Глава 10
7 июня 2016 г., 13:32
До конца каникул оставалось всего два дня. Все свободное время Рей ел, спал и бесцельно шатался по поместью, пугая прислугу внезапным рвением к хозяйским делам. Он намеренно ограничил любые связи с внешним миром. И на то была своя причина. Стоило Рею выехать в город, включить телевизор или просто выйти в сеть — везде он натыкался на новости о Нем.
«Эдвард Аддерли выкупил поместье своих родителей!»
«Воскресший Аддерли вступает в борьбу на имперской фондовой бирже!»
«Эдвард Аддерли — специальный гость передачи Роки Уильямса: загадочное прошлое самого известного наследника будет раскрыто!»
Скоро только лишь при упоминании фамилии Аддерли у Рея будет начинаться нервный тик.
Для себя он решил, что никакого Эдварда нет. Есть только Мэтт. Пусть остальные называют его, как хотят, для Рея он останется Мэтью Вингером — простым мальчишкой-курсантом, которого подселили к нему в комнату. Может быть, таким образом Рей хотел выделить себя среди всей этой толпы, пытающейся добраться до Мэтта, который в одночасье превратился в персону номер один. Пусть так. Ему было все равно. Смириться с этим оказалось проще, чем он думал.
Рей нарушил свое мнимое затворничество только после гневно-истеричного звонка Алана. Назвав Рея «чертовым отшельником, у которого уже сдохли все сперматозоиды», он в приказном тоне велел ему тащить свою задницу к нему на квартиру. Такое приглашение проигнорировать было сложно. К тому же Рей решил, что смена обстановки ему не помешает.
Квартира Алана была в самом центре — пентхаус на последнем этаже элитного жилого комплекса. Рей с компанией часто зависали здесь. Квартирка большую часть времени пустовала — мать Алана жила в главной резиденции, а это место отдала на растерзание сыну. Что только ни устраивал здесь сынок генерального прокурора Империи. Богемные тусовки, ночные вечеринки и наркопритоны — Рей повидал тут всякое. Это место тщательно скрывалось от прессы, и все, что происходило за железными дверями, оставалось в пределах этих стен. Правда после поступления в Иштар извращенная фантазия Алана немного поутихла. Рей даже подумал, что он и вовсе перерос все свои больные наклонности, но, как показало время, Алан лишь немного изменил приоритеты.
Рей устроился на высоком стуле у барной стойки. Бринкс уже полтора часа выносил всем мозг рассказами о полете на пляжи Риазы и чудесной встрече с учителем танцев Михаэлем, который был ниспослан ему самим провидением в награду за все пережитые страдания. Рей сейчас тоже не отказался бы от какого-нибудь знака свыше, лишь бы Бринкс замолчал хотя бы на пять минут. От его восторженной трескотни, перемежающейся хвалебными одами Михаэлю, уже начинала болеть голова. К тому же виски в стакане давно закончился, а лезть в бар за новой бутылкой Рею было лень. Без алкоголя проникнуться романтическим настроением Бринкса становилось и вовсе невозможно.
— Да ты с ним даже не разговаривал, — ехидно хмыкнул Алан в ответ на очередное мечтательное высказывание Бринкса. Тот тут же подскочил с дивана и с видом оскорбленной особы, гордо вскинув подбородок, выдал:
— Нас связывает красная нить судьбы! Тебе не понять!
Здесь даже обычно равнодушный Георг не сдержал короткого смешка, а Алан так вообще повалился на мягкий ковер, не скрываясь и хохоча в голос, за что тут же получил подушкой по заднице.
— Ничего вы не понимаете, — насупился Бринкс, снова усаживаясь на диван и скрещивая руки на груди. Двухметровый рыжий увалень с надутой рожей — то еще зрелище. — Вот Рей — мой настоящий бро, а вы просто завистливые говнюки.
— Ну, конечно, Рею просто пофиг на твои рассказы, — все еще посмеиваясь, ответил Алан. Он перевернулся на живот и, подперев подбородок ладонью, стрелял глазками в сторону барной стойки. — У нашего любимого Рея своих проблем выше крыши. Завтра мы возвращаемся в академию, так что его головушка занята совсем другим.
Рей недовольно цыкнул. Алан не был бы собой, если бы не поднял эту тему.
— После бала все только и говорят про Аддерли, — продолжил Алан. — Ни один выпуск новостей не проходит без твоей болонки. И почему ему столько внимания?..
Рей понимал, что его специально дразнят, и от этого раздражался еще больше. Если Алан позвал его сюда только за тем, чтобы посмотреть на новую нервную истерику Рея Фарта, то пошел он в жопу. Не дождётся. Он не собирается быть клоуном.
Поняв, что Рей попусту его игнорирует, Алан быстро переключил внимание на Георга.
— Гер, а как ты думаешь, у этого Аддерли есть шанс пробиться?
— Более чем, — пожал плечами Георг. — Он определенно знает, что нужно делать. За эту неделю он успел прочно закрепиться в топах. Думаю, шумиха вокруг его имени еще долго не утихнет, и он этому очень хорошо способствует. Он грамотный пиарщик, знает, кому и когда нужно улыбаться, знает, с кем нужно дружить, а кого, наоборот, остерегаться. У меня складывается ощущение, что он не один год планировал свое возвращение. Все будто идет точно по его плану.
По плану… Рей все-таки встал и достал еще одну бутылку виски из бара.
Все происходящее вокруг напоминало дешевую постановку с Мэттом в главной роли. Простой бедный парень в одно мгновение превращается в богатого наследника. Он готов был поспорить, что лет через двадцать про это даже могут снять ебучий фильм. Только из Мэтта совсем не получался правильный, во всем положительный главный герой. Рей не рассказал друзьям об их неприятной стычке в общаге, когда Мэтью скрутил его за пару секунд, а потом еще и вырубил. Он не идиот, чтобы трепаться о таком. Так что о подленькой двуличной душонке Вингера знал пока только он.
— Да, этот Аддерли ушлый парень, — подключился к новой теме разговора Бринкс, забывая, что всего минуту назад был обижен на весь свет. — Вы видели его интервью по второму имперскому? Он так заливал про своих родителей, что ведущая даже заплакала! Отвечаю, ребятки, все мамашки у экранов обревелись в три ручья. Даже моя экономка в курсе, кто такой Эдвард Аддерли и как много всего этот несчастный мальчик натерпелся!
Алан на его последние слова презрительно фыркнул.
— Образ мученика ему удается очень хорошо, — согласился Георг. — Он выбрал удачный слоган для своей рекламной кампании. Как известно, народ любит страдальцев, которым досталось от системы. Но не стоит забывать, что мученичество — единственный способ прославиться, не имея для этого никаких данных.
— И откуда ты такой умный, — восхищенно присвистнул Бринкс.
— Начни читать что-то, кроме этикеток от пива, и тоже будешь стрелять мудрыми цитатками, — снова поддел друга Алан, за что получил новый подушечный снаряд. Правда в этот раз он ловко от него увернулся, перекатившись в сторону.
Георг откинулся на мягкую спинку дивана и повернул голову в сторону Рея.
— Ты ведь не дашь ему спокойно жить?
И без имен было ясно, кому адресован этот вопрос. Рей сделал один большой глоток, поставил пустой стакан на стойку и лениво подошел к дивану, присаживаясь на широкий подлокотник.
