Star boys

      Рей бежал по коридору, бесцеремонно расталкивая людей вокруг.       — Виктор! Виктор, подожди!       — Я сказал «нет»! — прикрикнул Виктор, даже не оборачиваясь.       Рей едва успевал за ним.       Гунраз пятнадцать минут назад вышел из гиперпространства вблизи границ с Конфедерацией. Рей еле сумел отыскать Виктора в творившемся в крепости бедламе. Центральные коридоры напоминали переполненные народом улицы крупного города.       — Ты меня даже не выслушал! — Рей ухватился за китель Виктора, заставляя его остановиться.       — Черт, Фарт, все я знаю!       Виктор явно куда-то торопился. В руках у него была толстая папка с документами, и весь вид говорил, что ему совершенно некогда возиться с Реем и его глупыми просьбами.       — Но я же еще ничего не сказал…       — Я надеялся, что у нашего принца хватит ума ничего тебе не говорить, но, видимо, он любит тебя не так сильно, как кажется.       Рей не сразу понял последние слова Виктора.       — Я должен пойти с ним!       Виктор закатил глаза.       — Никуда ты не пойдешь, — он неожиданно шлепнул папкой Рея по голове и двинулся дальше.       Рей разозлился. Ну что за ребячество! Так просто сдаваться он не собирался.       — Ты что, веришь, что у вас все пройдет гладко? — Рей не отставал от Виктора ни на шаг. — Это безумный план! Император явно повредился головой, раз решил, что это хорошая идея!       Виктор резко остановился, так что Рей от неожиданности влетел ему в бок.       — Поаккуратнее со словами, — пригрозил ему Виктор.       — А разве это не так? — напирал Рей. — Ты считаешь, что это правильно — отправлять принца в лапы конфедератов?!       — Так, а ну угомонись и прекрати орать! — гаркнул на него Виктор. Люди вокруг заинтересованно повернулись в их сторону. — За что ты только свалился на мою голову?! Надо было оставить тебя на Оркусе. Сейчас ты захлопываешь свой ротик и молча идешь за мной. Уяснил?       Рей кивнул.       Они прошли несколько длинных коридоров-улиц и оказались у корпуса главного штаба. К Виктору пару раз подбегали с новыми бумажками, и он прямо на ходу подписывал документы. Лифт, битком набитый народом, поднял их на самый верхний уровень крепости. Спустя еще десять минут и три перехода внутри уровня Виктор наконец привел Рея к своему кабинету.       Захламленная маленькая комнатка находилась в полном беспорядке. Стол был завален бумагами, на полу ровными батареями выстроились пустые бутылки. Рей аккуратно обогнул их, стараясь ничего не задеть. Он никогда не замечал у Виктора тяги к алкоголю. На диване лежала подушка и скомканный плед, тут же коробка с едой из столовой. Голограммные окна были выключены, отчего комната казалась еще меньше. Рей оглядел весь этот бардак из мусора, одежды и рабочих документов и вопросительно глянул на Виктора.       — Скажешь хоть слово об этом и выйдешь за дверь, — Виктор кинул свою папку на стол в общую кучу, а сам плюхнулся на диван, вытягивая ноги.       Рей остался стоять. В этой помойке даже присесть было негде.       — Прежде чем ты начнешь свою пламенную речь, скажу одно, — Виктор устало потер переносицу. — Операция с переговорами готовилась не один день. Каждый ее участник знает свою роль, и неопытный курсант будет только мешать. Ты станешь обузой и поставишь под угрозу успешное выполнение плана. А оно мне надо? Рисковать жизнями других солдат только ради удовлетворения хотелок капризного мальчишки?       — Ты серьезно? Вы готовили эту операцию? Так какого хрена молчали?! Почему его просто поставили перед фактом?! Вы же все тут клялись, что принц будет в безопасности, что ему ничего не угрожает! А теперь преподносите его конфедератам на блюдечке!       — Ты можешь сбавить громкость? Я тебя и так прекрасно слышу, — Виктор как ни в чем не бывало залез в контейнер с едой и стал придирчиво разглядывать остатки сэндвича. — Командование готовилось к любому варианту развития событий. Было несколько отработанных схем. В том числе эта операция с переговорами. Последнее слово было за Императором.       Рей взбешенно пнул одну из бутылок. Стекляшка покатилась по полу, влетев в ножку дивана. Виктор лишь искоса посмотрел на него и откусил кусок от сэндвича.       — Как ты можешь говорить об этом так спокойно?! Эдвард для него что, просто кукла, которой можно поиграться и выбросить, когда сломается? На кой черт он впутывает его во все это?!       — Воля Императора — закон. Тебе ли не знать.       — Я лечу с вами, — безапелляционно заявил Рей.       — Ты меня не слушаешь, — расстроился Виктор.       — Потому что ты несешь бред!       Виктор прикончил последний кусочек сэндвича и скинул коробку на пол.       — Рей, успокойся, — перешел на серьезный тон Виктор. — Я понимаю твои чувства. Но взять тебя туда я не могу. В операции участвует опытная сработавшаяся команда. Для Эдварда там отведена отдельная роль, и будь уверен, что защищать его будут ценой своих жизней. Это наш единственный шанс попасть на их корабли, обойдя защиту. Второго может не представиться. Ты же солдат и должен понимать.       Рей подошел к дивану и сел на подлокотник. Как же он устал.       — Виктор, я сдохну здесь, зная, что он там среди наших врагов и я ничего не могу сделать. Если что-то пойдет не так, если он опять пострадает, а я тут… — Рей схватился за голову. — Я не выдержу этого. Только не снова. Возьми меня на переговоры. Я хороший пилот, у меня отличные показатели со всех тренировок, ты же знаешь сам. Я сделаю все, что скажете. Если нужно, буду живым щитом для него. Я на все пойду. Только не отнимайте его у меня.       Рей готов был унижаться и молить, лишь бы Виктор позволил ему лететь вместе с Мэттом.       Виктор молчал. Рей смотрел в пол немигающим взглядом. Может, со стороны он казался помешанным безумцем, но без Мэтта он уже просто не мог.       — Ну кто бы мог подумать… — покачал головой Виктор. — Стрелял когда-нибудь из гуарханера?       — Оружие загилианцев? Нет, но мы изучали его строение в академии.       — Имеешь представление о ближнем бое с бойцами шакрас’анга?       Рей нервно сглотнул.       — Были виртуальные тренировки со всеми основными типами боевых подразделений Конфедерации.       — Виртуальные тренировки и настоящий бой — это разные вещи. У тебя нет нужного опыта, ты никогда не участвовал в реальных операциях. А здесь миссия, от которой зависит исход войны. Вот будь ты на моем месте, что бы сделал?       Рей тяжело вздохнул. Он все прекрасно понимал.       — Вот видишь, — Виктор сел на диване ровно. Хлопнул Рея по ноге. — Его Высочество только спасибо мне скажет, когда узнает, что я не позволил тебе лететь.       — Не возьмешь меня с собой — я сорву вам переговоры, — монотонно проговорил Рей. — Найду способ. Будь уверен.       — Это что, угрозы начались? — по тону Виктора нельзя было понять, воспринял он слова Рея всерьез или просто насмехается.       — Предупреждаю.       Рей развернулся к нему и сказал, глядя в глаза:       — Я клянусь, если ты откажешь мне, я сделаю все, чтобы принц остался в крепости. Заминирую корабль, украду его, помогу сбежать. Если нужно, пойду к самому Императору и вправлю ему мозги. Без меня он не улетит.       — Рей, я ведь тоже много чего могу сделать. Запру тебя в карцере на денечек. Посидишь, подумаешь и успокоишься.       Разговор зашел в тупик. Рей встал и направился к выходу.       — Стой, Фарт! — неожиданно окликнул его Виктор. Рей замер, не оборачиваясь. — Хорошо, летишь с нами. Но у меня есть одно условие.       — Какое? — глухо спросил Рей.       Виктор плотоядно улыбнулся.       

***

      Переговоры должны были состояться на планете ЕТ-15. Планета удобно располагалась между двумя противоборствующими космическими армиями. Разумной жизни на ней не было. Пустынную землю населяли лишь мелкие животные, приспособившиеся к высокой температуре на поверхности, и песчаные рыбы Уно, передвигающиеся внутри дюн. Было решено, что Гунраз подойдет максимально близко и останется на орбите планеты. К месту встречи спустится транспортный челнок с группой высадки.       Всего на переговоры летело одиннадцать человек. Император, два посла, пять гвардейцев, Виктор, Рей и Мэтт. Рей сразу понял, что гвардейцы, которых выбрали для миссии, были не обычными солдатами. За день до отлета Виктор привел его в переговорную, где их ожидали пять человек.       Клинтон, Бруно, Харви, Кэтлин и Якоб. Виктор представил каждого поименно. Никаких званий. Под их сканирующими взглядами Рею моментально стало не по себе. Клинтон — самый старший из них — сидел в центре. В его коротких волосах уже поблескивала седина. Чернокожий Бруно скучающе подпирал подбородок рукой, облокотившись на стол. Он выглядел обманчиво расслабленно, но что-то подсказывало Рею, что одно неверное движение — и этот человек моментально сорвется с места и свернет ему шею. Рядом с ним сидела единственная девушка — Кэтлин. Светлые волосы на голове были выбриты почти под ноль. Но это нисколько не портило ее красоты. Большие голубые глаза, пухлые губы, длинные ресницы. Она была похожа на фарфоровую куклу. Она и Бруно были будто инь и ян. Казалось, что такой красавице совсем не место среди этих диковатых мужланов. Но она явно была здесь не за красивые глаза.       Слева от Клинтона сидели Харви и Якоб. Татуировки на лице Харви Рей узнал сразу. Метки воинов шухра. Они наносились специальным зубилом, после чего на коже оставались шрамы. Такие татуировки назывались маго и считались священными. Народ шухра жил очень обособленно. В свои общины они не допускали чужаков и редко покидали родные селения. Удивительно было встретить такого человека в рядах имперской гвардии.       Последним членом этой разношерстной группы был Якоб. Молодой худощавый мужчина с кудрявыми золотистыми волосами и тонкой бородкой. Он покачивался на задних ножках стула, придирчиво рассматривая Рея, хитро прищурив глаза.       — Виктор, спрошу тебя в последний раз, — первым заговорил Клинтон, — ты уверен, что он справится?       — Уверен, — просто ответил Виктор.       — Мальчишка все испортит. Нам хватит и одного сопляка на шее, — совершенно не скрывая своего недовольства, высказался Якоб.       — Якоб, — одернул сидящего рядом Харви.       Рею не нравилось, что о нем говорят так, будто его здесь нет.       — Раз Его Величество одобряет, мы не вправе оспаривать его решение, — спокойно сказал Клинтон. — Рей, верно? Ты сам понимаешь, под чем подписываешься?       Рей запоздало кивнул.       — Да.       — Тогда пройдемся по нашему плану еще раз. У нас новый участник, и концепция немного поменялась, — Клинтон положил в центр стола свой комм и развернул голографическую карту.       Рей старался быть максимально внимательным. Он напряженно вслушивался в каждое слово. Запоминал все указания Виктора. И чем дольше он находился в этой комнате, тем беспокойней становилось на душе. Осознание важности, сложности и опасности предстоящей операции накатывало постепенно. Во рту пересохло, хоть он не сказал ни слова, а только кивал, когда ему задавали вопросы.       «Все понял?»       «Повторять не нужно?»       «Сможешь?»       По окончанию собрания Рей чувствовал себя опустошенным. Не верилось, что уже завтра все это случится. Шансы на успех были слишком малы. Операция была соткана из тонких нитей, и если оборвется хотя бы одна из них — весь четко выстроенный план рухнет в одночасье. И пусть Виктор говорил, что у них есть пути отступления и все решаемо. Здесь лишь один вариант. Провал группы ознаменует провал Империи. После такого конфедераты не позволят им и близко подойти к кораблям. Скорее всего, у командования был план полномасштабной затяжной войны. Десантная группа – лишь попытка решить все без больших потерь. Ну а Император просто сделал из своего сына пушечное мясо.       Рей добрел до жилой части крепости и по привычке подошел к дверям в комнаты Мэтта.       — Его нет, — вдруг сказал один из бессменных охранников у двери.       Рей заторможенно поднял голову.       — Нет?       — Его Высочество принц Эдвард ушел около двух часов дня. У него встреча с капитаном. Пока он не возвращался.       Значит, он с Оливией. Сначала Рей хотел подождать Мэтта у него в комнате, но в следующую секунду передумал и, развернувшись, направился к себе. Не включая верхнее освещение, он прошел в спальню, разделся и упал на кровать. Начало болезненно крутить живот, хотя он толком ничего сегодня не ел. Рей знал это противное чувство. Так было перед первым его самостоятельным полетом в открытый космос, перед вступительными в академию, перед похоронами матери. Чувство страха. Как бы он хотел навсегда избавиться от подобных постыдных эмоций. Рей никогда не считал себя трусом. Он научился брать контроль в свои руки в опасных стрессовых ситуациях. Но преодолеть нервный мандраж, который охватывал его накануне, никак не мог. Рей натянул одеяло на голову, стараясь укутаться потеплее. Его мелко трясло, как от озноба, хотя в комнате было достаточно тепло. Рей постарался дышать глубоко и медленно, чтобы побыстрее заснуть.       