Глава 11
20 января 2017 г., 21:51
Почти все, кто находился сейчас в стартовом ангаре номер три, забросили свои дела и с интересом наблюдали за экранами, на которых разворачивалось космическое сражение. Даже инженеры с техниками, и те забыли про свои железяки и, посмеиваясь, делали ставки.
— Что тут такое?
К одному из инженеров подошел курсант, только что вошедший в ангар. В ответ мужчина хитро усмехнулся и указал на экран, где три учебных истребителя лихо ушли в вираж, ускользая от атаки противника.
— Сегодня Кондоры летают! — довольно сообщил он.
— Кондоры? Какая-то новая группа? — переспросил курсант, поудобнее перехватывая папку с документами.
Инженер удивленно глянул на парня.
— Ты что, не слышал? Эти из новеньких. Прибыли две недели назад.
— Я из штаба, особо не слежу за новичками… Погоди! Две недели назад? И они уже летают? — изумился курсант.
— Этих щенят закинули в космос спустя два дня после прилета, — на экране один из истребителей пролетел в опасной близости к своему противнику, но ухитрился в последней момент увернуться. Следующий за ним связной воспользовался ситуацией и открыл огонь, не оставляя «вражескому» кораблю и шанса. Подбитый истребитель на экране загорелся красным и замер. Ангар тут же заполнился одобрительным свистом и криками поддержки. Правда нашлись и недовольные. Несколько разочарованных возгласов все же проскользнуло в общем ликующем шуме.
Инженер на радостях хлопнул стоявшего рядом курсанта по плечу.
— Во дают, шельмы! — гаркнул он. Курсант немного посторонился, отодвигаясь от особо эмоционального кадра.
— Опасно так летать, — заметил парень, хотя дерзкий маневр и у него вызвал толику восхищения. Не каждый старшекурсник мог так управлять машиной. — Это же всего лишь тренировочный бой. Зачем рисковать?
— Много ты понимаешь, сидя в своем штабе, — хмыкнул инженер. Курсант недовольно нахмурился, но отвечать на колкую реплику не стал. Да и мужчина вряд ли хотел всерьез обидеть парня. Горящие азартом глаза выдавали в нем ярого фаната. — У них каждый бой как картинка! Веришь, нет, а эта команда еще ни разу не проиграла. Каждый день летают, и ни одного проигрыша! Другие новички уже успели мне с десяток истребителей раскурочить, а эти летают так, словно родились в кабинах! Нет, ну ты глянь!
Очередной головокружительный вираж закончился выводом из строя еще одного противника.
— Но у нас и до этого было много талантливых новичков! — повысил голос курсант, пытаясь перекричать новую волну шума.
— Были, были, — согласился мужчина. — Но эти, знаешь… Хотя сам сейчас и увидишь! — отчего-то хохотнул он. — Возвращаются!
На экране светилась победа Кондоров. Саламандры проиграли им всухую. Они не смогли уничтожить ни один из кораблей противника, и теперь все участники тренировочного боя возвращались на базу.
В ангар один за другим плавно влетело десять истребителей. Их тут же обступил обслуживающий персонал. Народу вокруг Кондоров явно было больше. Открылись кабины, и курсанты выбрались наружу.
— Блять, Кир, нахуя ты полез?! Он был у меня на прицеле! На прицеле, черт! Не лезь в мою зону! Сколько раз тебе повторять?! Не суйся вперед меня, ты только мешаешь! — тут же заорал один из курсантов в красном, стоило ему спрыгнуть с крыла истребителя. Он подбежал к сокоманднику и, кажется, готов был в любую секунду начать драку. Его совсем не смущала толпа народа, сгрудившаяся вокруг них.
— Ты открылся. Если бы я не прикрыл твою задницу, тебя бы размазали. Это не соревнование, кто больше перестреляет, это командная работа! Косячит один — достается всем! — не менее озлобленно ответил ему этот самый Кир.
— Пошел в жопу! У меня все было под контролем, в твоей жалкой помощи не нуждаюсь! Иди зарабатывай очки доблести в другом месте, хуесос!
— Не нарывайся, Фарт! — огрызнулся Кир.
Курсанты стояли почти вплотную друг к другу. Между ними едва ли воздух не искрился. Народ вокруг замер в предвкушении. Казалось, драки не избежать, но в последнюю секунду к ним подоспел еще один участник летной группы.
— Да ладно вам, девчонки, чего разорались, — он небрежно похлопал обоих парней по плечам, тут же перенаправив двойной поток ненависти в свою сторону. — Давайте признаем, что вы оба немного налажали. А если устроите свои кошачьи бои прямо тут, то по шее получите в тройном размере, — елейным голоском добавил он.
— Отвали, Мозес, — парень, начавший перепалку, которого назвали Фартом, тут же сбросил чужую руку со своего плеча и сделал несколько шагов в сторону. Накал страстей немного поутих. — Тебе ли вообще тут вякать. Вечно как крыса сваливаешь в самый опасный момент!
— Я просто четко выполняю приказ командира и не лезу на рожон, — пожал плечами Мозес. — Или мне нужно, как вам, переть вперед сломя голову, подставляясь под огонь? Ну, так я еще в своем уме.
— Ты на что намекаешь? — снова повысил голос на этот раз уже Кир.
— Да так, ни на что, — съехидничал Мозес. — Вон Алан, — он указал, на стоявшего поодаль парня, который старательно игнорировал начавшиеся разборки, — тоже особо не выпендривается, знает, что бездумно рваться на баррикады — это удел тупых солдафонов.
— Ну, все, выебонщик, — выругался Фарт. — Тебе не жить.
Курсант из штаба, наблюдавший всю эту сцену, не мог поверить собственным глазам. Как эта группа, в которой каждый готов перегрызть другому глотку, может так слаженно летать?! Да они же ненавидят друг друга! Как с таким отношением можно говорить о командной работе, поддержке товарищей и стремлении достичь общей цели? Они ведь будут первыми, кто наставит прицел на своих же!
Заметив, как штабский мальчишка изумленно округлил глаза, пялясь на Кондоров, инженер решил вставить парочку своих комментариев.
— У них так каждое возвращение, грызутся как собаки, — весело заметил он. Его все происходящее, похоже, забавляло, чего нельзя было сказать о бедном курсанте. — Орут, идиоты, первый раз даже до драки дошло. Но им быстро командиры мозги на место вставили.
— Я совсем не понимаю…
— Да чего тут понимать? Это тут они перья распушили. Вон, особенно этот, Фарт, горланит — будь здоров. А как в космос выходят — совсем другими становятся. Как переключатель, — инженер щелкнул пальцами.
Курсант лишь с сомнением нахмурил брови.
— А вот сейчас гвоздь программы будет, — прыснул инженер.
Кондоры уже не просто ругались, здесь определенно пахло хорошей дракой. Люди вокруг разве что на визоры все это не снимали. Паренек из штаба в очередной раз возмутился всеобщей расхлябанности и халатности. Тут прямое нарушение дисциплины, устава базы и еще парочки нормативных документов, а все вокруг этого словно не замечают! Стоило доложить командованию о подобном попустительстве в рядах бойцов и всего персонала.