— Это он мне спокойно жить не дает, — наконец ответил Рей.
— Может, не стоит… — начал было Георг, но его грубо оборвали.
— Я сам решу, что мне делать.
— И снова с нами мистер «я все решаю сам», — издевательски пропел Алан. — Но знаешь, сегодня я полностью на твоей стороне, этот Аддерли не одного тебя бесит.
Что-то Алан чересчур разошелся. И когда он успел так осмелеть? Обычно он старался не выпячивать свое мнение, а тут прямо-таки норовил влезть с едкими комментариями. Хотя, возможно, он просто уже успел чем-то закинуться. Травка всегда развязывала ему язык.
— И что же ты будешь делать? Держать его на поводке так же, как и раньше, у тебя не выйдет, — мягко, но настойчиво Георг начал наступательную политику. Рей не собирался поддаваться.
— Разберусь, что делать. Он пожалеет, что вообще пересек мне дорогу.
На самом деле за все каникулы Рей так и не смог придумать конкретного плана своей мести. Как-то до этого ему нечасто приходилось таким заниматься. Пожалуй, вообще никогда. Поэтому он решил, что разберется по возращению в Иштар. Можно было начать и с обычной травли. Подмять под себя большую часть группы не составит проблем. Кого-то припугнуть, кого-то «ласково» попросить, ну а кто-то и сам будет не прочь поучаствовать в таком веселом занятии. Главное, держать все стадо под контролем. Рею останется только подождать, когда Мэтт прибежит к нему просить прощения, и уж тогда он насладится своим триумфом сполна.
— Рей, — Георг пододвинулся ближе. Он смотрел прямо в глаза, и от этого взгляда Рею хотелось сбежать куда подальше, но он упрямо сидел на месте, не желая отступать. — Ты ведь понимаешь, что все не будет так же легко, как раньше. Он теперь звезда, за ним постоянно будут следить, его будут опекать. Про каждый успех и промах будут писать статьи в газетах и снимать репортажи. Действовать так же свободно у тебя не выйдет.
— От того, что он поднялся на пару ступенек выше, ничего не изменилось. Я все еще Фарт, а эту фамилию знает каждый в Империи, — самоуверенно бросил Рей.
Георг лишь качнул головой.
— Никто не пытается оспаривать силу твоего рода или влияние отца, просто пойми, глупо будет давить на него сейчас, когда он играет роль главного страдальца. Я знаю тебя, Рей, ты не мастер интриг и заговоров, и уж тихонько отсиживаться в углу ты точно не будешь. Но сейчас не время для публичных казней. Какой в ней смысл, если все сочувствуют жертве?
Рей хотел и дальше гнуть свое, но спорить с Георгом… В итоге, не подобрав достаточно весомых доводов, он досадливо поджал губы и плавно сполз с подлокотника на диван, мысленно ненавидя чересчур рассудительного друга. От своих планов надрать Мэтту жопу он отказываться не собирался, но доказывать кому-то, что правильно, а что нет — это совсем не его конек.
В соседней комнате запиликал ученический комм Алана. Только у них были такие раздражительные и писклявые сигналы. Алан неохотно поднялся и прошествовал к открытым дверям. Наверняка прислали расписание на следующий семестр или какой-нибудь уставной приказ. Вернулся Алан с весьма озадаченным выражением лица и планшетом в руках. Бринкс уже завел разговор о новом клубе в Гра-Моран, чтобы как-то оживить натянутую атмосферу, но как только Алан сунул ему под нос комм, он тут же замолчал.
— Это че за фигня? — только и смог выдавить из себя Бринкс, хлопая широко открытыми глазами.
— Что там? — Георг забрал комм у ничего не понимающего Бринкса, Рей тоже заинтересованно глянул на экран.
Это и правда был приказ из академии. В нем значилось, что «все курсанты, начиная с 885-ого набора, продолжат обучение на космической базе Оркус». Учащихся просили заблаговременно забрать свои вещи из общежития, если таковые имелись, чтобы вовремя явиться на общий сбор в космопорт. Шаттл будет ждать их на седьмой пристани.
Рей еще раз пробежался по короткому сообщению глазами. Он был удивлен не меньше остальных.
— Почему Оркус? — непонимающе спросил Бринкс, хмуря брови. Сейчас он совсем не походил на глупого клоуна, каким казался обычно. — Тренировки на базе проводят только на последнем курсе, зачем нас отправляют туда сейчас?
— Чушь какая-то, — проговорил Рей. Он тоже не понимал, на кой черт командованию приспичило отправлять их на космобазу. На Оркусе курсанты садились за штурвалы настоящих кораблей, начиная эскортными челноками и заканчивая истребителями-бомбардировщиками и легкими крейсерами. Но это было на последнем курсе, к тому же чтобы попасть на Оркус, нужно было пройти своего рода отбор. Не всех желающих допускали на космобазу академии. А тут почти половину курсантов Иштар просто берут и закидывают на другую часть Великой Галактической Империи.
— Похоже, наши дела плохи, — задумчиво сказал Георг, глядя на приказ из академии.
— Да уж, ничего хорошего, — Бринкс принялся мять в руках маленькую подушку. — А как же еще три года? Мы что, закончим академию экстерном?
Георг положил комм на чайный столик перед диваном.
— Когда я говорил, что наши дела плохи, я имел в виду дела Империи, — мрачно заметил он.
— О чем ты? — переспросил Рей. От такого тона Георга по спине пробежал легкий холодок.
Георг совсем невесело усмехнулся.
— Я о том, что, похоже, Империя готовится к масштабной войне.
— Война? — скривился Алан. Он снова уселся на ковер напротив дивана и теперь взирал на Георга снизу вверх с легким недоумением. — С чего ты взял? И с кем мы собрались воевать?
— У меня уже были догадки, что на внешних границах все не так гладко, — Георг был как никогда собран и серьезен. Сейчас Рей легко мог представить его где-нибудь на заседании в верхней палате. Его уверенный голос не оставлял места сомнениям. — В СМИ не афишируют полную картину действительности, многое скрывают. Но если проанализировать некоторые новости, становится кое-что ясно. Вы же слышали об учениях на границе с Конфедерацией Ва?
— Да… — Рей вспомнил недавний визит Олфорда. Они с отцом тогда долго обсуждали начавшиеся учения и новые боевые истребители. — Жирный сенатор Олфорд трепался, что на учения вбухали прорву денег, и про новые машины говорил. Но это же просто плановые военные учения, при чем тут война?
— Олфорд? — глаза Георга азартно блеснули. А Рей поспешил прикусить себе язык. Он не хотел рассказывать про свою внезапную женитьбу, рано для поспешных выводов. Может, еще не срастется ничего с этой Дианой, а вот тупых шуточек от Бринкса на эту тему избежать не выйдет. Стоило быть аккуратней. Но Георг, видимо, сопоставил фамилию Олфорда с какими-то своими мысленными умозаключениями, совершенно не относящимися к Рею. — Подумайте хорошенько, зачем Империи проводить учения так близко к чужим границам? А новости о нападении на базы по добыче амарита? К тому же в Конфедерации сейчас набирает популярность национальное движение загилианцев. Вспомните, как они относятся к человеческим расам и законам Империи о запрете пересечения границ негуманоидам. Загилианцев сейчас поддерживают многие расы, и в правительстве за них голосующее большинство. Если такая тенденция сохранится, то нам не избежать эскалации конфликта.