Ночью он проснулся, почувствовав чужое присутствие рядом. Рей подскочил на кровати.       — Рей, это я! Тише!       Рядом с ним сидел Мэтт. Рей протер глаза. В полумраке комнаты было сложно рассмотреть чужое лицо. Мэтт мягко уложил его обратно на кровать и лег рядом.       — Спи, у нас еще три часа. Спи, Рей.       Мэтт обнял его со спины и тепло задышал, уткнувшись в шею. Рей в полусне взял его за руку, прижимая ладонь к своей груди. Сердце билось спокойно и ровно. Мэтт был рядом.       На следующее утро легче не стало. Рей проснулся по сигналу комма. Не хотелось открывать глаза и вставать, но, пересилив себя, он все же поднялся с кровати. Мэтт встал вслед за ним. Собирались молча. Также в тишине позавтракали. А точнее, ел Мэтт, а Рей лишь угрюмо ковырял ложкой в тарелке с кашей. От одного вида еды его начинало подташнивать. Он понимал, что это все нервы и нужно поесть, но заставить себя не получалось. Единственное, на что у него хватило сил, — это одно красное яблоко.       В коридорах Гунраз стало заметно тише, будто кто-то подкрутил громкость. Напряжение можно было почувствовать в самом воздухе. Рей видел, какими взглядами их провожают жители крепости. Они все знали и понимали. От такого внимания Рею становилось еще хуже.       Недалеко от стартовых ангаров их ждал Виктор. Он был одет в военную форму рядового солдата имперской армии. Рядом с ним стояла Миа, бледная как смерть. Около нее на полу лежали два больших холщовых мешка.       — Доброе утро, Ваше Высочество, Рей, — Виктор поочередно кивнул каждому. Он был как всегда раздражающе бодрым и улыбчивым. Рей не мог не завидовать тому, как умело Виктор контролировал свои эмоции. — Как спалось? Готовы к сегодняшнему полету? По лицам вижу, что вы в восторге.       — До отправления еще два часа. Что мы будем делать? — спросил Мэтт. Рею его голос показался достаточно спокойным.       — Для начала вам нужно переодеться. В оружейной получите свое обмундирование. Проверьте все оружие, если что-то непонятно, спрашивайте сразу, времени больше не будет. Миа вас проводит. Как будете готовы, подходите к пятнадцатой взлетной полосе.       Миа резко дернулась к мешкам на полу.       — Я возьму, — Рей остановил ее и сам забрал мешки с пола. Они были нетяжелые, но Миа выглядела такой напуганной и растерянной, что Рей побоялся, что она и с этим не справится.       Вместе с Миа они спустились на этаж ниже. Здесь находились большие склады с техникой, боеприпасами и оружием. Среди высоких стеллажей ездили роботы-сортировщики.       — Вот, можете переодеться здесь, — Миа открыла дверь раздевалки. Помещение было чистым и пустым. Им явно никто не пользовался. — Извините за неудобства. Я только вчера ночью получила распоряжение о том, что нужно найти для вас форму… А вашего размера не было, и я там сама подшила… Только закончила, не успела принести вам. Простите за это…       — Не нужно извиняться, все в порядке. Ты молодец, — Мэтт искренне улыбнулся. — Ну, ты чего загрустила?       — Вам правда нужно туда лететь? — спросила Миа, шмыгнув носом.       — Конечно, я же наследник Империи, я должен быть на переговорах, — кивнул ей Мэтт. — Все будет в порядке, не волнуйся.       Миа немного успокоилась, но выглядела все такой же подавленной и грустной.       — Не кисни, — Рей постарался улыбнуться как можно шире. — Я не дам нашего принца в обиду!       После слов Рея Миа немного приободрилась.       — Извините за неподобающий вид, — она быстро вытерла выступающие слезы и низко поклонилась. — Оружейная в том конце зала. Я подожду вас там.       Сказав это, она зашагала прочь.       — Будет плакать, — озвучил очевидное Рей.       — Хорошая она, — сказал ей вслед Мэтт. Рей был с ним полностью согласен.       Они закрыли дверь раздевалки и вытащили вещи из мешков. В каждом была форма, такая же, как и у Виктора: армейские сапоги, поясная сумка и бронежилет. Рей никогда раньше такой не носил. На переодевание ушло десять минут. Рей немного запутался с боковыми застежками на жилете.       — Давай я, — Мэтт подошел помочь.       — У тебя вчера была встреча с капитаном Оливией? — спросил Рей, пока Мэтт затягивал ремешки.       — Да. Давала последние наставления. Потом пришел Виктор, после твоего собрания. Как тебе команда? Меня познакомили с ними мельком.       — Серьезные ребята, и я им не особо понравился.       — Никому не понравится, что к ним в последний момент впихивают нового человека. Я до сих пор не понимаю, как Виктор согласился взять тебя с собой. Я думал, он откажет.       — Я умею убеждать, — загадочно протянул Рей.       — Ну все, готово. Настоящий солдат.       Мэтт провел рукой по бронежилету. Возможно, сейчас был последний момент, когда они могли побыть наедине. Рей обнял его и поцеловал. Мэтт тут же прильнул к нему, отвечая. Короткий поцелуй вместо невысказанных слов.       — Я обещаю тебе, что ты вернешься обратно, чего бы мне это ни стоило, — твердо сказал Рей, глядя Мэтту в глаза.       — Лучше пообещай мне, что не будешь делать глупости, — Мэтт погладил его по щеке.       Рей усмехнулся.       — Такого не могу.       Свои вещи они оставили в раздевалке и направились в оружейную.       Ряды металлических шкафов, ящиков и стеллажей тянулись в бесконечность. У входа стояли несколько стоек с экранами. У одного из них ждала Миа. Она протянула им две карточки.       — Это ваши разрешения, — сказала она. — Здесь стандартная комплектация, но если вам нужно что-то еще, можете взять.       Рей провел карточкой по сканеру у стойки. На экране открылся список. Штурмовая винтовка, бластер и три набора зарядов. Тащить на себе больше не было смысла. Немного подумав, Рей добавил комплект разрывных пуль для винтовки и короткий нож с широким лезвием. Он не так часто тренировался с ножами, но посчитал, что оружие, которое легко спрятать, может пригодиться. Роботы, обслуживающие оружейную, тут же суетливо заносились между рядами, и буквально через минуту перед Реем на столике уже лежало выбранное оружие. Он проверил магазины, пару раз прицелился. Руки делали привычную работу, словно он был на тренировке. Холодный металл в ладони придавал немного уверенности. Сумку для зарядов он прикрепил к ремню на поясе, с другой стороны — чехол для бластера, нож убрал в скрытый карман на сапоге. Перекинув оружейный ремень винтовки через плечо, Рей пару раз попрыгал на месте, проверяя крепления. Все сидело идеально. Мэтт тоже уже заканчивал сборы.       — Ваши гарнитуры, — Миа отдала им наушники. — Вроде бы все…       Она оглядела их и часто заморгала, пытаясь удержать снова подступающие слезы.       — Вы ведь вернетесь? — с надеждой спросила Миа.       Рей глянул на Мэтта, тот кивнул ему в ответ. Не сговариваясь, они шагнули к Миа и сжали ее в крепких объятиях. Она только и успела пораженно пискнуть.       — Конечно, вернемся! — чересчур громко объявил Рей.       Миа не выдержала и разрыдалась.       Они попрощались у лифтов. Миа склонила голову в низком уважительном поклоне и простояла так, пока не закрылись створки. Она возвращалась на верхние уровни, а Рей и Мэтт отправились к стартовым ангарам.       Группа высадки собиралась у транспортного челнока. Гвардейцы во главе с Виктором выглядели внушительно. Каждый из них поприветствовал Мэтта. В армейской форме с оружием наперевес они и правда походили на элитный боевой отряд.       — Начинаем согласно графику, — взял командование Виктор. — Как уважаемые люди мы приземлимся немного раньше, дабы не заставлять наших друзей томиться в ожидании. Послы и Его Величество будут здесь через полчаса. А пока самое время сбегать в туалет, а то другой возможности вам не представится.       Якоб и Бруно тихонько хмыкнули. Рей их веселья не разделял.       Команда разбрелась вокруг. Кэтлин ушла проверить челнок перед отлетом. Бруно на пару с Якобом раскинули карты прямо на полу ангара. Харви принялся разбирать и собирать свой автомат. Виктор и тот куда-то испарился. Рей совершенно не понимал общей расслабленности. Чувство страха, которое он старательно заталкивал поглубже, снова начинало подниматься наверх.       Мэтт подошел к смотровому люку, чтобы получше рассмотреть рыжую планету, на которую они должны будут высадиться. Челноки стартовали из закрытых ангаров. Рей встал за ним. Хотелось взять его за руку, обнять, чтобы успокоиться, но теперь было нельзя.       — Ваше Высочество, — раздался рядом чужой голос.       Рей едва не подпрыгнул от неожиданности. Клинтон оказался в метре от них. Рей совершенно не заметил его приближения.       Мэтт лишь искоса глянул на подошедшего солдата.       — Клинтон Хенсли? — спросил он, вернувшись к созерцанию планеты.       — Да, рад познакомиться с вами лично. Виктор заверил меня, что вы полностью готовы к миссии, но если у вас есть какие-то вопросы, пока мы не улетели…       — Нет. Мне все понятно, — прервал его Мэтт.       — Возможно, вы хотите поближе познакомиться с командой?       — Все, что было нужно, я узнал из профайлов. У ваших людей прекрасный послужной список, я полностью вам доверяю и полагаюсь на вас. У вас опытная команда, а я в этой миссии лишь следую вашим приказам.       Клинтон вздохнул. Рей его прекрасно понимал. Порой к Мэтту невозможно было подступиться, если он сам того не хотел. Клинтон показался Рею вполне адекватным. Сложно было уловить, какова внутренняя иерархия в группе, но к словам Клинтона прислушивались абсолютно все, включая Виктора.       — Ваше Высочество, — снова начал Клинтон, подступая чуть ближе, — поймите меня правильно. Вся наша команда действует согласно приказу. Мы просто солдаты. И у нас не может быть своего мнения на этот счет. Но если вы позволите, я выскажусь. Я не считаю правильным то, что сейчас происходит. Неизвестно, чем окончится эта миссия, и отправлять вас туда слишком опасно. Но знайте, мы сделаем все возможное, чтобы вы не пострадали.       Мэтт развернулся к Клинтону.       — Господин Хенсли, я благодарен вам за откровенность, так что отвечу тем же. Император поставил нам всем непосильную задачу. Наш приоритет — уничтожение оружия конфедератов. Если ничего не получится, то ни моя жизнь, ни ваша уже не будут иметь значения. Поэтому не растрачивайте силы по пустякам, сосредоточьтесь на основной цели миссии, а я не буду мешаться под ногами.       Клинтон был удивлен.       — И все же помимо всего мне приказано вернуть вас на Гунраз.       — Когда мы окажемся на вражеском корабле, случиться может все что угодно. Если вдруг придется делать выбор, не нужно колебаться.       Мэтт снова отвернулся к смотровому люку, показывая, что разговор на этом закончен. Клинтон еще некоторое время стоял рядом, затем поклонился и вернулся к челноку.       — Зачем ты ему это сказал? — тихо спросил Рей.       — Пусть думает, что я патриотичный принц, который ради Империи готов рискнуть своей жизнью. Не будем разрушать иллюзии, — Мэтт облокотился на Рея, и тому ничего не оставалось, как обнять его за талию. Ой, да, плевать на них всех, пусть смотрят, если хотят!       — Думаешь, он проникся к тебе симпатией?       — Судя по его досье, Клинтон весьма ревностно отстаивал суверенные права Империи на разных планетах. Все они — кучка фанатиков, верящих в незыблемость власти Императора. А таким нужен принц, который будет ставить интересы Империи выше собственной жизни. За такого принца можно умереть.       Мэтт поднял голову и посмотрел на Рея снизу вверх. Даже сейчас он пытался выстраивать план на несколько шагов вперед.       Как и говорил Виктор, через полчаса прибыли послы и Его Величество. Не было никакой помпезности, никаких флагов и громогласных речей. Никто не вышел проводить Императора. Вся команда просто поднялась на борт челнока и вылетела из крепости. Весь недолгий полет Рей внимательно разглядывал двойника Ричарда. Внешне они были неотличимы. Лже-Император был одет в традиционный парадный костюм, через плечо перекинута красно-черная лента. С двойником никто не разговаривал, поэтому насколько похожи голоса, оценить было нельзя. Этот человек летел на пустынную планету, чтобы умереть. Знал ли он об этом? Рей не мог даже вообразить, насколько должны быть промыты мозги, чтобы самовольно пойти на этот шаг.       Челнок плавно приземлился на поверхность. Атмосфера на ЕТ-15 была пригодна для дыхания человека, поэтому выходить из корабля можно было без шлемов или дыхательных трубок. Как только открылись створки, в салоне тут же стало ощутимо жарче. Рей, сидевший почти у самого выхода, первым почувствовал на себе волну раскаленного душного воздуха. Все поднялись со своих мест, готовясь выйти наружу.       — Проверьте гарнитуры, оружие в боевой режим. Клинтон и Харви — вы первые, — сказав это, Виктор натянул на нос черную тканевую маску. Все остальные солдаты последовали его примеру.       