Легенда о Вечной Зиме

Трандуил медленно, нарочисто неуверенно отпрянул от губ женщины, неспешно открыв глаза и взглянув на веер опущенных ресниц. Гинардия помедлила – ей не хотелось вновь видеть перед собой луга, где исчезли с лица земли близкие ей люди, темнеющее в преддверье сумерок небо, ставшее свидетелем гибели ее супруга, уходящее солнце, вовсе не греющее, а опаляющее ее израненную душу. Но она безудержно хотела увидеть эльфа, стоящего гораздо ближе, чем луга, небо или солнце. Он стоял так близко, что колдунья чувствовала его дыхание на своих щеках – и это придало ей сил поднять веки и глубоко вздохнуть. Мир не рухнул. А причиной тому были руки Трандуила, державшие ее, готовую провалиться в омут отчаяния. Бездонная голубизна его глаз наполняла ее светлой уверенностью жить дальше и Гинардия не могла найти более весомой причины изменить свое решение. - Ты вернешься со мной? – Трандуил спросил без ноты настойчивости, опасаясь разозлить женщину. - Да, - Гинардия едва заметно кивнула головой. На губах эльфа проявилась улыбка. Он крепко обнял колдунью, не давая ей дышать несколько мгновений. - Я рад, что ты приняла такое решение, - выпустив женщину из своих крепких рук, Трандуил замешкался. Ему хотелось задать вопрос: «как мы будем возвращаться?» - ведь конь вряд ли остался дожидаться короля Лихолесья за холмом, а пешим ходом идти было не меньше нескольких недель. - Я постараюсь перенести нас в твои владения, - будто прочитав мысли эльфа (а может, так и было на самом деле) произнесла Гинардия. - Ты слишком слаба, - начал было король, говоря о душевном состоянии колдуньи, но та подняла руку в знак протеста. - Все в порядке, - она сжала пальцами кисти Трандуила и закрыла глаза. Король тут же последовал ее примеру, имея достаточный опыт в магическом перемещении со своей спутницей. Воздух разорвал шум трепещущих крыльев – в мгновение эльфа и колдунью подняли в воздух невидимые силы и выбросили в густое пространство, где было невозможно даже дышать. Трандуил доселе не замечал, как тяжело тело переносит такие путешествия, ведь каждый раз шок от перенесенного затмевал впечатления о самом процессе. В этот раз его сознание было крепко и ловило все мгновения в магическом пространстве. Он чувствовал пальцы женщины, словно оковы сжимающие его запястья – но уже вскоре они разжались. Эльф опустился на земь и тут же осмотрелся. Вокруг был растлан ковер из трав и клевера – они очутились на плеши среди стены дубов и ясеней, которые не пренадлежали его землям. - Мы не в Лихолесье, - разочарованно молвил Трандуил, обращая свой взор к колдунье. Та медленно опустилась на землю, увлекая за собой руки эльфа. - Прости, - с сожалением произнесла та. – Ты был прав – не стоило мне делать этого. - Это поправимо, - король опустился с женщиной, удерживая ее в своих руках и не давая упасть. – Это граница Глухоманья. С этими словами солнце полностью исчезло за горизонтом, а луна все не появлялась. На западе (а они очутились именно с западной стороны границ Лихолесья) бывали такие ночи, когда ночное небесное светило не выходило на небосвод с наступлением сумерок – и даже позже. Считалось, что эти ночи были полны опасностей. И, как подтверждение этих поверий, вдоль опушки пронесся вой. Трандуил и Гинардия вздрогнули, не зная, с какой стороны донеслось зловещее предупреждение, пока позади не раздался топот множества лап. За чертой деревьев, будто из черноты самого зла, явились варги. Их было несколько десятков – смертельное количество для нежданных в этих краях гостей. Эльф всматривался в морды волков, крепко прижав к себе женщину и этим давая понять, что они останутся вместе до конца. - Кто вы и что вам нужно? – молвил предводитель варгов, выступая вперед и облизывая передние клыки в угрожающей гримассе. – Мы не жалуем гостей на наших землях. В голове Трандуила заметались мысли. Расчитывать на помощь магии колдуньи было бесполезно – она едва держалась сидя, упираясь в руки короля. Эти земли были пустынны и никого, кроме волков, тут не было, поэтому зов о помощи мог только разозлить хищников. Единственным возможным планом выживания было договориться с варгами. Они были жестоки и свирепы, но даже они могли принимать здравые решения, когда дело касалось выгоды. - Меня зовут Трандуил, я – король