Глава 13
11 марта 2020 г., 14:44
В воздухе висело напряжение. Кир тяжело сглотнул. Взгляд его обшарил Рея с головы до ног. А потом в одну секунду он весь подобрался и с абсолютно прямой спиной медленно сел на стоявший рядом с кроватью Мэтта стул.
— Как много ты слышал, Рей? — севшим голосом спросил он.
— Видимо, слишком много, раз ты так взбледнул, — усмехнулся Рей.
— Я абсолютно серьезен.
Во взгляде Кира появилось что-то такое, от чего Рею сразу перехотелось шутить.
— Ну, слышал я весь этот бред про наследника, и что с того? Ты всерьез в это веришь? Тогда у тебя проблемы с мозгами, Кир.
Рей заметил, что Мэтт пристально на него смотрит. Что такое? Спящая красавица проявила к нему интерес?
Кир молчал. По его лицу совершенно ничего нельзя было понять, все такая же непрошибаемая каменная маска. Единственное, в чем был уверен Рей, — Кир не шутит. И это было странно.
— Ты не должен был это услышать, — сухо проговорил он.
— И что? Теперь меня нужно убить?
— По всем правилам следовало бы, — абсолютно серьезно ответил Кир.
— Совсем ебанулся?
— Кир, хватит, — подал голос Мэтт. — Возможно, над тобой просто кто-то подшутил. Я не могу быть наследником престола. Это невозможно.
Кир как-то сразу весь сдулся. Опустил голову, глядя на свои сцепленные в замок ладони.
— Эдвард, это не шутка, не слух, и я не пытаюсь тебя разыграть. Это правда, — он бросил взгляд на Рея и, видимо, окончательно для себя что-то решил, потому что продолжил уже более уверенно: — Фарт, раз ты все слышал, ты должен понять. Все, что произошло, было спланированным покушением. Даже если ты не веришь моим словам про наследника Империи, ты же понимаешь, что взрыв не был случайностью. Ведь так?
Рей с подозрением сощурил глаза.
— И что?
— Эдвард… Мэтт, он ведь дорог тебе? — Кир снова выпрямился, расправил плечи и теперь восседал на своем стуле, будто председатель в Совете.
— Какого черта ты начал, — огрызнулся Рей.
— Я клоню к тому, что у нас одинаковые цели, Рей. Просто пути разные. То, что я сейчас рассказал, не должно выйти за стены этой комнаты. Если ты считаешь это бредом, пусть. Но молчи, Рей. Никому ни слова. Иначе… — Кир замолк, но его взгляд говорил лучше слов. — В том, что ты узнал слишком много, — моя ошибка. Имей в виду, если станет известно, что ты кому-то проболтался, если пройдет какой-то слух или шепоток, ты пожалеешь об этом первый.
Рею не понравилось, каким тоном были сказаны все эти слова. Кир что, угрожает ему? Что за хрень? Он взглянул на Мэтта. Тот хмуро смотрел на Кира, будто и сам до конца не мог разобраться, что тут происходит.
— Я услышал тебя, — как можно более нейтрально выдавил из себя Рей. С сумасшедшими нужно вести себя осторожно.
— Поклянись.
— Чего?!
— Поклянись, что никому не скажешь, — настаивал на своем Кир.
— Господи, да ты задолбал! Никому я не расскажу этот бред, иначе и меня запишут в полоумные! — выкрикнул Рей.
Кир вроде немного успокоился, но напряжение из его позы никуда не ушло.
В дверь деликатно постучали, и только после этого она открылась. Врач в светлой униформе бортовых медиков удивленно оглядел всю компанию.
— А я-то думал, что мне показалось, — улыбнулся он. — Курсант Фарт, как давно вы очнулись?
— Не знаю, — неохотно отозвался Рей. Он забрался с ногами на койку и натянул на себя одеяло до самого носа.
— Очень интересно, — протянул доктор. — Так, Менсен, я думаю вам уже пора. Обоим нашим пациентам нужно отдохнуть. А господину Аддерли отдыхать нужно за двоих. Так что попрошу на выход.
Прежде чем уйти, Кир на мгновение замер около Рея.
— Ни слова, — одними губами проговорил он. Рей недовольно дернул головой, показывая на выход.
Врач вызвал еще двоих медбратьев. Рею задали пару вопросов о самочувствии, вкололи несколько препаратов и оставили в покое, а вот вокруг Мэтта собрался целый консилиум. Из сказанного Рей понял, что восстановление всех тканей прошло успешно и сейчас Мэтта ожидает несколько дней реабилитации после капсулы. Когда компания в белых халатах оставила своего пациента в покое, Мэтт уже спал.
— Курсант Фарт, завтра утром вас выписывают, — врач черканул что-то на планшете и убрал стилус в нагрудный карман. — Придете ко мне через денек на повторный осмотр. Пока я освобожу вас от усиленных тренировок, но и сами не перетруждайтесь.
Он строго посмотрел на Рея.
— А Мэтт… то есть я хотел сказать курсант Аддерли, — поправился Рей. — Он еще долго будет тут?
— Курсант Аддерли получил серьезные травмы. Чудо, что его успели вовремя доставить на Оркус. Восстановление не будет быстрым, — врач задумчиво постучал планшетом по руке. — Неделя, может, две. Посмотрим на его самочувствие. Не переживайте, молодой человек, с ним все будет хорошо.
С этими словами врач вышел из комнаты, приглушив свет.
Рей повернул голову на подушке и посмотрел на Мэтта, тихо спящего в своей кровати. В тусклом мерцании медицинских приборов, среди пиликанья датчиков, клубков проводов и трубок он был похож на фантастического робота. Рей ощутил холодок, пробежавший внутри только от одной мысли, что Мэтт мог погибнуть там. Сейчас он рядом, всего в нескольких метрах от него, живой и настоящий. Но если бы они не успели, если бы Кир стартовал раньше или Мэтт задержался около базы, все могло быть иначе. И от этого несказанного «если» кровь стыла в жилах.
Слова Кира казались глупостью. Но в одном Рей был с ним согласен — взрыв не был случайным. Поломка в системе вентиляции в тренировочном зале, а теперь и это. Кто-то серьезно был настроен устранить Мэтта. И Рей был намерен найти этого ублюдка и выбить из него все дерьмо любым способом.
