Волчья фиалка

Как бы ни долог был наш путь Через снега и ветра вой Пусть только б ждал нас кто-нибудь Когда вернёмся мы домой Чтобы горел в окошке свет И пели в очаге дрова Забыть за дверью ворох бед Порог переступив едва. Что может в жизни лучше быть, Чем возле печки тесный круг. Где можно обо всём забыть, Когда с тобою рядом друг. И пусть наутро мы уйдём, И затеряется наш след. Останется открытым дом И не погаснет в доме свет… (Тэм Гринхилл - "Зимние странствия")

- Неужели...все? – я вышла на деревянных ногах, и, едва дверь в зал закрылась, привалилась к стене. - Всё? – Ван Хельсинг прислушался к доносящемуся из-за двери многоголосью, похожему на гудение разоренного улья, - Не-ет, всё только начинается… Им нужно время, чтобы такое переварить... Да выдохни ты уже! - Спасибо, что помог, - я прижалась лбом к прохладной штукатурке, приятно пахнущей землей, - Ну, когда я сказала, что была под властью вампира... и он ведь вроде как стер мою память… - Главное и дальше держись этой версии. В Ордене отлично знают, как сильны чары вампира, так что хотя бы с этим тебя не будут донимать расспросами. Еще по пути в Рим, прорабатывая детали предстоящего доклада, мы решили, что лучше будет сказать правду,… но не всю. И все же страшно было аж до холодца в коленях. - И тебе спасибо, - напарник сжал мое плечо, - Без тебя меня бы еще час пытали. Орден знает, что у меня к Дракуле личные счеты… - Меня вообще почти не спрашивали. Начальство, похоже, сочло сам факт моего выживания немалым достижением! Напарник ухмыльнулся с каким-то подвохом, смысл которого я поняла, едва мы вышли из кабинета аудиенций. Новости в Ордене распространялись, как простуда, потому что на меня тут же налетел брат Лоренцо, огорошив заявлением, что меня ожидают в оружейной и лабораториях. Оказывается, после задания охотникам надо отчитываться еще перед кучей инстанций. Мало уцелеть – надо еще в подробностях рассказать, как и вопреки чему тебе это удалось. Но что возмутило меня куда больше – Ван Хельсинг, пользуясь авторитетом, эту обязанность благополучно игнорировал. Вот и теперь он тут же исчез, а мне пришлось стиснуть зубы и отдуваться за двоих, заполняя отчеты и измышляя план мести. Уже под вечер сбежав из душных коридоров штаба, я смогла лишь добрести до старого дерева вблизи Сикстинской капеллы и свалиться под ним. - Надо же, тебя не сожрали. Я не повернулась. Даже глаза не стала открывать. - Сожрали. Просто что-то не прожевали и выплюнули. Тебе не понять… - Ну, меня однажды тоже чуть не сжевали… Буквально. - Прямо клыками? - я с надеждой приоткрыла глаза. - Это был кракен, так что там был клыков… и слизи хоть отбавляй, - Ван Хельсинг протянул мне руку и помог встать. Он снова был в неприметной городской одежде. - Оказывается, писать бумажки труднее, чем бегать за монстрами, - посетовала я и потерла ноющую шею, - Да еще следить, чтоб не ляпнуть лишнее! Как ты это выдерживаешь? Напарник посмотрел на меня сверху вниз. И вдруг дернул за руку. - Пошли-ка. - Куда? - Туда, где можно выговориться. Да не бледней, идем-идем… Спустя час я сидела на табурете, словно на причудливом троне в окружении несметных книг. Чашка в руках с чем-то вроде теплого разведенного вина, уже остыла. А я всё говорила и не могла остановиться. И в немалой степени этому способствовал участливый взгляд Карла. А ведь когда Ван Хельсинг привел меня в эту комнатушку во флигеле библиотеки, я сперва пожалела, что согласилась. Уж очень тут было… чудно! В первую очередь здесь господствовали книги. И во вторую и в третью очередь тоже! Древние фолианты в ветхих переплетах, крошащиеся от времени пергаменты и совсем новые, пахнущие типографской краской книги, газеты и