Ну вот и все. Рей только сейчас заметил, что его бьет мелкая дрожь и руки до побелевших костяшек сжимают ремень винтовки. Он сам не понимал, как заставляет тело двигаться. Первый шаг, второй, третий — и вот он уже стоит под палящим светом двух звезд, превративших эту планету в одну огромную жаровню. Сапоги по щиколотку утопали в песке. Высокие золотистые барханы были похожи на горы. Ветер гнал песчаные волны с одного на другой, создавая иллюзию движения. Кое-где попадались черные зазубрины скал, обтесанные мелкими песчинками до зеркального блеска. Они напоминали подводные коралловые рифы. Если бы не адская жара, даже в таком безжизненном пейзаже можно было бы найти свое очарование.       Корабль конфедератов, похожий на блестящую красную стрелу, будто сторожевая башня, высился над песчаными дюнами. В нескольких метрах впереди над каменной плитой парил купол из особого материала, отражающего свет. Под куполом стоял стол, который ровно пополам делил защитный магнитный барьер. Издалека его было не видно, но чем ближе группа подходила к месту переговоров, тем отчетливее становилось заметно мерцание. Меры предосторожности были приняты с обеих сторон.       За столом сидели трое представителей от Конфедерации Ва. В центре высокий двухметровый загилианец в темно-синей накидке. Серо-голубая кожа, длинные когтистые конечности, увешанные золотыми браслетами, на вытянутой голове — широкие металлические обручи. Четыре пары узких черных глаз придавали ему сходство с пауком. Вместо носа — щелки-прорези. Кожа вокруг рта сморщилась и обвисла, что указывало на почтенный возраст загилианца. Справа от него сидел еф. Все ефы считали себя жрецами бога смерти Хора, на поклонение которому они отдавали всю свою жизнь, начиная с первого вздоха. Их белоснежная полупрозрачная кожа испускала едва заметное свечение. Роговые отростки на головах, похожие на оленьи рожки, всегда скрывали глубокие капюшоны траурных белых одеяний. Ефы были наполовину гуманоидной расой и по строению тела отдаленно напоминали людей. Но плоские безносые лица с большими пустыми зрачками превращали их в карикатурных чудовищ. Третьим представителем Конфедерации был ящер с планеты Есхад. Название их расы невозможно было повторить на всеобщем имперском языке, поэтому в Империи их называли просто ящеры. Существа с толстой хитиновой чешуей, мощным хвостом и зубастой мордой. Сложно было поверить, что эти создания вообще обладают разумом, настолько хищными и дикими они выглядели.       Чуть поодаль от стола со стороны конфедератов стояли девять бойцов шакрас’анга. Можно было подумать, что это огромные великаны в черных доспехах. Но на самом деле пластины, покрывающие их тела, были кожей. Непробиваемая защита делала их почти неуязвимыми. Головы воинов также были полностью закрыты, оставалась только маленькая темная щель поперек лица. Это было единственное уязвимое место.       Рей никогда еще не видел вживую бойцов шакрас’анга. У них было особое оружие — цхео или, как его еще называли, меч-призрак. Он вырастал прямо из руки воина и был частью его самого, мог менять форму, становиться короче, перетекать в хлыст, превращаться в молот или вовсе исчезать. В ближнем бою шакрас’анга не было равных. Сейчас все бойцы стояли с опущенными руками, цхео были убраны, но все могло измениться в любой момент.       «Никаких лишних движений», — раздался в наушнике голос Виктора.       Рей нервно сглотнул. Не хотелось признавать, но шакрас’анга наводили на него настоящий ужас. На всех виртуальных тренировках в академии он неизменно проигрывал, а это были всего лишь тупые боты.       Краем глаза Рей посмотрел на Мэтта, идущего рядом. И хотя половину его лица скрывала маска, только по одному взгляду было понятно, он сегодня умирать не намерен. Мэтт, почувствовав чужое внимание, повернул голову. Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза, а потом Мэтт подмигнул ему. Рей, совершенно не ожидавший подобного, едва не запнулся. Вот было бы весело, если бы один из гвардейцев Императора шлепнулся на песок на глазах у всех! Мэтт, конечно, тоже нашел место и время! Но спустя мгновение Рей понял, что дышать стало легче. Похоже, опозориться перед всеми для него было куда страшнее, чем перспектива битвы с инопланетными воинами.       Наконец отряд вступил на каменную плиту под тень купола. Император и послы подошли к столу, гвардейцы выстроились сзади, зеркально отражая бойцов шакрас’анга. Первым заговорил загилианец. Звеня браслетами, он приложил одну из когтистых конечностей ко лбу.       — Приветствуем тебя, Император людей, — он немного растягивал гласные и проглатывал окончания слов, но в целом его всеобщий имперский был хорош. То, что он заговорил именно на нем, показывало не только образованность загилианца, но и уважение к собеседнику. — Меня зовут Бхамна, я и мои братья — главы Союза Возрождения. Мы будем говорить от лица Конфедерации Ва.       Император повторил приветственный жест загилианца.       — Приветствую послов Конфедерации.       У Рея мурашки побежали по спине. Даже голос Императора был идентичен оригиналу. Неужели клон, а не просто двойник? Законами Империи клонирование было запрещено.       Император и два посла сели на приготовленные для них места. По магнитному барьеру прошлась розовая волна — защиту усилили.       — Мы хотим услышать, что скажет Император людей на наши требования.       — Империя не может согласиться на такие условия.       Ящер на слова Императора обнажил зубастую пасть и яростно хлестнул хвостом по камню. Имперские послы — два почтенных старика — оба вздрогнули, но Император остался непоколебим.       — Вы хотите, чтобы мы отпустили заключенных из колонии на Хеше, — продолжил Император. — Но все, кто сидит там, признали свои преступления и добровольно несут наказание. Разве Конфедерация — это не объединение правовых государств, следующих букве закона?       — Следовать законам для вас — это выбивать признания под пытками? — повысил голос загилианец. — Мы хотим, чтобы наши братья и сестры вернулись к себе домой. Их народы сами решат, заслуживают они наказания или нет.       — В этой колонии находятся экстремисты, ответственные за самые крупные теракты, совершенные в истории Империи. На их счету смерти тысяч людей. Пожизненный срок после признания — это самое милосердное наказание из всех возможных. Мы готовы предоставить вашим представителям доступ в колонию. Вы сможете убедиться, что заключенные содержатся в приемлемых условиях.       Ящер снова ударил хвостом.       Рей чувствовал, как пот льется градом, и это было не только из-за удушающей жары. Обстановка на переговорах накалялась с каждой минутой. Он не сводил глаз с бойцов шакрас’анга, которые, казалось, вообще не шевелились. Только пластины на телах иногда чуть приподнимались и опускались, будто жабры у рыб.       — Император людей понимать, что условия диктовать мы здесь? — голос ящера напоминал грохочущий рокот. Он рычал, отрывисто проговаривая слова.       — Мы собрались, чтобы прийти к общей договоренности и избежать жертв. Империя готова идти вам навстречу, но только если вы ответите тем же. Выдвинутые в одностороннем порядке ультимативные условия не помогут достичь консенсуса.       Рею показалось, что ящер сейчас просто кинется на лже-Императора, и на этом переговоры закончатся. Но внезапно раздался мелодичный звук голоса ефа. Он говорил на своем языке, похожем на песенные напевы. Переводчик в гарнитуре, распознав чужую речь, тут же транслировал перевод.       — Глеос и Унэон. Верните нам планеты. Они часть наших земель.       Посол по левую руку от Императора нагнулся к нему и что-то прошептал. Двойник кивнул ему и обратился к ефу:       — Это были полузаброшенные дикие планеты. Мы создали там новые города, выстроили инфраструктуру, обучили местных жителей. Планеты развиваются под эгидой Империи, и я не слышал о каких-либо недовольствах. На каком основании вы претендуете на них?       — Там наши святыни, — одним высоким слогом протянул еф. Пустые зрачки смотрели на Императора, будто заглядывали в самую душу.       — Ваши храмы никто не трогал. Паломники могут посещать их в любое время. Достаточно отправить запрос в Министерство, и вас пропустят через границу.       — Нам не нужно разрешение на посещение наших святынь!       Голос ефа из мелодично-нежного превратился в высокий жуткий вой. Нестерпимо захотелось закрыть уши, но Рей не двигался.       — Вы осквернили эти миры! На священные земли нельзя ступать! Вы нарушили покой детей Хора!       Император выслушал гневного ефа с совершенно каменным лицом.       — Когда мы прибыли на эти планеты, они погибали, — голос Императора стал более жестким. — На Глеосе вирус выкосил девяносто процентов населения. На Унэоне экосистема была почти полностью разрушена после продолжительных вулканических землетрясений. Империя вернула к жизни эти планеты. Если это были ваши земли, то почему вы оставили их?       — Нельзя мешать воле Хора, — голос ефа снова изменил оттенок. Он стал тише, раскатистей, словно древняя траурная песня.       — Это не ваш бог спас их, а мы. И теперь вы хотите получить все, что мы восстановили, обратно?       Еф протяжно загудел. Переводчик никак не идентифицировал этот звук.       — Император людей, — снова обратился к нему загилианец, — ты прилетел сюда, чтобы вести переговоры, но ты не слышишь ни меня, ни моих братьев. У нас есть оружие, против которого твоя армия бессильна. Либо ты соглашаешься с нашими условиями и спасаешь свой народ, либо будешь наблюдать его гибель.       — С чего вы взяли, что нам нечего противопоставить вашему оружию? Это лишь вопрос времени. Подумайте лучше о том, что будет после. Разве вы так хотите этих жертв?       Император не стал договаривать. Повисло натянутое молчание.       Рей догадывался, о чем сейчас думают конфедераты. По их сведениям, не было никакой защиты или оружия способного противостоять торпедам с антиматерией. Но Император говорил так уверенно и спокойно, что на их месте засомневался бы каждый. Теперь все сводилось к тому, насколько они доверяют своему союзнику со стороны Империи. И если это принцесса Арья, то даже самый искусный блеф тут не поможет.       Загилианец цокнул когтями по столу и подался вперед.       — Не тебе говорить нам о жертвах, Император людей. Вы называете свою Империю Великой, но она несет лишь смерть и разрушения. Ваше величие построено на нашей крови. Мы не отступимся ни от наших слов, ни от нашей веры. И если люди хотят войны, они ее получат.       — Позволю напомнить, что это ваши корабли перешли наши границы. После варварского уничтожения планеты по всем межгалактическим пактам мы обязаны были открыть по вашему флоту огонь без предупреждения, но мы отправили к вам послов. И что же случилось? Вы разбомбили их корабль и последующий тоже, — с каждым сказанным словом голос Императора становился все громче и напористей. — Затем выдвинули ультимативные безнравственные требования, попирающие законы Великой Галактической Империи. И теперь смеете обвинять нас в том, что это мы хотим этой войны?       Рей услышал смешок в последней фразе.       Никому не были нужны эти переговоры. Ни Конфедерации, которая стояла на своем, ни Империи, которая не собиралась прогибаться под этих «диких варваров». Все это был сплошной фарс. Сейчас было лишь вопросом времени, кто первый откроет огонь.       Ящер что-то гневно зарычал на своем родном языке. Переводчик смог определить только некоторые отдельные слова, которые совершенно не складывались в предложения. Рей подозревал, что это были весьма изощренные ругательства. Загилианец, отличающийся бо́льшим запасом терпения и выдержки, тронул ящера за чешуйчатую руку. Они посмотрели друг на друга. Ящер успокоился и замер. Рею все это не нравилось.       — Мы услышали тебя, Император людей, и если ты излагаешь волю всех твоих подданных, то с вами у нас никогда не будет мира, — заключил загилианец.       Вот он — тот самый момент.       Виктор действовал быстро и точно. В два широких шага он оказался за спиной Императора, подставив дуло ему к затылку. Шакрас’анга тут же выпустили цхео. Несмотря на защитный барьер, ящер подскочил со своего места, загилианец дернулся и только еф остался непоколебим. Он продолжал смотреть на Императора своими мертвыми глазами, будто знал его судьбу наперед.       Двое послов Империи испуганно заохали и хотели было рвануть в стороны, но их остановил звучный окрик Виктора:       — Всем сидеть на местах!       Один из послов схватился за сердце. Интересно, они и правда ничего не знали, или это просто хорошая актерская игра и эффект неожиданности?       Император сидел с абсолютно ровной спиной. Он не шелохнулся, не опустил голову, кажется, даже не изменил выражения лица.       — Что это значит, Виктор? — холодно спросил он. В голосе Императора не было и тени страха.       Виктор стянул с лица маску.       — Это значит, что вам больше нет доверия, Ваше Величество, — едко произнес Виктор. — Мы давали вам шанс все исправить, но вы им не воспользовались.       — Если вы сейчас опустите оружие, я подумаю о более мягком приговоре для вас в суде.       