***
Как и обещал врач, Рея выписали на следующее утро. Он чувствовал себя абсолютно здоровым и отдохнувшим. Прежде чем вернуться в казарму, он хотел поговорить с Мэттом наедине, но тот продолжал спать под препаратами. Решив, что навестит его вечером, Рей переоделся в форму, попрощался с врачом и вышел из медотсека. Оркус продолжал жить своей жизнью. Утренние часы были одними из самых многолюдных. Курсанты спешили на завтрак и попутно пытались повторить, списать, а то и выполнить свои домашние задания перед лекциями. Работники базы, которые, казалось, вообще не ложатся спать, сновали по коридорам серыми тенями, ловко обходя полусонных учеников. В ангарах уже готовили к первым полетам учебные корабли, а капитанский мостик гудел разворошенным ульем, принимая свежие новостные сводки из столицы. Рей заглянул в уже пустую казарму, вытащил из своей тумбочки запасной комм, на ходу надевая его на руку и активируя, и быстрым шагом направился в столовую. Шел он туда совсем не завтракать. Мозеса он заметил почти сразу, да тот особо и не прятался — сидел за их столом в самом центре. Не сбавляя шага, Рей подлетел к нему и, прежде чем он успел понять, что происходит, врезал кулаком прямо в челюсть. Мозес свалился на пол, рядом зазвенела упавшая вилка. Рей сел на него сверху, схватил за ворот пиджака и, наклонившись к самому лицу, прошипел: — Отвечай, сука, это был ты? Мозес слизнул кровь с разбитой губы. — Нет, — он сказал это, глядя на Рея широко раскрытыми глазами, кажется, даже не осознавая до конца происходящее. Рей тряхнул его так, что Мозес приложился затылком об пол. — Если ты мне врешь, змееныш… — Рей схватил его за шею. — Хочешь на меня всех собак повесить, Фарт? — зло прохрипел Мозес. Он не сопротивлялся, даже не пытался ослабить захват, понимая, что своими действиями сделает только хуже. — Это не я. Моя семья тут не причастна. Я сказал вам все, что знаю. Взгляд Мозеса переместился за спину Рея. — Фарт, ты что творишь?! — к ним подбежал куратор Ямасито. Он схватил Рея за плечи, оттаскивая от лежащего на полу Мозеса. Рей послушно отпустил свою жертву. Только сейчас он понял, что в столовой все разговоры снизились до уровня возбужденного шепота. Сидящие рядом курсанты с интересом ждали развязки бесплатного шоу, кто-то даже включил камеру на комме, но его тут же одернули старшие. Но никто не собирался вмешиваться в драку. Ямасито хлопнул Рея по спине, заставляя встать ровно. Выглядел он весьма раздраженно. — Курсант Фарт, вы отстраняетесь от полетов на неделю, вместо них дополнительные занятия по общему тестированию. Сегодня же я жду от вас объяснительную, где вы в красках распишите причины столько неподобающего поведения. И от того, насколько красноречивы вы будете, зависит мое решение — продлевать срок вашего наказания или же остановиться на одной неделе. Рей, набычившись, смотрел куда-то в грудь своему куратору и прилагал все силы, чтобы не грубить в ответ. — Курсант Спрингер, вас это тоже касается. Жду объяснительные до шести часов. А теперь оба приведите себя в порядок и не мешайте остальным завтракать. Как только Ямасито скрылся в толпе, курсанты вокруг тут же зашумели, обсуждая произошедшее. Мозес, кряхтя, поднялся с пола, собрал все на поднос и пошел относить недоеденный завтрак. Рей почувствовал, как кто-то осторожно касается его руки. К нему подошел Алан. — Пошли, — он мягко, но настойчиво потянул его в сторону дальних столиков. Рей молча шел за ним. В самом углу в закутке около запасного выхода за столом сидели Георг и Бринкс. Рею показалось, что он не видел своих друзей целую вечность. С тех пор, как они прибыли на Оркус и их разделили на летные группы, они почти не пересекались. На лекциях поговорить не было возможности, в остальное время каждая команда занималась отдельно. Рей сам, погруженный в собственные проблемы, отодвинул общение с друзьями на второй план. Казалось, что и говорить-то им было не о чем. Он сам отдалялся, не замечая этого. Даже с Аланом, который был в его команде, они говорили только на темы учебы и заданий. После ссоры Рей, как ни старался, все равно чувствовал неловкость в общении с ним, поэтому пытался избегать лишних контактов. Рей сел рядом с Георгом. Алан пододвинул ему поднос с завтраком. — Ешь. Рей есть не хотел, но все равно взял ложку и из чистого упрямства зачерпнул немного коричневой каши и отправил в рот. Какое же все-таки это дерьмо. — Алан нам рассказал про взрыв, — осторожно начал Георг. — Мы сами были на тренировке в зале и не сразу узнали о случившемся. — Не нужно оправдываться, что не пришли навещать больного. Я никого не ждал, просто дали поспать на мягкой кровати одну ночь, вот и все. Я в порядке. Бринкс как-то невнятно хрюкнул, Георг поджал тонкие губы. — Что сейчас произошло? — спросил Алан. Рей раздраженно бросил ложку в кашу и поднял глаза. Алан выглядел обеспокоенным. Под глазами залегли синяки, и во взгляде была какая-то нервозность. Вот ему бы не помешала ночка под успокоительными в медотсеке. Рей только сейчас понял, что Алан так же, как и он сам, мог попасть под взрыв, если бы тогда не летел самым первым. Что он почувствовал, когда понял, что остальные члены команды не вернулись в назначенное время? А когда увидел разваливающийся на ходу истребитель, протаранивший пол-ангара? Глядя на такого Алана — разбитого и уставшего, Рей сразу потерял весь свой запас злости. Сдулся будто гелиевый шарик. — Ничего, — буркнул Рей. — Просто выбесил меня. — Ты еще легко отделался. Обычно за драки Ямасито впаривает карцер и трехнедельные наряды по уборке, — влез в разговор Бринкс. Повисло неловкое молчание. Рей понимал, о чем они хотят спросить, и просто ждал, кто решится первый. Как ни странно, это оказался Георг. — Как там Эдвард? Или нам стоит называть его Мэтт? Рей медленно пережевывал комочек каши, не спеша давать ответ. — Более-менее нормально, — наконец сказал он. — У него будет долгая реабилитация после регенерации. Он жив, и это главное. — Говорят, после капсул кожа как у младенца и гиперчувствительная. И если в это время, ну того самого, то кайф нереальный, — попытался неловко пошутить Бринкс. Георг цыкнул и толкнул его в плечо. — Что?! — возмутился Бринкс. — Реально так говорят. Рей не сдержал смешка. Кто-кто, а Бринкс оставался все таким же словоохотливым идиотом, говорящим все, что думает. Почему-то от этой нелепой выходки стало свободней дышать. — Расслабьтесь. Все нормально. Не нужно ходить вокруг меня на цыпочках. А если серьезно, то мне нужна ваша помощь. Рей долго думал о том, что можно рассказать своим друзьям, а что оставить в тайне. Он понимал, что одному ему не справиться. Но в то же время Рей все еще остерегался лишних ушей. Тут был вопрос доверия. И если он хочет хоть как-то обезопасить Мэтта, ему придется немного рискнуть. — Помочь в чем? — спросил Георг. Он тут же сделался серьезным и внимательным, готовым слушать. Бринкс перестал глупо улыбаться, а Алан замер, будто только и ждал этих слов от Рея. — То, что произошло с нами на базе… Взрыв. Я думаю, все это было спланированно, — Рей понизил голос, хотя их столик и находился вдалеке от шумных компаний. — Это было не единственное