— Ты, конечно, складно говоришь, но это не повод начинать войну, — все же усомнился Рей.
Война казалась совершенной дикостью. Преимущество Империи неоспоримо. С ее отлаженной военной машиной не справиться никому. Человек — самый многочисленный вид во вселенной, человек первым начал экспансию космоса, первым начал заселять другие планеты и строить колонии. Люди развили технологии до небывалых высот, для многих инопланетных рас они казались богами, спустившимися с небес, а для некоторых остаются божествами и по сей день. А теперь Конфедерация Ва — эта кучка разрозненных инопланетных рас, которые едва ли могут поладить друг с другом, — собирается воевать с Великой Галактической Империей? Это просто смешно.
— Я бы тоже думал, что это лишь мои предположения, — вздохнул Георг, — но буквально два дня назад моего отца отправили на дипмиссию на Ицар, это приграничная планета. Я слышал, что туда улетела большая делегация и кто-то из императорской семьи. Это событие нигде не освещалось. И что-то я сомневаюсь, что половина МИДа улетела на границу проверять ход учений или состояние добычи полезных ископаемых.
— Война… — пробормотал Бринкс. — И поэтому они отправляют нас на Оркус?
— Я думаю, наверху готовятся к худшему варианту, — просто ответил Георг. — Может быть, все закончится, даже не начавшись. Но то, что половина курсантов Иштар летит на Оркус, говорит о многом. Они не стали бы делать такой рискованный и открытый ход, если бы у нас были шансы избежать военного конфликта. В правительстве хотят быть увереными, что у армии есть достойный резерв, особенно резерв в командовании.
— На что рассчитывает Конфедерация? — скептически спросил Рей. — Если начнется какая-то заварушка, мы размажем их в два счета. Какой смысл отправлять нас на Оркус? У Империи большая армия, неопытных курсантов и близко не подпустят к фронту, а уж тем более к командованию.
Георг задумчиво посмотрел на Рея.
— Видимо, в этом смысл все-таки есть. Да, у нас большая армия, но, как известно, хороших командиров не бывает много. Тебе ли не знать, что ведение войны — это не только бои на передовой.
— Не начинай, Гер, — отмахнулся от друга Рей.
Даже если Георг прав и Империя готовится к войне, то это вряд ли их коснется. Кому нужны желторотые курсанты? Рей был в этом полностью уверен. Куда больше его волновало, что из-за внезапной отправки на космобазу его план по низвержению Мэтта с пьедестала может не удаться.
Они спорили о возможности войны с Конфедерацией до самого вечера. Георг в основном молчал, погруженный в собственные мысли, а вот Рей, Алан и Бринкс прогорланили до темноты. Дошло до совершенно абсурдных предположений об открытии загилианцами нового супероружия, которое они хотят использовать против Империи. У Рея даже горло пересохло от постоянных попыток перекричать Бринкса, который без остановки выдвигал версии одна глупее другой. Не выдержав очередной тупой идеи о галактическом заговоре, он послал Бринкса в жопу и пошел на кухню выпить воды. От виски уже тошнило. Пора было завязывать с алкоголем.
Холодильник оказался пустым. Только на нижней полке валялся одинокий контейнер с какими-то фиолетовыми листьями. Неудивительно. Алан никогда не готовил, вне дома он либо ел в ресторанах, либо заказывал еду с доставкой. Зато бухла у него всегда был полный бар. Пошарив по шкафчикам, Рей наконец отыскал обычную кружку и налил в нее воды прямо из-под крана.
— Чего свет не включил?
Рей поперхнулся и едва не выронил кружку, пролив на себя половину ее содержимого. На рубашке расползлось неприятное мокрое пятно.
— Алан! Блять! Не подкрадывайся так! — откашлявшись, зло проговорил он.
Алан лишь игриво улыбнулся и запрыгнул на высокий стол, закинув ногу на ногу.
В кухне царил мягкий полумрак. Работала только неяркая подсветка на стенах и над варочными панелями, а за окном светился ночными огнями огромный мегаполис.
Рей поставил кружку на место, хотя ужасно хотелось кинуть ею в чертового Алана, по вине которого он теперь весь мокрый. Оторвав кусок бумажного полотенца, он попытался хоть немного вытереть пятно.
— Оставь, само высохнет, а лучше вообще сними, — заметил Алан, наблюдая за его тщетными попытками.
— Завались, без тебя знаю, — Рей кинул в него смятой салфеткой.
Краем глаза Рей видел, как внимательно смотрит на него Алан. Поэтому он сразу заметил, как одним плавным тягучим движением изящное подтянутое тело соскользнуло со столешницы. Рей не успел расстегнуть и половины пуговиц, когда его руки остановили тонкие бледные пальцы. Алан стоял рядом с ним, заискивающе и шаловливо поглядывая ему в глаза. Рей тут же уловил его блядский настрой.
— Может, мне тебе помочь? — ласково спросил Алан.
— Что, давно никто не трахал?
— Может, и трахал, но кто ж сравнится с тобой?
Алан расстегнул последнюю пуговицу и провел руками по голой груди, слегка царапая кожу короткими ногтями.
— Вообще-то, Бринкс и Гер в соседней комнате, — напомнил Рей.
— Ну мы же тихонько, — Алан окончательно стянул с него рубашку. — Тебя это разве не заводит?
Он облизнулся и прижался к Рею.
— Нет, это ты тут ебанутый извращенец, а не я.
Больше Алан ничего не говорил, он стал медленно целовать плечи и шею Рея. Он не стеснялся показывать своего желания, терся об его бедро и сорванно выдыхал. Рей лениво мял в руках тощую задницу и думал, что гребаная кухонная столешница больно упирается в поясницу.
Подхватив Алана под бедра, он развернулся и усадил его на стол, устроившись между широко расставленных ног. Алан потянул его за собой, почти укладывая на себя. Он снова принялся вылизывать его шею, шепча какую-то грязную пошлятину. Алан знал, что такое нравилось Рею. «Хочу твой член» или «вставь мне» — такие словечки здорово тешили его самолюбие. Но сейчас Рей словно и не слышал его. Он вообще чувствовал себя до невозможности странно. Действовал почти на автомате, будто врубил автопилот. Раньше, стоило ему зажать Алана в углу и услышать парочку сладких стонов, он тут же возбуждался и не раздумывая засаживал этому похотливому коту. А сейчас, глядя на томного вскидывающего бедра парня, он едва ли чувствовал хотя бы толику былого желания. Да, Алан был страстным, умелым и, что греха таить, ебался покруче любой обученной шлюхи, но сейчас было что-то не то.
Алан прикусил пухлую губу, блеснул шальными глазами и потянулся за поцелуем. Рей попытался отбросить ненужные мысли и сосредоточиться на чужих мягких губах и языке. Он огладил стройные бока и потер горошины сосков через тонкий свитер. Алан тут же отозвался неразборчивым мычанием ему в рот. Рей перехватил инициативу. Он целовал так, как нравилось ему: грубо, с напором, почти трахая его рот своим языком. Если бы только на месте Алана был…
Рей в то же мгновение разорвал поцелуй. Он тяжело дышал, глядя куда-то в темную стену перед собой. К горлу подступала тошнота. Ничего не замечающий Алан попытался продолжить, но Рей отпихнул его от себя и отошел от стола на несколько шагов.
