Легенда о Вечной Зиме

Стая черных, как сажа, птиц пронеслась над верхушками деревьев, сбивая острыми крыльями верхние листья. Шелест их крыльев звучал угрожающе тихо, словно кто-то приглушил звук. Они покружились тучной стаей над невысоким холмом, укрытым ковром молодых одуванчиков и лаванды, и резко бросились к земле, рассыпаясь на мелкие осколки. Черный туман из пернатых существ рассеялся и за ним показались двое. - Где мы? - ярости Трандуила не было предела. Он понял, что его охватила магия, как только ступни коснулись незнакомой ему земли. Глаза эльфа блестели, точно сталь на оброненном мече. - Вас могли убить, - задыхаясь, пролепетала Гинардия, опустившись на сырую почву. - Мой народ остался там! - женщина должна была страшно испугаться гнева короля, но сил еле хватало на то, чтобы придерживать себя, не падая лицом в молодую траву. Она была сильно истощена. - Око за око, - на одном дыхании ответила женщина. Трандуил замер. Он в одно мгновение понял, о чем говорил его сон. Он предупреждал его не о поражении, а о бессилии. Эльф оказался в месте, откуда не мог достать до своего народа - ни словом, ни взглядом. Он был оставлен наедине с окружающим миром, оторванный от своего королевства неизвестным расстоянием. Король остался без Лихолесья. - Что? - склонив голову набок в негодовании, спросил эльф. Дыхание возобновилось и женщина, все еще покачиваясь на ногах, встала. Ее уверенная поза смахнула с карты все былое: испуг, смущение, растерянность, по-юношески невинную мимику. Перед королем стояла колдунья, исполненная непреодолимым желанием закончить этот бессмысленный спор. - Вы спасли меня однажды, - огласила она, глянув на собеседника исподлобья. - Это моя вам плата. - И это спасение? - эльф разъяренно развел руками, указывая на окружающие их леса и пастбища. - Где мы? - Полагаю, это Дорвинион, - ничуть не сбавив уверенности, предположила Гинардия, отряхивая свой плащ. - Это в... - Я знаю, где это, - перебил ее эльф, взмахнув рукой. - Доставьте меня обратно, немедленно. - Не могу, даже если бы захотела, - развернувшись спиной к королю Лихолесья, призналась женщина. - Я потратила всю силу, что у меня была. Она слабо восстановилась и ее полный расход оставляет меня беспомощной. Я не могу помочь Вам. Если на то Ваша воля - ищите помощь в другом месте. - Да как вы смеете так говорить с королем? - разразился новым приступом ярости эльф, подступая к женщине. Она ощутила движения воздуха и развернулась, встретившись взглядом с Трандуилом. - Оглянитесь вокруг, - прошептала она. - Вы видите Лихолесье? Вы видите своих эльфов? Я тоже нет. А это значит, что здесь мы равны. Вы тут не король, Трандуил, как и я. Гинардия растрепала свои русые густые волосы, подставляя их палящему солнцу. Накидка слегка примяла ровные локоны, но дуновение южного ветра тут же привело их в естественный порядок. Эльф стоял понимая, как лишается своей власти, своей безграничной уверенности в себе. Она вытекала из его тела потоком невидимой энергии и впитывалась в сбитую почву. Его сомнения породили страшную гримасу отчаяния на фарфоровом лице, и он тут же поднял пальцы в воздух, желая прикоснуться к истинному подтверждению своего превосходства. Но цветущая корона эльфийского владыки пропала так же бесследно, как и его меч. Они остались лежать посреди лесной чащи, напоминая о недавнем присутствии исчезнувшего короля. Коснувшись волос и не обнаружив головного украшения, он вздрогнул. Мир провалился под ногами белокурого эльфа. - Лле уетрим амин, - прошипел Трандуил, обращаясь к женщине и одновременно в никуда. - Я вас не обманывала, - кивнула головой та, надменно вскинув бровь. - Я лишилась памяти и не помнила, кто я и откуда. Обессиленная, я была напугана и окружена вещами, с которыми мне не приходилось сталкиваться. Моя невинность была искренней, можете не сомневаться. Однако память вернулась ко мне в тот