происшествие. Во время нашей тренировки с голограммами в тренировочном зале из строя вышла система вентиляции, и заблокировался выход. Если бы меня не было там, Мэтт бы просто задохнулся. — Кто-то пытается его устранить? Командование знает? — тут же спросил Георг. — Вряд ли кто-то знает. Если бы знали, тут бы давно всех допросили. Мэтт подчистил все следы. — Убрал записи с камер? — нахмурился Георг. — Зачем? — непонимающе воскликнул Бринкс и тут же, опомнившись, возбужденно затараторил: — Зачем скрывать? Командиры сразу бы вычислили, кто это сделал! — Он просил меня молчать о случившемся, — неохотно сказал Рей. Рей специально смолчал о причастности Мозеса, не решаясь раскрывать друзьям все карты сразу. Стоило прощупать почву, прежде рассказывать обо всем. — Мэтт не говорит мне всего. Но что-то явно происходит. Сказал только, что это могут быть завистники, те, кто не хочет, чтобы Эдвард Аддерли внезапно воскрес. — Подожди минутку, Рей, — остановил его ладонью Георг. — Ты сказал, что Эдвард стер всю информацию об инциденте в тренировочном зале и никто не узнал об этом. Ты понимаешь, что это значит? Это значит, что он взломал защиту Оркуса. Мало того, что это незаконно, так это почти нереально. Я не сомневался, что он очень умный, но такое. К тому же Бринкс прав. Возникает вопрос, зачем ему изначально было скрывать тот факт, что его жизнь подвергалась угрозе? Наводит на мысли, что ему есть что прятать. Рей никогда не смотрел на все произошедшее под таким углом. В стараниях оградить Мэтта ото всех опасностей, он даже не вникал в суть проблемы. Для него была одна приоритетная задача. Безопасность Мэтта. А остальное проносилось мимо сознания, не складываясь в полноценную картину. Но даже сейчас, когда Георг стал задавать все эти неудобные вопросы, Рей не поменял своего мнения. Разве так важно, что сделал Мэтт? Что вообще может быть важнее человеческой жизни? — Я понял, куда ты клонишь, — неохотно ответил Рей. — Честно, мне плевать, что там Мэтт взломал и стер. Если он так сделал, значит, у него были на то причины. Георг еще сильнее нахмурился, так, что между бровей залегла морщинка. Рей предвидел бурю недовольства и весомых доводов, которые должны были раскрыть ему глаза. Но тут в разговор вмешался Алан: — Почему ты не сказал мне? Мы в одной команде, Рей. Если бы ты предупредил меня, я бы был более осмотрительным! Я бы мог что-то заметить! Ты подвергал опасности всех членов команды. И твой Мэтт тоже! — Я не был ни в чем уверен! — тут же ощетинился Рей. — Что мне нужно было делать? Кричать по всем углам, что у меня паранойя и я везде вижу заговоры?! — Не в этом дело! Хватит утрировать! — Так, стоп, парни, — Бринкс вылез вперед и, перегнувшись через стол, замахал рукой между спорщиками. — Давайте не будем ругаться. Рей, ты хотел попросить нас о помощи, так? Алан надулся и отвернулся в сторону. Рей постарался успокоиться и снова настроиться на серьезный разговор. — Да, мне нужна помощь, — повторил он. — Человек, который организовал покушения на Мэтта, — либо он сам находится на Оркусе, либо здесь у него есть доверенные лица, которые действуют по его указке. Помогите мне их отыскать. Если Бринкс и Алан тут же уставились на него как на полного идиота, то Георг только обреченно вздохнул, словно ждал чего-то подобного. — Ты же понимаешь, что это как искать иголку в стоге сена? — спросил Георг. — Поэтому я и прошу помощи. — Рей, база огромна. Здесь не меньше тысячи человек. Курсанты, военные, техники, обслуживающий персонал. Люди каждый день прилетают и улетают. Этот человек вполне мог уже сбежать, если он, конечно, действовал один, — неспешно начал объяснять прописные истины Георг. — А если во всем этом замешан кто-то из командиров? Судя по тому, что Эдвард велел тебе молчать, он думает именно так. Либо он сам скрывается от слишком пристального внимания. — Я не думаю, что заказчик сам находится на Оркусе, — озвучил свои размышления Рей. — Но ему в любом случае нужны доносчики. Кто-то должен докладывать обо всем, что происходит с Мэттом. — Мозес… — прошептал Алан, а когда заметил удивленный взгляд Рея, сразу же переменился в лице. Его голос зазвучал уверенней и жестче. Он явно разозлился. — Ты! Почему ты опять не договариваешь?! Ты набросился на Мозеса, потому что думаешь, что он причастен ко всему этому? Так?! Порой Рей забывал, что за хорошеньким личиком Алана скрывался проницательный ум. — Рей? — Георг тоже ждал ответов. И только Бринкс молча поглядывал с одного своего друга на другого, и что творилось у него в голове, Рей вообще понять не мог. — Черт! Мэтт прижал Мозеса к стенке, и тот раскололся, — решился рассказать Рей. — Он сам сознался, что его семье поступил заказ на наследника Аддерли. А так как Мозес ближе всех мог подобраться к нему, ему и выпала минута славы. Они не знают, кто заказчик. Запрос был анонимный. — Ну нихера себе, — присвистнул Бринкс. — Почему вы его не раскрыли? Почему не сдали с поличным? — требовательно спросил Алан. Рей уже заранее знал, что его ответ выбесит Алана еще больше. — Мэтт просил молчать. Он ему зачем-то нужен. — Еще бы! — всплеснул руками Алан. — Раз Мэтт просил! Куда нам простым смертным до его замыслов. — Рей, ты ведь и сам понимаешь, что это странно? — постарался успокоить снова начавшего закипать Рея Георг. — Мэтт… то есть Эдвард, он ведь явно что-то скрывает. Не пойми меня неправильно, но он вертит тобой. И меня это беспокоит. Рей раздраженно отодвинул поднос с едой подальше от себя. Еще немного, и он начнет кидать в своих друзей первые попавшиеся под руку предметы. — А я вот понимаю Эдварда, — вдруг высказался Бринкс. — Ну а что? Встаньте на его место. Он прибыл в академию Иштар, и его тут же взял в оборот наш Рей. Сделал из него свою милую зверушку. Он терпел до поры до времени, хрен знает зачем, а потом пошел в отрыв. И теперь мстит ему, видя, как Рейчик дышать на него боится. И если у него есть какие-то тайные делишки, то будь я на его месте, хрен бы кому рассказал. — Ты что, мне морали теперь читаешь?! — огрызнулся Рей. — Боже упаси, какие морали, — заулыбался Бринкс. — Просто Эдвард мутный, не отрицаю, но его поступки вполне объяснимы. Я одного не понимаю. Ты вот распинаешься чего-то, пытаешься ему помочь, а ему самому это нужно? Рей замер оглушенный словами, которые сам боялся озвучить даже у себя в голове. Может, и не нужна Мэтту его поддержка, да и он сам не нужен? Зачем ему насильник, который издевался над ним и всячески унижал? Но стоило Рею вспомнить его глаза, его редкие улыбки, его голос. Ведь он же просил доверять ему. Мэтт немного, но подпустил Рея ближе. Позволил быть на его стороне. Доверил защищать спину тогда, на заброшенной базе. Нет. Он его не оставит, иначе пойдет против себя самого. Если будет нужно, он справится и один. — Я вас понял. Не хотите помогать — не надо. Только не смейте никому рассказывать об этом. Узнаю, что кто-то из вас проболтался, и мы с вами больше никогда не заговорим. Рей уже хотел было подняться и уйти, но Георг схватил его за руку и усадил на место. — Вот вечно ты так, — Георг устало вздохнул. — Мы просто высказываем свои мысли и пытаемся тебя предостеречь