Курсант был уже близок к тому, чтобы начать протокольно оформлять грозившее вот-вот случиться правонарушение, когда к четырем пилотам спокойно подошел парень в синем летном комбинезоне. Командир группы.
Он был почти самым низким в группе, только стоявший в стороне притихший пилот был вровень с ним. Светлые волосы до плеч, худая фигура, но при этом совсем не тощая — под синим латексом отчетливо проступали мышцы. Он казался гибким, словно тростинка. Изящным и ловким. Курсант из штаба невольно залюбовался парнем. Он не сказал бы, что тот был ослепительно красив. Приковывало взгляд к нему нечто иное, неясная аура, окружающая его и притягивающая чужое внимание словно магнит. О том, что именно он тут командир, цвет его комбинезона говорил в последнюю очередь.
И тут курсант узнал его. Это же Эдвард Аддерли! Тот самый чудом спасшийся наследник графского рода. Он видел его несколько раз в новостях и в парочке вечерних передач. Нет, в штабе, конечно, ходили слухи, что Эдвард прилетел на Оркус с новым набором, но кто бы мог подумать, что в напарники ему достанутся такие проблемные личности.
Тем временем Эдвард, не обращая внимания на непрекращающийся мат и новые угрозы, просто резко вклинился прямо между спорщиками. Штабной курсант даже на секунду испугался за него. Встревать в эти ожесточенные разборки казалось смерти подобно.
— Хватит! — Эдвард поочередно посмотрел на каждого члена своей команды. — Вам было мало ночи в карцере? Я вижу, хотите повторить. Не распробовали, видимо. Нравится быть клоунами. Вы же не настолько безмозглые, чтобы не понимать, чем все это может обернуться!
— Да, это все потому, что этот говн…
— Замолчи, Фарт! — жестко одернул его Эдвард. — Ты орешь тут громче всех! Хватит прикидываться невинной овцой. И если уж на то пошло, Кир все сделал правильно. Твое лихачество было не к месту, если бы не он, тебя бы подстрелили. Научись уже смотреть по сторонам, а не бездумно гоняться за одной целью.
Фарт тяжело втянул носом воздух. Его взгляд потемнел, а у виска запульсировала жилка. На секунду штабному курсанту показалось, что он сейчас не сможет сдержаться и ударит Эдварда. Но Фарт лишь сжал кулаки до побелевших костяшек и, процедив сквозь зубы едва слышное: «Да пошли вы все», — резко развернулся и направился прочь, расталкивая толпу.
— Кир, — продолжил Эдвард не обращая внимания на стремительный уход Фарта, — почему ты каждый раз ведешься? Будь выше этого.
— Извини, просто он… — виновато замялся Кир. — Ну, ты сам знаешь. Иногда просто так бесит.
— Соблюдай дисциплину. Нам не нужны неприятности. Ну а если так хочется вмазать кому-нибудь по морде, ты всегда можешь сделать это на ринге, — смягчившись, добавил Эдвард.
— Такими темпами я там скоро пропишусь, — усмехнулся Кир.
— Мозес, — обратился Эдвард к заскучавшему пилоту. Как только появился Эдвард, он сразу как-то стушевался и ушел в тень, стараясь не попадаться командиру. — Прекращай их провоцировать. Мне кажется, в прошлый раз мы друг друга поняли, разве нет?
— Когда из Мэтта ты превратился в Эдварда, у тебя сразу пропало чувство юмора, — съязвил Мозес, но больше никаких возражений за этим не последовало.
— Алан, пойдем, — Эдвард махнул рукой молчавшему парню, — нам нужно отметиться.
Алан последовал за командиром, все так же не проронив и слова. Только ненавидящий взгляд буравил спину Эдварда.
Как только Кондоры скрылись из виду, толпа моментально рассосалась. Все вернулись к повседневным обязанностям. Штабной курсант и сам встрепенулся. Он и так слишком много времени прохлаждался. Документы уже давно должны были лежать на столе у начальника технического отдела. Но прежде чем уйти, он обратился к своему невольному собеседнику:
— И вы думаете, это хорошо? — спросил он. Увидев немой вопрос в глазах инженера, он поправился: — Ну, такое отношение в команде? Так ведь не должно быть.
Инженер некоторое время вглядывался в курсанта и только потом ответил:
— А ты думаешь, в армию набирают солдат исключительно с хорошими рекомендациями, сплошь добрых и открытых парней, готовых отдать свою жизнь за Империю? Не будь наивным, парень. Чтобы управлять людьми, которые ищут законное основание убивать, нужно самому стать зверем. Вот у них, — инженер ткнул пальцем в сторону истребителей Кондоров, — такой есть. Этот дохляк Аддерли строит их, как послушных дрессированных песиков. И пока у них есть он, они и дальше будут побеждать. В армии главное что? Главное — победа. А уж какова будет цена этой победы, особо и неважно.
— Странно слышать подобные слова от рядового инженера.
В ответ мужчина лишь небрежно отдал честь и бодро заковылял к своим железкам.
Рей стоял в узком коридорчике, привалившись к стене. Здесь редко когда ходили жители базы. Коридор вел к складским помещениям и подсобкам рабочих. Слишком узкий, чтобы развернуться с большими коробками и оборудованием, но достаточный, чтобы в случае аварии или внештатной ситуации быстро пробраться на жилой уровень. Рей обнаружил его совершенно случайно, когда на второй день банально заблудился в сложной системе переходов Оркуса. А после он взял в привычку приходить сюда, когда нужно было успокоить расшатавшиеся нервы. А это происходило почти после каждого полета.
Руки все еще мелко подрагивали. Рей этого даже не замечал. Пожалуй, появись прямо перед ним сейчас сам командующий Оркуса, он бы и этого не заметил. Он все еще был там, в ангаре, мысленно добивая Кира. Вот он от души заезжает ему в челюсть, бьет ногой в живот несколько раз, чтобы его скрутило на полу, а эхом от стен отразился жалобный скулеж, а потом не мешало бы врезать ему по яйцам, чтобы отпало всякое желание подкатывать к Мэтту. Вот так. Затапливающая его темная волна понемногу отступала.
Рей начинал ненавидеть эту чертову базу. Все шло совсем не так, как он планировал. Оркус был враждебным агрессивным зверем, который не принял его с самого начала. Все эти правила, пренебрежительное отношение старших курсантов, система рангов, которая решала внутреннюю иерархию — все это давило на него со страшной силой. А венчал всю эту пирамиду Мэтт и его команда. Рея зажали в тиски без возможности выбраться. Хотя стоило отдать должное офицерам, сформировавшим Кондоров. Они были лучшей группой новичков, а по некоторым показателям обходили и старшекурсников. Как парадоксально это ни звучало, но Кондоры составляли идеальную команду по психоэмоциональной совместимости. Правда вот характерами сокомандники совсем не сошлись. Первая драка Рея и Кира закончилась выговором и ночью в карцере для всех. После этого Рей старался сдерживаться и не лезть без повода, хотя повод подворачивался слишком часто. А эпицентром этих эмоциональных взрывов всегда являлся Мэтт. Они снова оказались слишком близко — одна космобаза, одна казарма, одна полетная группа. Но при этом Мэтт был так далеко, что не ухватить.
