Полукровка и король

Когда они подошли к дверям тронного зала, Маркус почувствовал, что Ренесми замедляет шаг. Он тоже притормозил. Проницательный вампир прекрасно понимал, что перед решающим броском ей необходимо отдышаться, унять сердцебиение и натянуть на лицо равнодушно-презрительную маску, какие носили все женщины клана Вольтури. − Прекратите трястись. Ее поджилки и правда дрожали, но девушка была явно не в силах справиться с волнением. Она метнула на Маркуса озадаченный взгляд. Он перехватил его и напряженно поджал губы. − Мисс Каллен… − успокаивающе проговорил Маркус, скользя взглядом по ее щекам, которые на нервной почве стали пунцовыми. Надо ее успокоить. Если девчонка не выдержит и поддастся истерике, то Аро коснется ее, раскопает в мыслях детали и примет решение. И это решение почти наверняка будет «казнить». Даже Маркус не сможет этому помешать, потому что их брак с самого начала фальшивка, сделка, на которую оба пошли, не до конца понимая, что их ждет. У него не будет никаких законных оснований оставить ее в живых – попытка одурачить Вольтури никому еще не сходила с рук. − Я не смогу… − Сможете. И уберите с лица это затравленное выражение. Ренесми отчаянно покачала головой, понимая, что на нее накатывает паника. − Меньше всего мне хочется с вами нянчиться, − со вздохом прошипел Маркус, − если сейчас вы не войдете в зал, то ваши дни сочтены. Посмотрите на меня. Девушка повернула к нему бледное как мел лицо, на котором отчетливо выделялись только алые щеки и распахнутые глаза, в которых плескался дикий ужас и отчаяние. Он поморщился. «Почему снова я?» − проплыла в голове вампира тоскливая мысль, заставив его на мгновение закрыть глаза. − Где ваша дерзость, мисс Каллен? Или вам для этого нужны стимуляторы? Алкоголь? Надо было выпить с утра для храбрости? Она словно оцепенела. Холодными пальцами цепляясь за его рукав, девушка уставилась на двери остекленевшими глазами. Попробуем иначе. − Представьте… − он наклонился прямо к ее уху, настолько близко, что ощущал, как пульс стучит у нее в висках. Маркус заметил, что при звуках его голоса, по ее телу прошла легкая дрожь. Ну что ж, пусть так. − Вы сейчас зайдете в зал, в котором вас будет ожидать свита Вольтури в полном составе, на тронах будут сидеть старейшины, которые будут внимательно изучать вас, смотреть, как на диковинную зверушку… Она сжала губы и прерывисто вдохнула. − …они будут разглядывать вас, считая себя выше, чем вы. И это те, кто несколько лет назад, использовав ложный донос как повод, пришел убить вас. Это те, кому было безразлично человек вы, бессмертный младенец или полукровка. Они готовились к войне, мечтали стереть вашу семью с лица земли… Он с удовлетворением услышал глухое рычание. − …а потом они развернулись и позорно бежали с поля боя, когда поняли, что могут получить достойный отпор. И эти трусы смеют судить вас? Брезгливость, смешанная с презрением, отразилось на ее лице. То, что надо. Пусть это было несколько против правил, зато нужный эффект был достигнут. − Дышите глубже. Я буду рядом. Двери бесшумно распахнулись, и Маркус, увлекая за собой супругу, грациозно вошел в зал. В помещении сразу установилась гробовая тишина. Ренесми непроизвольно нахмурила брови. Идеально. Перед ними выросла невысокая фигурка Джейн. Смерив Ренесми острым взглядом, девушка фыркнула, но встретив внимательный испытующий взор Маркуса тут же потупилась, почтительно поклонилась и отступила назад.

***

Ладонь Маркуса, сжимающая ее руку, казалась почти горячей. Это все игры обессиленного подсознания, которое уже отчаялось уговорить Ренесми все бросить и бежать не оглядываясь. Помещение заливал непривычно яркий свет, девушке даже пришлось ненадолго зажмуриться. Как только она вслед за Маркусом переступила порог, то почти физически ощутила, как несколько десятков глаз впились в нее с жадным интересом. Ренесми почувствовала себя музейным экспонатом. Вся свита Вольтури была в сборе, старейшины с женами уже были на своих местах: Аро традиционно сидел в центре, а по левую руку от него – Кай. Ренесми с удивлением успела заметить, что Алека в зале нет. Девушка глубоко вдохнула. Легкое пренебрежение на ее лице, сменилось спокойным презрением к собравшимся. Волнение отступило. Аро приподнялся на троне, приветствуя ее. Она сдержанно кивнула и заняла свое место рядом с троном Маркуса. Вопреки ожиданиям, супруг не выпустил ее руку, а наоборот крепче сжал напряженные пальцы. Уголки губ Аро взмыли вверх, и он приторно просиял. − Я рад, что вы нашли общий язык, − воодушевленно проговорил Аро, поднимаясь с трона. Кто бы тебе поверил! Ренесми непроизвольно вздернула подбородок, а по спине пробежал предательский холодок.