от необдуманных действий. Честно тебе скажу, лично мне абсолютно плевать на Эдварда Аддерли. И я советую тебе забыть о нем, раз он сам великодушно решил нигде не упоминать о чудесных днях в академии Иштар, проведенных в твоей компании. Рей уже снова хотел начать спорить, но Георг продолжил: — Но раз ты окончательно тронулся умом, я, как твой друг, не могу оставить тебя одного, потому что мне не все равно на тебя, — он ткнул Рея пальцем в грудь. — Я попробую что-нибудь узнать насчет взрыва, но ничего не обещаю. Рей не смог сдержать благодарной улыбки. Он порывисто обнял Георга за плечи, получив парочку снисходительных хлопков по спине. — Гер, спасибо. — Благодарить пока не за что. — Ну и я тоже в деле! — Бринкс подскочил с места и вскинул руки. — Чем могу — помогу. Он оскалился в широкой ухмылке. Рей ощутил прилив ни с чем не сравнимой уверенности. Будто в него разом влили литровую дозу энергетиков. — Мне все это не нравится, — мрачно заключил Алан. — Я не хочу впутываться, но вряд ли у меня остается выбор. К тому же мы с тобой в одной команде, и я не хочу снова оказаться в роли ничего не понимающего болванчика, когда снова произойдет что-то серьезное. — Ал… — Не говори ничего! — отрезал Алан. — Мне не нравится этот Аддерли, и бесит, что ты так прыгаешь вокруг него. Будь он хоть трижды гением. Неужели ты не мог выбрать для своих любовных страданий кого-то получше? — А, Рей у нас не ищет легких путей, — фыркнул Бринкс. — Так и знал, что его первая любовь будет полной жопой. Рей почувствовал, как кровь прилила к щекам. Да вашу мать, он не краснел так, наверное, лет с десяти. — Да что вы мелете… — пробубнил Рей. — Вот это зрелище, не думал, что когда-нибудь увижу Рея смущенным, — захохотал Бринкс. Рей не сдержался, схватил с подноса ложку и запульнул ее Бринксу в голову. Тот, естественно, увернулся. — Это все, конечно, очень занимательно, но, Рей, насчет Мозеса, — не теряя самообладания, серьезно проговорил Георг. — Он правда не причастен к взрыву? — Думаю, что нет. После первой неудачи он поджал хвост и не высовывался. Заказчик был анонимным и, как только узнал, что у Спрингеров ничего не получилось, оборвал с ними все контакты. Я сомневаюсь, что он будет врать насчет этого. Да и сейчас у него была такая рожа. Мне кажется, он сам в шоке от произошедшего. — Хорошо, будем отталкиваться от того, что Мозес реально ничего не знает и был простым исполнителем, — кивнул Георг. — Это, конечно, капля в море, но хоть что-то. Из динамиков раздался короткий предупреждающий звонок, оповещающий, что до начала занятий осталось пять минут. Оставшиеся в столовой курсанты засобирались на выход. — Если что-то удастся узнать, мы тебе сообщим, — заверил его Георг, — но не рассчитывай на многое. Они вышли из столовой вместе. Бринкс еще пытался пару раз подшутить над Реем, но Георг его одернул. Алан просто молча шел рядом, мрачный и загруженный. Сидя на лекциях, Рей никак не мог сосредоточиться на том, что говорят преподаватели, даже не пытался. Он на автомате выполнял задания и переходил из класса в класс, но мыслями был будто не здесь. Многие, завидев Рея, начинали, не скрываясь, обсуждать произошедшее на заброшенной базе. Некоторые даже подходили и спрашивали о случившемся напрямую. Рей отвечал неохотно, повторял заученную фразу о том, что бомба взорвалась раньше времени и больше он ничего не знает. Хотелось, чтобы день поскорее закончился и он смог навестить Мэтта. В обеденный перерыв команду Кондоров вызвали к командирам на мостик. Присутствовали все, кроме Мэтта. Вслух им зачитали официальный рапорт о случившемся. Неисправность передатчика на одном из зарядов привела к преждевременному запуску детонатора. Рей был полностью уверен, что это просто отписка для галочки. Как вообще можно найти хоть какие-то следы в том взрыве? Но никто возражать не стал. Все молча подписали бумаги. Рей заметил, что многие офицеры нервничали и вообще были не в духе. Он уже слышал, что слухи об инциденте просочились за пределы базы, и теперь оставалось только гадать, как верхушка Оркуса будет прикрывать свои косяки. Как только закончилась последняя лекция, Рей пулей вылетел из кабинета. Он понесся по коридорам, наплевав на субординацию. До медотсека добрался за считанные минуты. Прежде чем зайти внутрь, он постарался отдышаться и пригладить встопорщившиеся волосы. — О, курсант Фарт! — его встретил все тот же врач. Рей запоздало подумал, что стоило узнать его имя. — Я же говорил вам приходить через день. — Я хотел навестить сокурсника, — выдохнул Рей. Врач хитро прищурился и улыбнулся. — Ох, ну это хорошее дело. Больные поправляются намного быстрее, когда о них есть кому заботиться. Аддерли как раз проснулся, полагаю у вас есть немного времени. С этими словами врач пропустил Рея вперед. Мэтт заметил его сразу. Он лежал на боку и пялился на дверь, словно только и ждал, когда кто-нибудь войдет. Увидев Рея, он сразу перевернулся на спину и закрыл глаза. — Можешь не притворяться спящим. Рей взял табуретку, стоявшую у стенки, и присел рядом с кроватью Мэтта. — Как твои дела? — участливо спросил Рей. Он старался, чтобы его голос не звучал слишком обеспокоенно. — Со вчерашнего вечера мало что изменилось, — холодно ответил Мэтт. — Ты что-нибудь ел? На лице Мэтта отразилась какая-то сложная эмоция, которую Рей не смог прочитать. — Зачем пришел? — вместо ответа спросил Мэтт. — Потому что захотелось. Потому что волнуюсь. Мало ли может быть причин? — пожал плечами Рей. — Я надеюсь, ты не успел ничего натворить, пока я здесь. — Тоже волнуешься? — ехидно улыбнулся Рей. — Переживаю за целостность нашей команды, — Мэтт проигнорировал заигрывающие интонации в голосе Рея. — Ну да, я пару раз врезал Мозесу, — не стал отнекиваться Рей. — Легче стало? — Просто хотел убедиться, что это не он. — Это не он, — спокойно сказал Мэтт. — Почему так уверен? Рей не ждал ответа, потому что и сам не подозревал больше Мозеса, но Мэтт все равно решил пояснить: — Потому что Спрингеры так не работают. Они стараются действовать тихо, незаметно. Чтобы при неудачном исходе заметать следы было удобней. А тут другой почерк. Это был кто-то, очень уверенный в себе. Знал, что его прикроют. Взрыв на летном задании у курсантов академии — эта новость вряд ли пройдет мимо СМИ. Если он не боялся огласки и разбирательств, значит, знал, что его это никак не коснется. Мэтт выглядел немного напряженным, и Рею это не нравилось. — Мы сегодня подписали рапорт. Неисправность передатчика, — хмыкнул Рей. — Я читал. Ко мне приходил Ямасито, просил подписать. Рею хотелось подсесть к Мэтту ближе, взять за руку, сказать, что все будет хорошо. Но он понимал, что не может этого сделать. На это «нельзя» было с десяток причин, и самая главная грызла Рея уже очень давно. — Мэтт… — голос звучал неуверенно и тихо, и Рей сам на себя злился за это. — Скажи, ты сможешь… Ты меня простишь когда-нибудь? Мэтт несколько секунд вглядывался в его лицо, будто увидел перед собой другого человека. — Прощать? Мне есть за что? — он повернул голову в сторону и продолжил говорить, не глядя на Рея, словно обращался к соседней кровати: — Чтобы простить человека, нужно