Виктор громко расхохотался.       Рею казалось, что все внутренности скрутили в один тугой узел, а воздух не поступает в легкие. Он не знал, куда ему смотреть, то ли на вооружившихся воинов шакрас’анга, то ли на Виктора, с безумными видом тычущего стволом в голову Императора.       — Огрызаешься, сука?! — Виктор замахнулся и ударил прикладом Императора по голове.       Посол, на которого от удара едва не повалился двойник, попытался оттолкнуть от себя тело, но неуклюже махнул руками в воздухе и упал на каменную плиту. Второй старик медленно сполз вниз. К нему тут же подскочил Бруно. Взял под локти и словно куклу усадил обратно.       Император успел ухватиться за стол. Он прижимал руку к месту удара. Виктор грамотно рассчитал силу: противник остался в сознании, но кровь из раны пошла.       — Как ты смеешь… — начал было Император, но Виктор вздернул его за волосы и стащил со стула, заставляя встать на колени.       — Я смею, — винтовка теперь была направлена прямо в лицо Императора. — Сегодня закончится эра твоей тирании! Вархаз хасе!       Раздался выстрел. Вместе с этим звуком сердце Рея замерло и уже в следующую секунду понеслось вскачь. Император лежал на каменной плите, широко раскинув руки. Лоб превратился в сплошное кровавое месиво. Секунду назад этот человек стоял перед ними, говорил, чувствовал, испытывал эмоции, но одно движение пальца — и он уже мертв. Видеть мертвого Императора было дико. И хоть разумом Рей понимал, что это только двойник, но развернувшаяся перед ним картина не могла оставить равнодушным. Виктор пнул бездыханное тело, переворачивая его на спину.       Конфедераты были поражены. Загилианец выпрямился во весь рост и быстро перебирал когтистыми конечностями. Ящер нещадно хлестал хвостом по камням. От мощных ударов на поверхности оставались полосы. Еф все так же сидел за столом, но его зрачки потемнели, став мутно-серыми. Шакрас’анга замерли в боевых стойках, ожидая приказа атаковать.       — Что это значит? — медленно произнес загилианец.       Виктор перешагнул через тело Императора и низко поклонился конфедератам.       — Меня зовут Виктор Романов, я член подразделения организации СТЕРХ. Мы полностью поддерживаем движение свободной Конфедерации. Наши агенты в течение последних пяти лет занимались внедрением в правительство и армию с одной целью: прекратить господство узурпатора Ричарда Грейсендера и его ксенофобной политики. Смерть тирана — одна из важнейших вех новой истории, которая начнется под эгидой правления сильной независимой Конфедерации Ва!       Виктор говорил экспрессивно, с чувством и верой в свои убеждения. Рей поражался, как резко он мог перевоплощаться из одной ипостаси в другую. Сейчас Виктор напоминал безумного революционера с горящими глазами. Но конфедераты были слишком умны и недоверчивы, чтобы сразу повестись на обман.       Загилианец внимательно смотрел на Виктора.       — Мы знаем про СТЕРХ, — сказал он. — Но мы никогда не имели прямого контакта с вашей организацией. Мы помним, что вы помогали нашим братьям в Империи, но это было очень давно.       — Мы на вашей стороне! — прикрикнул Виктор. — Я сейчас своими руками пристрелил Императора, какие могут быть сомнения! Можете опустить щиты, подставить пушки к нашим головам и проверить.       Виктор указал на тело, под которым уже образовалась приличная лужа крови.       — Откуда знать нам, что ты говорить правду? — угрожающе пророкотал ящер.       — Откуда?! — Виктор закатил глаза. — Вам мало этого?! Все мы, — Виктор махнул рукой назад, где стояла остальная часть отряда гвардейцев, — автоматически превратились в преступников первого ранга, и единственное, что ждет нас по возвращению обратно, — мучительная смерть через инъекции в течение нескольких лет. Вам должны быть хорошо известны все изощренные виды казни, придуманные в Империи.       Загилианец остановил ящера, который хотел что-то ответить. Он отдал приказ одному из бойцов. Рей впервые услышал вживую язык повиновения, на котором разговаривали с шакрас’анга.       Воин убрал цхео, проходя через барьер. Он склонился над телом Императора. Из руки появился маленький отросток, который опустился в лужу крови.       Рей старался дышать медленно и ровно. Нестерпимо хотелось развернуться и бежать отсюда как можно дальше. И только благодаря Мэтту, стоящему рядом, Рей все еще удерживал себя. Когда на собрании они обсуждали возможность того, что конфедераты не поверят им или поведут себя как-то иначе, у них не было четкого плана отступления. Единственный приоритет — увести принца с планеты.       Шакрас’анга поднял голову, кивая послам конфедерации. Что именно проверял инопланетянин через кровь, Рей не знал, но после его кивка послы заметно успокоились. Воин вернулся обратно на свое место, но барьер не убрали.       — Мы готовы выслушать ваш план, — наконец продолжил разговор загилианец.       Виктор улыбнулся.       — Уважаемые послы! Вы знаете, что на орбите планеты сейчас находится форт-крепость Гунраз. Ее огневой мощи хватит, чтобы уничтожить весь ваш флот на границе.       — У нас есть оружие, — зарычал ящер.       — Конечно, — быстро согласился Виктор. Он расхаживал взад-вперед перед столом, совершенно не обращая внимания на то, что оставляет за собой кровавую дорожку следов. Никто не собирался перемещать тело Императора в сторону. Имперские послы, скрючившись и дрожа, сидели на полу, тихонько стеная, глядя на безобразный труп. — Но только представьте, что вы получите эту крепость в свое распоряжение?       Виктор выдержал паузу, проверяя реакцию конфедератов.       — Мы работали там несколько лет. Лично я четыре года. Мы знаем все уязвимые места Гунраз, знаем, куда ударить. Мы преподнесем вам ее на блюдечке. С вашим оружием и легендарной крепостью вы станете непобедимой сверхдержавой, и у Империи не останется выбора, кроме как капитулировать и согласиться на все ваши условия.       Гунраз был лакомым кусочком. Возможность заполучить флагман имперского флота была слишком заманчивой. Рей видел, что после слов Виктора ящер перестал напряженно лупить хвостом, загилианец тоже внимательно слушал. По ефу в принципе было сложно определить спектр эмоций, но уже то, что его глаза вернулись в прежний белесый цвет, было хорошим знаком.       — Какие вы дадите нам гарантии? — спросил загилианец.       — Наши жизни, — обезоруживающе улыбнулся Виктор. — У нас теперь нет пути назад. Если Император не выйдет на связь в течение последующих двух часов, половина имперской армии будет направлена сюда. У нас есть это время, чтобы осуществить атаку на Гунраз.       Виктор загонял их в угол. У конфедератов был свой план по убийству Ричарда, но внезапное появление «мятежников» из Империи его нарушило. Что могла предложить им Арья в обмен на временный союз? Планеты? Новые права в Империи? Торговые привилегии? Конфедераты были отвлекающим маневром, ширмой для основных действий, за которой скрывался государственный переворот. И они должны были это понимать. Капсула с антиматерией была не вечна, а вот Гунраз они могли заполучить навсегда, и тогда уже любой власти в Империи придется мириться с мнением Конфедерации Ва.       Послы стали переговариваться на языке жестов. Рей надеялся, что Виктор знал его. Сам Рей не мог верно истолковать ни один символ, который чертили в воздухе. Пока на стороне конфедератов происходило бурное обсуждение, Виктор завел руку за спину и показал три пальца. Этот знак говорил: «Готовьтесь к худшему».       Рей взглянул на Мэтта. Тот прикрыл глаза на пару секунд и медленно выдохнул.       Загилианец резко провел черту в воздухе. Он развернулся к гвардейцам. Рей мысленно прикидывал, насколько далеко им дадут уйти шакрас’анга и сможет ли хоть кто-то вернуться на челнок. Но прежде чем заговорил кто-то из послов Конфедерации, раздался голос Кэтлин.       — Уважаемые послы, — она сделала несколько шагов вперед. Рею показалось, что одним взглядом Бруно можно было пригвоздить человека к месту, но Кэтлин не обратила на него внимания. Она подошла к Виктору, сняла маску и низко поклонилась. — Я понимаю ваше недоверие. Но мы говорим правду. Мы желаем равенства для всех вне зависимости от их расы, веры и образа жизни. Да, нам приходилось идти на жертвы, но, когда такой путь ведет к праведной цели, разве он не истинно верный?       Сказав это, Кэтлин отчего-то посмотрела на ефа. Рей увидел, как тот наклонил голову, внимательно вглядываясь в девушку.       — Я адепт Хора. Можете проверить мои метки. Я не буду вам врать, — сказав это, она начала закатывать рукава куртки.       Рей был удивлен не меньше конфедератов. Ефы крайне редко принимали в свои ряды представителей других рас, да и мало кто хотел отдавать всю свою жизнь поклонению богу смерти.       Кэтлин вытянула руки ладонями вверх. Еф медленно подошел к ней, преодолевая барьер. Он провел своей трехпалой рукой над запястьями Кэтлин, и в это мгновение на коже проступил отчетливый голубоватый рисунок, похожий на изощренную татуировку. Стоило ефу убрать руку, и рисунок пропал. В глазах инопланетянина появились голубые искорки. Он положил ладонь на голову Кэтлин.       — Дитя, ты верно служишь, так не солги же мне, — пропел еф.       — Мы хотим помочь Империи и Конфедерации. Мы не причиним вам вреда.       Глаза ефа снова заискрились. Он отнял руку от головы Кэтлин, повернулся к загилианцу и ящеру и кивнул им. Загилианец неуловимым жестом отдал приказ бойцам шакрас’анга, и они убрали цхео. Рей смог вздохнуть чуть свободнее. Барьер, разделяющий стол, пропал.       — Ну вот, видите! — воскликнул Виктор, подскакивая к ящеру. — У нас одна цель, уважаемые послы!       Ящер предостерегающе рыкнул.       — Я так понимаю, мы достигли договоренности? — заулыбался Виктор.       — Как вы планируете захватить крепость? — безэмоционально спросил загилианец.       — У Гунраз непробиваемая защита, но у любой машины есть слабые места. Мои люди смогут перепрограммировать сигнал вашего корабля, и она примет вас за крейсер Империи. Главное — ударить вовремя. В крепости остались наши люди, как только они получат сигнал, заблокируют все системы безопасности, мы сможем беспрепятственно войти. Дроны нам не помешают. Но нужны все ваши ресурсы и сила.       — Два часа — слишком мало, — напряженно протянул загилианец.       — Если взлетим сейчас, полчаса на перепрошивку корабля — и начинаем. Любую крепость можно взять, если тебе откроют ворота. На Гунраз порядка пяти тысяч гвардейцев, не считая, обсуживающего персонала. Стяните все возможные силы для ближнего боя.       — Что с ними? — ящер указал на дрожащих послов Империи.       — Бросим их здесь, — отмахнулся Виктор. — Кто-то же должен устроить нашему любимому Императору достойные похороны.       Один из послов успел подползти к телу Ричарда и начать молиться.       — Они передать сигнал в крепость, — снова насторожился ящер.       — Эти старики не смогут запустить бортовой компьютер челнока без пароля. Не то что передать сигнал, у них даже взлететь не получится. Но, если вам так будет спокойнее, можем их убить.       Виктор вскинул автомат. Еф издал короткий высокий неприятный звук. Загилианец положил когтистую конечность на ствол оружия, опуская его.       — Оставь их, ни к чему обрывать жизни зазря, — загилианец снова заговорил на языке повиновения, отдавая приказ одному из бойцов. Тот сошел с каменной плиты и, поднимая песчаное облако, сорвался вперед, туда, где остался транспортный челнок. — Мы уничтожим корабль.       — Как скажете, — равнодушно пожал плечами Виктор, словно ничего и не случилось. — Ну, тогда выдвигаемся?       Виктора остановил загилианец. Он приблизился к его лицу почти вплотную и выдохнул:       — Если хотя бы на мгновение у нас возникнут сомнения в ваших действиях — ты и твои солдаты будут мертвы. Помни об этом, человек.       Виктор не отодвинулся и не отвел взгляд.       — Ни за что не забуду, — он махнул рукой гвардейцам. — Вперед, ребята!       Рею казалось, что за все то время, пока он стоял неподвижно, у него закаменело все тело. Он настолько боялся сделать лишнее движение в присутствии шакрас’анга, что держал все мышцы в напряжении. И теперь еле заставил себя сделать первый шаг.       Они шли к кораблю конфедератов, оставляя позади себя место переговоров и тело Лже-Императора. Бойцы шакрас’анга окружили их широким кольцом. Отосланный загилианцем воин вернулся очень быстро. Они удивительно легко передвигались по зыбким пескам, хотя со стороны казалось, что их огромные тяжелые тела должны были утопать в песчаных барханах.       — Рей…       Мэтт невесомо коснулся его руки.       — Нормально, — коротко кивнул Рей. Показывать свои страх и волнение перед Мэттом не хотелось. Он здесь, чтобы защитить его. Хорош же будет защитник, который сам трясется от каждого резкого движения.       Первая часть плана прошла успешно. И если до этого у них была четко расписанная стратегия, то теперь многое зависело от воли случая. Когда они окажутся на территории противника, действовать придется инстинктивно.       