль. - Нет. - Его глаза превратились в узкие щелки. - В игре будут участвовать все игроки. Все, кто был в картонном доме. Ни больше, ни меньше. На моей стороне играют Вервольф и Василиск. На твоей - все, кто помог тебе обмануть и предать меня. Я буду ловить их одного за другим, начиная с Красной Шапочки. - Нет, - в ужасе ахнула Га Ыль. «Что я наделала? В прошлой игре Ха Ни поплатилась жизнью...» - Да. Игра начинается прямо сейчас. Отыщи мое логово, и ты помешаешь мне увести их в Сумеречный мир. - Увести кого? - Твоих друзей. Найди их, после того как я их поймаю, и подари им свободу. Если не сможешь, - улыбнулся он, - я заберу их всех. Га Ыыль ничего не соображала. Ее охватила паника. Она не понимала прави и не представляла, в какую игру ей предстоит играть. - И Чжон... Молниеносно, как кошка или атакующая змея, он наклонился и поцеловал ее. Га Ыль ответила на поцелуй раньше, чем успела что-либо сообразить. Оторвавшись от ее губ, он на мгновение прижал девушку к своей груди. Она слышала, как бьется его сердце. «Совсем как у человека», - подумала она. - Новая игра называется «Ягнята и монстры», - прошептал он ей на ухо и исчез - перепрыгнул через перила и растворился в темноте. Га Ыль осталась одна. До ее ушей вновь донеслись звуки музыки. Может быть, это был сон, но она все еще помнила прикосновение губ И Чжона. Га Ыль оглянулась по сторонам. И Чжон сказал, что игра начинается прямо сейчас. Он никогда не бросал слов на ветер. Но она не заметила ничего необычного. Бал продолжался, внизу по пляжу прогуливались парочки. Одна из них привлекла внимание Га Ыль. Чан Ди! Внизу была она! А парень рядом с ней, должно быть, Джин Хо. Они шли по песку, держась за руки. «Игра начинается прямо сейчас... Я буду ловить их одного за другим, начиная с Красной Шапочки». Красная Шапочка, кошмар Чан Ди... - Чан Ди! Чан Ди!- закричала Га Ыль изо всех сил. Музыка и океанские волны заглушили ее крик. Га Ыль растерялась. Чан Ди и Джин Хо уже почти покинули круг света и углубились в тень. - Чан Ди! Чан Ди обожала танцы. Они были ее страстью. Блестящие наряды, комплименты, музыка... Это даже лучше, чем поход по магазинам. Джин Хо ей не нравился. Она целовалась с ним просто так и ничего не могла с собой поделать. Для корейца Джин Хо целовался совсем неплохо. Конечно, не так хорошо, как Чжун Пе. Гу Чжун Пе умел целоваться лучше всех на свете, хотя по нему этого не скажешь. Это был большой секрет, и Чан Ди намеревалась сохранить его. Думая о Чжун Пе, она испытывала небольшие угрызения совести. Но она же сказала ему, что не интересуется Джин Хо! Она просто помогала Га Ыль. Именно она все это время пыталась успокоить взволнованного Нам Вона. - Джин Хо, - сказала она, поправляя прическу, - нам лучше вернуться назад. Он стал возражать, но Чан Ди уже повернула назад. Она и не думала, что они ушли так далеко. Сделав несколько шагов, она заметила краем глаза какое-то движение. Слева, в густой тени. Может быть, это какой-нибудь зверек или птичка? - Джин Хо, пойдем. - Иди, если хочешь, - надулся он. «Ах так!» - Она пошла, стараясь идти как можно быстрее, но ноги вязли во влажном песке. Огни отеля казались невероятно далекими, а расстилающаяся справа океанская гладь - бесконечной. Чан Ди шла по границе между тьмой и водой. Она почувствовала себя крошечной и уязвимой. Ощущение было настолько неприятным, что она резко повернулась, вглядываясь в темноту. Но ничего не было видно. Возможно, поблизости действительно ничего не было. Вдруг она услышала вскрик за спиной и, обернувшись, заметила какие-то тени, похоже, кто-то дрался. - Джин Хо! Джин Хо?! Еще один крик, более громкий и страшный. Потом рычание. Громкий утробный звук, какой издают животные. - Джин Хо! Джин Хо, что с тобой? Тишина. - Джин Хо? - Чан Ди сделала неуверенный шаг в темноту. Что-то надвигалось на нее. Чан Ди попыталась сфокусировать зрение и совершила ошибку. Когда она разглядела то, что двигалось к ней, оно подошло почти вплотную. «О господи, невероятно! В Сумеречном мире волк выглядел как обычный волк. Огромный, мощный, но волк. Эта же тварь была... призраком. Как будто его нарисовали в воздухе светящейся краской. Набросали грубыми мазками». Но его звериный рык был реальным. Чан Ди повернулась и побежала. Призрак преследовал ее. Она слышала урчание, ощущала его дыхание за своей спиной. Песок засасывал, тормозил движение. Она бежала как в замедленной съемке. Еще немного, и она доберется до света. Если только успеет. Теперь свет казался ей далеким и недостижимым. Перед ней разверзлась земля. Во всяком случае, это выглядело именно так. В сером песке возникла черная дыра с синеватым свечением по краям. Чан Ди успела вовремя остановиться. Не веря своим глазам, она упала на колени и заглянула в дыру. Никогда раньше она не видела ничего подобного. Черная бесконечность. Где-то очень далеко мерцало голубоватое пламя. Чан Ди вскочила и метнулась влево, к растущим по краю пляжа кустам. Возможно, там ей удастся найти укрытие. Но призрак оказался проворнее. Он обошел ее слева, заставляя повернуть назад и оттесняя обратно к дыре. Чан Ди споткнулась и упала. Горячее дыхание обожгло шею. Она попыталась закричать, но дыхания не хватало. Тогда она поползла вперед на четвереньках. Прямо туда, куда ее вынуждали двигаться. Но она поняла это слишком поздно. Дыра оказалась перед ней, и на этот раз она не могла остановиться...