Дочь короля

Весь отряд облегченно вздохнул, и все они увидели силуэт Одинокой Горы, грозно вырастающей на линии горизонта и немым исполином пронзающей утренние небеса. Это их цель... - Эребор! - прошептала Элеонора, вглядываясь в даль. - Эребор! Одинокая Гора, - кивая, произнес маг. - Последнее, из великих королевств гномов Средиземья. - Наш дом, - гордо сказал Торин. - Смотрите, ворон. Птицы возвращаются к горе, - воскликнул Оин. Элеонора посмотрела вверх и мысленно рассмеялась. Это был не ворон, а... - Это дрозд, мистер Оин. - сказал Гендальф. - Будем считать, что это знак. Добрый знак, - посмотрев на Бильбо, сказал Дубощит. - Да, ты прав. Я уверен, что худшее уже позади! - весело проговорил хоббит. "Сомневаюсь я в этом, братец, очень сомневаюсь!" - подумала Элеонора, неспеша спускаясь вслед за друзьями с каменного пика и вспоминая злобный оскал Бледного Орка...

***

Азог был в бешенстве. - На куски порву! Живьем шкуру спущу! - рычал орк. Белый Варг согласно ворчал. Он хромал, но всё равно следовал в бешеном беге по следам отряда гномов. Бледнокожий Орк там, на обрыве, возле выхода из гоблинских пещер, смог разглядеть нахального, как ему сначала показалось, юнца, который устроил цирк, тем самым здорово унизив его. Уж слишком был голос звонким для густых и низких басов гномов-мужчин. И только потом, когда качнулась за спиной длинная черная коса, а алые сполохи бешено ревущего пламени высветили тонкие черты лица, столь похожего на ненавистного Торина, орк понял - это была девушка, и так похожая на его заклятого врага. Не может такое сходство быть случайным - она наверняка его... родственница? - Выжила-таки! Не сгинула в реке! Убью, уничтожу дочь Дубощита! - все громче рычал Азог, и еще быстрее погоняя своего варга...

***

Ночь они провели под подножием каменного уступа. С рассветом все двинулись в путь. Отряд шел целый день, не сделав за все время ни одного привала. Элеонора не привыкла жаловаться, но царапины от камней, укусы гоблинов и слегка подвернутая нога (во время беготни от Азога, она неудачно наступила на камень) начинали донимать ее все сильнее и сильнее. Мысленно захлопнув рот, она терпела все это и шла наравне со всеми. Девушка понимала, что другим тоже нехорошо, а особенно Торину. На него было больно смотреть - бледный, шатающийся, в крови. Казалось, что он того гляди лешится сознания. Король лишь благодаря своему гномьему упрямству шел дальше, несмотря на свои страшные раны, которые доставляли ему крайнее неудобство. Элеонора все больше и больше восхищалась своим отцом, и она не имела никакого права начать ныть из-за каких-то мелких царапин. Она хотела подойти к нему, поддержать, но из-за недавних событий ей было ясно, что так вот просто к отцу она подойти не сможет. Напряжение в группе и косые взгляды Торина в ее сторону ясно говорили ей о том, что ей вскоре предстоит очень серьезный разговор. Безусловно, выпуск пламени не мог не произойти, но что бы это вышло так резко и неожиданно для всех, такого Элеонора не планировала. Мало того, пламя еще и жило само по себе, ни в какую не желая слушаться ее. От понимания своей слабости над пламенем, девушку внутри постепенно сковывал жуткий страх. Страх, что она может навредить своей силой своим родным и друзьям. Да и как взять и сказать всем, что она владеет магией, передавшейся ей от матери? Если бы рядом с Элеонорой не шли Бильбо и Торин, и если бы она не чувствовала на шее ожерелье мамы, то она бы скорее всего поддалась страху и дала бы тревоге полностью завладеть ею. "Все впорядке, Элеонора, не паникуй! - думала она. - Ты просто еще не привыкла к пламени. Главное, держи себя в руках, и тогда оно никому не навредит!"