держать на него обиду. Нужно, чтобы внутри тянуло и мешало жить дальше. Но, Рей, — Мэтт снова взглянул ему в глаза прямым немигающим взглядом, — мне все равно. Кто ты для меня? Насильник? Так я и не сопротивлялся, хотя мог. А может быть, я должен обижаться на тебя за то, что ты тупой провокатор, за то, что унижал меня на глазах у своих дружков? Рей, таких как ты я вижу насквозь. Самоутверждаться за счет других — это твой конек. Я не могу менять людей. Каждый живет свою жизнь так, как считает правильным. Мне нужно обижаться на всех, кто мне не нравится? На тех, кто живет вразрез с моими моральными принципами? Рей немного опешил от такого ответа. — Но как тебе может быть все равно, когда это касается тебя? — непонимающе спросил Рей. — А ты попробуй воспринимать мир вокруг себя так, что тебе изначально никто ничего не должен, — Мэтт улыбнулся. — Никто не обязан подстраиваться под тебя, не должен делать так, чтобы было удобно только тебе. Ты сам строишь свою жизнь. Ты можешь незаметно направлять людей так, чтобы они действовали в твоих интересах, но ты никогда не заставишь человека делать то, чего он не хочет. — Я не понимаю, — окончательно запутался Рей. Мэтт снисходительно потрепал его по волосам, как послушную собачку, которая выполнила команду хозяина. — Тебе стоит понять только одно. Если бы я действительно не хотел чего-то делать — я бы давно уложил тебя мордой на пол. Рей попытался упорядочить у себя в голове все, что сказал Мэтт, но выходило что-то непонятное и несвязное. Единственное, что он смог уяснить, — Мэтт настолько разочаровался в мире вокруг, что решил, что проще будет закрыться от всего. Словно ты железный и тебя ничего не трогает. Но ведь так нельзя! Нельзя всю жизнь прожить в раковине, отмахиваясь от других. Рей не сдержался, придвинул табуретку вплотную к кровати и положил свою руку на простыню, самыми кончиками пальцев касаясь руки Мэтта. — Так, значит, я могу надеяться? У меня есть шанс? — выпалил Рей. — Боже, из всего сказанного мной, ты услышал только это? — сокрушенно вздохнул Мэтт. — А что? Я должен был тебе сказать, что мир вокруг не такое уж и дерьмо? Или то, что люди прекрасные и невинные создания? Это бред. Но в одном я с тобой не согласен. Невозможно прожить жизнь одному. Если рядом с тобой есть тот, на кого ты можешь положиться, человек, который поддерживает и помогает, тот, кто сам встал на твою сторону, почему бы не открыться ему и не принять эту помощь? Ты верно сказал, нам никто ничего не должен. Ограждаться от плохого — это нормально. Никто не любит проблем и людей, которые их приносят. Но зачем отказываться от хорошего? — Вау, Рей, не думал, что в тебе скрыт талант философа, — удивился Мэтт. — Так «хорошее» в моей жизни — это, значит, ты? — Могу им стать, если позволишь. — Да неужели? Ты пожалеешь. — А это я уж как-нибудь сам решу. Рей сдвинул руку и накрыл ладонь Мэтта. Промелькнула глупая мысль, что все это похоже на клятву у алтаря. Вызывайте священника! Мэтт руку вырывать не стал. Задумчиво посматривал на Рея сквозь ресницы и молчал. — Ну так что? — не выдержал затянувшегося молчания Рей. — Делай что хочешь, но не доставай меня слишком сильно. Рей радостно вскочил с табуретки и потянулся к Мэтту, но тот тут же выдернул свою руку и больно сжал ему запястье. — Я сказал, не доставать меня, — отчеканил он. Рей плюхнулся обратно на место. Пожалуй, стоило повременить с близкими телесными контактами. Но, несмотря на то, что его отшили, Рей совершенно не расстроился. Мэтт не сказал прямого нет. Рей чувствовал, что он нужен ему. Если взглянуть на ситуацию со стороны, получалось, что именно он был ближе всех к Мэтту. Рей спас его тогда, в тренировочной комнате, и это стало их первой маленькой тайной. Возможно, Мэтт интуитивно вычеркнул Рея из числа своих врагов, когда понял, что его чувства настоящие. Позволил ему подступить ближе, ослабляя заслоны. Рей был уверен, что даже самому сильному человеку рано или поздно понадобится тот, кому он сможет доверить груз своей ноши, раскрыться и выплеснуть эмоции. И Рей решил сделать все, чтобы оказаться именно тем, кому Мэтт в один прекрасный момент распахнет свою душу. Рей просидел бы вместе с Мэттом до самого отбоя, но пришел врач и попросил заканчивать посещение. Рей не стал спорить, побоявшись, что в следующий раз его могут не пустить. А спустя пять минут он уже стремглав несся в казармы, вспомнив про объяснительную для Ямасито. Едва успел отправить ее до отведенного времени. День был суматошным и выматывающим, но Рей все равно был полон энергии и сил. Хотелось куда-то бежать, что-то делать и решать. Рей знал по себе, что после такого на следующее утро он будет выжат как лимон. Прозвенел первый предупреждающий сигнал к отбою. Осталось десять минут, к этому времени все курсанты должны будут лежать в своих кроватях и не дай бог кто-то из них рискнет высунуться из казармы в коридор. Георг перехватил Рея у умывальников, когда тот с полотенцем на плече и мокрой зубной щеткой уже шел на выход. Он отвел его в сторону и, убедившись, что на них никто не обращает внимания, тихо заговорил: — Через два дня на Оркус прибудет проверка. — Это из-за взрыва? — тут же напрягся Рей. — Да, — кивнул Георг, — но дело даже не в этом. Логично, что они решили провести официальное расследование, раз этот случай не смогли замять. В составе делегации будет Адриан Остаде. Рей попытался вспомнить, где он слышал это имя. — Это тот самый маркиз Остаде? — Именно он. И это очень странно. Рей не мог не согласиться с Георгом. Маркиз Адриан Остаде был весьма загадочной личностью. Первый красавец Золотого круга, разбивший десятки сердец. Какие только сплетни о нем ни ходили. Пожалуй, самые бредовые, какие слышал Рей, — это то, что маркиз Остаде держит у себя в особняке гарем из наложников, в котором есть представители всех известных в Империи рас. Или вот: маркиз Остаде является фаворитом самого Императора, и любому, кто косо посмотрит в его сторону, уготовано место в тайной тюрьме. Большую часть этих немыслимых историй распускали отшитые маркизом поклонники, а охочее до сплетен высшее общество приукрашивало их в мгновение ока. Сам Рей видел Адриана Остаде всего несколько раз на официальных приемах. Маркиз был старше его на шесть лет и особо никогда не интересовал Рея, несмотря на его неоспоримую красоту и привлекательность. Волосы цвета воронова крыла, фарфоровая кожа, светлые голубые глаза вкупе с отличной фигурой и морем обаяния превращали его в центр любого торжества. Людей влекло к нему, словно мотыльков на свет. — Есть мысли, что ему понадобилось на Оркусе? — спросил Рей. — Это лишь мои догадки, не больше, — Георг махнул кому-то за плечом Рея, показывая, что скоро подойдет. — Мне кажется, что он как-то связан с покушением на Мэтта. Только не пори горячку, Рей! Это просто мысли вслух. Маркиз в составе делегации едет как представитель Совета Объединенных дворян. Настояли, чтобы в комиссии, которая будет разбирать это дело, был официальный представитель. Протолкнули его туда в последний момент. Возможно, это просто совпадение и исключение из правил, но Остаде… Он как бельмо на глазу. Это все