Каждый день он был рядом. Они спали всего в двух койках друг от друга, ели за одним общим столом, ходили на одни и те же лекции, вместе летали. Рей пытался подступиться к нему. Его тянуло к Мэтту на невидимом канате, кидая вперед. Его попытки не отличались особым тактом. В своей обычной грубой манере он задирал его, лез и хамил, но в этот раз Рей наткнулся на непробиваемую стену. Мэтт холодно игнорировал его, избегая лишних разговоров. На Оркусе Рей уже не чувствовал себя так свободно, как в академии. Отец и его власть сенатора были слишком далеко от этой болтающейся в холодной невесомости космобазы. Отдельный мир со своими законами и правилами. Пробивать себе дорогу к вершине приходилось собственными руками, и Рей упорно ломился вперед, не желая болтаться внизу среди одноликой серой массы. Каждодневные полеты, занятия, тренировки — и везде нужно быть первым, лучшим, нельзя проигрывать. Рей не мог себе этого позволить.
Натянутые отношения в летной группе также не давали расслабиться ни на секунду. Игра в молчанку с Аланом перешла в стадию тупого упрямства. Рей и сам понимал, что ему станет куда легче, если он сможет, наконец, нормально поговорить с другом, но глупая гордость не давала сделать и шага навстречу. Алан будто перенял модель поведения Мэтта, также игнорировал и старался не разговаривать с ним, если того не требовали задания командиров. Рей отвечал тем же.
Впервые Рей ощутил нехватку элементарного общения. Раньше в академии он не придавал особого значения их бессмысленным разговорам в столовой. Чаще ему хотелось тишины и спокойствия, а вечные расспросы Бринкса так вообще раздражали до нервных колик. А сейчас этого не хватало. Летные группы тренировались по отдельности, а время в столовой и коротких перерывов между лекциями было ограничено по максимуму. Видимо составители расписания с секундомером замеряли, сколько среднестатистическому курсанту необходимо минут, чтобы съесть свой холодный суп, а сколько, чтобы успеть добежать до толчка. И не то чтобы Рей жаждал излить кому-нибудь душу, нет, было бы достаточно простого разговора с человеком, который не мечтает вышвырнуть тебя в открытый космос.
Рей сделал последний глубокий вдох и оторвался от стены. Пора было возвращаться обратно. Скоро обед, и если он к этому времени не успеет переодеться в форму, останется без своей порции безвкусной армейской еды. Но стоило ему сделать всего несколько шагов, как из-за угла послышались чьи-то голоса. Рей замер. Обычно здесь никто не появлялся, но он не был уверен, что курсантам можно шляться по техническим коридорам. Одно дело, если наткнешь на какого-нибудь безобидного рабочего, а другое, если это будет кто-то из офицеров.
Голоса становились все ближе, и скоро Рей смог расслышать обрывки разговора.
— …думаешь, что можешь лезть вперед только потому, что командор сказал тебе пару ласковых? Любимчиков и подхалимов здесь не любят, новичок, — говоривший как-то особенно выделил это свое «новичок», прицокнув в конце.
— Да, он думает, что ему все можно, — ядовито вторил ему второй голос. — Видишь, как нагло смотрит, совсем не уважает старших. Может, стоит преподать ему парочку уроков хороших манер?
Так, значит, это просто старшекурсники прижали кого-то из новеньких. Рей осторожно выглянул из-за угла. Стало интересно, кто попал в немилость. К тому же нужно было прикинуть — вылезать сейчас или лучше подождать, когда разборки закончатся.
Старшекурсники были одеты в такие же, как и у него, красные комбинезоны, а тот, кого они зажимали у стены, был в синем. Значит, только вернулись с полетов. Сначала Рей не понял, на кого наезжали старшаки, но когда один из них чуть посторонился, увидел гордо вскинувшего голову Мэтта.
Рей едва не выругался в голос и тут же спрятался обратно за угол. Ну кто бы сомневался! Какой еще полоумный полезет разбираться со старшекурсниками! И ведь надо было выбрать именно это место!
— Чего молчим, новичок? Прояви уважение.
— Знаете, ребята, — послышался спокойный голос Мэтта, — если бы вы летали так же хорошо, как языками чешете, то не стояли бы сейчас здесь, пытаясь запугать неопытного курсанта.
— А красотка с норовом.
Рей снова рискнул выглянуть из своего укрытия. Сердце неспокойно бухало в груди. Ему совершенно не нравилась вся эта ситуация — его своенравную принцессу загнали в угол какие-то утырки. Один из парней наклонился вперед, опершись рукой о стену прямо рядом с головой Мэтта.
— Такая милашка, а разговаривать почтительно не умеет. А может, тебе этот замечательный ротик совсем для другого нужен?
Старшекурсник потянулся рукой к губам Мэтта, и уж этого Рей стерпеть не смог.
— Эй! Отвалите от него!
Рей, не скрываясь, вышел в коридор. Парни тут же обернулись к нему. Даже Мэтт удивленно вскинул брови. Да, он явно не ожидал встретить тут Фарта. Это отчего-то придало Рею еще больше уверенности.
Лезший к Мэтту старшекурсник отстранился от него, недовольный тем, что их игры прервали.
— Чего тут забыл? Вали куда шел!
— Отпусти моего командира, и мы разойдемся мирно, — угрожающе проговорил Рей.
— А-а, так вы из одной летной группы, — отчего-то осклабился все тот же надоедливый хлыщ.
— Я сказал, отошли от него.
Второй старшекурсник суетливо дернул своего приятеля за руку.
— Дерек, если заметят драку, нам пиздец, ты же слышал майора.
— Не ной, — раздраженно бросил Дерек, но решимости в нем явно поубавилось. Напоследок он смерил Рея презрительным взглядом и добавил, обращаясь уже к Мэтту: — Скажи спасибо своему дружку. В следующий раз мы такими снисходительными уже не будем.
С этими словами они быстро скрылись за поворотом.
— Тебя никто не просил влезать, — выдал Мэтт, невозмутимо поправляя застежку комбинезона, будто это не его только что прессовали у стенки. — Или ты думаешь, я бы не справился с этими недоносками?
Рей аж задохнулся от возмущения. Вот и помогай после этого людям.
— В таких ситуациях принято говорить спасибо, — процедил он сквозь зубы.
— Эти двое не стали бы ничего делать. Один пустой треп, а до дела никогда не доходит. Но знаешь, я удивлен, — Мэтт лукаво улыбнулся, а у Рея что-то внутри сделало опасный кульбит, тяжело оседая в желудке. — Прибежал на помощь, прямо как рыцарь из сказки.
Рей уже успел забыть, каково это — вот так разговаривать с Мэттом. Хотелось… Черт, много чего хотелось сделать, но он сам одернул себя. Нельзя верить этой коварной улыбке и смеющимся глазам. Если он реально поведется на них, то будет не умнее тех двух идиотов-старшекурсников.
— Ну, принцессы для того и нужны, чтобы их спасали, — ответил Рей, стараясь не выдать своих внутренних метаний.
— Как благородно, — усмехнулся Мэтт. — Не смог бросить свою собачонку на произвол судьбы? Или, быть может, заревновал?
Рей схватил его за плечо, с силой сжимая ладонь. Он даже не успел полностью осознать, что делает, когда дернул Мэтта на себя. Так и замер, жадно пожирая его взглядом.