момент, когда вы были на волосок от смерти. Не вся, но важная часть ее. Тогда я почувствовала прилив удивительно сильной энергии и мое желание спасти вас от неминуемой участи освободило силу, о которой я забыла. - Но ведь я не смог... - эльф сдвинул брови в отстраненном непонимании. - Вы поняли, что я колдунья, когда мои пальцы смогли нашептать вам глубокий сон, которого вы лишились, - объяснила женщина, устало опустив плечи. - Все же я этого не помнила и то, что вы пытались сделать - разглядеть в моем сознании познание о магии - было невозможным потому, что я сама о ней не знала. - Мне нужен король Дорвиниона, - поразмыслив, произнес Трандуил, пряча холодные пальцы в рукава. - Он предоставит мне свою помощь, чтобы исправить Вашу ошибку. Язвительное замечание нисколько не затронуло Гинардию и та лишь безразлично кивнула головой, соглашаясь с решением короля. Тонкие брови выгнулись, словно две танцующие змеи. - Доброй Вам дороги, - поспешив распрощаться, женщина взмахнула рукой. - Я не договорил, - отрезал эльф. - Вы отправитесь со мной. Из-за Вас мы оказались вдали от Лихолесья - моего королевства, которое я поклялся защищать. Из-за Вас я не могу исполнить свою клятву. И Вы должны исправить это. - Я Вам больше ничего не должна, - огрызнулась Гинардия. Ее нос с небольшой горбинкой натянулся, образуя несколько агрессивных складочек. - Я хорошо заплачу, - приняв другую сторону, сказал Трандуил, испустив тяжелый выдох. - С чего вдруг? - на бледном лице вновь появилась недавно наблюдавшаяся юношеская растерянность. - Я надеюсь, - сделав акцент на этой фразе, эльф продолжил, - что у Вас осталось достаточно магии, чтобы защититься в случае недружелюбных попутчиков. Ведь так? Женщина, подозрительно прищурив глаза, неуверенно кивнула. - Я лишился любого оружия, а иного мне не найти. По крайней мере здесь, - договорил король. - Однако мое положение заставляет меня обращаться за Вашей помощью ибо только Вы можете последовать со мной к монаршей особе Дорвиниона, оградив меня от опасности. Что Вы скажете на это? - В плату Вы мне дадите своего лучшего коня, - тонкие губы выгнулись в настырной улыбке. Трандуил молча смотрел на женщину, которая осмелилась озвучить столь немыслимое предложение. Он думал над тем, какой еще выход он может найти. Но его единственный шанс попасть на родные земли сосредотачивался вокруг стоявшей перед ним особы. - Я согласен, - сдавленно произнес эльф, презрительно глядя на колдунью.

***

Поля сменялись рощами, рощи долинами, а те переходили в озерные ложбины. Двое шли, не останавливаясь, не разговаривая, не оглядываясь назад и друг на друга. Череда картин ландшафта подходила к концу - опускались сумерки. Невозмутимо вздернутый подбородок эльфа изредка опускался в такт дыханию. Непоколебимым остался холодный взгляд короля Лихолесья, его облик отталкивал любые мысли о грядущей опасности, о возможности остаться без короны навсегда. Сила духа не желала уклониться обстоятельствам. - Мы не доберемся до города раньше, чем стемнеет окончательно, - неожиданно заявила Гинардия, замедляя шаг. Весь день женщина шла за эльфом со скоростью на грани бега, стараясь не отставать от Трандуила. Ее это злило, но делать замечание было ни к месту, учитывая состояние короля. - И что Вы предлагаете? - продолжая движение в том же ритме, огрызнулся эльф. - Сделать остановку? - Да. Но если Вы боитесь... - женщина специально понизила голос зная, чем чревато ее предположение. Трандуил резко остановился. Перекосившееся от злости лицо потемнело, ледяные глаза смерили Гинардию испепеляющим взглядом, какой было трудно передать словами. - Я ничего не боюсь, - процедил сквозь зубы эльф. - Как скажете, - наиграно склонив голову набок, согласилась женщина. - Передвижение дальше будет не только опасным, но и бесполезным. Мы можем заблудиться или пораниться. Я настаиваю на ночлеге, а с рассветом