***

Владыка вышел в центр зала и окинул всех внимательным взглядом. − Итак, пришло время убедиться в искренности юной Ренесми, которая вчера оказала нам честь и вошла в нашу семью! Маркусу на мгновение показалось, что Ренесми перестала дышать. Он бросил на нее короткий взгляд: но нет, она просто замерла и выжидающе смотрела на Аро. − Мы вынуждены будем осмотреть простыни, на которых сегодня совершилось действо, в таинственности и интимности которого кроется суть этого брачного союза. Маркус прикрыл глаза. Как это лицемерно говорить об интимности в тот момент, когда разворачиваешь перед всей свитой чужие простыни. Но в этом весь Аро. Невзирая на гул, пронесшийся по свите, Аро продолжал: − Мы делаем это исключительно ради нашего общего блага. Сквозь века личная преданность, безграничное доверие и беспрекословное подчинение являются связующими нитями, которыми пронизан наш крепкий клан. Ради него любой из собравшихся готов отдать свою жизнь. И именно это сделало нас неуязвимыми… Маркус почувствовал, как Ренесми дернулась, и мягко сжал ее руку. − Принимая во внимание тот факт, что юная мисс Каллен приехала добровольно, я счел возможным ограничиться устным заверением, что она не замышляет зла. Однако, она ослушалась моего слова. Гул свиты усилился.

***

Ренесми стояла рядом с троном мужа, внимательно слушая правителя, и изо всех сил старалась сохранить спокойное выражение лица. Внутри у нее уже бушевал пожар из страха, стыда и протеста. Без сомнения, каждый в этом зале уже прислушивался к тому, как бурлит кровь в ее жилах, как ухает сердце при каждом слове владыки, как сбивается дыхание… Ей вспомнились слова Маркуса «Дышите глубже. Я буду рядом». Она медленно опустила взгляд в пол и постаралась сосредоточиться. Девушка не знала, что замыслил Аро, но откуда-то пришла уверенность, что пока она рядом с Маркусом – ей ничего не угрожает. И этого было вполне достаточно для того, чтобы выровнять пульс и с бесстрастным выражением лица вновь взглянуть в алые глаза старейшины. − И теперь мы не можем верить ей на слово, − заключил Аро, глядя на нее в упор, − мы должны проверить, действительно ли мисс Каллен приехала к нам той, за кого себя выдавала. Я глубоко уважаю моего друга Карлайла, но все же его методы воспитания несколько… Вольные… Поэтому я вполне допускаю, что к восемнадцати годам юная леди уже давно подарила свою чистоту какому-нибудь проходимцу. − Маркус, − Аро метнул пристальный взгляд на ее мужа, − зная твое великодушие и желание выгородить любого, мы решили снять с тебя эту неимоверную ответственность и убедиться во всем лично. Маркус безразлично кивнул. − Мы бы очень хотели поверить, но, учитывая ее дружбу с оборотнями, нельзя исключать тот факт… На что это он намекает?! Владыка продолжал что-то говорить, но Ренесми уже не слушала его. Девушка вдруг остро почувствовала дрожь во всем теле: отвращение и брезгливость к происходящему росли в ней прямо-таки в геометрической прогрессии. Да как он смеет говорить ей такое?! Как смеет намекать на то, что она вдоволь покувыркалась с кем-то, а теперь приехала сюда в надежде сбежать от последствий?! − …и после этого ложиться в постель с правителем – верх наглости и неуважения. Если она и здесь обманула нас, то, полагаю, ни у кого не возникнет вопросов, почему нам придется… − Аро запнулся, но лишь для того, чтобы выдержать театральную паузу. − Наказать ее по всей строгости. Вольтури не дают второго шанса. Джейн довольно хмыкнула. Не дождешься! − Настало время предъявить доказательства! – Аро хлопнул в ладоши. Раздался удовлетворенный шепот, все были в нетерпении. Ренесми вздрогнула. Маркус держал ее ладонь в прочных тисках, лицо его, впрочем, оставалось подчеркнуто равнодушным. Ее затопила волна гнева и досады. Что это за проклятый спектакль?! − Подойдите же сюда, моя дорогая. Слова Аро прозвучали сквозь пелену возбужденного гомона и рокота свиты. Он позвал меня? Почувствовав, как пальцы Маркуса разжались, Ренесми сделала несколько шагов вперед и очутилась перед правителем. Он склонил голову на бок и неестественно улыбнулся, блуждая взглядом по ее лицу. Его глаза задержались на девичьих губах чуть дольше, чем того позволял этикет, а потом вдруг резко опустились на шею, где под тонкой кожей судорожно пульсировала голубоватая жилка. Аро сглотнул и на секунду замер. При виде меня ты вынужден глотать яд? Браво, Аро. − Не считаете ли вы, милая Ренесми, что этой просьбой мы грубо вторгаемся в ваши личные… границы? Кто это «мы», от имени которых ты выступаешь? − Вы вправе делать все, что посчитаете уместным. – Ее голос прозвучал так холодно и отчужденно, что Ренесми едва сдержалась, чтобы не поежиться. − И вас это нисколько не оскорбляет? – Аро прищурился, наступая на нее. − Нет, − спокойно ответила девушка и усилием воли не отступила ни на сантиметр. − Вы не испытываете чувства стыда, что перед всеми вскроется ваша… так сказать… нечистоплотность? Что он несет?! − Мне нечего стыдиться. Ренесми бросила короткий взгляд на Маркуса, тот сидел неподвижно, опираясь на спинку трона, и отрешенно смотрел куда-то поверх ее головы. Она отметила про себя, что его глаза были почти черными. Он почему-то откровенно избегал ее взгляда. Кай с интересом наблюдал за происходящим, а Афинодора и Сульпиция о чем-то перешептывались. Аро щелкнул пальцами. Из-за его спины тут же выросла темноволосая девушка с серебряным подносом в руках, на котором лежал аккуратно сложенный белоснежный кусок ткани.