Мэтт посмотрел сначала на руку на своем плече, потом медленно поднял глаза на Рея. Во взгляде не было и тени страха, только немое удивление. А спустя мгновение на губах медленно расцвела ироничная улыбка.
— Поверить не могу, — прошептал Мэтт. — Ты влюбился в меня, Фарт. По-настоящему влюбился…
Рею нестерпимо захотелось сбежать. Вот прямо сейчас наплевать на все и позорно сбежать. Скрыться от этого взгляда, пронзающего грудь раскаленным железом. Разве может быть так отвратительно и говенно на душе только из-за неприкрытой жалости в глазах напротив.
— Рей, — Мэтт сам протянул к нему руку и дотронулся до щеки. Рею стоило огромных усилий не вздрогнуть. Казалось, одно неосторожное движение, и он просто взорвется, разлетится на атомы, как гребаная сверхновая. — Как же так вышло? Насильник влюбился в собственную жертву. Попахивает дешевым бульварным романчиком, не находишь?
Рей дернулся, уходя от прикосновения. А Мэтт продолжил:
— Что с тобой случилось? Неужели нашему сынку сенатора нечего сказать?
Не выдержав, Рей резко припечатал Мэтта к стене. Он крепко удерживал его, хотя в этом не было необходимости. Мэтт совсем не сопротивлялся, только улыбался. От его торжествующей улыбки у Рея поползли мурашки по спине. И хотя сейчас именно он контролировал ситуацию, ему казалось, что перед Мэттом он абсолютно беззащитен. Будто обнажившиеся чувства разом лишили его всех преимуществ.
— Замолчи, — Рей попытался скрыть свою уязвимость за грубым тоном, но Мэтт понял все слишком рано. Теперь его невозможно было обмануть.
— Боже, Рей, — Мэтт изумленно всматривался в лицо напротив, — ты что, надеешься на взаимность?
Наверное, Рей Фарт был полнейшим идиотом. Потому что только полные идиоты в подобной ситуации на что-то надеются. А он где-то глубоко внутри и правда надеялся и безосновательно верил в какое-то несбыточное светлое будущее. А сейчас, глядя в эти серо-зеленые глаза, он понимал, насколько это было глупо. Да и чего он, собственно говоря, ждал? Что Мэтт бросится к нему на шею, узнав о его ненормальном влечении? Любовью весь этот бред Рей даже в мыслях обозвать не мог.
— Ты и так мой, — рявкнул Рей, ударив кулаком по стене.
— Твой? — усмехнулся Мэтт. — А я-то думал, что расстановка сил у нас несколько поменялась.
— Ты никуда не сбежишь от меня! Я не позволю!
— Рей, дорогой, куда мне бежать? — скривился Мэтт. — Мы заперты в этой консервной банке в тысяче световых лет от дома. Или ты думаешь, что я запрыгну в первый попавшийся корабль и сбегу от твоих светлых чувств, прячась на другом конце Империи? Этого, что ли, ждешь?
Рей и сам понимал, что ведет себя глупо. Но с Мэттом не получалось иначе. Мозг отказывался работать, уступая место беспокойному сердцу. Незнакомые чувства брали верх, лишая его здравомыслия и заставляя бестолково метаться, не понимая, что же предпринять в следующую секунду.
— Я не это имел в виду, — зло пробормотал он.
— А что же тогда? Хочешь, чтобы я снова стал твоим личным мальчиком для траха? Ах, стой, погоди. У тебя же чувства! Давай назовем это красивым словом любовники, как тебе?
— Хватит, Мэтт, — как-то устало проговорил Рей.
— Я не Мэтт. Меня зовут Эдвард Аддерли, — его голос стал тише и холоднее, — запомни уже наконец, Фарт. И уясни кое-что еще. Тронешь меня хоть пальцем, я тебе хребет сломаю. Это в лучшем случае. В худшем — накатаю на тебя такой донос, что твоя военная карьера окажется в глубокой жопе, и вряд ли ты оттуда выберешься. Папочка твой меня мало волнует, у меня есть свои покровители, и они не менее влиятельны, так что не переживай. В качестве утешительного приза, так уж и быть, разрешаю тебе тихо дрочить на мой светлый образ.
Несколько секунд Рей просто тупо моргал, силясь понять, не послышался ли ему весь этот бред. А когда до него дошло, что Мэтт абсолютно серьезен, все остальные чувства затопила жгучая злоба. Какого хрена Мэтт смеет указывать ему, что он может, а что нет? С каких это пор Рей Фарт превратился в послушную марионетку, которой можно помыкать?! Если Мэтт решил, что имеет над ним какую-то власть, то он глубоко заблуждается.
— А не много ли ты на себя берешь, принцесса? — прошипел Рей.
Игнорируя угрозы Мэтта, он грубо схватил его за задницу и прижал к себе.
— Что ж, раз с первого раза ты не понимаешь, придется объяснить еще раз.
В этот раз Рей был готов. Он видел, как дерется Мэтт на тренировках, и помнил, как лихо он уложил его в общежитии. Эффекта неожиданности случиться было не должно. Но что именно пошло не так, Рей не смог понять, даже когда спустя мгновение оказался опрокинутым на спину с несколькими синяками под ребрами и ужасной болью в затылке. Мэтт провел комбинацию ударов на сверхзвуковой скорости, метко попадая по особым болевым точкам, а после уселся сверху на поверженного противника, больно сдавив бедрами ноющие бока.
— Ну как? В этот раз я ясно выразился? — он как будто специально поерзал, потираясь о Рея, а тот с ужасом понял, что если этот засранец продолжит, то еще немного, и у него встанет. И это уже точно будет провал по всем фронтам. Рей сжал зубы. Затылок заныл еще сильнее.
— Грубую силу ты понимаешь куда лучше человеческих слов, — продолжил Мэтт. Он ухватил Рея за подбородок и, как только тот попытался сбросить его, второй рукой надавил куда-то на шее, отчего перед глазами тут же потемнело, и Рей моментально потерял всякое желание сопротивляться.
— Вот видишь, какой продуктивный разговор у нас с тобой получается, — Мэтт похлопал Рея по щеке и мило улыбнулся.
— Слезь, скотина.
— Отчего так грубо? Мог бы быть поласковее со своим возлюбленным.
— Что, принцесса, нравится быть сверху? — в тон ему ответил Рей. — Так снимай штаны, покажу тебе класс.
— Для особо забывчивых напомню — если тебе так не терпится, то вставай к стеночке и поворачивайся задом. Возможно, тогда я подумаю и окажу тебе небольшую услугу.
— Черт, свали! — Рей снова попытался подняться с пола, но в этот раз Мэтт не стал размениваться по мелочам и ударил кулаком в живот. Из горла вырвался сиплый хрип. Не теряя времени, Мэтт перехватил руки Рея сверху над головой и наклонился вперед.
— Совсем… кхм… охренел!