***

На следующее утро, перед рассветом, Бильбо послали на разведку в горы. Через пару минут хоббит в спешке спустился с ущелья. Его тут же обступили гномы. Элеонора сидела на земле, привалившись к камню и прикрыв глаза, пытаясь привести бушующие чувства в мирный ручей. - Стая близко? - первым спросил Торин. - Слишком близко. Всего в паре лиг. Но это ещё не самое худшее. - Варги взяли наш след? - спросил кто-то из отряда. - Пока нет, но возьмут. У нас другая проблема. - Они тебя увидели? Тебя заметили? - в который раз, перебивая Бэггинса, спросил Гэндальф. - Нет. Я не об этом... - Хорошо. Что я вам говорил? Тише воды, ниже травы, - начал расхваливать хоббита маг. - Первоклассный у нас вор! - Дайте же вы ему наконец договорить! - не открывая глаз, рявкнула девушка. - Спасибо, Элеонора! Я хочу сказать, что видел там кого-то ещё, - сказал Бэггинс. - Еще кого-то? Кто же это был? - поинтересовалась девушка. - Это медведь? - предположил Гендальф. - Эм... ну да. Только больше. Намного больше. - Тебе знаком этот зверь? - спросил у волшебника Бофур. Гендальф не ответил. - Есть один дом, - начал маг. - Совсем неподалеку, где мы могли бы укрыться на время. - Чей же это дом? Друга или врага? - спросил Торин. - Ни то, ни другое. Он либо поможет нам, либо, - Гэндальф сделала паузу, - убьет всех. - Да, неплохо! Можно сказать, что просто повезло! - прошипела Элеонора. - А у нас есть выбор? - как-то обреченно спросил кто-то из отряда. Со стороны скалы послышался ужасающий рык. - Нет, - ответил Гендальф. По равнине, за Гендальфом неслись гномы и хоббит. Вскоре, наравне с магом, неслась Элеонора. Бежали со всех ног. Уже совсем близко слышался дикий рев. Вскоре они выбежали на большую поляну. До видневшегося на ее окраине дома осталось меньше километра. Влетев во двор подобно стрелам, гномы бросились к двери, пытаясь открыть ее. Девушка обернулась назад, как раз, чтобы увидеть, как из леса очень эффектно выпрыгнул огромный медведь. Сердце ушло в пятки. Девушка подбежала к воротам и попыталась закрыть их, но они не поддавались. Как на зло, гномы не могли открыть дверь в сам дом, а медведь был уже близко. Оставив безуспешные попытки закрыть двор, девушка бросилась к остальным.Торин вовремя понял, что нужно открыть защелку на двери. Ввалившись в жилище, гномы начали поспешно закрывать двери. Они почти сделали это, но огромная голова пролезла и попыталась укусить кого-то. Хотя, и гном, и хоббит, стоявшие ближе к двери, были этому медведю на один зуб. Элеонора наложила стрелу на лук и прицелилась в голову медведя. Так, на всякий случай... С огромными усилиями дверь все же закрыли, бесцеремонно вытолкнув голову за неё. Гномы пытались отдышаться. - Что это было? - спросил ещё не отошедший от произошедшего Ори. - Это был хозяин дома, - ответил Гэндальф. - Его зовут Беорн. И он оборотень. - И почему, интересно, я не удивленна? - выдохнула Элеонора. - Иногда он громадный черный медведь, а иногда громадный и могучий человек. Медведь непредсказуем, а с человеком можно договориться, - продолжил маг. Гномы начали осматривать дом. Тут и вправду все было очень большим. Просто огромным! В доме были и стойла для коров, что немного удивило девушку. Подойдя к буренке, она погладила её и подала сено. Животное приветливо махнуло хвостом. Хуже всего, наверное, было Бильбо. Он был самым маленьким в отряде. Даже на стул он спокойно не залезет. Для него это все равно, что запрыгнуть на подоконник. Сиденье находилось на уровне талии. "Помогать ему не буду, пусть сам залезает!" - подумала Элеонора, разглядывая дом и прикидывая размеры братца. - Однако, он недолюбливает гномов, - сказал Гендальф. Ему, видимо, нравилось вводить их в ступор. - Ложитесь-ка вы все спать, да поживее. Этой ночью вам ничто не угрожает. Я надеюсь. - добавил он еле слышно. А что ещё оставалось делать. Медведь ушел, все было спокойно. Тишина да спокойствие. Гномы устроились прямо на полу, и вскоре дом наполнился громким храпом Бомбура. К Элеоноре сон не шел. Поняв, что мучается напрасно, девушка тихо встала и стала ходить взад и вперед, сложив руки сзади, и обдумывая, как рассказать всем об ее силе. Девушка так сильно задумалась, что даже не заметила как к ней подошел Торин. - Не стоит тебе так разгуливать по чужому дому. Этот оборотень может вернуться назад в любой момент. - мягко проговорил король. - Присядь, нам надо поговорить, - добавил он, сев на пол. Элеонора опустилась рядом, прекрасно понимая, о чем хочет поговорить с ней Торин. - Элеонора, расскажи мне о том синем свете, которым ты сожгла гоблинов! Девушка нервно сглотнула - вот как ей все объяснить отцу? Поймет ли он ее? И как ей сказать, что это пламя от мамы? - Я просто... Ну, я... - девушка замялась, но все-таки рассказала все, что ей было известно. - И от мамы мне перешло это пламя. - так закончила она свой рассказ. Торин слушал ее очень внимательно, ни разу не перебив. Под конец он нахмурился. - Почему же ты умолчала об этом? Зачем ты скрывала от нас, что владеешь Синим пламенем? - Я боялась, что вы не поймете... - Элеонора передернулась. - И я самой себе боялась признаться, что все это правда! Пламя не подчиняется мне, оно живет само по себе! Мне страшно, что я могу не справиться с ним! - девушка обняла колени и уткнулась в них головой. Торин вздохнул и нежно погладил ее по волосам. - Для гнома совершенно необычно владеть магией, но и ничего ужасного в этом нет. У Имли я ни разу не замечал пламени, а это значит, что она сумела совладеть с ним. - Торин повернул к себе ее голову за подбородок. - И ты тоже сумеешь! Я уверен в этом! - девушка ничего не ответила. Она лишь обняла отца, и так и уснула, обнимая его.