Корабль конфедератов отличался от имперских не только внешним видом, но внутренней составляющей. Рей привык, что на военных кораблях, которые шли в расход, были в основном нейтральные цвета, минимум деталей интерьера и отделки. Конечно, на больших крейсерах старались выделить некоторые помещения, предназначенные для сборов командиров или офицерские каюты, но в большинстве случаев никто не экспериментировал с дизайнами. Поэтому, когда открылись двери «красной стрелы» конфедератов, Рей невольно поразился.       Внутри все также было красным. Узкие коридоры странной овальной формы напомнили Рею кишки огромного чудовища. Неровные стены и потолки, подсветка, идущая по полу. Это не было похоже на военный корабль, скорее на вычурный дом сумасшедшего художника-импрессиониста. Рей не заметил, куда исчезли бойцы шакрас’анга. Они шли по коридору, у которого не было никаких ответвлений, но, когда гвардейцы вместе с представителями Конфедерации оказались на просторном мостике с длинной панелью управления, воинов рядом не было. Это напрягло еще больше.       — Прошу вас, — загилианец указал на ряд сидений, которые появились буквально из ниоткуда вдоль стены.       Корабль взлетал медленно. Часть с мостиком была неподвижна, будто шарнир в подшипнике, и Рей мог видеть в больших окнах, как вздымаются красные лопасти, похожие на щупальца морского осьминога. Никогда еще он не летал на инопланетных кораблях и очень надеялся, что этот опыт не станет последним в его жизни.       Конфедераты предусмотрительно пролетели несколько километров, не поднимаясь слишком высоко, и включили стелс-режим. Рей увидел, как замерцал корпус машины. Они понимали, что их полет не должны были заметить на висевшей на орбите крепости. В представлении конфедератов сейчас на Гунраз все думали, что переговоры продолжаются.       Рей взглянул на остальных гвардейцев. Все они сняли маски, когда поднялись на корабль. Никто не выглядел обеспокоенным или напуганным. Клинтон вообще прикрыл глаза, будто дремал в полете. Якоб вертел головой, с нескрываемым интересом рассматривая внутренности корабля. Остальные спокойно сидели в своих креслах. Можно подумать, они были тут на экскурсии, а не на опасной миссии со смертельным исходом.       Корабль сделал короткий гиперпрыжок, перемещаясь к основной части флота конфедератов. Две армии находились совсем рядом, буквально в соседних квадрантах. После секундной вспышки гипера за стеклами смотровых окон появились тысячи разномастных кораблей. От огромных жукоподобных эсминцев загилианцев до маленьких «боевых птиц» народа фрей. Больше половины кораблей Рей видел впервые, какие-то и вовсе не знал. Все это напомнило огромную ярмарку, на которую слетелись жители со всех уголков вселенной. Только вот боевые орудия на машинах не давали забыть, зачем именно жители Конфедерации вторглись на территорию Империи.       Они направлялись к одному из больших эсминцев. Рей не знал, тот ли это корабль, на котором установлена пушка с антиматерией. У них было всего два варианта: либо забрать капсулу, либо подорвать нужный корабль. Первый вариант был предпочтительней. Империи нужно было это оружие.       Эсминец раскрыл свой посадочный отсек, будто зев мифического чудовища. Внутри космический корабль был уже больше похож на знакомые Рею звездолеты. Загилианцы явно брали за основу корабли Имперского флота. Но обилие проводов, кабелей и труб делало его похожим на заросшие джунгли. Все коммуникации были вывернуты наружу. Рей совсем не удивился, если б увидел среди толстых электрокабелей какое-нибудь растение, оплетающее его, как ствол тропического дерева.       На посадочной площадке их уже встречали. Большая часть была загилианцами, но помимо них было еще несколько рас. В отличие от посла загилианцы на корабле не носили такое количество украшений. Они были одеты в темно-зеленую форму, и лишь изредка у кого-то на конечностях или шее блестели скромные украшения. Но зато большинство держали гуарханеры. Это оружие напоминало имперские бластеры в увеличенном размере с тем отличием, что у них не было рукоятки, оно надевалось прямо на руку.       Как только все гвардейцы вышли из корабля, их попросили сдать оружие.       — А не много ли они хотят? — тут же возмутился Якоб. — Мы, значит, будем ходить тут с голыми жопами, а они пушками размахивать?       Виктор бросил на Якоба предостерегающий взгляд и улыбнулся напрягшимся было загилианцам.       — Мы тут в роли приглашенных гостей, Якоб, так что будь любезен, веди себя скромнее.       Рей полностью поддерживал Якоба. Расставаться с оружием совершенно не хотелось. Он очень надеялся, что Виктор знал, что делает. Спрятанный в потайном кармане нож — единственное, что осталось у Рея.       Послы повели безоружных гвардейцев вглубь корабля. Рей всю дорогу держался рядом с Мэттом. Он видел, что все члены их отряда старались незаметно охранять его. Мэтт всегда был в центре и никогда не шел последним.       Процессия остановилась, когда они вошли в просторный круглый зал. Все его стены были увиты проводами. Они разноцветными змейками поднимались вверх, под самый купол, а затем опускались вниз, переходя в огромный компьютер. Все это и правда напоминало большое древо с раскидистыми ветвями и мощным толстым стволом, в котором скрывался главный процессор.       — Я полагаю, что вы знаете язык наших программ, раз предложили свою помощь? — проговорил загилианец.       — Конечно, — тут же откликнулся Виктор. — Бруно, Кэтлин, прошу вас.       Пара гвардейцев вышла вперед. К ним приставили двоих загилианцев.       — Если понадобится помощь, — заметил посол.       Помощь, ну конечно. Все прекрасно понимали, что людей никто не подпустит к компьютеру корабля без присмотра. Всего в зале находилось шесть солдат загилианцев с гуарханерами, включая двух стоявших над Бруно и Кэтлин. Видимо, конфедераты посчитали такую охрану достаточной для безоружных людей, находящихся в самом центре вражеской армии. Послов осталось двое — еф ушел почти сразу, стоило им ступить на палубу эсминца. Виктор подозвал к себе Клинтона, и они вдвоем начали объяснять ящеру и загилианцу варианты подходов к Гунраз на развернутой голографической карте. Они ожидали прибытия сюда еще трех представителей Союза Возрождения от других рас.       — Харви! — вдруг позвала стоявшего в стороне гвардейца Кэтлин. — Подойди, пожалуйста, не могу разобраться в символах шифрования.       Ящер тут же вскинул голову, но Виктор поспешил заверить его, что все в порядке, и вовлек в новое обсуждение о степенях защиты крепости. Рей понимал, что гвардейцы уже начали выстраивать план действий.       — Слушайте меня, — едва слышно прошептал Якоб, почти не разлепляя губ. Он единственный из отряда остался рядом с Мэттом и Реем. — По моей команде замрете на месте, оба. И чтоб ни звука.       Якоб чуть отодвинул Рея в сторону и показал рукой, чтобы он остался в таком положении. Охранники стояли вдоль стен круглого зала. Каждый видел другого, если что-то случится с одним из них, второй тут же поднимет тревогу. Не говоря уже о тех двоих, что следили за работающими за компьютером гвардейцами.       Рей не понял, откуда в руке Якоба появилась маленькая металлическая звездочка. Он нажал на ее сердцевину, и из пяти лучей выдвинулись тонкие блестящие лезвия, звездочка закружилась и бесшумно взлетела с раскрытой ладони. Якоб выставил вперед руку с вытянутым средним и указательным пальцем, и звездочка замерла, готовая атаковать противника. Рей слышал, как за его спиной Виктор громко расписывал послам важность быстрой переброски солдат на нижние уровни Гунраз. Никто пока не обращал внимания на их троицу, но Якоб чего-то ждал. И наконец Кэтлин подала сигнал. Она вскинула вверх руку.       Все произошло в считанные секунды. Харви и Якоб действовали одновременно. Харви с двух рук ударил загилианских охранников со спины в незащищенные шеи, Бруно и Кэтлин, тут же подхватили обмякшие разом тела. В это же время Якоб качнул пальцами, и звездочка понеслась по залу, словно выпущенная из ствола пуля. Все четверо загилианцев по очереди оседали на пол, хватаясь за горло. Не было крови и криков, они будто засыпали, медленно теряя все силы. Сделав круг, смертоносное оружие вернулось к своему хозяину. В тот самый момент, когда ящер заметил последнего падающего солдата, который находился ближе всего к ним, Харви и Бруно уже наставили надетые на руки гуарханеры на послов.       На все это гвардейцам понадобилось несколько жалких секунд. Рей тяжело выдохнул. Мэтт рядом с ним также выглядел пораженным.       — Что тут… — в ужасе начал было загилианец, но его оборвал сухой голос Виктора, в котором больше не было заискивающих интонаций и лживых улыбок.       — Клинтон, убери второго, — коротко скомандовал Виктор, делая шаг назад.       Клинтон, до этого спокойно стоявший рядом, резко подался вперед, в руке сверкнуло короткое лезвие. Ящер сумел прийти в себя быстрее, чем загилианец, но это его не спасло. Зарычав, он попытался отступить назад к выходу из зала, но Клинтон был проворней. Он легко уклонился от удара мощного хвоста и, прежде чем ящер успел сделать хоть что-то, в один короткий взмах вонзил лезвие ему между глаз. Тяжелая туша рухнула на пол.       — Лжецы! Предатели! — завопил загилианец.       — Заткните его, — Виктор развернулся и направился к Мэтту. Якоб и Кэтлин скрутили посла и затолкали ему в рот кусок от его же накидки.       — Ваше Высочество, вы как? — участливо спросил Виктор, не обращая внимания на мычания загилианца.       — Все отлично, — ответил Мэтт. Если он и был напряжен, то на лице у него это никак не отразилось.       — Вот и замечательно. Рей, ты тоже молодец, — Виктор хлопнул его по плечу. — Кэтлин, какие у нас новости?       — Есть хорошие и не очень, — Кэтлин вернулась к бортовому компьютеру. — Во-первых, нам чертовски повезло, что это тот самый корабль, с которого производили выстрел. На этом наша удача заканчивается. Судя по схемам, пушка совершенно в другой части эсминца, чтобы попасть туда, нужно будет пройти огромный путь. А у нас нет на это ни времени, ни возможностей. Сюда ворвутся максимум через пятнадцать минут.       — Выбора нет, — Виктор заглянул ей через плечо на экран компьютера. — Попробуем через нижний коридор. Успеешь почистить камеры, чтобы они ослепли ненадолго?       — Уже.       — Харви, что у нас по оружию?       — Шесть гуарханеров, два бластера и две световые ловушки, это не считая того, что мы пронесли с собой, — Харви разложил все имеющееся оружие на полу.       — Бластеры отдайте Его Высочеству и Рею, — распорядился Виктор.       — Виктор, — окликнул его Клинтон, который осматривал тело ящера. — У него ключи от королевского корвета. Я видел его в посадочном доке. Нам нужно будет как-то выбираться отсюда в любом случае.       Клинтон указал на Мэтта. Виктор задумчиво скрестил руки.       — Могу я взглянуть на план корабля, — вдруг спросил Мэтт.       Виктор кивнул, погруженный в свои мысли. Мэтт подошел к Кэтлин, пролистал на экране несколько уровней и остановился на одном из последних.       — Вот, что это? Переведите, пожалуйста, — попросил он, указывая на надпись.       — Это вспомогательная силовая установка, — расшифровала Кэтлин загилианскую аббревиатуру. — Там воздушные компрессоры.       — Загилианцы ведь очень чувствительны к холоду… — размышлял вслух Мэтт. — Компрессоры связаны с двигателями. Там два потока воздуха, горячий и холодный. В нужных пропорциях он попадает в систему вентиляции, происходит регуляция давления и температуры. Снизим до максимума подачу горячего, холодного увеличим. Отсюда можно перейти к управлению ВСУ?       — Да, сейчас, — Кэтлин вывела виртуальные экраны и размножила их сразу на пять. На каждом из них были какие-то метки, значки и мигающие графики. Рей совершенно не понимал, что они означают, но Мэтт тут же азартно кинулся к одному из них.       — У них стандартная система? Я не знаю некоторые…       — Вон там, внизу, показатель температуры, — подсказал Бруно, который уже стоял за плечами Мэтта. — Насколько низко нужно опустить?       — Ниже четырех-пяти градусов, и у них должна начаться диапауза. Получится?       — Да, но быстро корабль не остынет, — Бруно уже производил какие-то манипуляции с символами на экранах.       — Браво, Ваше Высочество, отлично придумано! — восхитился Виктор. — Клинтон, на тебе корвет. Ты лучший боец из всех, кого я знаю. Если и получится, то только у тебя. Держи связь, не взлетай раньше времени. На той стороне есть док для транспортников, мы попытаемся выйти туда.       — Принял.       — Командир, что с этим делать? — Якоб указал гуарханером на связанного посла, который продолжал гневно мычать в повязку. — Вариант с заложником отпадает. Он будет нас тормозить.       — Оставлять тоже нельзя, — Виктор нагнулся к загилианцу и кровожадно улыбнулся. — Слишком много вы услышали, господин посол. Еще разболтаете кому не следует наши секретики…       — Не убивайте его! — вдруг выкрикнул Мэтт. Все снова обернулись к нему.       — Ваше Высочество, ваш гуманизм сейчас ни к чему… — вежливо начал Виктор.       — Помолчите, командир, — бросил ему Мэтт. Виктор замер с открытым ртом, явно не ожидавший подобного. — Якоб, то приспособление, которым вы убрали тех четверых. Оно же с каким-то паралитическим веществом? Вы их не убили?       Рей удивленно обернулся на лежавших на полу загилианских солдат. Присмотревшись, он и правда заметил, что грудь одного из них медленно поднимается и опускается. Когда Мэтт вообще обратил на это внимание?       — Они очнутся часов через шесть. Яд змеевидного чуна, — ответил Якоб.       — Используйте его, — предложил Мэтт.       Посол перестал завывать и внимательно посмотрел на Мэтта.       — Когда все закончится, нам нужно будет жить дальше и заново восстанавливать дипломатические отношения. И я надеюсь, что Конфедерация Ва будет открыта к диалогу, — произнес Мэтт, глядя на посла.       Якоб вопросительно посмотрел на Виктора, тот кивнул, соглашаясь. Один маленький укол, и посол медленно опустил голову.       Прежде чем покинуть круглый зал, гвардейцы перерезали несколько проводов ведущих к компьютеру, а Кэтлин запустила вирусную программу, которая не дала бы конфедератам перезагрузить систему и устранить чужое вмешательство.       Группа диверсантов медленно двигалась по коридорам эсминца. Клинтон, молча попрощавшись со всеми, свернул к посадочному ангару, куда они прилетели, остальные спустились на уровень ниже. Бруно внимательно отслеживал их передвижения через свой комм. Заполучив доступ к камерам, они некоторое время смогли избегать прямого столкновения с вражескими солдатами. Но все изменилось, когда завыла сирена.       Освещение во всех коридорах стало синим. Из скрытых динамиков охранные системы корабля вещали о несанкционированном вмешательстве.       — Они обнаружили тела, — Бруно переключался с одной камеры на другую, просматривая коридоры.       — Тогда в темпе! — прикрикнул Виктор. — Оружие наизготовку.       Рей поудобнее перехватил бластер. Страха уже не было. С начала операции он успел пережить весь спектр эмоций, и теперь, когда он бежал по коридорам космического корабля под звуки разрывающихся сирен, ему просто хотелось, чтобы все это поскорее закончилось.       — Впереди трое! — предупредил Бруно, прежде чем они свернули на лестницу.       Виктор и Харви выстрелили первыми. Яркие пучки света разрезали пространство. А в следующую секунду гвардейцы уже перепрыгивали троих загилианцев, лежавших у них на пути. Рей заметил, что Якоб успел схватить с пояса одного из мертвых солдат еще одну световую ловушку.       — Нам налево и прямо по коридору, — продолжал вести их вперед Бруно. — Там около десяти солдат.       — Шакрас’анга? — спросил Виктор.       — Пока нет.       — Отлично. Рей, защищаешь Его Высочество, Якоб, Харви, вы вперед, Кэтлин, мы с тобой прикрываем.       Отряд моментально перестроился на ходу.       — Свет! — крикнул Якоб, и Рей тут же зажмурился, услышав команду. Якоб бросил вперед активированную световую ловушку.       Ослепительная белая вспышка заполнила весь коридор. Рей мысленно досчитал до пяти и только потом открыл глаза. Дезориентированные загилианцы начали беспорядочно стрелять. Виктор и Кэтлин нажимали на спусковые крючки почти в унисон, убирая врагов одного за другим. Рей успел выстрелить лишь единожды. Перестрелка длилась не больше тридцати секунд.       — Вот теперь нас точно все услышали, — отчего-то рассмеялся Виктор. — Бруно!       — Третья дверь справа, там шахта, спустимся по ней, — отозвался Бруно.       От нескончаемого гудения сирен у Рея начала болеть голова. Ему повсюду слышался топот ног загилианцев, казалось, что они, преследуя их, бегут прямо внутри странных круглых стен, словно пауки. Воображение рисовало жуткие картины, как сотни озлобленных инопланетян саранчой слетаются к их маленькому отряду, окружают и разрывают на куски.       Они выскочили на небольшую площадку, отгороженную парапетом. Шахта уходила вверх и вниз на десятки метров. Рей увидел внизу огромные крутящиеся лопасти. Упадешь — и превратишься в нарезанную отбивную.       — Сюда, — Харви указал на лестницу на стене.       Они спустились на следующий уровень. Коридоры тут оказались в два раза уже. Это было похоже на муравейник со множеством ходов и развилок. Рею иногда казалось, что они бегут по кругу и давно уже заблудились, но Бруно, ведущий их отряд, уверенно прокладывал путь.       — Подождите! Виктор, они заблокировали коридор впереди, — резко остановил их Бруно.       — Другие варианты?       — Мы слишком далеко ушли, потеряем время.       — Значит, будем прорываться! — шало улыбнулся Виктор. — Сколько там?       — Трудно сказать, — Бруно показал голограмму с комма.       На трансляции с камеры было видно, что загилианцы устанавливают что-то, похожее на бронированные щиты.       — Черт, слишком мало места, — зло процедил Виктор. — Харви, что думаешь?       — Могу попробовать, — хмуро ответил Харви. — Если не выйдет, идите другим путем.       Он коснулся татуированного лба тыльной стороной ладони, что-то прошептал и побежал вперед. Рей знал, что так делали войны шухра, когда шли на заведомо смертельный бой.       — Вы отправляете его одного? — ошарашенно спросил Мэтт.       — Он гвардеец, мой принц, и будет выполнять любой приказ, — спокойно ответил Виктор.       Рей видел, что Мэтт готов был спорить с Виктором, но тут раздались выстрелы, а потом прогремел взрыв. Рей тут же схватил Мэтта за руку и прижал к себе. Освещение мигнуло и пропало. Несколько секунд никто не шевелился. А потом в наушнике раздался голос Харви: «Коридор чист. Можем идти».       Когда глаза привыкли к темноте, Рей смог различить очертания стен. Они прошли несколько метров почти наощупь, пока не оказались на месте взрыва. Свет из соседних проходов, не задетых взрывом, постепенно рассеивал полумрак. Среди раскуроченных проводов, грязи и пыли лежали загилианцы. Некоторых разорвало на куски, повсюду были брызги черной крови. Среди обломков кто-то зашевелился, и Харви, стоявший над всем этим побоищем, тут же выстрелил. Его правая рука неестественно ровно свисала вниз. Из-за крови загилианцев, испачкавшей его форму, трудно было понять, насколько серьезно ранен он сам.       — Как рука? — спросил Виктор, первым добравшийся до него.       — Терпимо.       — Хорошо, если станет хуже, говори сразу. Куда дальше?       Они снова побежали вперед. Несколько раз Бруно останавливал отряд. Преодолев технические секции корабля, они вышли в большой многоярусный ангар. В центре находилась прозрачная колонна с лифтами, от которой к уровням тянулись узкие мостки. Каждый уровень кругом опоясывал колонну. Гвардейцы были в самом невыгодном положении. Последний уровень отлично обстреливался сверху, чем и воспользовались загилианцы, которые тут же открыли огонь.       Один из зарядов пролетел буквально в считанных сантиметрах от лица Рея и врезался в стену, оставив обугленный отпечаток.       — Назад! Назад! — заорал Виктор.       Они успели отскочить обратно в коридор, из которого вышли.       — Их там целая тьма, — тяжело выдохнула Кэтлин.       — Нам нужно на другую сторону, — Бруно сосредоточено просматривал схемы на комме.       — Разделяемся, — Виктор указал на Рея и Мэтта. — Вы двое со мной. Якоб, Кэтлин, вы первые. Быстро, пока они не спустились вниз.       Времени на раздумья не было. Якоб и Кэтлин рванули вперед, привлекая внимание и вызывая весь огонь на себя. Виктор, Рей и Мэтт тут же побежали следом по другой стороне. Рей отстреливался на ходу, стараясь прикрывать Мэтта. Он успел снять нескольких бойцов, когда увидел, как один из загилианцев размахивается и бросает что-то вниз.       — Граната! — крикнул Рей, толкая Мэтта и закрывая его собой. Среди шума выстрелов, он отчетливо услышал отрывистый хлопок, а потом раздался взрыв, куда громче и сильнее, чем был до этого.       Спину Рея мазнуло жаром, и их отшвырнуло в сторону с такой силой, будто на высокой скорости в них влетел флаер. Ударившись обо что-то на лету, он покатился по полу. Заложило уши, в голове зазвенело. Рей совершенно потерял ориентацию в пространстве. Глаза слезились, и он не мог ничего разобрать. Еле двигая рукой, он нащупал возле себя какой-то обломок. Рей попытался позвать Мэтта по имени, но язык будто прирос к небу. Подступила тошнота.       Он ничего не слышал и не мог понять, выжил ли хоть кто-то из их отряда после взрыва. Вокруг все было в дыму, откуда-то сверху летели искры. Взгляд зацепился за темную фигуру, быстро приближающуюся к нему. Нужно было найти бластер, но тело слушалось плохо.       Рея подхватили под локоть. Перед глазами мелькнуло что-то рыжее. Якоб. Это был Якоб с залитым кровью лицом. Он что-то кричал ему, но Рей слышал только гул в своей голове. Ноги отказывались идти, он еле переставлял их, спотыкаясь на ходу, но с каждым тяжелым шагом становилось легче. Впереди он увидел Мэтта и Виктора. Мэтт то и дело оборачивался назад, глядя на Рея, но Виктор не давал ему останавливаться. На какое-то мгновение Рею стало легче дышать. Мэтт был в порядке.       Они выбежали из злополучного ангара, но не остановились, а побежали дальше по коридору. Слух постепенно возвращался к Рею. Звуки доносились будто через плотную вату. Вой сирен, шум, далекие крики.       Виктор свернул в первую попавшуюся открытую комнату и, как только все оказались внутри, нажал на рычаг и закрыл дверь. Небольшое помещение было заставлено длинными высокими ящиками. Блеклая синяя лампа едва давала свет. Но хотя бы завывание сирен здесь было не так слышно.       Якоб наконец отпустил Рея. Он снял с руки гуарханер и, сев на пол, стал вытирать с лица кровь. Виктор и Мэтт выглядели грязными и потрепанными, но в целом без серьезных ран. Мелкие ссадины и синяки были не в счет. У Виктора правда была довольно глубоко рассечена бровь. Рей только сейчас заметил, что Бруно и Харви тоже были здесь. Харви тяжело держался за левый бок, раненая рука вообще не двигалась. Бруно, прихрамывая, дошел до одного из лежавших на полу ящиков и сел сверху, чуть выше колена штанина на правой ноге была разорвана. Рана выглядела устрашающе.       Кэтлин с ними не было.       — Рей, повернись, — Мэтт оказался рядом. Рей не сразу сообразил, что он от него хочет. Мэтт сам повернул его к себе спиной. — У тебя здесь осколки. Они небольшие. Я вытащу, нужно потерпеть. Упрись во что-нибудь.       Рей не чувствовал боли, даже не понял, что в него что-то попало. Но стоило Мэтту вытащить первый, как он взвыл и закусил губу. Спина горела огнем.       — Где Кэтлин? — тем временем спросил Виктор.       — Она была слишком близко, — ответил ему Якоб.       Повисло тяжелое молчание.       — Мы знали, что можем не вернуться, — прохрипел Бруно. Рею послышалось, что в его голосе не просто горечь по убитому товарищу. Даже за короткий промежуток времени нельзя было не заметить, что Кэтлин и Бруно были очень близки.       — Мы всегда это знаем, но от этого не легче, — новость о первых потерях их маленького отряда задела даже Виктора. — Кэтлин была ценным бойцом. Без нее будет трудно… Бруно, что с ногой?       Бруно поморщился, осматривая рану.       — Хреново. Так быстро я уже бежать не смогу.       — Сколько нам еще осталось? — Виктор присел на корточки возле двери и начал сверять что-то на своем комме.       — Еще треть пути, — отозвался Бруно.       Мэтт вытащил последний осколок и погладил Рея по пояснице.       — Все, — шепнул он ему на ухо.       Рей благодарно кивнул и по примеру Бруно присел на соседний ящик. Стоять уже не было сил. Мэтт сел рядом, плотно прижимаясь к нему бедром. Его руки были испачканы в крови. Рей взял его ладони и вытер о более-менее чистую часть своей куртки. Кожа Мэтта была ледяной. Рей заметил облачко пара, вырывающееся при дыхании.       — Какая сейчас температура? — собственный голос показался Рею сиплым и неприятным.       — Должно быть уже около четырех градусов, — ответил Бруно. — Сейчас снижение пойдет быстрее. Еще минут десять, и будет минус.       — Только вот шакрас’анга это не остановит, — напомнил Якоб. — Наше счастье, что нам не попался еще ни один.       — Три минуты, и идем, — скомандовал Виктор.       Бруно, как мог, забинтовал ногу, оторвав подкладку со своей военной куртки. Было видно, что ему очень больно, на лбу выступил пот. Харви молча подошел к нему и помог с перевязкой. Рей чувствовал, что футболка на спине уже вся мокрая от крови. И если поначалу ему было жарко и почти душно, то теперь его начал бить мелкий озноб. Он надеялся, что раны не слишком серьезные. Якоб протянул Рею бластер.       — Не теряй.       