очень странно. Может, он что-то знает и его отправили сюда разведать все напрямую или скрыть какие-то следы. А может, и нет. Тут нельзя знать наверняка. Но в любом случае, с ним нужно будет вести себя аккуратно. — Я понял. Спасибо, Гер. — Главное, держи эмоции под контролем. Сейчас нужно быть осторожными, — заключил Георг. — И не думай слишком много. Повторю, это все может оказаться просто волей случая. — Не беспокойся, я в норме. Рей хлопнул друга по плечу. Георг скептически оглядел его, но не стал больше ничего говорить. Когда объявили отбой, Рей решил, что сегодня точно не сможет выспаться. Слишком много тревожных мыслей было в голове. Кир, Мэтт, Мозес, взрыв на задании, тайный заказчик, пособник на Оркусе, маркиз Остаде, и венчали эту пирамиду из неизвестных внезапно нахлынувшие чувства Рея, к которым он так и не смог привыкнуть. Сегодня в какой-то момент Рею показалось, что Мэтт будто бы немного открылся ему. Показал себя настоящего. Даже такой маленький прогресс позволил ощутить невиданный приток сил и энергии. Рей не оставит его. Защитит. И в один прекрасный день Мэтт сдастся, опустит заслоны, и тогда Рей будет рядом. Уснуть получилось с улыбкой на лице.***
В кабинете генерал-майора Годвина Тэйта было чересчур накурено и душно. Адриан постарался не слишком очевидно показывать свое недовольство. Хватило небольшого скандала на транспортном челноке, когда один из тупых солдафонов попытался не слишком остроумно пошутить в адрес маркиза Остаде. Видимо, солдат хотел таким способом привлечь внимание скучающего красавца. Обычно Адриан довольно терпимо относился к подобного рода выходкам. За многие годы он научился как должное принимать такие выпады в свою сторону. Но сегодня он был не в духе с самого утра. Ранний подъем, задержка в космопорте, пролезшие неизвестно из каких щелей журналисты — все это сделало его крайне раздражительным и злым. Поэтому глупому шутнику досталось по полной. Адриан не хотел портить этот день еще больше. Он постарался успокоиться и принять расслабленную позу, поудобней устраиваясь в мягком кресле. В конце концов можно было простить генералу его страсть к сигаретам. — Что ж, ваш визит оказался для меня полной неожиданностью, — Годвин лукаво улыбнулся, внимательно рассматривая Адриана. Тот отзеркалил ответную улыбку. Как же Адриан любил все эти игры в любезность. Он прекрасно знал, что генерал совсем не в восторге от того, что на базу прислали какого-то аристократа, который будет шерстить стройные военные ряды. Но при этом Годвин Тейт натягивал любезную улыбку и вежливо кивал, скрывая свое раздражение. — Поверьте, для меня эта поездка также оказалась совершенно внезапной. Но знаете, когда сверху просят, — Адриан не удержался и подмигнул генералу. На его лице не дрогнул ни один мускул, — отказывать против правил. — Охотно вам верю. Адриан специально подчеркнул свой статус в этой делегации. Он здесь не просто так, и Годвин это прекрасно понимал. Только вот Адриан видел, что генерал не знает, зачем сюда прислали надоедливого маркиза Остаде. И это немного выбивало его из колеи. — Так что конкретно вам необходимо знать? Адриан задумчиво провел пальцем по столешнице, намеренно оттягивая ответ. И вот когда Годвин готов был повторить вопрос, чтобы напомнить о своем существовании, Адриан ответил: — Эдвард Аддерли. Я хотел бы поговорить с главным пострадавшим. — Курсант Аддерли отдыхает в медотсеке. Его рапорт есть в вашем доступе. Вас что-то беспокоит? — Меня ничего не беспокоит. Просто есть некоторые вопросы, которые мне необходимо задать ему лично, — обезоруживающе улыбнулся Адриан. Генерал помрачнел. — С этим есть проблемы? — Адриан попытался выглядеть максимально удивленным. — Никаких проблем, — холодно отчеканил Годвин. — Просто не вижу смысла лишний раз допрашивать курсанта, который и так пережил не слишком приятный инцидент. Адриан театрально всплеснул руками. — Ну что вы такое говорите. Допрашивать, — он поморщился, — я его, конечно же, не буду. Просто поговорим. Вы же мне не откажете в этой пустячной просьбе? Стоит отдать должное генералу — он держался достойно. Немногие высокие военные чины терпели такое пренебрежительное поведение со стороны аристократов. — Если вам так необходимо поговорить с курсантом Аддерли, я организую вам встречу. Но не слишком долго. Парню не нужны лишние волнения. — Никаких волнений, — заулыбался Адриан. — Если вы не против, я хотел бы встретиться с Эдвардом как можно скорее. — Конечно, — Годвин нажал на кнопку интеркома, — сопроводите маркиза Остаде в медотсек. Он хочет переговорить с курсантом Аддерли. — Большое спасибо за сотрудничество! Адриан легко поднялся с кресла, отвесив генералу легкий кивок. Тут Годвин не выдержал и позволил себе недовольно поджать губы. Молодой офицер провел Адриана через паутину коридоров базы. Адриан отметил про себя, что шли они явно какими-то окольными путями. Им не встретился ни один курсант или работник Оркуса. Видимо, генерал распорядился, чтобы уважаемого гостя поводили по окрестностям. Наверняка мальчишку уже проинформировали и дали ценные указания, что стоит говорить достопочтенному маркизу Остаде, а что нет. Около дверей медотсека сопровождающий Адриана офицер остановился. — Мне велено дождаться вас и сопроводить к остальной делегации, как только вы закончите, — бесстрастно проговорил он. — Конечно, конечно. Буду с нетерпением ждать нашей прогулки обратно, — Адриан смахнул невидимую пылинку с груди офицера. Тот к его удовольствию даже не вздрогнул. Адриан оценил. Такие ему нравились еще больше. В медотсеке его уже поджидал хмурый врач. Адриан пропустил мимо ушей тираду о том, что незачем лишний раз беспокоить пациента, и направился к сидящему на больничной койке курсанту. Это была его первая встреча с Эдвардом Аддерли лицом к лицу. Мальчик был красивый. Адриан был большим ценителем прекрасного и тут же отметил, что вживую Эдвард куда интереснее. — Привет! Не возражаешь, если я присяду? — дружелюбно начал Адриан. — А у меня есть выбор? — Выбор есть всегда, мой дорогой друг. Маркиз подтянул к себе стул, который был недалеко от кровати. Видимо, остался от прошлых посетителей. — Меня зовут Адриан Остаде… — Я знаю, кто вы, — перебил его Эдвард. Он едва заметно хмурился, хотя и пытался выглядеть расслабленно, — не жду от вас честного ответа, но зачем вы здесь? — Я здесь только ради тебя, — улыбнулся Адриан. — Хочу поговорить. Не нужно воспринимать меня как врага, Эдвард. — Все зависит от темы нашего разговора. А мальчик дерзкий. Адриан воодушевился. — Скажи, у тебя есть подозрения, кто может быть причастен ко взрыву? — Вы же видели рапорт. Это была техническая неисправность. — Ну, мы оба с тобой знаем, что это просто бумажка для отписки. Руководству Оркуса не хочется пятнать свой имидж. Но нам же нужно разобраться в чем дело, — Адриан склонился вперед, будто на собрании заговорщиков. — Не беспокойся, все, что ты скажешь, будет строго конфиденциальным. — Я знаю лишь то, что написал в рапорте. Техническая неисправность. Мне нечего больше сказать, — продолжил уперто гнуть свое Эдвард. — Ты так думаешь, или ты говоришь то, что тебе сказали ответить