рукописи – все это занимало стол, полки, стеллажи… и прочее пространство, образуя каньоны с меня ростом. Едва шагнув за порог, я чуть не своротила конструкцию из старинных свитков. Меня спас преподобный Карл, который возник из неоткуда и предотвратил лавину. - Прошу прощение, - промямлила я. За моей спиной послышалось чертыханье – Ван Хельсинг задел локтем соседнюю стопку книг. - Издание позапрошлого века! - он поднял том в потемневшем переплете, - И тебе позволяют держать это здесь?! - Думаешь, только твои подвиги дают некоторые… привилегии? - Карл выпрямился и убрал с глаз странные очки с тремя слоями разноцветных линз, - Еще вопрос, кого в Ордене больше ценят. Есть мнение, что от твоих побед больше проблем, чем пользы. - Кто-то давно не устраивал пожар в лабораториях? - съязвил Гэбриэл. - Туше, - Карл звонко рассмеялся, - Рад, что ты жив. Вы оба. А барышня с нашей последней встречи стала еще милее… Он запнулся и посмотрел на меня внимательнее. - А в самом деле… что-то в вас изменилось, - он перевел взгляд на Ван Хельсинга. К моему удивлению, тот заметно стушевался. - Долгая история... - А я как раз решил сделать перерыв, - не переставая сверлить Гэбриэла взглядом, преподобный усмехнулся, - Выпьете? Заранее извиняюсь за скромную посуду – фарфор у меня долго не стоит. Поразительно, с каким проворством этот старичок перемещался среди шатких книжных башен. По такому поводу он даже расчистил стол и стул, на которых, помимо книг, громоздились какие-то устройства. - Ты еще и опыты тут проводишь? – обреченно констатировал Гэбриэл и попытался отодвинуть книжный завал от газовой горелки. - Если что-то не по вкусу – иди гуляй, - невозмутимо отозвался Карл, - Мне только в радость пообщаться с барышней наедине. - Грязный старик. - Уж кому бы помалкивать!.. Я молча открыла и закрыла рот. Куда там Кэрролу с его безумным чаепитием: почтенный монах и прославленный воин переругивались, как мальчишки. Между тем на столе появилась бутыль темного стекла, апельсины и еще что-то… Ван Хельсинг, кашлянув, красноречивым взглядом показал куда-то вверх. Подняв глаза, я увидела черную закопченную кляксу на потолке как раз над столом. - Эм… давайте, помогу, - я тоже принялась убирать бумаги и вдруг наткнулась на гравюру. На ней люди, воздев руки, окружали колбу на треноге. Под колбой горел огонь, а внутри сидел крошечный человечек. Но этот человечек отбрасывал огромную тень. - Осторожно, редкая копия трактата 13 века Арнау де Виланова, - заметил Карл, - Один из родоначальников медицинской алхимии - изучал яды, свойства растений… и помимо прочего, ему приписывают создание первого гомункула. - Первого? Были и еще? – спросила я, пытаясь избавиться от чувства дежавю. - Разумеется. Последствия скрывались, но даже Орден был не в силах остановить слухи. Когда-то и мы столкнулись с подобным… - Вы про того монстра Фра…Франкен…штайна? Карл, который как раз лил в кружку из бутыли темно-красную жидкость, замер, не замечая, что та уже струится через край и ползет карминовым пятном по столу. Затем он повернулся к Ван Хельсингу. Тот молча кивнул. - Надо же, - пробормотал преподобный и поставил бутыль, словно она стала чересчур тяжела, - Получается, вы все-таки вняли моему совету? Вы оба? Мы с напарником непонимающе переглянулись. Гэбриэл хмыкнул и пожал плечами. Я неуверенно улыбнулась. - А что, про Франкенштейновского кадавра – тоже секрет? - Только мы двое… теперь уже трое знаем, что он выжил после той истории. - Фактически, это первый случай, когда мы пошли на должностное преступление и не только нарушили приказ, но и утаили правду. С тех пор мы в этом поднаторели, - Карл повернулся ко мне, - Значит, вы в курсе тех… непростых