***

Ловким движением Аро развернул простыню, и в тот момент Ренесми показалось, что пол уходит из-под ног. Щеки вспыхнули. Как такое возможно?! Простыня была совершенно белой. Девушку прошиб холодный пот. В голове была только одна мысль − «Наказать по всей строгости». Аро уничтожит ее. Колени задрожали, она бросила все усилия на то, чтобы вихрь охватившего ее ужаса не отразился на ее лице. Ренесми вскинула полный мольбы взгляд на Маркуса, но тот оставался непроницаемым, его напряженность выдавало лишь мерное постукивание пальцев о подлокотники трона. Зал загудел, как разворошенный улей. Послышались какие-то выкрики, но девушка уже была не здесь. Она с трудом сдерживала слезы. Кто мог так ее подставить?! Как простыня могла оказаться белой, если она сама помнит… «Сохранять спокойствие, что бы ни произошло» − подсказал внутренний голос, и Ренесми, сделав над собой неимоверное усилие, подчеркнуто надменно взглянула на Аро. − Это не моя простыня, − глухо проговорила она, крепко сжимая кулаки. Аро разразился поистине демоническим хохотом. С каким наслаждением я бы ему врезала! − Это невозможно, дорогая. И вам придется ответить за свой обман. Зал перед глазами завертелся, Ренесми сделала последнюю попытку устоять, впившись взглядом в одну единственную неподвижную фигуру – в своего мужа.

***

Мгновенная острая боль кольнула Маркуса, когда он бросил короткий взгляд на лицо своей молодой супруги. Эта боль была столь же необъяснимой, как и все то, что происходило с ним с того момента, как эта девчонка ворвалась в его покои со своим безумным предложением. Теперь она стояла посреди тронного зала, смотрела на белый кусок ткани в руках Аро, и судорожно хватала ртом воздух. Ее губы подрагивали, а глаза влажно заблестели. Было очевидно, стоит Аро еще надавить, и она разразится форменной истерикой. Ему отчего-то было неприятно, что девушка вынужденно подверглась такому унижению. Неприятно? Как так случилось, что ему на секунду стало не все равно? Нужно гнать прочь эти чувства, которые не принесут ему ничего, кроме очередного разочарования.