— Эй! — Алан приподнялся на локтях. Разозленный и одновременно возбужденный он выглядел весьма эффектно. Яркий румянец на щеках, влажные губы и глаза, готовые метать молнии.
— Я не в настроении, давай закончим.
— Что?!
Рей раздраженно провел рукой по волосам. Чувство было премерзкое. Трахаться с Аланом, а на его месте представлять Мэтта? Нет. Спасибо. Он еще не совсем поехавший.
— Подрочи там себе, или еще что… Короче, разберись тут сам.
— Ты в конец охренел, Фарт?! — выкрикнул Алан. Он спрыгнул со стола, одернул свой задравшийся свитер и уже открыл было рот для очередного ругательства, но тут же его захлопнул. Губы сжались в тонкую линию, а во взгляде мелькнуло разочарование напополам с невысказанной обидой.
— Это все из-за него? — твердо спросил он.
Рей внутренне похолодел.
— Не понимаю, о чем ты.
— Да все ты понимаешь! — резанул Алан, ударив ладонью по столешнице. — Это он! Из-за него ты так изменился! Ты просто помешался на Вингере! Неужели ты влюбился?..
— Заткнись! — разъяренно гаркнул Рей. — Да что ты вообще понимаешь?! Ты чертова шлюха, которая спит со всеми подряд! Не тебе меня учить, как жить!
На короткое мгновение в комнате повисла звенящая тишина, а потом ее нарушил надломленный голос Алана:
— Так что ж ты сам спал с этой шлюхой?
Его глаза влажно блестели в тусклом свете.
Злость, которая всего секунду назад кипела внутри, тут же схлынула. Рей никогда не видел, чтобы Алан плакал.
В коридоре послышались шаги.
— Чего вы тут разорались? — в дверях появился Бринкс. Он замер, переводя взгляд с одного своего друга на другого. — Эм, я помешал?..
Рей схватил валявшуюся на полу рубашку и, не глядя на Алана, вышел из кухни. В гостиной его окликнул Георг:
— Уже уходишь?
— Да, пора домой, — запоздало ответил он.
По поводу его внешнего вида Георг ничего не спросил.
Сидя в кабине флаера, Рей чувствовал себя полнейшей сволочью. Хотелось выть в голос и рвать на себе волосы. Давно уже ему не было настолько паршиво. Наговорил всякого дерьма Алану, довел его. Да он почти плакал! И из-за кого? Из-за безмозглого дурака, который не может разобраться с собственными чувствами. Алан прав, это помешательство. Как же Рею хотелось, чтобы Мэтт никогда не поступал в Иштар, никогда не переступал порог его класса, никогда не появлялся в его жизни. И нет, нихуя это не любовь. Это полная беспросветная пизда. Любовь, черт возьми, не такая. Она должна пахнуть цветами, испускать радужные флюиды счастья и окрашивать мир в розовый цвет. А у него что? Одно гнилье и тлен вокруг. И если это на самом деле любовь, то, пожалуй, стоило начинать разочаровываться в этом свихнувшемся мире.
* * *
Последний свободный день Рей потратил на поездку в академию и поход по магазинам. Общежитие встретило его пустыми коридорами и редкими курсантами, так же, как и он, приехавшими за вещами. В комнате все было на своих местах, в точности, как в то злосчастное утро после бала. С минуту Рей смотрел на пустующие полки над кроватью Мэтта и только потом приступил к запихиваниваю своих вещей в сумку. После он решил прошвырнуться по торговым центрам. Возвращаться в поместье не хотелось. В толпе он чувствовал себя почти спокойно, отвлекаясь на разные мелочи, забывая про свои проблемы и колкий груз вины, осевший на сердце. Рей бездумно шатался по переполненным залам, позволяя людской толпе нести себя, куда ей заблагорассудится. Несколько раз он видел, как на огромных экранах мелькали кадры интервью Мэтта. Он мило улыбался ведущему и смущенно прикрывался рукой в ответ на нелепые шутки. Рея это почти не трогало. Почти. Какой смысл волноваться о том, как Мэтт играет на камеру. Все эти улыбки такие же фальшивые, как и он сам. Только Рей видел настоящего Мэтта. От этой мысли тяжесть в груди казалась немного легче. Рей купил целую кучу ненужных вещей, просто сметал с полок все, что казалось ему хоть немного интересным. Робот-носильщик послушно ехал сзади, везя в тележке ворох разноцветных пакетов. Последний раз Рей куда-то вот так выбирался примерно полгода назад. Это был «грандиозный поход по магазинам для среднего класса», как окрестил его Бринкс. Алан тогда переоделся в женское платье и щеголял в нем по торговым рядам, щелкаясь на каждом углу. Напились они в тот день просто в хлам. От дурацких воспоминаний стало еще хреновее. Плюнув на все, Рей забрался в тележку. В одном из пакетов что-то жалобно хрустнуло. Наверное, новая камера, которую Рей купил просто потому, что она красовалась на рекламном стенде у самого входа. Несколько младшеклашек в школьной форме с интересом разглядывали, как взрослый парень устраивается в тележке для покупок, игнорируя осуждающие взгляды стайки мамаш у детского отдела. Рей нажал на кнопку на боку робота. — На стоянку и давай поживее. «Сэр, корзина предназначена для ваших покупок. В целях безопасности вам рекомендуется освободить корзину и воспользоваться автоматизированной коляской», — сообщил Рею механический голос. — Я в курсе, железяка, — в тон роботу монотонно ответил Рей. — Сэр предпочитает опасную езду, так что жми на все свои четыре колеса. «Компания РобоЭкспо не несет ответственности за ваше здоровье. Приятной поездки, сэр». Робот двинулся вперед под восхищенные взгляды малышни. Рей натянул на голову капюшон, молясь, чтобы на его пути не повстречался сердобольный охранник. На следующий день он едва не опоздал в космопорт. Рей сомневался, что шаттл вылетел бы без кого-то из курсантов, но проверять на себе не особо-то хотелось. А все потому, что полночи он провалялся в кровати, пялясь в экран комма. Он хотел написать Алану, но не знал, стоило ли вообще это делать. А если писать, то что? Бринкс донимал Рея сообщениями с вопросами, что же между ними произошло. Рей методично отправлял их в спам. Если Алан ничего ему не сказал, то и он не станет. Все это было совсем не в характере Рея. Вся эта дурацкая ситуация, ненужные мысли. Прежний Рей не стал бы задумываться о подобной чуши. Его не заботили чужие переживания и чувства. Не сказать, чтобы сейчас его это так уж сильно волновало, но раньше подобное вряд ли задело бы хоть на йоту. А когда с непривычки начинаешь испытывать слишком обширную гамму эмоций, которые больно бьют в самое нутро, это не может остаться незамеченным. Рей отметился в списках одним из самых последних, за что удостоился выговора и недовольного взгляда майора Стафа. Поднявшись на указанный этаж, Рей прошел по длинному узкому коридору-гармошке, который заканчивался прямо внутри шаттла. Он никогда раньше не летал на подобных кораблях. Для дальних полетов у Фартов было несколько малогабаритных звездолетов. Дорогие игрушки, походившие больше на космические дворцы с шикарными апартаментами, несколькими спальнями, бассейнами и фитнес-залами. Здесь же все было по-военному строго и сдержанно. На третьем уровне, куда его направили мигающие на стенах указатели, в большом зале располагались ряды кресел, где уже сидели галдящие курсанты. Здесь был весь его курс и несколько групп