обстоятельств, в которых мы оказались полвека назад? - Да. Теперь понимаю, что вы пытались сказать тем вечером у библиотеки... - И кстати о непростых обстоятельствах - теперь и она в них по самое некуда, - вставил напарник. - Что?! – преподобный побледнел, - Только не говори, что… ты же ее не покусал?!! Мы снова неловко переглянулись. - Было дело, - выдавила я, но тут же добавила, увидев лицо старика, - Но… Даже не знаю, как Ван Хельсинг успел отскочить – Карл в секунду, нашарив первое, что подвернулось под руку, метнул в него нож для вскрывания конвертов. - Ты!!! Я помогал, потому что верил, что уж ты-то никогда… Не успев ответить, Гэбриэл еле увернулся от летящего в голову фолианта. - Погубил ее… себя… всех нас! Улучив секунду, я бросилась к Карлу и вцепилась в очередной том, который он занес для броска. - Не надо! Я… я уже вылечилась. Карл выдохнул. Книга выпала из задрожавших рук… и тюкнула уголком меня по темечку. - Уууу, - проскулила я, хватаясь за голову, - И зачем эти… инкунабулы делали с железным окладом?!.. - Вылечилась? – прошептал Карл, которого самого трясло, - Но зелье… Не может быть… ДРАКУЛА?!! Он опустился прямо на ближайшую стопку книг, теребя воротник рясы. Я вскочила, испугавшись, что преподобному плохо. Гэбриэл опередил меня, в одно мгновение очутился рядом и, стиснув плечи старика, попытался прощупать ему пульс. Карл отпихнул его. - Потрудитесь объяснить, - сухо потребовал он, вдруг уподобившись Великому Инквизитору. Нет, правда, он даже ростом выше стал! - Рад бы, - процедил Гэбриэл, - Но нам самим многое неясно. Я рассчитывал на твою помощь… если артобстрел прекратился. И тут напарник обернулся ко мне и сделал приглашающий жест. - Ну, давай, рассказывай. Тебе как раз нужно выговориться, а более благодарного слушателя ты не найдешь. - Не пытайся меня умасливать, - проворчал Карл. Начать было сложно… первые минуты я ощущала себя учеником, которого вызвали к доске, а он не то что урока – названия предмета не знает… Но потом напряжение спало, и с каждым словом я чувствовала, как отпускает тяжесть, лежавшая на плечах все эти дни. - …И вот мы здесь, - я повертела кружку, пытаясь вспомнить, когда она оказалась у меня в руках, - Орден знает о Дракуле. Мы лишили его преимущества…наверно. Я подняла глаза. Карл так и сидел на стопке книг, как нахохлившийся ворон. Гэбриэл рассеянно листал старинный анатомический атлас. Пауза затягивалась. Не зная, что еще сделать, я отпила из чашки. То, что я приняла за разбавленное вино, на вкус было как кисло-сладкий крепкий сок с коричным привкусом. После долгого говорения у меня пересохло во рту, и я осушила чашу залпом. Голова закружилась, а потом сделалась безмятежно пустой. - Вку-усно, - протянула я, борясь с игривостью в голосе, - Что это? - А… - Карл рассеяно глянул на бутылку, - Кровь дьявола. Мой желудок вмиг скрутило. - Название такое! – Гэбриэл заметил мое позеленевшее лицо, - Испанская сангрия, не слышала? - Нет, - я на всякий случай поискала взглядом раковину. - По легенде какой-то итальянец, пытаясь сделать апельсиновое вино, накидал в обычное апельсинов и назвал это «Sangre del Diablo». За это, правда Инквизиция какое-то время запрещала эту сангрию… а автора обвинила в колдовстве и сожгла на костре. По легенде. - Легенды… - задумчиво протянул Карл, - Сейчас для большинства и Дракула стал легендой. Порода вампиров мельчает. - Зато они размножились и приспособились, - заметил Гэбриэл, - Дракула всегда властвовал единолично. Невесты не в счет... - А что если Дракула теперь попросит помощи у сородичей-вампиров? - я поежилась, - Если раньше он обладал над ними властью... - Именно что "раньше"! Сейчас эти… «сородичи» могут и не принять