— Слушай сюда, — Мэтт совершенно не обратил внимания на злобный окрик Рея, — мне не нужны проблемы, Фарт. А ты проблема. Так что давай и впредь ты будешь вести себя хорошо, слушаться своего любимого командира и не лезть на рожон. А я, так и быть, закрою глаза на твое помешательство с чувствами. Делай все, как и прежде, — жри, спи, ходи на тренировки, заебывай мозги однокурсникам и начальству, но не лезь ко мне. И тогда мы с тобой сможем стать лучшими друзьями. А там, глядишь, нас расформируют, и мы больше никогда не встретимся. Я человек неконфликтный, если меня не трогать. Так что ты уж постарайся меня не нервировать понапрасну, милый.
Мэтт чмокнул воздух буквально в нескольких миллиметрах от чужих губ.
— Ублюдок, — только и смог выдавить из себя Рей.
— Ну вот и договорились.
Мэтт встал на ноги и потянулся. Синий латекс костюма блеснул в свете гудящих ламп. Если бы не эта аппетитная задница, жизнь Рея была бы куда проще. Проклиная всех и вся на свете он, кряхтя, поднялся следом.
— Встретимся в столовой, курсант Фарт. И смотри не опаздывай. Не порти репутацию Кондоров.
Этому засранцу стоило запретить так нагло ухмыляться. Только благодаря железной выдержке, которая больше не давала трещин, Рей смог спокойно дать Мэтту уйти.
И угораздило же его вляпаться в такого проблемного парня.
Мэтт вызывал в Рее слишком много чувств — от слепящей ненависти до безумного желания. И он терялся в этом клубке противоречивых эмоций, не понимая, что хочет сделать больше — придушить это наглое создание собственными руками или зацеловать до беспамятства.
Рей еле успел в столовую вовремя. Раздраженный и злой, он едва не запутался в собственном костюме, пока пытался его снять. Поэтому провозился куда дольше обычного. Вот парадокс, Мэтт ушел буквально минутой раньше, но, когда Рей влетел в столовую, тот уже уплетал свой обед, хотя ему тоже нужно было переодеться обратно в форму и добраться до другого отсека станции. И когда только все успевает. Получив свой поднос с едой, Рей молча сел на свободное место напротив. Остальные из летной группы также были здесь. Командам полагалось сидеть вместе, хоть это и было необязательным правилом, но новички старались его соблюдать. Кто знает, за что еще могут начислить лишние баллы. Подняться в ранге хотели многие.
За едой они редко разговаривали. Все происходящее больше напоминало механический процесс по употреблению пищи. Да и сама еда здесь была не в пример хуже изысков из Иштара. Обычные армейские блюда, состоявшие из органической массы с различными вкусовыми добавками. В космосе особо не разгуляешься. Рей никогда брезгливым не был, поэтому, по большому счету, ему было все равно, да и на тренировках порой уматывались так, что уже не разбирали, что именно положили в тарелку. Главное, побыстрее поесть и завалиться в койку.
Рей быстро уминал свой то ли суп, то ли кашу и изредка бросал в сторону Мэтта уничтожающие взгляды. На большее сил у него не осталось. Рядом с Мэттом сидел Алан, вяло ковыряющий ложкой в своей тарелке, а следом мрачный Кир. Мозес, пристроившийся со стороны Рея, активно работал столовыми приборами и при этом второй рукой еще успевал печатать что-то на планшете.
— Раз мы все наконец-то в сборе, — вдруг начал Мэтт, — хотел бы донести до вас некоторую информацию. Сегодня после боя офицеры отметили несколько команд. В основном, это старшие курсанты из прошлого набора, но, кроме них, была названа и наша группа. Мы стали кандидатами на повышение в ранге. И если не налажаем в ближайшее время, то вполне сможем получить шестой.
Так вот почему на Мэтта накинулись те двое. Не понравилось, что какие-то новички продвигаются быстрее. Рей раздосадованно хмыкнул, надо было все-таки наподдать этим гадам.
— Вау! Шестой? — изумился Мозес, чуть не подавившись соком. — А не хило мы апнулись. И всего-то две недели на базе.
— Шестой ранг получить не так уж и сложно, — урезонил восторги Мозеса Кир. — Вот когда будет первый или второй, тогда и радуйся.
— Да ладно, — отмахнулся Мозес. — Все равно это круто. Из наших еще никого не повысили, а значит, мы лучшие.
— Лучшие — не лучшие, а расслабляться нельзя, слишком часто мы выезжали на простом везении, — все так же серьезно парировал Кир.
— Вот именно поэтому я и записал нас сегодня на дополнительную тренировку, — как бы между прочим вставил Мэтт.
— Чего? Тренировка?
— Какого хуя тренировка?!
Рей возмущенно глянул на Кира. Даже простое согласие по каким-то вопросам с этим типом вызывало бурю негодования. Впрочем, в ответ он получил такой же недовольный взгляд.
— Тренировка в симуляторе. Отработка стрельбы и ближнего боя. Нельзя забывать про ваши личные показатели, они тоже влияют на общие баллы, — ответил Мэтт.
— И когда мы будем тренироваться? Ночью? — хмуро спросил Алан. Он окончательно забросил свой обед и, поморщившись, отодвинул тарелку подальше.
— Нет, после ужина нам дали два часа.
— Вообще-то это наше свободное время, — буркнул Рей.
— Если тебя не заботит возможность заполучить шестой ранг — я пойму, но гробить нашу командную работу из-за одной ленивой жопы не позволю. Если надо будет, я тебя за шкирку притащу.
— Чего ты сразу кидаешься? Я это просто так сказал,— уязвленно пробормотал Рей. И почему это его отчитывают, словно нашкодившего ребенка?
— В восемь собираемся у входа в тренажерный зал. И давайте обойдемся без опозданий, — скомандовал Мэтт. Взяв свой поднос, он поднялся из-за стола.
Рей проводил его взглядом прямо до выхода. Снова обернувшись к столу, он заметил разом насторожившегося Кира.
— Чего вылупился? — оскалился Рей.
В ответ Кир лишь презрительно хмыкнул и молча последовал примеру Мэтта — подхватил свой поднос и свалил.
— Я, пожалуй, тоже вас покину, — уходя, Мозес успел утащить с тарелки Рея последний крекер.
Внезапно Рей осознал, что впервые за две недели на Оркусе они с Аланом остались вдвоем. Некоторое время Рей ел свой обед, стараясь не обращать внимания на Алана, но внезапно охватившее его чувство неловкости не отпускало. Хотелось провалиться куда-нибудь на уровень пониже, прямо в ангар к истребителям, лишь бы не испытывать это гнетущее ощущение. Сейчас бегство приравнялось бы к постыдной слабости, совершенно не свойственной для Рея Фарта. Поэтому он продолжал сидеть на месте, уставившись в свою тарелку.
Рей видел, что Алан так и не притронулся больше к обеду. Тонкие запястья, торчащие из рукавов темной формы, показались Рею слишком худыми. Он вообще нормально питается? Какие бы отношения между ними сейчас ни были, Рей все равно немного волновался за друга, хоть и не мог признаться в этом даже самому себе. Слишком давно они с Аланом были знакомы.
Почему же он не уходит? Неужели ждет чего-то? Стук ложки о дно тарелки вывел Рея из ступора. Нет, так дальше продолжаться не может.
— Чего не ешь? — глухо спросил Рей, стараясь сохранять невозмутимый вид.
— Тебя это волнует? — последовал такой же отстраненный ответ.