старшекурсников. Курсантов рассаживали в строгом порядке по годам обучения, распределяя по уровням огромного шаттла. Щуплый парень в форме работника космопорта, стоявший у входа, тут же остановил Рея и попросил назвать свое имя и группу. Пока он забивал его данные в свой комм, Рей пытался разглядеть среди курсантов знакомые лица и одного конкретного человека. От тревожного чувства ожидания на душе было неспокойно, и это его ужасно нервировало. Первым он увидел Алана. Тот сидел, вполоборота развернувшись к незнакомому Рею старшекурснику. Кажется, он видел их несколько раз вместе. Алан что-то рассказывал ему, выводя невидимые узоры на спинке кресла, а этот здоровый лысый бугай разве что слюной не капал, глядя на него. Рей подавил в себе волну раздражения. Он-то думал, что Алан будет переживать, возможно, даже пострадает немного, но, как оказалось, Рей тут один себе мозг ебет. — После посадки следуйте штатным инструкциям и указаниям командиров, — парень просканировал сумку у Рея в руках и, убедившись, что все в порядке, сунул ему программку с инструкциями. Основной багаж Рей сдал еще на входе, оставив при себе только небольшую сумку с документами и коммом. — Можете проходить. Рей быстро зашагал по дорожке между рядами, попутно ища глазами Мэтта. Мимо Алана он прошел молча, стараясь даже не смотреть в его сторону. Было неприятно и немного гадливо. Скверное чувство. На секунду Рею показалось, что Алан напряженно дернулся, когда он прошел совсем рядом. Может быть, все не так уж и гладко, как хочет преподнести это Алан. Но если и так, держался он достойно, игнорируя само существование Рея Фарта. Самому Рею это не нравилось. Алан всегда вертелся рядом, а если и обижался, то все это было больше напускное. Он быстро отходил и прекращал оскорбленно вскидывать голову где-то на третий день после неосторожно брошенного Реем слова. Он скорее и не обижался, а так старался показать, что у него тоже есть гордость и чувство собственного достоинства. Правда Рей, похоже, совсем забыл об этом. — Рей! Эй, Рей! Иди сюда! — Бринкс размахивал руками, указывая на свободное кресло рядом. Рей не слишком-то хотел терпеть приставучие вопросы Бринкса весь полет до Оркуса, пусть он и занимал всего лишь час. Этот час грозил обернуться для него допросом с пристрастием. Поэтому Рей круто развернулся в противоположную сторону, но так и замер на месте, не сделав и шага. Буквально в паре метров от него сидел Мэтт. Рею показалось, что его оглушили. Треснули чем-то тяжелым по голове до сверкающих искр перед глазами. Он жадно разглядывал Мэтта, словно не видел целую вечность. Все те же светлые волосы, подстриженные в бесячее каре до плеч, ровная спина, идеально выглаженная форма, в руках программка, которую он читал с внимательным видом. Безупречный курсант. Рей тяжело вздохнул. Воздух отказывался поступать в легкие, застревая обжигающим комом в горле. Он пропал. Окончательно и бесповоротно пропал. Это нездоровое влечение. Ненужное, ненормальное, извращенное, переходящее в острую форму зависимости. От него следовало избавиться, и как можно скорее. Рей не привык быть от кого-то зависимым, и это пугало. Он только сейчас заметил сидящих рядом с Мэттом курсантов. До этого их не существовало, Мэтт вытеснил всех из сознания Рея, ослепляя и завораживая, приковывая все внимание к себе. Вокруг него образовалось странное затишье. Парни, сидевшие рядом, едва слышно переговаривались, поглядывая на Мэтта, а теперь еще и на стоявшего рядом Рея, но никто не разговаривал с ним. Они как будто не могли определиться со своим отношением к новому Мэтью-Эдварду. Какую ступеньку в негласной иерархии курсантов он теперь занял? Рей собирался развеять все нелепые сплетни и поставить Мэтта на место. А место у него может быть только одно — в ногах у Фарта. Рей уверенно двинулся к Мэтту, переполошив, кажется, весь ряд, бесцеремонно протискиваясь вдоль узкого прохода между кресел. Курсанты едва успевали убирать ноги с его пути. Мэтт, отвлекшись наконец от этой чертовой программки, поднял голову, заинтересовавшись шумом вокруг. Встретившись взглядом с Реем, он едва заметно повел плечом, чуть вздернул тонкую бровь и снова уткнулся в программку. Ах ты ж!. Места по обе стороны от Мэтта были свободны. На одно из них Рей кинул свою сумку, на другое уселся сам. Окружил свою жертву. — Привет, Мэтью, — он облокотился на соседний подлокотник, приблизившись почти вплотную. Еще пара сантиметров, и можно будет уткнуться в светлые волосы. Мэтт в свою очередь спокойно сложил программку, убрал ее во внутренний карман пиджака и только потом развернулся к Рею, чуть отклоняясь назад, чтобы оказаться подальше. Взгляд цепкий, уверенный. Принцесса готова во всеоружии. — Не называй меня так. Меня зовут Эдвард. — Можешь называть себя как хочешь, но, по-моему, Мэтью звучит куда лучше. Мэтт, — Рей особенно четко произнес его имя. — Похоже на кличку для собаки. Тебе подходит. Мэтт усмехнулся совсем недоброй улыбкой. В его глазах не было и намека на веселье, скорее читалось едва сдерживаемое желание убивать. Рей ощутил, как от этого взгляда по спине прошла волна мурашек. — Меня зовут Эдвард Аддерли, — сухо повторил Мэтт, — а если ты не можешь запомнить и этого, то мне тебя жаль. Обратись к врачу, Фарт, возможно, в твоей голове обнаружится полное отсутствие мозга. Нельзя подвергать армию такому риску. Безмозглые командиры — это весьма опасно. — Вот и вылезла твоя сучья натура, — осклабился Рей. — Стал богатенькой знаменитостью и думаешь, что тебе все можно? Забыл, как задницу мне подставлял, прося трахнуть? Так могу напомнить. Мне несложно. — Все никак не угомонишься? — Мэтт оглядел Рея с ног до головы и хмыкнул. — Не думал, что тебя так заденет. — Не зарывайся, принцесса, — Рей едва сдерживал себя. Хотелось оттаскать засранца за волосы прямо на глазах у всех, да так, чтоб он плакал и молил о прощении, а потом… потом нагнуть и хорошенько отодрать. Рука сама потянулась к светлым прядям, но не успел Рей даже додумать собственную мысль, как его запястье перехватили. — Не смей меня трогать, Фарт. Голос тихий, больше похожий на шипение. Выражение лица не изменилось ни на йоту, но в глазах читалось такое ледяное пренебрежение, что Рей сам отдернул руку. — Ну надо же, как мы огрызаемся. А раньше был как ручной, только помани. — Времена меняются. — Поосторожней со словами, Мэтт, — Рей постарался взять себя в руки и скрыть внутреннее раздражение. — Мне не составит особого труда превратить твою жизнь в сущий кошмар. Так зачем же меня злить? Мэтт снисходительно улыбнулся, словно позволял глупому ребенку и дальше тешиться своим иллюзорным превосходством. — А я-то думал, что ты куда умнее, но, видимо, ошибался. Пора бы уже научиться правильно расставлять приоритеты. — Как же ты бесишь. — Раз это взаимно, то, может, пересядешь куда-нибудь подальше от такого плохого и раздражающего меня? — спросил Мэтт. Рей демонстративно поудобней устроился в кресле. — Хуй тебе. — Не знаешь, куда бы пристроить