его, – Карл снова наполнил чашки и тоже выпил залпом, - Вампиры - хищники и существуют по законам силы, а силы-то у теперешнего Дракулы пока что нет. Так что скорее всего он затаится и переждет... - Но где именно? Если пойти к вампирам он поостережется, то может обратиться к кому-то еще. И задача Ордена – узнать, кто эти потенциальные союзники и на что они способны... - И надо следить за детской смертностью, - добавила я, - Мы помешали Дракуле полностью вернуть силы, но он наверняка попытается еще... Я осеклась, заметив, что и Ван Хельсинг, и Карл смотрят на меня. - Приношу извинения, - Карл бросил н напарника укоряющий взгляд, - Мы не должны были забыть, что вы пережили… - Ничего особенного! - я почувствовала, что кровь бросилась в лицо. - Нет, особенное. Вы, похоже, и сами не понимаете, насколько особенная вещь с вами произошла. И поэтому я попрошу вас еще раз во всех подробностях описать, что было после контакта с тем… веществом. - Не называйте это «веществом»! - слова вырвались сами, хотя мне было стыдно за резкость, когда Карл смотрел на меня с таким пониманием, - Это не какой-то там… реагент. Они живые, понимаете? Они и сейчас живы, во мне. Они… доверили мне свои жизни, а ведь могли и уничтожить меня. - Вот как, - Карл направился к одному из стеллажей, - Вы сказали, что Дракуле тоже потребовалось усилие, чтобы усвоить сыворотку? Но в итоге он их поглотил. А с вами вышло иначе. В природе встречается подобное… Слыхали про мутуализм? - Болезнь какая-то? – напряглась я. - Симбиоз, - Карл выдернул с полки объемистый том в зеленой обложке и принялся листать, - Так, например, грибы проникают в корни растений, создавая единую систему. Практически гриб вживляется в растение, питается за его счет, но взамен укрепляет хозяина и защищают его от заразы, паразитов... - Так и они… спасли меня от яда оборотня? - Боюсь, проверить это можно только, э-э… опытным путем. - То есть мне нужно снова оказаться на грани жизни и смерти? – фыркнула я, - Да без проблем! - Мне нужно больше данных, - Карл окинул взглядом книжные стеллажи, - Механизм вашего исцеления отличается от того, что бывает у Гэбриэла в период… полной луны. С точки зрения медицины это, должно быть, любопытный процесс… - Стойте, у нас есть более срочная проблема, - я выдержала взгляд напарника, - Это ведь не моя жизнь каждый месяц подвергается опасности. - Откуда вы знаете, что не подвергается? - спокойно заметил Карл, - Вы ведь первая, кто пережил подобное… и выжил. - Или смог об этом рассказать, - добавил Ван Хельсинг. Карл заерзал. - Брось, - Гэбриэл смерил его насмешливым взглядом, - Можно подумать, мы первые, кто стал… хм, вносить поправки. История постоянно переписывается. Церковь вернула мир в темные века, стерев наследие античности, лишь потому что тем ученым не повезло родиться до Христа и умереть язычниками... - Не богохульствуй, - тихо, но твердо выговорил Карл. - Об этом я и говорю! – Гэбриэл принялся расхаживать по пятачку незанятого книгами пространства, - Когда-то богохульством было заявить, что Земля круглая. Многое из того, что искоренялось, как ересь и колдовство - теперь назвали бы наукой. И ты сам это делал. - Ради тебя, - все так же тихо ответил Карл, - Я переписывал, шифровал данные… Но я никогда не уничтожал знания, которые могут спасти чью-то жизнь. Повисла неловкая пауза. Преподобный хмурился, Гэбриэл смотрел в сторону. Не зная, что сказать, я взяла со стола и принялась чистить апельсин. Разломила пополам… И не придумала ничего лучше, как протянуть половинки мужчинам. Ха, надо было видеть их лица! - Ладно, - миролюбиво заметила я, - Знания знаниям рознь. Источник проблем у нас один – Дракула. Найдем его – узнаем, есть