Короткая передышка закончилась, и отряд двинулся дальше. В коридорах стало ощутимо холоднее. Сирена перестала вопить, и теперь корабль погрузился в обманчивую тишину. Из-за синего освещения складывалось впечатление, что они находятся в каком-то ледяном царстве. Холодный воздух проникал под одежду и подгонял вперед. Коридор постепенно становился все шире и в итоге превратился в зал, где было несколько лестниц, ведущих наверх. На лестницах, привалившись к стенам и просто на полу лежали загилианцы в скрюченных позах. Их когтистые конечности были плотно прижаты к груди и вытянутым головам. Не меньше сотни солдат бросили свое оружие и уснули, подчиняясь инстинктам. Вряд ли раненые гвардейцы смогли бы справиться с таким количеством. Они осторожно обходили загилианцев, стараясь никого не задеть, хотя возможность того, что кто-то внезапно очнется, была крайне мала.       Центральная лестница привела их почти к самому носу эсминца. Впереди был широкий проход, заканчивающийся переходом к навигационному мостику и входом на подъемную платформу с пушкой.       — Стойте, — Бруно встревоженно смотрел на голограмму с комма. — Бойцы шакрас’анга. Они идут за нами.       Если минуту назад Рей еще мог думать, что у них есть шанс на спасение, то после слов Бруно внутри оборвалась последняя ниточка.       — Сколько? — только и спросил Виктор.       — Вижу шестерых, но это те, которые близко. Насчитал еще семь в разной степени отдаленности. Видимо, кто-то успел отдать им последний приказ.       — У нас еще есть время?       — Если продолжат в том же темпе, будут тут через десять минут.       Молчание Виктора было совсем не добрым знаком. Даже в самой стрессовой ситуации он умудрялся фонтанировать идеями. Но сейчас все прекрасно понимали, что их ждет дальше.       Бруно решился первым:       — Шакрас’анга идут четко по нашему следу, я задержу их на лестнице насколько смогу. К тому же со своей ногой я вас буду только тормозить.       — Бруно, я не отдаю приказ… — начал Виктор, но Бруно лишь печально улыбнулся и покачал головой. Рей увидел в его глазах непоколебимую волю. Он все решил для себя в этот короткий миг и не станет отступать от задуманного.       — Я останусь, — категорично сказал он.       Виктор тяжело вздохнул, прикрывая глаза.       — Черт, вот дерьмо! — выругался Якоб. — Ну сколько ты там один протянешь?! Минуту, две? Они перелопатят тебя на раз!       — Нужно попробовать, — Бруно уже передавал свой комм Виктору.       — Бля-я-ть, вот же сучий потрох! — зло прикрикнул Якоб. — Ладно, я иду с тобой.       — Что? — Виктор и Бруно задали этот вопрос почти одновременно.       — Со мной у тебя хоть какие-то шансы. А теперь слушай меня, Виктор, — Якоб подошел к нему и ткнул пальцем в грудь. — Эмме пять лет, и ты проследишь, чтобы она была на полном обеспечении, чтобы у нее была лучшая школа, чтоб училась в самом крутом универе! Чтоб все у нее по высшему разряду было! И да, Эвелин к ней и на десять метров не подпускай. Моя дочь ничего не должна знать об этой шлюхе. Имей в виду, я тебя с того света достану, если что-то будет не так, командир.       Виктор взял Якоба за руку, крепко сжимая ладонь.       — Обещаю.       Рей никогда не видел Виктора таким. Серьезный, собранный, уверенный и понимающий. В такие моменты приходило осознание, почему именно Виктор был здесь и вел всех за собой.       Харви отдал Бруно свои световые ловушки.       — Может, стоит мне? — тихо спросил Харви, но Якоб тут же пихнул его в сторону.       — Ну нет, хватит мне тут одного инвалида. Давай, вали отсюда!       Харви в ответ лишь крепко обнял каждого по очереди и приложил кулак к сердцу.       — Ну, не хорони нас раньше времени, — хмыкнул Якоб.       — Удачи, Ваше Высочество, — простился с Мэттом Бруно, склонив голову.       — Да уж, не оплошайте там, — отсалютовал ему Якоб.       Мэтт выглядел растерянно. Рей мог его понять. Солдаты, с которыми он сражался бок о бок, шли на смерть вот так просто, с улыбками на лицах. Никто не решал за них, каждый делал свой выбор сам, и Рей не знал, смог бы он поступить также.       — Давайте поторопимся, — сказал Виктор, как только двое гвардейцев скрылись на лестнице.       Ворота на платформу с пушкой были закрыты. Виктор подключил комм Бруно к замку, и буквально через несколько секунд тяжелая створка поднялась вверх, пропуская их внутрь. Рей ожидал увидеть что-то огромное, масштабное, похожее на страшное фантастическое оружие, но перед ними открылась совершенно иная картина.       К большой круглой платформе вели три широких пролета с высокими ограждениями. С потолка к центру спускалась сложная конструкция в форме перевернутой пирамиды, состоящая из квадратных блоков. Словно ребенок строил башню из кубиков разных конструкторов. Снизу к ней стремилась пирамида поменьше, которая вырастала прямо из пола платформы. Между их вершинами, заключенными в прозрачную сферу, была закреплена капсула. Все это производило впечатление языческого алтаря из древнего храма, перед которым должны были приносить жертвы. Свет особым образом концентрировался на сфере, превращая капсулу внутри нее в священный артефакт. Возможно, для загилианцев она и была таковой.       Сфера находилась на высоте примерно шести метров. Залезть на пирамиду и вытащить капсулу было возможно, но Виктор почему-то стал хмуро изучать надписи на блоках внизу.       — Я думал, здесь будет пушка для торпед, — пробормотал Рей, настороженно оглядываясь вокруг.       — Ты на ней стоишь, — бросил Виктор, не отвлекаясь от надписей.       Рей сначала глупо глянул на пол, а потом, догадавшись, подошел к ограждению и посмотрел вниз.       Платформа оказалась орудийной башней. Она соединялась с артиллерийской установкой. Калибр гигантского оружия трудно было даже вообразить, Рей видел лишь маленькую часть, остальное скрывалось в стенах корабля и выходило на другие уровни. Словно весь эсминец был построен вокруг этой огромной машины для уничтожения планет.       — У нас проблемы? — спросил Харви у Виктора, видя, что тот медлит.       — Вот эта штука, — Виктор указал на светящуюся сферу вокруг капсулы, — вроде защитной оболочки. И я не знаю, что будет, если кто-то из нас попытается достать капсулу с антиматерией.       Диаметр сферы был около метра, а сама капсула была не больше ладони.       — Нельзя отключить?       — Пока не понимаю…       Шум за закрытыми воротами, через которые они вошли, заставил всех резко обернуться. Виктор тут же проверил комм Бруно с трансляцией с камер. Рей все понял просто по изменившемуся выражению лица Виктора.       — В укрытие! Живо!       Стоило Виктору выкрикнуть последнее слово, ворота разлетелись на мелкие куски от удара цхео-хлыста. Шакрас’анга были здесь.       Гвардейцы успели спрятаться за пирамиду — единственную конструкцию на платформе. Виктор достал последнюю световую ловушку. Он показал пальцами «пять секунд», глубоко вздохнул и закрыл глаза. Рей стиснул в руке бластер. Сейчас все решится. Он взглянул на Мэтта. Впервые за время операции в его глазах промелькнула тень страха. Рей нежно коснулся рукой его щеки. Не хотелось думать, что это последние секунды их жизни.       Виктор бросил ловушку. По команде Рей вышел из укрытия и открыл огонь вместе со всеми. Бойцов шакрас’анга было четверо. Они еще не успели подойти достаточно близко, чтобы цхео могли нанести смертельный удар, и это был единственный шанс гвардейцев. Время замедлило свой ход, превращаясь в вязкую тягучую массу. Рей словно в замедленной съемке видел, как летят заряды и ударяются о непробиваемую броню. Дезориентированные после вспышки бойцы взмахивали цхео в попытке ударить противника, но были слишком далеко. Рей не понял, кто именно совершил точный выстрел. Один из шакрас’анга пронзительно взвыл, его цхео начало рассыпаться на глазах, он сделал несколько шагов назад, приваливаясь к ограждению, и, перевесившись назад, полетел вниз.       Харви кинул свой гуарханер Виктору и бросился оставшимся троим бойцам наперерез. В руке блеснуло короткое изогнутое лезвие, появившееся из ниоткуда. Пригнувшись от цхео, он резко уклонился вправо, вскочил на ограждение и прыгнул на самого ближнего воина. Он успел вонзить клинок в узкую прорезь для глаз в тот самый момент, когда острое цхео второго шакрас’анга словно игла пронзило его плечо. Харви упал вниз.       Мэтт ломанулся вперед, прежде чем Рей успел его остановить. Он первым увидел открывшуюся возможность. Один боец шакрас’анга собирался добить Харви, второй в этот самый момент выпустил цхео, раздвоенное на концах, чтобы добраться до не прекращающих обстрел Рея и Виктора. Мэтт проскочил мимо воина, заходя ему за спину. Сам Рей едва успел увернуться от смертоносной атаки и хотел было рвануть за Мэттом, но тут Виктор повалил его вниз, спасая от нового удара.       — Нет! За капсулой, Рей, быстро! Я прикрою принца, вперед! — заорал Виктор прямо ему в лицо.       Рей с трудом разобрал его слова. В висках гудело, тело двигалось еще до того, как он успевал осознавать свои мысли. Рей помнил свое соглашение с Виктором. Держал его у себя в голове все это время и ждал, когда настанет тот самый момент. Виктор взял его с собой лишь с одним условием. Беспрекословное подчинение в любой ситуации.              «Я скажу бежать, ты побежишь. Скажу стрелять — выстрелишь. Любой мой приказ ты выполнишь, Рей. Абсолютно любой, — взгляд Виктора был расчетлив и холоден. — Даже если я потребую невозможного, даже если это будет идти в разрез с твоими принципами и со всеми моральными устоями и законами Империи. Ты переступишь через себя, но выполнишь его. Только на этих условиях я возьму тебя с собой. От себя могу гарантировать лишь то, что ни один мой приказ не будет угрожать жизни и здоровью принца. Готов пойти на это?»              И Рей не колеблясь согласился. Он отдавал себе отчет, на что подписывается, говоря короткое «да». Пусть так, но он будет рядом с Мэттом. Раньше Рей даже помыслить не мог, что чья-то жизнь станет выше его собственной.       Виктор вскочил на ноги и бросился ко второму бойцу шакрас’анга. Рей побежал в противоположную сторону к пирамиде. На ходу он сунул бластер за пояс, даже не думая оборачиваться и стрелять, на это не было времени. Забраться наверх пирамиды оказалось легко, словно взбежать по лестнице. Рей остановился только на одно мгновение, когда перед его лицом возникла сфера. Светло-голубая поверхность была похожа на прозрачную дымку, принявшую форму шара. Чтобы снять капсулу, нужно было залезть в этот шар по пояс. Рей вытащил нож и начал подниматься.       Руку обожгло, как только он схватился за ступеньку выше. Он готовился к боли, но не ожидал, что она будет настолько сильной. Рей сжал зубы, зажмурил глаза и полез дальше, погружаясь в сферу с головой. В ушах словно что-то взорвалось. Было нестерпимо жарко и одновременно невидимая сила давила на него со всех сторон, мешая дышать. Руки тряслись, и каждый миллиметр давался сквозь боль и слезы. Рей пытался взбираться выше, но тело едва слушалось. Нож звякнул о поверхность капсулы. Он подтянулся из последних сил и попытался дернуть капсулу на себя, но та не поддалась. Понимая, что выбора нет, Рей, прищурившись, приоткрыл глаза, их тут же защипало. Сквозь поволоку слез он увидел свои красные дрожащие руки, покрытые волдырями. Рей попытался ударить лезвием по креплению, которое соединяло капсулу и верхушку нижней пирамиды. Замах получился слабым, лезвие соскользнуло, и нож едва не выскочил из руки. Рей чувствовал, что еще немного, и он потеряет сознание и свалится вниз. Хотелось кричать от бессилия.       В эту секунду Рея охватила жгучая волна злобы. Он злился на собственную слабость, на Императора, который отправил их сюда, на чертовых конфедератов и никому не нужную войну. Ярость была настолько всепоглощающей и дикой, что притупила все ощущения и чувства. Рей что есть силы ударил по креплению капсулы, и она с треском накренилась в сторону. Он бросил нож, схватился за нее двумя руками, не обращая внимания на то, как горят ладони, и со всей дури дернул на себя. Капсула выскочила из пазов, и Рей кубарем полетел вниз. Тело никак не реагировало на удары. Боль застила разум. В какой-то момент Рей просто понял, что валяется на горизонтальной поверхности, прижимая капсулу к груди. Нужно было подниматься. Картинка перед глазами плыла, он видел странные движущиеся образы, нечеткие фигуры, мечущиеся по площадке.       Надо вставать, уходить. Мэтт, он там, нужно идти к нему.       Рей не понял, как он смог подняться. Он прижимал капсулу к себе, боясь выронить. Наконец получилось нормально вздохнуть. Мелькнула мысль, а может, они все же справятся? А потом он услышал истошный крик Мэтта:       — Рей!!!       Шип цхео пробил Рею живот. Он завороженно смотрел как острие, покрытое красным, скрывается в его теле. Рот наполнился кровью, она потекла с губ по подбородку. Рей медленно опустился на колени. Он увидел, как к нему бежит Мэтт с гуарханером на руке. На его лице была странная смесь страха, отчаяния и злости. Прямо на бегу в каком-то нереальном прыжке он выстрелил, и это было последнее, что увидел Рей, прежде чем потерял сознание.       