мы продолжим путь. - Мы будем идти по звездам, - гнев короля слегка поутих, но не исчез окончательно. - Небо затянет тучами, взгляните, - Гинардия указала рукой на темные пятна облаков, ползущих от краев горизонта. - У меня нет времени, чтобы так безрассудно тратить несколько часов, - густые брови эльфа сползли к переносице, выражая крайнюю неудовлетворенность. - Ваше право, - приняла ультиматум женщина, пожав плечами. Она последовала за идущим королем, беспристрастно разглядывая его белоснежные длинные волосы, спадающие на спину. Их блеск от заходящего солнца вскоре потух, оставляя локоны в наступающей тьме. Когда последние лучи, цепляясь за карниз небосвода, соскользнули в бездну, ночь шелковым рукавом накрыла долину, вдоль которой шли странники. Высокая стройная фигура эльфа двигалась грациозно, словно плыла по воздуху. Позади него шла другая фигура - тонкая, слегка сутулая, резковатая в движениях. Странная пара продолжала свой путь даже когда стало невозможно рассмотреть, что происходит под собственными ногами. Трандуил двигался так уверенно, будто в его сложенных перед собой руках был фонарь. Поспевающая следом женщина подобрала руками подол платья, чтобы не наступить на него. Еще мгновение и эльф споткнулся о камень, спрятанный в густой траве. Его тело пошатнулось и рухнуло наземь, увлекая за собой серебристый блеск одежд. Гинардия молча остановилась, когда тот, помогая себе руками, поднялся с земли. Прихрамывая на одну ногу, он обратился к спутнице с такой интонацией, которая спасла бы его гордость: - Мы сделаем остановку, но продолжим путь на рассвете, - словно отдав приказ своему солдату, отчеканил Трандуил. Женщина огляделась по сторонам. Вокруг стало так темно, что были еле заметны очертания одиноко стоявших деревьев, рассеянных по всей видимой территории. Она указала на высокий клен, возле которого врос в землю массивный булыжник. Гинардия подставила хромающему эльфу свое плечо и тот нехотя на него облокотился. - Я разведу огонь, - заботливо произнесла колдунья, собирая наощупь сухие ветви, давно опавшие с дерева. Насобирав достаточную кучку, она поднесла свои руки к ее основанию и замерла. Черный дым, возникший из пальцев, облачил горку веток в мрачный наряд и тут же впитался в дерево, вспыхнув искрами. Небольшой огонь перекинулся на остальной костер и яркое пламя заиграло на лицах странников танцующими языками. - Оправляетесь? - прислонившись спиной к холодному камню, спросил Трандуил. Он все еще был зол на себя за вынужденные меры, что повлекли за собой остановку, но усталость нахлынула на него и король понял, что все это время просто не замечал ее. - Сила понемногу возвращается, - ответила женщина, потерев руки. - Прекрасно, - довольно протянул эльф, откидывая голову назад. - Я рад. - За себя? - расправив свою накидку, Гинардия опустилась на нее и принялась рассматривать пляшущий огонь. - Естественно, - пропустил ехидную ухмылку Трандуил. Женщина пропустила слова собеседника мимо ушей, задумавшись о своем. Ее отстраненный взгляд был обращен в самый центр горящих ветвей, откуда доносилось тихое потрескивание. Губы двигались, словно произнося бесшумные слова. - Могу я Вас спросить? - оставив свой высокомерный тон, сказал эльф, поворачивая голову к лежащей. Та безмолвно кивнула, давая свое согласие. - Вы упомянули легенду Вашего народа, которая чем-то со мной связана. Расскажите мне ее. - Вы хотите, чтобы я рассказала Вам ее? - Гинардия не шевелилась. Казалось, вместо нее говорит кто-то еще. - Да, - уверенно кивнул король зная, что его жеста никто не видит. - Эта легенда гласит, что в душе каждого человека со временем меняются сезоны, - мелодично произнесла женщина. - На это влияют чувства, мысли, судьба. Бывает, человек влюбляется или заводит семью, или нового друга. И в душе его расцветает весна. Нежные чувства, словно открывающиеся бутоны красной вишни, наполняют