мне? — улыбнулся Адриан. — А это не имеет значения. Мой ответ не изменится. Эдвард занял свою оборонительную позицию и не собирался отступать. Не теряясь в лице, маркиз продолжил: — Вижу, сдаваться ты не намерен. Похвально. Но зря ты заочно записал меня в свои враги. Я же хочу помочь. Ты даже представить себе не можешь, какой опасности себя подвергаешь. — Так расскажите мне, — Эдвард совершенно невинно захлопал длинными ресницами. — Что за опасность? От чего вы хотите меня оградить, маркиз Остаде? Маленький паршивец. — Много ли ты знаешь о себе, Эдвард? — резкая смена темы разговора, заставила мальчишку престать паясничать. Адриан удовлетворенно выдохнул. — Что вы имеете в виду? — У тебя такая интересная история жизни. Трагичная, я бы сказал. Никогда не думал, почему именно с тобой случились все эти страшные вещи? Эдвард молчал, и Адриан решил продолжить. — Глупо было бы списывать все на совпадение. А ты совсем не глупый мальчик. Уверен, ты до многого уже додумался сам, но все равно не можешь связать все ниточки этой истории. Я ведь прав, мой дорогой? — Вы говорите загадками, — сухо ответил Эдвард. — Все очень непросто, — протянул маркиз. — Ты особенный, Эдвард. Один на миллион. И я хочу помочь тебе, именно поэтому я здесь. — Что вам от меня нужно? — с нажимом произнес Эдвард. Адриан медленно выводил его из равновесия, пытаясь расколоть. И не таких ломали. Мальчишка строил из себя неприступную крепость, но это все напускное. Адриан видел, что он близок к цели. — Мне от тебя ничего не нужно, Эдвард. Это я нуждаюсь в тебе. Все мы нуждаемся. Ты очень ценен. Все тайны, на которые ты не можешь найти ответы, кроются в твоем происхождении. Эдвард совершенно растерянно посмотрел на гостя, будто увидел перед собой призрака. Адриан ловил каждую черточку изменившегося выражения лица. Это была очень интересная реакция. Не мог же мальчишка сам обо всем догадаться? Нет… — Ради твоей безопасности я не могу раскрывать всех деталей, но, — Адриан сделал многозначительную паузу, — могу сказать лишь одно. Ты не просто сын графа Аддерли. Эдвард отвел взгляд. Вот оно! Адриан попытался воспользоваться этим секундным замешательством и взять его за руку, но Эдвард тут же отстранился. Брезгливо поморщился, будто увидел особенно мерзкого жука. Ну ничего себе. — Маркиз Остаде, — в голос вернулась прежняя уверенность, словно тумблер переключили. — Я премного благодарен, что вы решили лично посетить меня и справиться о моем здоровье. Вы говорите очень загадочные вещи, и я, возможно, послушал бы вас дальше, но я очень устал. Мое тело еще не до конца восстановилось после случившегося, и я хотел бы отдохнуть. Поэтому, если вы не против, благородный маркиз, я бы немного поспал. Доктор говорит, что сон помогает восстановлению. Адриан смерил его оценивающим взглядом. Арья была права. Мальчик совсем не прост. Глупо было надеяться, что он окажется ведомым простачком, раз смог так далеко зайти без чьей-либо помощи. Но попытаться стоило. Красивый и умный — такие опасны вдвойне. Но, даже несмотря на досадное поражение, Адриан все равно чувствовал странное удовольствие от их первой встречи. Будоражащее чувство, как перед прыжком с большой высоты. Хотелось продолжить дразнить его, нарываясь на грубые ответы, но нужно было знать меру. Арья считает, что этого дикого котенка не приручить, но Адриан был уверен в обратном. Арья слишком радикальна. Возможно, еще удастся обойтись малой кровью. — Ну что ж, — Адриан поднялся, поставил стул на место, — не хочется быть помехой твоему выздоровлению. Вижу, что тебе не слишком приятно мое общество, но не нужно предубеждений, Эдвард. Я здесь только из благих побуждений, будь уверен. Я желаю тебе лишь добра и ничего больше. Когда спросят, зачем я к тебе приходил, а они спросят, можешь ответить, что расспрашивал про взрыв на задании. Ты смышленый мальчик, сможешь подобрать слова. Еще увидимся, Эдвард. Адриан махнул на прощание рукой и поспешил на выход. Рей едва не столкнулся с маркизом Остаде. Налетел на него в коридоре, ведущем в медотсек, но вовремя успел отскочить в сторону. Маркиз с интересом оглядел Рея с ног до головы, словно просканировал. — Аккуратней на поворотах, курсант, — проворковал он. Рея аж передернуло. Что этот хлыщ забыл здесь? Неужели был у Мэтта? Не став расщедриваться на формальные любезности, Рей лишь нехотя кивнул маркизу и, обогнув его, поспешил дальше. В медотсеке он проскочил мимо врачей, которые отвлеклись на обсуждение чьей-то медкарты на планшетах, и незаметно прошел в палату. Увиденное ему не понравилось. Мэтт сидел на кровати, приставив подушку к спинке, ноги согнуты, подбородок опущен на колени, взгляд растерянный, почти испуганный. Рей похолодел. Таким Мэтта он не видел никогда. Он медленно подошел к нему, но Мэтт даже не поднял головы, словно не видел Рея вовсе. — Эй, что случилось? Рей осторожно присел на край кровати. — Мэтт?.. Никакого ответа. Рей сглотнул и протянул руку, касаясь напряженных сцепленных ладоней. Холодные. — Этот петух маркиз что-то тебе наговорил? — попытался понять причину столь странного поведения Рей. — Или чувствуешь себя плохо? Ну же, Мэтт, ты чего? — Я не знаю, что делать… Мэтт выдохнул эти слова едва слышно, почти пробормотал, но Рей все равно услышал. — Да мы со всем разберемся! — тут же попытался ухватиться за обрывок фразы Рей. — Всех выведем на чистую воду! Ты из-за организатора взрыва? Найдем мы его! Я же Фарт. Не получится так, узнаю через каналы отца. Не нужно из-за этого переживать… Рей совершенно не умел успокаивать. Воодушевляющие речи — не его конек. Он легонько похлопал Мэтта по плечу. Собственная неловкость бесила, но ничего другого на ум не шло. Наконец Мэтт поднял голову. Рей непроизвольно сглотнул. Этот взгляд, которым посмотрел на него Мэтт… Наверное, так выглядит человек, внутри которого что-то сломалось. Уставший, измученный, неуверенный. На мгновение Рей увидел перед собой кого-то другого. — Я не знаю, что мне делать, — снова повторил Мэтт. Рей сглотнул подступивший ком в горле. Ему казалось, что даже воздух вокруг потяжелел. — Я уже ничего не понимаю, — продолжил шептать Мэтт. — Все, что я делаю, все усилия, они словно проваливаются в никуда. Я запутался. Я так устал врать. Мэтт закрыл лицо руками. Рея подстегнуло что-то изнутри. Он порывисто обнял его, притягивая к себе. Мэтт безвольной куклой уткнулся ему в грудь. — Ну ты чего. Все будет нормально, — Рей начал лихорадочно гладить Мэтта по спине и голове, пытаясь унять собственное волнение. — Я больше так не могу, — Мэтт жарко дышал ему куда-то в шею. — Я так запутался. У меня ничего не получается. — Все у тебя получится. Ты молодец, Мэтт, ну ты чего? Что случилось? Просто скажи мне, — Рей и сам не понимал, что несет. — Ну же, я же тут с тобой, мне можно довериться. Я буду рядом, несмотря ни на что. — Сначала я думал, что все это бред. Что они все несут полную чушь. Но маркиз… он уверен, что я — это он. Пришел проверить меня. Его кто-то прислал. — Маркиз думает, что ты наследник Императора? — осторожно спросил Рей. — Да. Они думают, что Эдвард Аддерли — наследник. Но если это правда, то что же мне делать дальше? Все