Лихолесья, - произнес было эльф, но тут же понял, что начал с фальшивой ноты – глаза волков блеснули озлобленым огоньком. - О, мы слыхали о тебе, - вожак варгов стал медленно приближаться к сидящим в траве эльфу и колдунье. – Не твои ли лесные эльфы перебили с добрую сотню наших братьев? - Это был равный бой, - встал на защиту своих интересов Трандуил, однако чувство того, что он уже проиграл эту партию развеивало его надежду, словно песчинки. – Они охраняли наши границы. - Когда в твоих руках луки и стрелы, позволяющие убивать на расстоянии, не доступном даже в прыжке – это не равный бой, - несколько волков сморщили носы, показывая незваным гостям свой хищный оскал. – А вот этот бой будет равным. У тебя ведь нет оружия, верно? Как и у нас. Лишь клыки да когти. По коже Трандуила пробежал холод. Он видел, как стая медленно, но уверенно, приближается к ним, агрессивно рыча. - Мы не хотим сражаться, - эльф смотрел в глаза вожаку, не опуская век, дабы не потерять визуальный контакт. – В обмен я отплачу вам чем пожелаете. - Нам не так сладка награда от тебя, эльф, как чувство удовлетворенной мести, - до открытой пасти самого огромного, а оттого и предводителя, варгов оставалось несколько метров. - Обдумайте хорошо мое предложение, - пока король продолжал свои убеждения, женщина на руках эльфа слегка приподнялась, чтобы лучше видеть происходящее. - Нам не нужны твои предложения, только твоя кровь, - на последнем слове, произнесенном с коварной усмешкой, вожак запнулся и встал. Идущие следом за ним в недоумении смотрели в спину варга, застывшего на месте. Трандуил понял, что взгляд волка зацепился за его спутницу. Зрачки зверя сузились до крошечных точек, а клыки сцепились в жутком спазме. Как будто придя в себя, он опустился на земь в знак почтительного приветствия. - Абра, - проскулил он. Услышав знакомое имя, остальная стая тут же последовала его примеру. Эльф растерянно глянул на Гинардию и словил ее взгляд. Она знала, что тут происходило, но ничего не обьясняла Трандуилу, которому оставалось только положиться на женщину. - Прошу простить меня, - продолжал стелиться на траве вожак, не осмеливаясь посмотреть на колдунью. – Я не мог узнать твоего лица из-за тени, отбрысываемой эльфом. - Встань, вожак варгов, - приказала Гинардия, поднявшись на ноги. Тело все еще подрагивало от недостатка сил, но женщина держала себя в руках. Звери тут же последовали ее команде. - Мы было потеряли надежду на твое возвращение, прости нас за это, - вожак приблизился к колдунье, но вопреки опаскам Трандуила, волк вновь уважительно поклонился женщине, продолжая с ней беседу. - Это был долгий путь, но мое возвращение было предначертано звездами, - принялась играть свою роль Гинардия. - Мои воины готовы продолжать служить тебе, - вожак вновь сделал поклон и глянул на поднимающегося на ноги короля Лихолесья. – Но сперва, позволь нам эту слабость, мы растерзаем эльфа. Варги злобно зарычали, все как один посмотрев на белокурого короля Лихолесья. В воздух поднялась рука женщины – от этого жеста хвост вожака невольно прижался к ногам. Трандуил осознал, что племя варгов до смерти боялось сил Гинардии, питая к ним ужас и уважение одновременно. - Не смейте трогать его, - заявила Гинардия. – Это мой пленник. Я веду его в Лихолесье и требую от вас помощи в этом деле. - Как скажешь, Абра, - тут же согласно кивнул варг. – Если ты отомстишь и за наших братьев – мы не возражаем. Наше войско сможет проводить вас до границ владений лесных эльфов, но не далее. Довольно с нас погибших от рук эльфов варгов. - Да будет так, - колдунья повела подбородком, бросив взгляд на эльфа. Он означал, что отныне игра ведется по ее правилам в целях сохранения их жизней. Варги не знали, что магические силы женщины иссякли, поэтому ей стоило играть эту роль безупречно, чтобы не выдать себя и не подвергнуть опасности своего спутника. Ее жесты, мимика и требовательный властный тон навевали Трандуилу воспоминания о произошедшем в замке несколько дней назад. Гинардия, которую он знал и к которой питал нежные чувства, скрывала в себе Абру – незнакомку с жестоким взглядом и ледяным сердцем. Граница между двумя женщинами стала едва различимой и королю показалось, что однажды одна из них исчезнет. Он лишь надеялся, что это будет не Гинардия.