ли у сыворотки побочные эффекты и как состряпать волчье лекарство… Разве нет? Пару секунд ни Карл, ни Ван Хельсинг не реагировали на мои слова. А потом оба уставились на меня. - Я только теперь подумал, - словно сам себе удивляясь, произнес Гэбриэл, – Мы ведь опираемся на то, что только Дракула знает секрет зелья и сыворотки. - Он сам сказал… - тут и я запнулась. Мы ведь о Дракуле говорим – вот уж чьим словам доверять не стоит. - Он упомянул… наследие венецианских алхимиков, - я нахмурилась, силясь вспомнить, что говорил во тьме жуткий двуликий мальчишка, - А вы сейчас упомянули гомункулусов… - Это не одно и то же! – покачал головой Карл, - Создание человекоподобного существа – лишь подражание акту творения. Даже доктор Франкенштейн использовал трупы – разрядом молний он сообщил им энергию, как бы заново завел механизм. Даже алхимики средневековья, действовавшие в тайне от церкви на свой страх и риск – даже они видели грань, которую переступать нельзя. В отличие от Дракулы. Он первый, кто осмелился на манипуляцию с душой. - Ой ли? – Ван Хельсинг снова прошелся по комнате, словно зверь по клетке, - Дракула воин, не ученый. Он не умел созидать, но использовал знания и умения других. Так он использовал Франкенштейна. Убив доктора, он воссоздал все условия, но так и не смог сам добиться того же успеха… скорее всего и теперь он использовал чужое открытие. - Но если кто-то уже творил подобное, как это могло остаться неизвестным? - Так же, как это делаем мы… и по тем же причинам, - Ван Хельсинг недобро улыбнулся, - Чтобы обезопасить себя и близких… Ведь это - запретное. Представьте себя на месте того, кто раскрыл тайну манипуляции душой. Ты знаешь, что это табу, но знаешь, что можешь… Что это еще никому не удавалось, и, скорее всего, не удастся… Устоял бы? - Зная, что обреку себя на анафему и смерть? - Карл изобразил задумчивость. - А если бы этим мог кого-то спасти? Я посмотрела на напарника и вздрогнула – в его глазах мелькнул хищный огонек. И Эта одержимость... сродни яду оборотня. С одной стороны боль и риск быть проклятым зверем, но с другой – сила, которую можно направить на врагов и спасти друзей! - Венецианская алхимия, - я заставила себя отвести взгляд, – Какая-то особенная? - Да, - Карл кивнул, - она более… всеобъемлющая. Полагаю, речь о 12-13 веках, когда Венецианская республика достигла расцвета. Туда стекались ученые, художники и философы из угасающей Византии, там же был перевалочный пункт для арабских караванов. Культурный центр, вбиравший богатства и знания и восточной, и западной цивилизаций. Правители ее покровительствовали наукам, ученые могли творить почти без оглядки на церковь… Да, пожалуй, только там могли быть сделаны подобные открытия. - Но Венеция повторила судьбу Римской империи! В 15 веке турки завоевали ее. Все богатства были расхищены и утрачены… - Вовсе нет! – Карл вскочил с неожиданной для его лет резвостью, - При всем уважении, друзья, библиотечное дело – моя епархия. Я состою в переписке с хранителями библиотеки Марчиана**, и знаю, что в Венеции до сих пор хранится одна из крупнейших в Европе коллекций алхимических рукописей. - Так… вы разузнаете? – мне не верилось, что все может быть так просто. Если Карл отыщет рукописи, хранящие тайное искусство… Ох, да я готова сама ехать не только в Венецию, но и на другой конец света, чтобы добыть их! - Я свяжусь с коллегами в библиотеке Марчиана, но, - Карл хлопнул себя по лбу, - Не знаю, сколько времени это займет. Если Дракула вернулся, будут подняты отчеты, связанные с тем первым делом. И меня привлекут, как консультанта… да и как участника событий. Нам следует соблюдать осторожность. - Кстати, как вы в тот раз объяснили, как