его изнутри. Дальше наступает пора лета, когда от счастья и тепла нет спасения. Внутреннее солнце греет, как никогда прежде. Но позже случается так, что обретенная любовь или дружба, увядает, как листья в конце сентября. И человек ощущает осень, угнетающую своей серостью. Постепенно, жизнь теряет свои краски. И, наконец, в душу забирается зима. Она превращает в лед все, что могло когда-то чувствовать. Она покрывает снегом и замораживает. Она заставляет разочароваться, потерять веру, опустить руки. Те цветы, которые когда-то росли, умирают, исчезая от жгучего холода. Большое усилие человек должен сделать, чтобы прогнать зиму из своей души и позволить весне в нее вернуться. Это единственная пора, которая не уходит сама. Ее нужно отпустить. В темноте повисло молчание, означавшее конец истории. Мимо костра пролетела ночная мышь, обронив свой тонкий писк над головой засыпающей женщины. Трандуил меланхолично смотрел на ее хрупкие плечи, согреваемые теплом пылающего огня. - А Ваша зима - вечна, - едва слышно продолжила Гинардия, закрывая глаза. - Она поселилась в Вашей душе давно и укоренилась там так крепко, что Вы не можете от нее избавиться. Эта зима пожирает Вас своим холодом, а у Вас нет ни сил, ни желания с ней бороться. И мне Вас жаль, Трандуил. Эльф не произнес ни слова. Он не засыпал еще долгое время с тех пор, как женщина закончила говорить. Он смотрел в затянутое пеленой густых облаков небо, и взор его был такой же мрачный и туманный. Беспокойные мысли и переживания не давали эльфу заснуть - он то опирался головой о большой камень, то поворачивался на бок. Глушь далекой равнины отдыхала под ночным небом, ожидая нового дня, который вот-вот должен был наступить. Трандуил вскоре перестал предпринимать попытки погрузиться в желанный сон и стал наблюдать за мирно сопящей женщиной, лежащей на спине. Ее профиль был окружен мягким сиянием гаснущего огня, испускающего еле слышный треск догоревших веток. Полураскрытые губы подрагивали - вероятно, Гинардии что-то снилось. Король ненароком остановил взгляд на ее густых русых локонах. Находясь в нескольких метрах от спящей, он мог уловить тонкий запах масел, нанесенных незадолго до их отбытия из Лихолесья. Эти мысли вернули ему груз беспокойства за свои земли, оставшиеся без правителя. Первые лучи выглянули из-за горизонта, освещая остывшую равнину. На толстую ветку клена уселся упитанный ворон, вцепившийся когтями в прочную кору. Он с интересом осмотрел лежащих у подножия, блеснул бисером черных глаз и громко каркнул, привлекая к себе внимание. Гинардия тут же открыла глаза. - Близится рассвет, - заметив, что женщина проснулась, произнес Трандуил. - Пора продолжать путь. - Дайте мне пару минут, - недовольно протянула колдунья, с трудом переворачиваясь на бок. Она неторопливо села, собрав волосы в плотную косу, и осмотрелась по сторонам. Эльф всем своим видом подгонял спутницу, встав на ноги и принявшись расхаживать в томительном ожидании. Женщина лишь покосилась на вызывающие жесты короля, но ускорять свои движения не торопилась. Сложив руки перед собой в форме чаши, она шепотом что-то произнесла и в ее ладонях материализовалась прозрачная вода. Умывшись, она утерла лицо краем рукава и повернулась к Трандуилу. - Я готова, - дала свое согласие на продолжение пути Гинардия. Они шли снова, пересекая меняющиеся пейзажи, а за ними плыло солнце. Оно терпеливо смотрело в затылок странникам, рассыпая блестки на их светлых волосах. Черная земля приставала к обуви, усложняя шаг - в здешних краях грунт был плодородным и мягким, именно из этих мест везли самое вкусное вино. За очередным холмом глаза Трандуила заметили обширные плантации винограда, принадлежавшие его знакомому эльфу. - Там живет лучший винодел во всем Дорвинионе, - довольно улыбнулся король, указывая рукой на поспевающий виноград. - Он сможет нам помочь. Приближаясь к