***

Утром ее разбудило какое-то странное жужжание над ухом. Открыв глаза, Элеонора увидела прямо на ее носу большую пчелу. Не разобрав сперва, что это такое, девушка громко вскрикнула, но сразу же рассмеялась, почти до слез. На ее крик тут же прибежали Бильбо, Фили и Кили, и увидев простую пчелу, которая накручивала круги над нервно-смеющейся Элеонорой, тоже рассмеялись. - Ну ты даешь! Пчелы испугалась! - сквозь смех хрипел Кили. В ответ в его голову прилетела кучка сена. - Сам бы воскликнул, если бы спросонья открыл глаза и увидел у себя на носу что-то большое и темное! - Да ладно вам, главное, что пчела оказалась не вредоносная. Пошли, лучше, ко всем! - предложил Фили. - Вы идите, а я ненадолго задержусь! - сказала девушка, начиная расплетать косу. "Братское трио" (так Элеонора прозвала Бильбо, Фили и Кили) одновременно кивнули и двинулись в сторону выхода. Девушка же расчесала свои густые волосы гребешком, который всегда лежал в кармане ее штанов, заново заплела косу, умылась водой из фляжки и пошла по следам братьев. Она почти сразу же наткнулась на столовую, где за гигантским столом сидели все гномы, а рядом стоял сам хозяин дома. Беорн оказался еще огромнее, чем Элеонора могла себе представить. Косматая грива черных волос падала на плечи, янтарные глаза под нависающими бровями смотрели тяжело и испытующе. На гномку он даже не обратил внимания, ведя беседу с Гендальфом и гномами, удивительно тихо сидевшими за столом. Воспользовавшись этим, девушка незаметно подошла поближе к столу и прислушалась к разговору. - Значит, ты тот самый Дубощит, - голос у оборотня оказался низким и рокочущим, будто рычание перекатывалось в глотке Беорна. - Почему Азог Осквернитель охотится за тобой? - Ты знаешь Азога? - удивился Торин, поднимая глаза на великана. - Он вырезал всю мою семью, а оставшихся взял в рабство, - интонации не изменились, но в глубоко посаженных глазах мелькнула звериная ярость. - Но не для работы, видишь ли… А ради забавы. Он сажал оборотней в клетки и истязал их себе на потеху. Пока Беорн говорил, Элеонора тихонько подошла к столу, на котором лежали медовые лепешки, парное молоко, яблоки, орехи, мёд и блинчики, и уселась рядом с Бильбо. Хоббит кивнул ей и подвинулся, чтобы она смогла усесться. - Значит, вам нужно выйти к Горе? - вздохнул, усаживаясь Беорн. - До наступления дня Дурина? Ваше время на исходе. - А потому наш путь лежит через Лихолесье, - коротко кивнул Гендальф. - Тьма повисла над тем лесом, - рыкнул оборотень, поддаваясь вперед. - Дурные твари кроются в тени деревьев. Я бы не советовал туда соваться без особой нужды. Кроме того, эти земли кишат орками, которых становится все больше. Живыми вам до леса не добраться. - Мы пойдем по эльфийской тропе, - волшебник уверенно покивал головой, но в его взгляде скользнуло сомнение. - Она пока безопасна. - Безопасна? - хохотнул Беорн. - Лесные эльфы не похожи на своих сородичей. Они куда более вспыльчивы. - И похоже что еще и с головой не дружат, - буркнула Элеонора, вспоминая рассказы отца об этих эльфах. Оборотень замолчал и в упор уставился на нее немигающим взглядом. Она твердо выдержала взгляд звериных глаз, в свою очередь прожигая его своими глазами. - С вами идет женщина? - удивился Беорн. - Неужели гномы так ослабли, что стали брать своих жен в походы? - Во-первых, я еще девушка! - резко отозвалась