свой бесполезный отросток? — издевательски рассмеялся Мэтт. — Я могу устроить тебе с ним встречу, если ты так хочешь, — бросил Рей, следя за чужими губами, растягивающимися в кривой ухмылке. Ну надо же, как мы умеем. Пожалуй, такое выражение лица Рей видел у него впервые. Мэтт злился. Что ж, стоило продолжить в том же духе. — Небось, уже подустал трахать себя пальцами, или ты у нас любитель разных игрушек? Не стесняйся, дорогой, можешь обращаться в любое время. Расчищу для твоей попки свой график. — Я настолько хорош, что ты сам предлагаешь мне свои услуги? Я польщен. Но знаешь, я рассмотрю твое предложение только в том случае, если задницу будешь подставлять ты. Этот обмен взаимной неприязнью мог продолжаться еще долго, если бы не объявили взлет. Рей показал Мэтту средний палец и вжался в кресло, затягивая ремни. Внутри все кипело. Мэтт действовал на него как катализатор, заставляя все его чувства обостряться в тысячу раз. Разве можно ненавидеть человека всем нутром, но при этом безумно хотеть его? Рей убедился, что люди способны и на такие иррациональные глупости. Шаттл плавно стартовал из доков, взмывая вверх в утреннюю синеву, которая очень быстро начала сменяться холодными темными красками космических просторов. Вслед за ним вылетели корабли сопровождения, ведущие шаттл к разгонным блокам, ожидающим его на орбитальной станции. Рей терпеливо пережидал первые минуты стартовой тряски. На звездолетах его семьи такой отдачи не было. Стоило ли вообще сравнивать военные транспортники и элитные корабли? Рей покосился на Мэтта. Тот прикрыл глаза и, казалось, вообще уснул. Нестерпимо захотелось щелкнуть его по носу, чтобы убрал со своего лица это дурацкое серьезно-надменное выражение. Рей уже начинал понемногу жалеть, что сел рядом с Мэттом. Неизвестно, что было хуже, терпеть доставания Бринкса или общество скотины Вингера, который, похоже, мог вывести его из себя одним поворотом головы. — Давно хотел спросить, — равнодушно протянул Рей, стараясь сохранять спокойствие. — Нахрена все это время было играть в послушного ботаника? Ты ведь мог просто затаиться и выждать. Или желание сосать чужие члены — это твоя основная потребность? — Все никак не дает покоя мысль, что я просто попользовался тобой в своих интересах, — констатировал Мэтт, игнорируя его вопрос. Он даже не открыл глаза. — Пойми, наконец, Фарт, ты просто подвернулся мне под руку. Удачный вариант, стечение обстоятельств. Провидение. Называй как хочешь. Или, может быть, тебя ужасает сам факт того, что кто-то вроде меня может использовать свое тело, чтобы добиться желаемого? Брось, ты ведь и сам далеко не праведник. — И часто ты таким занимаешься? — Не переживай. Под каждого встречного я не ложусь. — Ну и блядина же ты, Мэтью. Мэтт открыл глаза. Окинул Рея долгим взглядом. А потом хитро прищурился и подвинулся ближе. Рей затаил дыхание, пораженный внезапной сменой настроения своего соседа. — Я вижу тебя насквозь, Фарт, — тихо заговорил Мэтт. — Ты бесишься, что тебя обскакал какой-то безродный пацан, который внезапно оказался персоной номер один. Бесишься, что все только о нем и говорят, что его рожа на каждом канале, в каждом выпуске новостей. Злишься из-за того, что этот пацан, которого ты держал вместо комнатной собачки, сам нагнул тебя, — Мэтт чуть склонил голову на бок. — Ах, Рей! Ты такой классный! Еще! Сильнее! — он простонал все эти слова, подпрыгивая в кресле, имитируя позу наездника, а потом расхохотался. В их сторону начали оборачиваться другие курсанты. Мэтт тем временем приблизился прямо к его уху и едва слышно зашептал: — Но больше всего тебя бесит, что ты не можешь выкинуть меня из головы. Ты хочешь меня, а получить не можешь. Поэтому ты сел ко мне и выслушиваешь все это сейчас. Он отстранился, глядя на Рея с нескрываемым превосходством. Мгновение назад Рей еще колебался, но, взглянув в эти наглые глаза, сдержать себя уже не смог. Замах вышел крайне неудачным. Рей совсем забыл про ремни безопасности, которые можно было уже давно расстегнуть. А вот Мэтт сориентировался гораздо быстрее. Он выскользнул из кресла, ловко уворачиваясь от удара. Рей взбешенно дернул ремни, освобождаясь от пут. На новый удар времени не было, зато он успел схватить пытающегося удрать Мэтта за край пиджака и повалить в проход между креслами. — Куда собрался?! — Рей навалился на него сверху. Разум застилала красная пелена. — Урод, да я… — Это что за выходки?! — гортанный окрик майора Стафа прогремел будто гром над головами курсантов. И когда только успел оказаться рядом? — Фарт, отпусти Вин… отпусти Аддерли немедленно!.. Эй, ты не слышал приказа, Фарт?! Рей разжал руку, освобождая Мэтта от удушающего захвата. Тот тут же начал откашливаться, хватаясь за горло. У Рея едва желваки не заходили от злости. Он не так сильно сжал его, а принцесса устроила целое представление. Того гляди закатит глаза и грохнется в обморок. — Живо поднялись! Оба! Стаф гневно зыркнул на обоих нарушителей спокойствия. Курсанты испуганно съеживались в креслах, освобождая командиру дорогу. Весь красный от гнева, он сделал два шага вперед и ткнул в Рея пальцем. — Что за взгляд, курсант?! Ты на военном корабле или в притоне с подружками?! Совсем распустились! Рей сжал кулаки, больно впиваясь ногтями в ладонь. Пытаться унять навязчивое желание съездить майору по морде было непросто. Мэтт стоял рядом, опираясь на кресло. Одного взгляда на них хватало, чтобы понять, кто тут «невинная жертва». Но, видимо, в этот раз Стаф решил обойтись без долгих разбирательств. — Фарт, до конца полета в карцер. Аддерли, за мной. Ох, скольких трудов стоило Рею это каменное выражение лица, пока он шел вслед за Стафом к выходу из зала. Мэтт плелся рядом с майором, едва переставляя ноги, не переставая потирать горло. Вот же сука. Рей буравил его затылок горящим взглядом. Было слышно, как курсанты вокруг оживленно перешептываются, сдерживаемые лишь присутствием командира. Рей не сомневался, что, как только они скроются из виду, все тут же начнут наперебой обсуждать его новую выходку. Перед железной дверью в маленькую комнатушку, у которой дежурил мужик в форме, Стафф снова одернул Рея. — Имей в виду, Фарт, еще один подобный выкрутас и я лично отправлю тебя на Землю с первым же снабженческим кораблем. Мы здесь не в игры играем, и я не позволю какому-то сопляку нарушать дисциплину, — Стаф обратился к мужику у двери. — Не выпускать до самого прилета на Оркус. Ну, хотя бы не сказал ничего про запись в личном деле. Возможно, майор и сам не хотел, чтобы его прибытие на космобазу было подгажено подобным инцидентом. Прежде чем перед Реем закрылась тяжелая дверь, он увидел, как Мэтт гаденько улыбнулся, обернувшись через плечо.* * *