виноградникам, на сердце эльфа становилось все легче, а когда его бодрый взгляд столкнулся с худощавой фигурой возле деревянного ограждения, на его лице проявилась искренняя радость. - Лариотиель! - распластав руки, громогласно пропел эльф. Стоящая вдалеке фигура обернулась на зов и замерла, рассматривая приближающегося путника. - Король Трандуил? - послышалось в ответ. - Мой дорогой друг, как я рад тебя видеть, - белокурый эльф подошел к знакомому и, взяв за запястья, одарил его ослепительной улыбкой. - Какими судьбами? - удивленно произнес Лариотиель, тряхнув каштановыми локонами, украшенными мелкими косами. - Это долгая история, - Трандуил глянул на свою спутницу через плечо. - Нам нужна твоя помощь. - Прошу, проходите в дом, - винодел тут же пригласил гостей войти в свое жилище. Это было двухэтажное строение из белого кирпича и светлого дерева, что было весьма нетрадиционно для эльфов. Все же, комнаты были обустроены изыскано, со вкусом и любовью. Большое количество картин, украшающих стены, были плодами труда самого хозяина - на каждой была изображена ласточка с эдельвейсом в клюве - личный знак винодельни Лариотиеля. - Дайте мне минуту, я принесу вам свое лучшее вино, - возбужденно пообещал эльф, скрываясь за дверью. Трандуил вальяжно расселся на предоставленном кресле, будто оно служило троном. Его уверенность нарастала с каждым вдохом - на знакомых землях, где он бывал не раз, он вернул себе полноправное звание короля. Словно желая сделать на этом акцент, он повернул голову к женщине, присевшей рядом. Их глаза встретились. - Думаю, вскоре Ваша помощь мне не понадобится, - напыщенно хмыкнул эльф, прищуриваясь. - Это меня сильно расстраивает, - сарказм был достойным ответом. Трандуил рассержено отвел взгляд, уставившись на портрет седовласого мужчины в крупных очках. Вероятнее всего, это был знакомый хозяина, привлекший себя в качестве натурщика своими выразительными чертами лица. За дверью послышались торопливые шаги, за которыми последовал и их владелец. В комнату, где сидели двое гостей, вбежал Лариотиель, зажав в руке бутылку с красной печатью и белой лентой вокруг горла. Он гордо поставил ее на стол и откупорил карманным ножом, который всегда был под рукой. - Прошу, - расставив стаканы перед собой, эльф разлил светлую жидкость. - Лучший урожай за последние пятьдесят лет. Двенадцатилетняя выдержка, самый спелый виноград, фруктовые нотки персика и сливы, обрамленные в мускатный аромат. Угощайтесь. Каждый взял хрустальный сосуд в руку и поднес его в воздух после произнесенного хозяином "за встречу". Пригубив прохладный напиток, Трандуил довольно закрыл глаза. Это и вправду было лучшим вином, что он пробовал за последние пятьдесят лет. Свежие нотки фруктовой мякоти прокатились вдоль языка эльфа и потекли по горлу, оставляя после себя медовый привкус. - Великолепное сочетание, - огласила свою оценку Гинардия, отстранив стакан от смоченных губ. - Благодарю, - кивнул винодел. - Расскажите теперь, что привело вас сюда и как вы, вообще, тут оказались? - Мы попали в западню, - поставив опустошенный сосуд на стол, Трандуил сменил удовлетворение на своем лице на сосредоточенность. - Орки окружили нас около границы Лихолесья. Оказалось, они вырыли там подземный ход, протянувшийся, возможно, до самого замка. Во время сражения, моя... Король запнулся. Он не был уверен, стоит ли его собеседнику знать все детали. Лариотиель заинтересовано наклонил голову. - Моя жизнь оказалась в опасности и Гинардия перенесла нас на эти земли, - решив, что так объяснить суть проблемы будет гораздо легче и правильнее, продолжил Трандуил. - Что значит "перенесла"? - недоумевая переспросил эльф, переводя взгляд с короля на его спутницу и обратно. - Она... воспользовалась магией, - белокурый эльф сложил руки на коленях, пытаясь как можно сдержанней все объяснить. - Но так вышло, что мое войско и сын