— Можешь не отвечать.
Алан нахмурил светлые брови, сжал кулаки и вроде бы уже собирался что-то сказать, но в последнюю секунду будто передумал. Он выдохнул и, ничего не говоря, встал и зашагал к выходу из столовой.
Ну вот и поговорили.
На лекциях Рей едва не заснул. Окончательно свалиться от усталости ему не позволила внезапная проверочная работа за полчаса до окончания занятий. Пришлось быстро просыпаться и собирать мозги в кучу. Когда же пришло время обещанной вечерней тренировки, единственное, чего хотел Рей, — это завалиться на жесткую койку в казарме и проспать минимум двенадцать часов. Судя по лицам остальных членов команды, они хотели этого не меньше него и не пылали особым энтузиазмом повышать индивидуальные навыки.
Рей дожидался своей очереди для прохождения программы, сидя прямо на полу у стеллажей с оборудованием. В тренировочном зале для симуляций с полным погружением, кроме них, никого больше не было. Мэтту выдали ключи с полным доступом, так что техники с чистой совестью свалили, оставив все на самих курсантов. Мэтт стоял за пультом, генерируя программы. На экранах перед ним Кир и Мозес сражались с видимыми только для них противниками. Рей отметил, что в учебных шлемах виртуальной реальности, размахивая руками и ногами, с перекошенными от усталости и злобы лицами, они выглядели весьма по-дурацки. Скоро и он сам залезет в эту чертову комнатушку и будет как полоумный скакать из угла в угол.
Углубившись в свои мысли, Рей пропустил момент, когда Мозес как-то особенно эпично грохнулся на пол. Видимо это стало последней каплей, и мучитель Мэтт сжалился над сокомандниками, объявив завершение цикла. Кир, в отличие от кряхтящего Мозеса, вышел в зал весьма бодрым, хотя и с него пот лился в три ручья. Даже такая мелочь подбешивала. Проходя мимо, Рей нарочно задел его плечом, но Кир то ли решил его проигнорировать, то ли устал больше, чем казалось.
— Отличная программа, я не помню такой среди тренировочных, ты сам ее разработал? — спросил Кир.
— Да, сам. У каждого индивидуальная, для отработки слабых мест, — ответил Мэтт, не отрываясь от манипуляций с пультом и загружая новые циклы.
— То-то я не понял, отчего мне такой сообразительный ублюдок попался, — раздосадовано прогнусавил Мозес. — Все бьет и бьет, сволочь, снизу вверх.
Кир подошел к Мэтту и похлопал того по плечу:
— Ты отлично справляешься, но не загоняй себя, — доверительно проговорил Кир. — У нас и так все расписание забито, а ты умудряешься еще и программы под каждого подгонять. Отдыхать тоже нужно.
Кажется, у Рея потемнело в глазах. И с каких пор он настолько остро реагирует на любые поползновения в сторону Мэтта.
— Хей, принцесса! Хватит трепаться! Или ты хочешь, чтобы мы тут до ночи торчали? — раздраженно окрикнул Мэтта Рей. — Надеюсь, моя программа не такая слабенькая, как предыдущие, а то боюсь разочароваться в твоих аналитических способностях, малыш.
— Не беспокойся, для тебя я особенно постарался, — только и улыбнулся ему в ответ Мэтт.
Рей хмыкнул и надел на голову шлем. В отличие от игровых шлемов, которые больше походили на ободки с проводами, эти имели вид настоящих шлемов. На тренировках курсантов не было полного погружения, когда ты отключаешься от реальности, а все, что видишь и чувствуешь, — это лишь обман твоего мозга. Здесь использовали лишь часть этих технологий. Враги, боль от ударов — все кажется настоящим, хоть ты и понимаешь, что это всего лишь проекция на стекле шлема плюс фантомные боли, которые прекратятся, как только тренировка закончится.
Алан первым зашел в свою комнату для проведения тренировки. Рей заметил, что, прежде чем закрыть двери, он бросил в его сторону тяжелый взгляд. И снова горло сдавила невидимая удавка. Ну почему так сложно подойти и выдавить из себя простые слова извинения? Рей и проклинал себя, и в то же время успевал мысленно матюгать Алана. Мог бы вести себя чуточку посговорчивее. Не может быть, что ему плевать и его все устраивает.
С такими нестройными мыслями и полным вагоном раздражения Рей и начал тренировку.
Уровень сложности Мэтт явно подкрутил на максимум. Рей в первые же секунды забыл обо всем, только и успевал блокировать один удар за другим. Его противников было двое. Примерно одного с ним роста, оба в непроницаемых матовых шлемах. Верткие и быстрые, они постоянно норовили ударить исподтишка, уйти в слепые зоны или провести обманные маневры. Рей ненавидел такой тип спарринг-партнеров больше всего. Он сам предпочитал давить противника силой, нанося удар за ударом, загоняя его в угол. В арсенале Рея было много запрещенных приемов, но эта шустрая парочка не давала их использовать, вынуждая подстраиваться под них. Отражать их нелепые атаки становилось с каждым разом все труднее. Уставшее тело уже не успевало отвечать на команды, и все больше чужих ударов достигало цели. Рей вертелся как ненормальный, пытаясь уследить за обоими сразу. Сцепив зубы, он терпел хлесткие удары, стараясь выгадать момент для удачной атаки. Но плюс программируемых противников в том, что они не знают усталости.
Неудачно споткнувшись о собственную ногу, Рей сумел уклониться от внезапного выпада, и кулак пролетел всего в нескольких сантиметрах от его плеча. В шлеме было чертовски жарко, пот застилал глаза, и каждый вдох казался раскаленной магмой. Рей проклинал Мэтта, эту внезапную тренировку и всю станцию заодно. Ужасный день не хотел заканчиваться, прямо как этот изнуряющий затянувшийся бой. Когда голограммы наконец замерли, а перед глазами замигала надпись, оповещающая о конце тренировки, Рей едва не валился с ног. Только гордость и чувство собственного достоинства не позволили ему опуститься на пол от усталости. Если Кир смог спокойно пройтись после боя, то и он сможет. Уступать хоть в чем-то не хотелось.
Рей стянул с себя шлем и вдохнул поглубже. В тренировочном зале остались только Мэтт и Алан. Мозес и Кир, видимо, уже ушли. Алан сидел на скамейке у стены, накинув на лицо полотенце. Похоже, тренировка выжала из него последние силы.
— Ваши показатели я скинул на ваши личные коммы. Можете позже ознакомиться, а пока вы свободны. Тренировка закончена, — сказал Мэтт.
Рей увидел, как он запустил программу для себя и взял шлем из стеллажа.
— Я сам все закрою, возвращайтесь в казарму.
С этими словами он закрыл за собой дверь тренировочного блока.
Отправив свой шлем в сушилку, Рей уже собирался уходить, когда его окликнули.
— Рей, постой.
Он обернулся.
Полотенце валялось у ног Алана, а сам он сидел в абсолютно той же позе, глядя на Рея из-под полуприкрытых век. Голос был уставшим, но твердым.
— Надо поговорить.
— Правда хочешь? — не смог удержаться от грубости Рей.
— Хочу, — так же спокойно.
Алан выпрямился и сел ровно.