На борт Оркуса Рей ступил абсолютно вымотанный и обессиленный. Злость клокотала где-то далеко внутри, не собираясь утихать, но он уже успел свыкнуться с этим чувством. Комнатушка, куда его запихали, больше походила на кладовку для швабр метр на два. Никаких экранов и светильников, только голые стены и темнота. Ему ничего не оставалось, кроме как сесть прямо на пол. Протяни руку — дотронешься до противоположной стены. Разгуляться особо негде. Сначала ему казалось, что час полета пролетит довольно быстро. Но чем дольше он сидел в кромешной темноте, тем больше убеждался, что был неправ. Время тянулось густой вязкой патокой, с каждой секундой замедляя свой ход. Спас положение лишь наручный визор, отсчитывающий минуты до его освобождения. Когда назначенное время уже прошло, а Рея так и не выпустили, он было подумал, что про него совсем забыли. Вернуться обратно, застряв в этой каморке, — вот это будет самым фееричным долбоебизмом. Правда, испытать это на своей шкуре Рею не дали, все тот же мужик открыл дверь и кинул ему его сумку, попросив на выход. Жмурясь от яркого света, Рей вышел наружу и молча прошел мимо своего охранника. Он быстро влился в толпу курсантов, бодро вышагивающих по соседнему коридору. На косые взгляды не обращал внимания. Оркус был огромной космической базой, похожей на большую разлапистую снежинку. Шесть длинных рукавов, соединенных между собой сетью тонких переходов, встречались в центре в главном корпусе. Вокруг базы постоянно сновали учебные корабли, то появляясь, то пропадая в ярких световых вспышках. Новоприбывшие курсанты выгружались в больших ангарах, отделенных от бархатной темноты космоса тонкими защитными экранами. Рей на короткое мгновение застыл, вглядываясь в эту глубокую черноту, разряжаемую огоньками звезд. Только сейчас накатило приятное волнение от осознания того, что скоро он сядет за штурвал настоящего военного корабля. До этого как-то не получалось в полной мере понять, куда и зачем он летит. Это же Оркус. Стоило порадоваться. И ни один раздражающий засранец не сможет испортить ему тут жизнь. Курсанты двинулись вглубь космобазы. Рей даже не удосужился прочесть инструкции, просто шел вместе со всеми. Народ впереди явно знал, что нужно делать и куда идти. Обитатели Оркуса с интересом разглядывали пополнение. Многие из них носили красные обтягивающие комбинезоны пилотов, реже встречались синие. Курсанты с базы явно были старше. И тут дело даже не в возрасте. Все они уже носили отпечаток Оркуса. Прожженные матерые взгляды, которыми они провожали новеньких. Так смотрят на свежее мясо на жаровне. Едкие комментарии, смешки, разговоры. В академии старшие себе такого не позволяли, но тут, похоже, были свои правила. В космосе всегда писались другие законы, отличные от земных. Они вышли в просторное светлое помещение, в центре которого возвышалась круглая сцена с трибуной. Рей огляделся. Сюда согнали всех прилетевших на Оркус. — Черт, Рей, где ты ходишь? Знакомый голос неприятно резанул по ушам. Рей постарался выдохнуть и не дергаться по пустякам. Бринкс пытливо заглянул ему в глаза. По нему было видно, что он едва сдерживает свою дьявольски любопытную натуру. — Нам в другую сторону, сейчас строиться будем, — Бринкс толкнул Рея вперед. — Ты что, инструкцию не читал? — В карцере особо не почитаешь, — Рей тут же зажал рот друга рукой, предотвращая поток новых расспросов. — Я дам тебе время высказаться и, возможно, даже отвечу на твои тупые вопросы, но давай потом? Бринкс поднял руки, соглашаясь на все условия, только после этого Рей опустил свою. Их построили, как на каком-то гребаном параде. На сцену вышли командиры в сияющей белой форме. Внизу ровным рядом стояли пилоты в синих костюмах с блестящими треугольными знаками отличия на груди. Курсанты в красных устроились вдоль стен. Их было больше, чем синих, но каждый также носил какой-то значок. У встреченных по пути курсантов Рей таких не видел. Явно какая-то местная элита. От общей группы командиров отделился один и взошел на трибуну. Тут же над ним появилась проекция его лица, видимая с любого конца огромного зала. Лысый, с тонкой полоской усов над верхней губой и искусно выбритой бородкой. Вокруг глаз залегла тонкая сеточка морщин, а глубокая складка между густых бровей придавала его лицу еще более грозный вид. Выглядел он если не устрашающим, то внушающим доверие — это точно. — Меня зовут Годвин Тэйт. Генерал-майор и командующий военно-космической базой Оркус. Приветствую всех новобранцев! Рей, так же, как и все, ответил воинским приветствием на слова командира. — С сегодняшнего дня Оркус станет вашим домом. Я знаю и понимаю, что для большинства из вас известие о переводе сюда стало неожиданностью, но я верю, что каждый достойно проявит себя, ведь вы — будущая гордость Империи. Ваше обучение будет тяжелым, но только в жестких условиях можно взрастить достойного командира. Помните об этом, когда вам будет казаться, что сил больше не осталось, что легче отступить. За вами жизни других людей, а это груз потяжелее смерти. Иштар — не место для слабаков. А раз вы здесь — так докажите это! Вы меня услышали, курсанты?! По залу пронесся дружный рокот: «Во имя Империи! Во имя людей!» Генерал-майор вскинул вверх руку с победно сжатым кулаком и кивнул, удовлетворенный ответом. Рею эти приветственные слова совсем не понравились. Они больше подходили для речи командира, ведущего своих солдат в атаку. Он вспомнил о Конфедерации Ва. Здесь на Оркусе война ощущалась совсем близко. Легко можно было представить, как в следующую минуту завоют тревожные сирены, оповещая о нарушении границ и нападении противника. Рей посмотрел на стоящих рядом курсантов. Никто не выглядел испуганным или встревоженным. А многие ли вообще знают о проблемах с Конфедерацией? Нет, даже если бы это было повсеместно известно, вряд ли кто-то сбежал бы или отказался от службы. Они всего лишь курсанты. Неопытные, молодые, зарвавшиеся щенки, которые видели уничтожение своих кораблей только на симуляторах. Их не отправят на фронт, не доверят людей. Иначе это будет чистой воды безумие. Тем временем на трибуну поднялся молодой мужчина, также в белой униформе командиров. Рей упустил момент, когда тот представился, а может, он и вовсе обошелся без представлений. У него был низкий голос с неприятной манерой растягивать шипящие звуки, прямоугольные очки и зализанные назад светлые волосы. Рей тут же окрестил его Змеем. — Вы продолжите обучение согласно вашему ученическому расписанию, но количество часов будет сокращено вдвое, остальное время вы будете посвящать летной практике. У каждого курса будут свои кураторы, — от красных, как по команде, отделилось несколько человек и встало по двое — каждый перед своим строем. — Это ваши наставники, учителя и родные мамки в одном лице. Слушаться их беспрекословно. За невыполнение приказа, нарушение устава, халатность — отправка домой и исключение. Это не академия, это — Оркус. Почувствуйте разницу. Рей постарался разглядеть своих кураторов, но единственное, что увидел, — это смуглый бритый затылок одного и короткий темный хвост другого. Оба были почти на две головы выше стоявших в первой линии. Интересно, принцесса там не наложила в штаны от страха? Мэтт едва ли был по