***

      Кадр получился отличный. Виктор был прав, когда решил взять Рея с собой. На такие эмоции принца мог вывести только он. То, с каким напором и бешенством Эдвард бросился на последнего бойца шакрас’анга, невозможно было описать. Это именно то, что требовал от Виктора Император. Виктору искренне было жаль Рея, но также ему было жаль Кэтлин, Бруно и Якоба. Все жизни были важны и ценны, но цель была куда важнее.       Мэтт умело убрал шакрас’анга, который хотел обезглавить Харви. В самый последний момент исхитрился выстрелить прямо ему в голову, и лезвие топора цхео рассыпалось прямо над горлом Харви. Оставшийся боец заставил Виктора попотеть. Он отвлек его на себя, но цхео, размножившиеся на несколько отростков, не давали ему и шанса выстрелить. Он уворачивался, уклонялся и отводил шакрас’анга подальше от Эдварда. Его ранили в бедро и руку. Виктор уже запоздало подумал, что отвлекающий маневр был непродуманной и глупой идеей в пылу боя, но тут раздался громкий звук похожий на натужное завывание гудка. Под платформой зашуршали механизмы, как если бы выключали старый компьютер. Шакрас’анга замер и развернулся к пирамиде. Сферы больше не было, а на полу лежал Рей. От одежды шел дым, кожа на руках и лице была в жутких ожогах, волос на правой стороне головы и вовсе не было. Как он сумел встать в таком состоянии, Виктор не понял. Но самое главное — в руках Рей держал капсулу с антиматерией.       Шакрас’анга, видимо, тоже понимал, что именно держит Рей, потому что моментально бросил Виктора и сорвался к мальчишке. Никто не успел ничего сделать. Эдвард спешил, но было слишком поздно. Виктор вовремя включил камеру на комме. Ценные кадры нельзя было упустить. Принц был хорош. Виктор уже видел, как Эдвард, в прыжке стреляющий в шакрас’анга, украшает все новостные ленты. Монтажеры сделают из этого отличный ролик. Осталось только выбраться с этого проклятого корабля.       Виктор подобрал капсулу, убедившись в ее сохранности. Нужно было признать, что Рей отлично постарался. Любовь творила с людьми поистине удивительные вещи. Эдвард упал рядом с Реем на пол, хватая его за голову.       — Рей! Рей, пожалуйста, очнись! Рей, не уходи, прошу тебя! Не бросай меня! — дрожащим голосом молил Эдвард, пытаясь привести Рея в чувство.       — Ваше Высочество, позвольте мне… — попытался отстранить его Виктор, но Эдвард вцепился в Рея так, будто у него хотели забрать его навсегда.       — Ты обещал, что с ним ничего не случится! Ты обещал мне, Виктор! — взгляд принца стал безумным, щеки пылали, он явно потерял ощущение реальности. Нужно было срочно прекращать начинающую истерику.       — Если вы сейчас не позволите мне его осмотреть, то он сдохнет прямо тут, истекая кровью! — не подбирая выражений гаркнул Виктор, и это возымело эффект.       Будет чудом, если Рей выживет. Он уже потерял слишком много крови. Виктор вытащил из нагрудного кармашка коробочку размером с зажигалку. Такие выдавали всем командирам на имперском флоте. В случае серьезного ранения можно было сделать себе укол редитума. Препарат вызывал состояние, близкое к искусственной коме. Он замедлял обменные процессы, сужал сосуды и ограничивал приток крови. Это был очень рисковый путь. Препарат использовался только в крайних случаях на грани жизни и смерти.       — Что ты вколол?! — воскликнул Эдвард.       — То, что поможет ему протянуть немного дольше, — Виктор оглянулся назад. Харви сумел подняться сам. Это хорошо. — Харви, возьми комм Бруно, будешь нас вести. Проверь, где остальные шакрас’анга и есть ли кто-то еще живой.       Харви выглядел бледным и изможденным, но он мог идти, и это было главное. Осталось совсем чуть-чуть.       — Подберите свое оружие, Ваше Высочество, и помогите мне его нести. Я зажму рану.       Док для транспортных кораблей, где должен был ждать их Клинтон, находился не так далеко от платформы с пушкой. Они шли очень медленно. Виктор и Эдвард держали Рея, Харви шел чуть впереди. Если на них сейчас нападет хоть кто-то, у них не будет шансов. Виктор плотнее прижал руку со своей курткой к ране Рея. Пацан выглядел полумертвым. Эдвард не отрывал взгляда от обезображенного лица Рея и совершенно не смотрел по сторонам. В случае опасности придется вырубать принца и тащить на себе, иначе он не даст бросить Фарта. Живой наследник или сын сенатора на грани смерти — выбирать тут не приходилось.       — Нас нагоняют, — просипел Харви. — Вижу троих шакрас’анга.       — Даже не смейте думать бросить его здесь, — ледяной голос Эдварда, тут же прервал все мысли Виктора. — Иначе я сам выстрелю вам в спины!       Даже на бойца шакрас’анга, который ранил Рея, Эдвард не смотрел так, как смотрел сейчас на Виктора.       — Ну что вы, Ваше Высочество, — мрачно улыбнулся Виктор.       На пути к доку им встретились только спящие загилианцы, скрюченные на полу. Виктор опасался, что конфедераты могли успеть отправить сообщение другим кораблям, но пока было тихо.       — Клинтон, прием. Слышишь? Мы почти на месте, — Харви связался с Клинтоном по гарнитуре, — открой нам.       Док встретил их грудой тел и кровавыми разводами на полу. Почерк Клинтона можно было узнать сразу. С виду педантичный и строгий, он превращался в машину для убийств без чувства жалости к своим жертвам. Сам Клинтон вышел к ним из корвета, стоящего на взлетной полосе. На его форме не осталось чистого клочка ткани, словно он окунулся в чан с кровавым варевом. Виктор оценивающе пробежался по нему взглядом.       — Проблемы были? — спросил Виктор.       — Не больше, чем у вас. Давайте его внутрь. Там есть медицинский бокс.       Клинтон помог занести Рея и уложить на гигантскую койку, предназначенную для ящеров. Принц тут же кинулся к приборам.       Прежде чем сесть за штурвал, Клинтон тронул Виктора за плечо.       — Остальные?       Виктор качнул головой. Клинтон принял новость с достоинством. За годы службы он не раз слышал подобное. Ему хватило пары секунд, чтобы собраться и сесть на место пилота.       — Капсула у вас?       — Да, — Виктор хлопнул по карману.       — Вокруг эсминца выстроили отцепление, кто-то нашел возможность отправить сигнал с корабля, хотя мы и заблокировали им все средства связи, — Клинтон сухо рассказывал факты. — Но, думаю, мы сможем прорваться. Они не станут открывать огонь по королевскому корвету, не разобравшись.       Грохот снаружи известил их о том, что шакрас’анга добрались до дока. Клинтон больше не медлил. Корвет стартовал с открытой взлетной полосы. Они пронеслись мимо кораблей конфедерации, скопившихся вокруг эсминца. Как и предполагал Клинтон, никто не стал стрелять. А когда кто-то из особо ретивых попытался затормозить корвет, они прыгнули в гипер.       Все закончилось. После особенно тяжелых миссий Виктор брал сразу трехдневный отгул, чтобы прийти себя. Сейчас хотелось уйти в запой как минимум на неделю. Виктор сам себя одернул. Рано было расслабляться. Он оставил Клинтона за штурвалом, а сам наведался в медицинский бокс. Если Рей не дотянет до регенерационной капсулы на Гунраз, трудно было представить, что может выкинуть принц. Да и вряд ли Император обрадуется, когда ему вручат ополоумевшего от горя наследника.       Эдвард сидел на полу возле койки Рея. Он уткнулся лбом в его раскрытую ладонь и что-то шептал. Виктор услышал тихие всхлипы. Форму на Рее расстегнули, рану на животе уже успели наскоро залатать. Виктор был не из брезгливых, но на парня было жутко смотреть. Красная кожа была покрыта пузырями, повязка на животе уже успела заново пропитаться кровью. Он едва дышал с очень долгими промежутками. Каждый вздох мог стать последним. Над Реем летал маленький круглый медицинский дрон.       На кушетке рядом сидел Харви. Он облокотился на стену и прикрыл глаза. Еще один дрон кружил над его плечом, зашивая рану.       Виктор деликатно кашлянул.       — Ваше Высочество, — осторожно позвал он, — вас нужно осмотреть.       Эдвард поднял голову. Он медленно и аккуратно уложил руку Рея на койку вдоль тела. Невесомо коснулся его груди. Замер в считанных миллиметрах от обгорелой кожи. Покрасневшие от слез глаза смотрели в пустоту. Он взглянул на Виктора и произнес:       — Если он не выживет, я добьюсь того, чтобы тебя лишили всех званий и титулов. Ты до конца своих дней будешь гнить в самой засранной дыре Империи и убирать дерьмо за такими же отбросами общества, как ты. Вся твоя семья будет заклеймена позором и отлучена от двора. И когда ты станешь захлебываться собственными соплями и слезами, моля надсмотрщиков не снимать скальп с твоей рожи, ты вспомнишь мои слова, Виктор. Вспомнишь тот день, когда обещал мне, что Рей вернется назад живым и невредимым. Когда давал свое слово. Так получи в ответ мое.       Виктор лишь натянуто улыбнулся, склоняя голову перед наследным принцем Великой Галактической Империи.