— Я знаю тебя, Рей. Знаю достаточно хорошо. Поэтому, может, здесь больше моей вины. Сам напридумывал, сам обиделся, когда оказалось, что мечты не реальность. Но меня все это заебало. И я думаю, тебя тоже.
Рей нервно сглотнул. Разговоры по душам никогда не были его сильной стороной. Открыться кому-то — значит показать свою слабость. А слабость не для Рея Фарта. По крайней мере раньше он так думал.
— Ал, я не… — он замялся, подбирая слова, — то, что я тогда сказал… Я так не думаю. Просто так все навалилось. И ляпнул. Ты извини. Я не хотел.
Когда молчание затянулось, Рей все же рискнул снова глянуть на Алана. Тот смотрел в пол: то ли на свое брошенное полотенце, то ли просто в никуда. Рей как-то боязливо дернулся.
— Я знаю, — наконец ответил Алан. — Не в твоем стиле думать, прежде чем говорить.
Он поднял голову и улыбнулся. Совсем не так, как улыбался раньше. Это была легкая полуулыбка, наполненная светлой грустью. Рей никогда не видел Алана таким. Он мог быть томным, развязным, немного сумасшедшим и скандальным, но таким?..
— Прости, — вышло сухо.
— Хватит извиняться. Одного раза было достаточно.
Алан поднял полотенце, подошел к Рею и наклонился, чтобы заглянуть ему в глаза.
— Первый раз вижу, чтобы ты перед кем-то извинялся. Мне льстит, — Алан ткнул его пальцем в грудь. — Постараюсь получше запомнить твою перекошенную физиономию.
Услышав в голосе друга прежние ехидные нотки, Рей немного выдохнул.
— Да уж, запомни.
— А то что? Другого раза может и не быть?
— Нет, я не… — начал было Рей, но увидев, что Алан едва сдерживает рвущийся смешок, понял, что над ним просто издеваются.
— Вот таким ты мне нравишься куда больше, — уже без издевок сказал Алан.
— У тебя все нормально?
— А давай не будем играть в лучших подружек? Не нужно переусердствовать, Рей. Просто вернемся к тому, что было.
Рей хотел сказать, что ничего он не усердствует, что он реально беспокоился и не нужно считать его совсем уж бесчувственным бревном. Но, взглянув в лицо Алана, понял, что ничего этого ему не нужно.
— Ну, как скажешь, — просто ответил Рей и постарался улыбнуться в ответ.
Если Алану так будет проще, то Рей настаивать не будет.
— Вот и славно. Ты как хочешь, а я пойду. Так устал, — Алан молниеносно сменил тему разговора, превращаясь в прежнего себя. Он потянулся, тяжело вздыхая. — Твоя болонка тот еще диктатор. Пойду отсыпаться.
Он подмигнул Рею и тут же развернулся к выходу. Не оборачиваясь, он добавил:
— Быстрее укрощай свою принцессу, а то с такими тренировками мы скоро откинемся, не дожидаясь войны с Конфедерацией, — его рука со сжатым кулаком взметнулась вверх в победном жесте.
Рей бухнулся на ту же скамейку, где всего пару минут назад сидел Алан.
Черт, а ведь именно у Алана оказалось куда больше решимости сделать первый шаг навстречу, перечеркнув прошлые ошибки. Если бы не он, Рей скорее всего так и не нашел в себе силы первым завести этот разговор. Сейчас дышать стало намного легче. И пускай Рей до сих пор ощущал себя немного виноватым, но той дурацкой тяжести внутри больше не было. Быть сильным внутри и снаружи — совершенно разные вещи. Пусть Алан и казался с виду несерьезным похуистом, но в итоге вышло так, что именно этот похуист смог задвинуть назад чувство обиды и дать Рею Фарту второй шанс. И уж его-то профукать он просто не имел права.
Рей специально не пошел вслед за Аланом, понимая, что сейчас тот хочет побыть один. Дал ему время уйти подальше. Анализировать их короткий разговор и разбираться в чужих чувствах Рею хотелось меньше всего, поэтому он просто отдыхал, сидя на скамейке. Разрешение этой напряженной ситуации, мучавшей его последнее время, настолько его окрылило, что он даже успел позабыть про Мэтта, который все это время находился в тренировочном блоке.
Заметив его на экране, Рей подошел к панели управления, вглядываясь в фигуру на пиксельной поверхности.
Мэтт плавно перетекал из одной позы в другую. Все его удары были быстрыми и точными, ни одного лишнего движения. Пару раз он сделал несколько перекатов и кувырков. Сам Рей не рискнул бы делать такие опасные кульбиты со шлемом на голове, но Мэтт почти играючи справлялся со сложными приемами. Его манера ведения боя отличалась от стандартных академических практик. Рей заметил, что некоторые свои движения Мэтт добавил в программу тех вертких противников с тренировки Рея. Не зря они его так бесили.
Время на таймере почти закончилось. Поразмышляв еще пару секунд, Рей все же решил дождаться Мэтта. Ведь нигде в правилах не запрещается возвращаться в казарму вместе со своим командиром группы? Возможно, Мэтт зыркнет на него зло, выкинет пару желчных фразочек, но вряд ли будет возражать. У Рея было прекрасное настроение и хотелось закончить этот многострадальный день на хорошей ноте.
Мэтт на экране снял шлем и провел рукой по влажным волосам, зачесывая их назад. Рей непроизвольно ухмыльнулся. Жест получился чертовски сексуальным. Интересно, можно ли будет найти где-нибудь эту запись и скинуть себе на комм?
Скрестив руки на груди, Рей дожидался, когда Мэтт выйдет в зал, но тот почему-то замер у двери.
— Ну и чего он там встрял… — пробормотал Рей, вглядываясь в экран.
Несколько секунд Мэтт копошился у выхода, нахмурив брови. Из-за угла съемки Рей не видел, что именно он там делает, но спустя примерно минуту Мэтт отскочил в сторону и начал вертеть головой, пытаясь что-то отыскать. Шлем он кинул в угол, совершенно не заботясь о сохранности армейского оборудования. Правой рукой Мэтт схватился за горло. Кажется, он тяжело дышал. Паника на его лице явно была настоящей.
— Какого черта? — Рей нажал кнопку на пульте управления, включая микрофон. — Мэтт! Что у тебя там происходит?! Почему не выходишь?!
Услышав голос из динамиков, Мэтт тут же развернулся к камере.
— Дверь не открывается, — тяжело проговорил он. — И мне кажется, отсюда выкачивают кислород.
— Чего? — остолбенел Рей.
Мэтт разозленно посмотрел в камеру и на одном выдохе выпалил:
— Что слышал! И если ты и дальше будешь тупить, то скоро будешь играть в молчанку с моим трупом! Попробуй открыть дверь со своей стороны!
Все еще не до конца понимая, что происходит, Рей кинулся к двери в тренировочный блок. Он несколько раз помахал перед сканером рукой, но огонек продолжал гореть красным. Попытки открыть дверь вручную так же не увенчались успехом. Каждая комната на станции была абсолютно герметичной, чтобы в случае аварии в любом из отсеков можно было просто перекрыть двери. Поэтому если в системе и правда произошел какой-то сбой и двери автоматически заблокировались, то Мэтт просто задохнется в этой комнатке без возможности выбраться.