плечо каждому из них. Хотя с него станется залезть обоим на голову и помахать флагом. Будет интересно посмотреть, какую тактику поведения он выберет на этот раз. Рей сомневался, что Мэтт и дальше будет вести себя послушной мышью, а разговор на шаттле только подтвердил его догадки. — В зависимости от ваших личных показателей и достижений будут сформированы группы количеством пять человек, — продолжил Змей. — В группе будет назначен лидер. На всех тренировках вы будете летать вместе. Лидер группы — ваш непосредственный командир. Во время полетов он несет главную ответственность за выполнение задания, но не думайте, что остальные члены группы смогут избежать выговора. Вы — единая команда. Более подробно обо всем вам расскажут ваши кураторы. На этом у меня все. Удачи вам, курсанты! После этих слов кураторы стали по очереди выводить из зала новобранцев. Рей успел запутаться в сложной системе коридоров Оркуса. Каждый из них был абсолютно таким же, как и предыдущий, редкие указатели и таблички совершенно не вносили ясности. Пожалуй, дорогу обратно к ангарам он найдет явно не с первой попытки. Один раз они все же вышли на открытое пространство — балкон-переход. Внизу техники копошились в двигателях двух здоровых истребителей. Когда же курсанты наконец добрались до места своего проживания на Оркусе, Рей не смог сдержать разочарованного вздоха. Казармы. То, что уютные комнаты общежития сменятся на общие казармы, стало для него полной неожиданностью. Вдоль стен стояли кровати. Рядом с каждой тумбочка, под кроватью рундук. Рей поморщился, разглядывая все это армейское великолепие. Просто замечательно. — У нас не будет отдельных комнат? — чей-то возмущенный голос прозвучал слишком громко. — Построились! — резкий окрик пресек все недовольные разговоры. Оба куратора стояли перед шеренгой курсантов, заложив руки за спины. Один широкоплечий, смуглый, почти чернокожий. Он внимательно рассматривал каждого, порой останавливаясь на ком-то на несколько секунд дольше. Рею не понравился его темный пронизывающий взгляд. Когда на тебя смотрят так оценивающе, будто на новый товар в магазине, приятного мало. Второй куратор, напротив, почти не обращал внимания на новеньких. Да и во внешности он был словно зеркальная противоположность первого. Светлая, оливкового оттенка кожа, узкие глаза, блестящие темные волосы. То, что Рей издалека принял за маленький хвостик, оказалось аккуратным пучком на затылке. Как ни странно, первым заговорил именно безучастный куратор. — Меня зовут Ямасито Сато. Я буду сопровождать боевые группы во время учебных полетов и заданий. Улетать с базы самовольно, без моего ведома запрещено. Приближаться к машинам без моего разрешения запрещено. Если поймаю кого-то из вас на несанкционированном полете — будет исключена вся летная группа. Ни один из вас и близко не подойдет к кораблям без моего согласия. А будете дерзить — полетаете только на тренажерах. Сказано все было бесстрастным отсутствующим тоном, но что-то Рею подсказывало, что этот Ямасито куда опасней, чем кажется. В этой колоритной парочке кураторов он явно был главным, а раз темнокожий громила открыто уступал лидирующие позиции, не стоило попадаться ему под горячую руку. С виду Ямасито был флегматичным пофигистом, но Рей по собственному опыту знал, что такие люди в гневе куда страшнее, чем о них думают. — Я Ральф Кобб, — второй куратор вскинул подбородок и хмыкнул. Кажется, мысленно он уже поставил каждого на ступеньку «ниже среднего». Похоже, на Оркусе все были заносчивыми индюками. — Я буду отвечать за вашу физическую подготовку. Индивидуальные тренировки, командные бои. Для особо дерзких у нас есть открытый ринг для спаррингов. Хотите набить кому-то морду — вызываете на поединок один на один. За драки в темных коридорах прямая дорога обратно на Землю. Ральф расправил плечи и упер руки в бока, как будто только и ждал, что кто-то из новобранцев прямо сейчас решит затеять потасовку. Ямасито покрутил наручный визор, и перед ним спроецировался небольшой экран с какими-то списками. Да, с таким облегающим летным костюмом планшет в карман не положишь. Комбинезон был почти второй кожей, плотно обтягивал тело, повторяя рельефы мышц. Дизайнерами этой формы явно были извращенцы. Рей знал, что подобный материал использовали для лучшего контакта со сложными импульсными штурвалами, реагирующими на мимолетное движение пилота. Но на кой черт натягивать этот бдсм-ный купальник на задницы бойцов? Отвлечется кто-нибудь в бою на чей-то аппетитный зад, а потом ищи виноватых. Хотя… Рей украдкой глянул в конец шеренги. Он с удовольствием посмотрит на Мэтта в этом чудо-костюме. — Сейчас я зачитаю списки групп, — Ямасито лениво водил пальцем по голограмному экрану, раскачиваясь с носка на пятку, окончательно растеряв всю военную выправку. — Группы формировались высшим офицерским составом Иштар и вашими преподавателями. Никакого нытья по поводу состава группы и никаких переходов из одной группы в другую. Рей понадеялся, что его не определят в компанию к каким-нибудь лузерам. Да, оценки у него были не ахти, зато показатели на летных тренажерах и симуляторах были весьма неплохи. — На Оркусе действует система рангов, — продолжил Ямасито. — За хорошо выполненные летные задания вы будете получать очки. Лучшие группы будут подниматься вверх по рейтингу. Чем выше ваш ранг, тем больше привилегий. Итак, я называю ваше имя, вы отзываетесь и выходите вперед. Как только назван командир группы, проходите к койкам. Первая группа Грифы. Дэниэл Флинн, Освальд Мэнниг… Курсанты по очереди выходили из шеренги. Когда очередная пятерка была собрана, объявляли командира. Многие едва ли пытались скрыть свое недовольство. Не все были в восторге от товарищей по команде. Но никто не возмущался в открытую. Ограничивались кислыми рожами. Все группы носили позывные хищных земных птиц. Беркуты, стервятники, ястребы и все в таком духе. У командования была богатая фантазия. Когда осталось всего десять человек, Рей наконец-то услышал свое имя. — Группа Кондоры. Рей Фарт, Мозес Спрингер, Алан Элистер, Кир Менсен, Эдвард Аддерли. Командир Кондоров — Эдвард Аддерли. Сначала Рей неверяще провожал взглядом выходивших вперед курсантов, а когда последнее имя гонгом прозвенело у него в голове, на непослушных ногах двинулся к указанным кроватям и встал у изголовья по стойке смирно. Супер, блять, зондеркоманда! Красавчик-наркоман, с которым Рей одно время спал, а сейчас на ножах. Скользкий тип, чья семья подозревается в работорговле. Возможно, что именно он толкает дурь красавчику-наркоману. Правильный ублюдок, которого Рей терпеть не может, а их ненависть — это глубоко взаимное чувство. И наконец командир этого элитного подразделения милейших людей — маленькая принцесска-стерва, которая насилует Рею мозг уже вторую неделю. Умная, расчетливая, красивая, но все-таки стерва. Рей не смог сдержать нервной усмешки. Если он думал, что дальше хуже быть уже не может, то, похоже, он ошибался.