остались там, и я должен... - Ты хочешь сказать, что эта женщина - колдунья? - перебил короля винодел, рассматривая сидящую Гинардию. - Да, - на этот раз ответила сама гостья. - Я ненадолго потеряла память, но благодаря Трандуилу я смогла вернуть себе этот дар. - Едва ли его можно назвать даром, - ответил Лариотиель, сделав глоток вина. - Что вы имеете ввиду? - женщина одарила эльфа непонимающим взглядом. - Колдовство может сводить людей с ума, опьянять их своей властью и могуществом. Очень немногие могут справится с такой силой, - задумчиво произнес винодел, заливая в себя еще порцию желтоватого напитка. - Вы ведь используете ее во благо? - Да, я полагаю, - Гинардия перевела взгляд с собеседника на молчащего Трандуила. - Это значит, Вы не знаете? - настороженно спросил эльф, отбрасывая свои каштановые косы на затылок. - Я не совсем помню, - пояснила женщина. - Память возвращается ко мне с каждым днем все полней, но я уверена, что зла я никому не причинила. - Вы сказали, что король помог Вам. Как? - винодел увлекся своими вопросами, не желая останавливаться, даже ради приличия. Но король Лихолесья молчал, а это значило - можно продолжать. - Меня пленили орки, а он освободил меня. После причиненных мне ран я лишилась памяти - так сказал знахарь, - Гинардия выпрямила спину, уверенно подняв голову. - Значит, орки хотели использовать вашу силу для своих целей, - озвучил свой вывод Лариотиель. Трандуил посмотрел на колдунью. Конечно, он догадался о замыслах орков, как только понял, что спасшая его особа была отнюдь не обычным человеком. Сопоставив факты, он осознал, что мерзкие твари каким-то образом разузнали о способностях Гинардии и выкрали ее, сковав отравленными кандалами. Яд, который чуть не погубил женщину, был нужен не столько для того, чтобы обездвижить ее в случае побега, сколько для того, чтобы он лишил ее памяти. С таким раскладом ею можно было управлять до тех пор, пока ее сознание не вернется в былую форму. А орки сделали бы все возможное, чтобы этого не произошло. Казалось, на все вопросы был найден ответ. - Однажды я слышал об одной колдунье, - углубившись в воспоминания, Лариотиель как будто не замечал сидящих гостей. - Она обладала удивительной силой, но использовала ее для ужасных вещей. Она уничтожала деревни и города, сеяла хаос и раздор. Говорят, даже драконы опасались столкнуться с ней. - К чему ты ведешь? - Трандуил поднял глаза на винодела, бросив на него испытующий взгляд. - Что Вы знаете о своей матери? - Лариотиель разлил оставшееся вино по стаканам, не отрывая взгляда от женщины. - Я ее не помню, - не пропуская и капли сомнения, ответила Гинардия. Ее мимика оставалась хладнокровной, не демонстрирующая ничего, кроме вежливой сдержанности. - Ну что ж, - пожав плечами, винодел улыбнулся, меняя тему разговора. - Возможно, я просто ошибся. Каковы Ваши требования, Ваше Величество? Следующий вопрос был обращен к Трандуилу. Тот вздрогнул, будто проснувшись от долгого сна, и спокойно растянул уголки губ в добродушной ухмылке. - Мне нужно добраться к владыке Дорвиниона, - голубые радужки глаз эльфа отразили мелькнувшие за окном солнечные лучи. - У тебя есть лошади? - Да, - Лариотиель встал, допив свою порцию вина. - Я сейчас же их оседлаю. Подождите немного. Король Лихолесья медленно отпивал напиток, смакуя каждую каплю, восседая на своем кресле в вычурной позе. Гинардия же довольно быстро осушила свой стакан и со стуком опустила его на стол. - Я буду ждать Вас снаружи, - сказала она, торопливо выходя из комнаты. - Есть о чем подумать? - эльф словил ее на мысли и ему это показалось крайне забавным. - Для королевской особы Вы слишком бестактны, - огрызнулась женщина. - Чему Вас только учили ваши родители? - А Ваши? - Трандуил надменно вскинул бровь, не давая возможности получить ответ. Колдунья молча вышла на улицу, не желая больше смотреть на своего спутника.