зашло слишком далеко. Мэтт вдруг резко отстранился. — А ведь ты единственный, кто знает хоть что-то обо мне, — он пугающе улыбнулся и, рассмеявшись в голос, откинулся назад на подушку. — Подумать только. Единственный человек, который все еще рядом со мной, это ты, Рей. Боже, как же глупо. — Мэтт? — Рей окончательно перестал понимать, что здесь происходит. — Хочешь расскажу тебе один большой секрет, Рей? Хочешь? Вижу, что хочешь. Я большой лгун. Вся моя жизнь — это сплошное вранье. И я так к этому привык, что кажется, стал забывать себя настоящего. И это так странно, что ты единственный, кто по-прежнему называет меня моим настоящим именем. — Я не совсем… — Я не Эдвард Аддерли. Я всем вру. Ну что ты так на меня смотришь? Думаешь, я с ума сошел? — Что значит врешь? — Эдвард мертв уже много лет. Нет никакой истории чудесного спасения. Я воспользовался его именем, его жизнью и стал им. Мэтт произнес это так угрожающе, словно говорил страшное проклятье. — Зачем ты это сделал? — только и смог спросить Рей. — Думал, что смогу восстановить справедливость. Думал, что мне все по плечу. И ведь поначалу мне так и казалось. А что теперь? Я сам не понимаю, во что ввязался. — Значит, ты не Эдвард, — медленно повторил Рей. — Тебя правда зовут Мэтью, и ты не сын графа? Но как же проверки… Они же проверяли тебя! Как ты смог обойти систему? — Смог, — грустно улыбнулся в ответ Мэтт. — Я влез в систему и поменял местами данные. Свои и Эдварда. При проверке ДНК я всегда буду Эдвардом Аддерли. — Подожди, подожди… — Рей начал судорожно соображать. — Получается, ты не Эдвард Аддерли, хотя все думают, что ты — это он. При этом маркиз и кто-то из его близкого окружения считает, что Эдвард на самом деле сын Императора и прямой наследник. А, следовательно, наследник — это ты… Рей совершенно обескураженно посмотрел на Мэтта. — Но это же… Как это возможно? Эдвард — правда сын Императора? — Я не знаю! — Но если это правда? — Я не знаю, Рей! — Ну полный пиздец. С минуту они молча смотрели друг на друга. Рей пытался осознать всю абсурдность происходящего, Мэтт просто смотрел куда-то сквозь него, нервно усмехаясь. — Да плевать на все! — резко выдал Рей. Он снова взял Мэтта за руку и развернул к себе. — Мне все равно, кто и что думает! Если ты врал, значит, на то была причина. Запомни мои слова — я рядом с тобой! — Рей встряхнул Мэтта, пытаясь привести в чувство. — Смотри на меня! Я здесь, и мне все равно, каким именем ты себя называешь, все равно, что говорят люди вокруг! Понимаешь? Ты не один, потому что я с тобой. Нужно будет разобраться с этим маркизом — он к тебе больше не приблизится, если нужно, чтобы все думали, что ты Эдвард, — так оно и будет дальше. Наследник Империи? Да хоть всей галактики! Для меня ты просто Мэтт, парень в которого я по дурости влюбился! Рей не сдержался, наклонился вперед и, не думая больше ни секунды, прижался к его губам. Внутри все клокотало в безумной эйфории. Он так давно хотел это сделать! Снова почувствовать его вкус, ощутить эту мягкость. Мэтт не отвечал, но и не отталкивал, и даже такая малость приводила в восторг. Рей оторвался от губ и спустился ниже к открытой шее. Спустя мгновение он почувствовал на своих волосах чужую руку. Его медленно потянули в сторону. Рей перехватил ладонь, переплел пальцы в замок. Оторваться было сложно, но все же он оставил последний мимолетный поцелуй на светлой коже и рухнул на кровать, опуская голову на живот Мэтта. Рей медленно перебирал чужие пальцы в своей ладони. Поглаживал тонкое запястье с просвечивающими голубоватыми венками. Казалось, это мгновение не сможет стать еще лучше, но в следующую секунду Мэтт сжал его руку в ответ. Внутри все ухнуло куда-то вниз и тут же жаркой волной поднялось до самого верха. — Не думай, что это что-то значит, — услышал он глухой голос Мэтта. — И в мыслях не было, — Рей был рад, что Мэтт не может видеть его дурацкую улыбку. — Все слишком запуталось. Мне пора признать, что справиться со всем этим в одиночку я не в силах. — Наконец-то ты понял. — Только не нужно этих нравоучительных речей. — Даже и не думал, — немного помолчав, Рей все же спросил: — Так ты расскажешь мне все? — Возможно, — уклончиво ответил Мэтт. — Я уже и так много интересного сегодня услышал, мне нужны подробности. Мэтт тягостно вздохнул. — Как я мог впутаться во все это и связаться с тобой, Фарт. Рей перевернулся, чтобы посмотреть Мэтту в глаза. — Вот увидишь, связаться со мной — будет лучшим решением в твоей жизни. — Курсант Фарт! Рей аж подскочил от внезапного громко окрика. На пороге палаты стоял врач, недовольно постукивая планшетом по бедру. — Во-первых! Поднимитесь с кровати больного! Во-вторых, когда вы успели сюда проскочить? Приемные часы уже окончены! Рей сел ровно, поправил форму. — Извините, — невнятно пробормотал он. — Попрошу на выход, — грозно скомандовал доктор. Рей не стал спорить. — Я приду завтра, как только получится, — прошептал он Мэтту. — Мы вместе обо всем подумаем. Хорошо? — Иди уже, — Мэтт подтолкнул его вперед. — Только не начинай накручивать себя… — Курсант Фарт! — настаивал доктор. — Все, все! Иду! Рей с неохотой поплелся на выход, то и дело оборачиваясь назад. Мэтт уже не смотрел в его сторону. Закрутился в одеяло, словно в кокон, и развернулся к стенке. — Если такое снова повторится, посещение курсанта Аддерли будет для вас ограничено, — назидательно проговорил врач. Но, посмотрев на угрюмого Рея, немного смягчился и добавил: — Вижу, что вы испытываете теплые чувства к своему другу, но правила есть правила. Ему осталось лежать здесь не так долго. Он идет на поправку гораздо быстрее, чем мы ожидали. Еще пара дней, и его выпишут. Рей медленно пошел к себе в казарму, нарочно выбрав самый длинный путь. Казалось бы, его голова должна была взрываться от полученной информации, но мыслей не было. Он словно попал в темный вакуум. В сознании лишь ярко отпечатались отдельные фрагменты. Хрупкое тело, прижимающееся к его груди, теплые губы и растерянный взгляд. В мире Рея это стало нерушимыми константами, вокруг которых все превратилось в полнейший хаос. Слова Мэтта о том, что он всем врет, не вызвали в Рее никакого осуждения. Ему, по сути, и правда было все равно. Для себя он уже давно решил, кто перед ним. Имена, статусы, благородные фамилии — все это казалось пылью. Нелепой и неважной мишурой. В первую очередь он видел перед собой смелого, красивого, дерзкого парня, который заставил его взглянуть на мир другими глазами. И меньшее, что волновало Рея сейчас, — это ложь Мэтта о его происхождении. Реальная угроза никуда не делась. И если кто-то правда посчитал Эдварда Аддерли единственным сыном Императора и наследником Великой галактической Империи, то здесь было чего бояться. Сколько врагов разом могло появиться у Мэтта, Рей не мог даже и предположить. А если в итоге эта большая ложь вскроется, то чем это может обернуться для них? Он не был силен в головоломках, а уж такую запутанную ему разгадать точно не под силу. Оставалось только дождаться завтрашнего дня и сесть за эту задачку со свежей головой. Они справятся. Не могут не справиться. В полном раздрае Рей добрел до казармы.