убили Дракулу, минуя эпизод с оборотнем? - Левая рука Господа, - проговорил Ван Хельсинг, - Я сказал, что заманил Дракулу к генератору Франкенштейна, оглушил разрядом тока и отсек голову. Потом сжег всё, а прах развеял по ветру. - Только и всего, - я сглотнула, - И почему вам могут не верить? - Орден знает, что Дракула… что его не убить обычными методами. То, что пятьсот лет назад именно я убил его впервые – вроде бы служило доказательством. Но теперь, когда он снова вернулся, многих это может насторожить. - И что делать? - Именно что ни-че-го! - отчеканил Карл и трижды в такт рассек воздух ребром ладони, - Пока все не успокоится, вы должны быть вне подозрений! Станьте как можно тише. И покладистее. Это главным образом к тебе относится! Карл ткнул пальцем в Ван Хельсинга, словно надеялся пригвоздить его к месту. - Да-да, я в курсе твоих конфронтаций с начальством! - Уймись, - отмахнулся напарник, - Я все равно не могу пока Рим - через три дня экзамен на медицинском факультете, а я еще готовиться не начинал... - Хорошо, что напомнил, - Карл окинул взглядом ряды книг, а потом жестом фокусника, выдергивающего скатерть из-под сервированного стола, выдернул из ближайшей стопки здоровенную книжку. На корешке блеснуло «Руководство по фармакологии». - С своими занятиями тоже будь осторожнее, - преподобный воздел палец, - Вам надо быть на виду. Покажите, насколько вы полезная боевая единица - посетите тренировки, помогите с испытанием оружия. Кстати, у нас как раз открылся... гм... водный аттракцион. - Постой-ка, неужели... вы все-таки приспособили к делу ту тварь, которую я поймал у Крита?! - Гэбриэл почему-то передернулся. Карл радостно кивнул. - Спасибо! Одного раза хватило. - Что же это за тварь могла вогнать в дрожь самого Ван Хельсинга! - я фыркнула в ответ на яростный взгляд напарника, - Постойте... вы сказали, у Крита? Вы же не хотите сказать, что это... то самое Айя-Напское чудовище?!! - Иначе говоря Сцилла!*** - Карл щелкнул пальцами, - Уникальный опыт! - Уникальнее некуда, - поморщился напарник, - Я чуть не помер, пока ловил эту гадину у Мыса-Греко! - Бедняжка, - я постаралась изобразить сочувствие, - Рыбалка на тропическом острове… и как ты только это пережил? Напарник вперил в меня недобрый взгляд. - Ну раз тебе интересно - почему бы не попытать свои силы? Как это говорится - не плюй в колодец?.. Я затравлено обернулась к Карлу. - О да, в тренировочном резервуаре воссозданы все условия - морские рифы, скалы, - Карл смотрел на меня с восторгом ребенка, расхваливающего любимую игрушку. - Ну... - при виде снисходительной ухмылки напарника, мне захотелось запустить в него чашкой, - Прекрасно! Хоть завтра! Чуть погодя Карл шепнул мне: - А мне казалось, общее задание сгладило ваш э-э... конфликт. - Щас. Волк каждый год линяет, а нрава не меняет****, - фыркнула я и покосилась на напарника, листающего медицинский учебник и бормочущего термины вперемежку с площадной бранью. - Но знаете... Я не против! *«Sylloge fungorum…» («Каталог грибов») — грандиозный 26-томный труд Пьера А. Саккардо, посвященный микологии (науке о грибах). ** Национальная библиотека святого Марка (Marciana) — крупнейшая Венецианская библиотека, одна из наиболее древних в мире. ***Айя-Напское чудовище — греческий аналог Несси. Обитало на Кипре близ городка Айя-Напа. Учитывая, сколь обильна греческая мифология на морских гадов, сирен и прочих нереид, этот монстр потерялся бы на общем фоне, если бы не вдохновил Гомера на придумку Сциллы, мимо которой плавал Одиссей. **** Lupo perde il pelo,ma non vizio (ит.) – аналог русской пословицы «горбатого могила исправит». С учетом контекста получается каламбур с тонким намеком.