— Ничего не выходит! — Рей взбешенно шибанул по двери ногой. — Я вызову техников!
— Когда они доберутся, будет уже поздно, — Мэтт осел на пол. Говорил он уже спокойней, стараясь вымерять каждое слово. — Слушай меня внимательно и выполняй все, что я говорю. Видишь слева от датчика у двери маленький короб? Вскрой его. Переведи два красных тумблера вниз. Затем вернись к пульту. Зайди в систему под учетной записью техподдержки. На ключ-карте, которую мне выдали, есть логин и пароль. Отключи автоматическую блокировку в тренировочном зале и снова попробуй открыть дверь. Судя по датчикам, кислород уходит быстро, у тебя минуты две. Не больше.
Когда Мэтт закончил говорить, Рей уже отыскал в стеллажах со шлемами что-то похожее на отвертку с плоским заостренным наконечником. Сердце оглушительно стучало в груди, но страха не было. Была только легкая паника, подстегивающая двигаться в два раза быстрее.
Металлический наконечник все никак не хотел подлезать под короб. На стене уже осталось несколько царапин. Руки моментально вспотели, и пластиковая ручка начала выскальзывать из дрожащих пальцев.
— Да еб вашу мать!
Рей метнулся к скамейке, схватил из стопки чистое полотенце, попутно бросив быстрый взгляд на экран. Мэтт перебрался к двери. Сидел на полу с закрытыми глазами, грудь едва заметно вздымалась в редких вздохах.
Обмотав полотенце вокруг пластиковой ручки, Рей покрепче сжал кулак и что есть мочи долбанул снизу по коробу. Тонкая железная обшивка поддалась и через мгновение отлетела в сторону. Рей тут же отбросил отвертку и полотенце и, отыскав глазами среди множества рычажков два красных тумблера, опустил их вниз. На сканере рядом с красным загорелся зеленый огонек.
Подлетев к панели с пультом управления, он заметался в поисках ключ-карты.
— Спокойно, Мэтт, я уже на финишной прямой! Еще пара секунд, и все будет! — нервно тараторил Рей, пытаясь успокоить самого себя. — Да где же… Ах, вот ты! Ну что ж ты, Мэтт, не мог подальше эту карточку запихать? Так логин… пароль… Теперь отключить…
Рей стремительно пролистывал вкладки, выискивая нужную. В какой-то момент ему показалось, что он уже ее пропустил и все придется начинать сначала, но тут на глаза попалась надпись: «Автоматическая блокировка дверей. Тренировочный зал. Палуба 8».
— Блять, наконец-то! Давай же, сука, быстрее! Отключить блокировку? Да! Ручной режим, ручной!
Едва нажав нужные кнопки, Рей опрометью кинулся к двери. Две минуты? Он же уложился в две минуты? Казалось, что он прокопался целую вечность.
Стоило только провести перед сканером рукой, как дверь тут же отъехала в сторону. Рей едва успел поймать Мэтта, который без опоры просто начал заваливаться на спину.
Прижав к себе отключившегося парня, Рей чуть отполз от этой злополучной комнаты.
— Мэтт! Мэтт очнись! — Рей легонько похлопал его по щекам. — Давай, приходи в себя, принцесса!
Когда светлые ресницы дрогнули и глаза открылись, Рей не сдержался и крепко обнял Мэтта, почти вдавливая его в себя.
— Блять! Я их всех поубиваю! Клянусь! Всех этих гребаных техников, которые нихера не делают свою работу! Черт, как же я испугался! — прохрипел Рей.
— Эй, будешь так сильно меня сжимать и точно задушишь, — слабый голос заставил его разжать объятия.
— Ты как? Тебе нужно в медотсек. Голова кружится?
Мэтт отстранил от своего лица руку Рея, который норовил проверить, есть ли у него жар, и уткнулся тому лбом в плечо.
— Заткнись… и просто дай мне минуту.
Рей послушно замолчал.
Только сейчас до него начало доходить, насколько вся эта ситуация была опасна. А если бы он ушел раньше, всего на пару минут, и Мэтт остался бы один? Он бы правда задохнулся, а спохватились бы курсанта только на перекличке перед отбоем. Рей не сдержался и прижался ближе. Впервые за свою жизнь он чуть не потерял близкого ему человека, и осознание этого постепенно накатывало неотвратимыми волнами.
— Думаю, я уже в порядке, можешь меня отпустить, — Мэтт попытался немного отстраниться, но Рей ему этого не позволил.
— Рей, — терпеливо позвал его Мэтт, — со мной все нормально. Может, нам все-таки стоит подняться уже с пола?
Рей не дал Мэтту и шанса сделать какое-то движение самому — сам обхватил его за талию и поставил на ноги.
— Пошли присядем, — отчеканил Рей, не принимая отказов.
Мэтта немного пошатывало, но, не считая этого и легкой бледности лица, выглядел он вполне здоровым. Усадив своего подопечного на скамейку, Рей устроился рядом.
— И как только технические службы могли допустить такое! — рассвирепел Рей. Когда мандраж и паника прошли, внутри начала разгораться злость. — Я на них такую жалобу нафигачу, их тут всех поувольняют к чертям собачьим! Надо написать отцу. Уж он-то знает, кому позвонить, чтобы у всех тут жопы подгорели!
— Не надо никому звонить. Я напишу объяснительную записку, ты подпишешься под моими словами. Ничего больше.
— Но ты же чуть не погиб! Какая нахер записка?! Если ничего не предпринять, они отделаются парочкой выговоров и не будут вообще афишировать эту ситуацию, чтобы не подорвать ебического авторитета академии.
Мэтт обессиленно посмотрел на возмущенного Рея и, тяжело выдохнув, взял его за руку.
— Рей, послушай, я благодарен тебе. Реально благодарен за спасение. Если бы не ты, я бы вряд ли выбрался. Но прошу тебя об одном — сделаем так, как я говорю. Не нужно никаких звонков, проверок и прочего. Все в рамках устава.
— Но тогда эти говнотехники…
Мэтт остановил его, сжав покрепче чужую ладонь.
— Скажу по-другому. Мне не нужно делать из этого шумихи. Понял? Это в моих интересах.
— Твоих? — Рей совсем перестал что-либо понимать.
— Как же я устал, — протянул Мэтт. — Знал бы ты, как иногда мне хочется все бросить… Все, что произошло сегодня, — это не просто сбой в системе, Рей. Не поломка и не глюк. Это было сделано специально. С одной-единственной целью. Устранить меня.
— Что?..
— На сегодня с меня достаточно твоих офигевших морд. Давай, помоги своей принцессе подняться, и пошли в казарму. Хотя нет, в медотсек мы, пожалуй, все-таки наведаемся. Возьмем что-нибудь тебе от нервов.
Совершенно перестав улавливать нить разговора, Рей как-то заторможенно подскочил со скамейки, когда Мэтт, поторапливая, пихнул его в плечо. И, прежде чем он успел задать новый вопрос, Мэтт приложил палец к его губам.
— Все потом. Сил уже никаких нет.
Рею ничего не оставалось, как молча подставить свое плечо. Похоже, этот гребаный день никогда не кончится.