Элеонора. - Во-вторых, не тебе судить о нас! Эребор - мой дом в той же мере, что и всех здесь присутствующих моих сородичей, и я, как дочь короля, имею полное право проливать кровь за его возвращение! Беорн еще мгновение сверлил взглядом гордо вздернувшую голову гномку, и произнес: - Как дочь короля? Так ты что, принцесса Эребора? - оборотень покосился на Торина. - Да, - Элеонора сложила руки на груди. - Еще вопросы? После последней фразы оборотень едва заметно улыбнулся. В этот краткий миг его суровое, обветренное лицо стало красивым необычной и звериной красотой. - Я не люблю гномов, - задумчиво протянул он, отведя взгляд. - Они алчны и слепы. Но орков я не люблю больше. И тут лицо Торина, мрачнеющего с каждой новой фразой оборотня, озарилось едва заметной надеждой. Беорн дал им с собой провизии и необычных лошадей. Пегие, крепкие и выносливые, они смотрели на своих новых ездоков умными, слишком умными для простых животных глазами, но были послушны всадникам. Элеоноре досталась бело-серая, пятнистая кобылка. Эти пони были быстрее обычных лошадей, домчав отряд до границы эльфийского леса всего за полдня. - Эльфийские врата, - Гендальф спешился и подошел к некогда величественной, а сейчас словно иссохшейся арке. От леса, расстилавшегося перед ними, веяло мраком и жутью. Темной, тяжелой силой, заставляющей величественные деревья пригибаться к земле, перекручивать толстые ветви, словно простирая руки в отчаянной мольбе. Лес был крайне не привлекателен. - Орков не видно, - Двалин похлопал пони по крепкой шее. - Удача благоволит нам. - Хотелось бы, наконец, увидеть настоящую удачу! - проворчала Элеонора, вглядываясь в видневшийся на фоне озаренного полуденным солнцем неба откос, где маячил темный силуэт гигантского медведя. - Этому лесу явно плохо, - Бильбо с сомнением посмотрел на скрученные судорогой деревья и сглотнул. - Будто его поразила какая-то болезнь. Гендальф углубился на несколько метров вперед, переходя невидимую черту, отделявшую полную жизни землю от странного леса. Неожиданно остановился, словно ударившись обо что-то, и резко повернул назад. Элеонору удивило его поведение, и не только ее. - Отпустите пони! - Гэндальф казался встревоженным и сосредоточенным. - Нори, мою лошадь оставь! Она мне нужна! - Ты что, бросаешь нас? - изумился Бильбо, недоверчиво оглядывая мага. - Гэндальф, ты не имеешь права покидать нас после того, как затянул нас во все это! - гневно сказала Элеонора. - Я бы остался, если б смог, - Гендальф расстроенно покачал головой. - Я буду ждать вас на отроге у склонов Эребора. - Да, не маг, а сама занятость! - растроенно прошептала Элеонора. - Не потеряйте тропу, - Митрандир ловко вскочил на лошадь. - Этот лес не назовешь Великой Пущей, как раньше. Воздух в нем пропитан дурманом, который постарается проникнуть в ваш разум и сбить вас с пути. - Везение так и не покидает нас! - теперь Элеонора начала злиться. - Что бы ни случилось, не сходите с тропы! - бросил напоследок Гендальф, пришпорил вороного коня и помчался прочь. - Идемте, - перехватил на себя инициативу мрачный Торин. - У нас всего три дня на то, чтобы пересечь этот лес. - Или чтобы остаться в живых, - добавила Элеонора, идя следом за отцом. И вот она сделала первый шаг, углубляясь в этот лес, враждебность которого ощущала всем своим существом, а девичье сердце сжалось от нехорошего предчувствия...