***

− Это не ее простыня, − послышалось откуда-то из глубины зала. Все обернулись. Алек! − Простыня, что у вас в руках, Аро, даже не касалась этой девушки. Иначе она бы сохранила ее запах. Алек медленно подошел к владыке и поклонился. У него в руках был точно такой же белый кусок ткани. Аро с легким недоумением уставился на Алека и вопросительно изогнул бровь. Вампир без колебаний протянул ему руку и замер с непроницаемым выражением лица. Через несколько мгновений Аро уже повернулся к собравшимся. На губах его играла улыбка, брови изумленно взметнулись вверх, однако Ренесми заметила, что после того, как он прочел мысли Алека, глаза его мгновенно стали холодными и злыми. Вскинув руки к небу, правитель провозгласил: − Произошла ошибка! Мой брат Маркус, прозорливо предвидя провокации, сегодня ночью передал настоящее доказательство невинности его законной супруги в руки Алека. Ночью? Но я же спала на этой простыне! − Кто-то посмел подменить простыни… – с наигранной печалью в голосе продолжал Аро. И ты еще говорил о доверии… − Виновные будут наказаны. А вы все, я полагаю, и так чуете запах свежей крови. Мы не будем дальше мучать вас, милая Ренесми, этими неприятными процедурами. Приношу вам свои глубочайшие и искренние извинения за этот неприятный инцидент. Ренесми вновь испытала острое желание его пнуть. Сделаешь это – ты труп. Аро приблизился к ней вплотную и нарочито убрал руки за спину, демонстрируя, что не собирается ее касаться. Она почувствовала, на волосах его дыхание и по коже сразу побежали мурашки. Тихо-тихо над ухом раздалось легкое шипение: − Вы ступаете по тонкому льду, мисс Каллен. И уже вслух: − С глубоким уважением и радостью сообщаю вам, друзья мои, что новоиспеченная супруга Маркуса пришла к нам с совершенно чистыми намерениями! Ее непослушание можно объяснить юношеским задором и недальновидностью, но я убежден, что мой дорогой брат вскоре мягко исправит это досадное недоразумение! Лживый, изворотливый ублюдок!

***

Она почти без чувств рухнула на постель и дала волю слезам. Какое дикое унижение ей пришлось пережить! Почему Маркус не предупредил ее, что все будет так? Ответ очевиден… Потому что ее изумление должно было выглядеть натурально. И все же у нее в голове не укладывалось, как он мог так с ней поступить? Он наверняка предполагал, что Аро провернет ее через мясорубку несколько раз, видя, что она не поддается на его провокации, но при этом не вмешался… Слезы лились нескончаемым потоком. И это только начало. Какая же это страшная ошибка – приехать в Вольтерру! Дверь скрипнула, на пороге появился Маркус. − Оставьте меня, пожалуйста, одну, − сквозь всхлипывания, выдавила Ренесми, сотрясаясь от слез, − я не могу сейчас говорить… − Я подумал, вы захотите это знать. Через несколько часов здесь будут ваши родители. Она в ужасе подпрыгнула на постели. − Родители?! − Аро направил им поздравительное письмо, в котором приглашал приехать в Вольтерру и разделить радость от нашего бракосочетания, − Маркус медленно прошел в комнату и опустился в большое кожаное кресло, − у вас есть время придумать, что вы им скажете. Он взял с тумбочки одну из больших старинных книг и отрешенно углубился в чтение. Девушка застонала, повалилась на постель и накрыла голову подушкой. Только не родители. Только не сейчас. Что за дерьмовый день! − Мисс Каллен. − Что?! − Следите за речью. Я сказала это вслух?! − Прошу прощения. Уголки его губ дрогнули, но он продолжил медленно и вдумчиво читать. − Можно мне задать вопрос? Вампир кивнул, подчеркнуто заинтересованно скользя взглядом по пожелтевшим от времени листам. − Как так вышло, что простыня на которой мы… Я… Наша простыня оказалась у Алека, а я этого даже не почувствовала? − Вы слишком беспокойно спали, несколько раз упали с кровати, поэтому заменить ее не составило труда. − А что тогда было в руках Аро изначально? − Ничего, просто обычный кусок ткани. − Но я же помню, когда я утром встала − простыня была на месте! Маркус вздохнул и перевел на нее печальный взгляд. Несколько секунд он задумчиво смотрел на нее, будто решая стоит ли ей это знать, но затем проговорил: − Аро поручил Феликсу снять с постели простыню и сжечь. И Феликс сделал это тогда, когда мы с вами пошли в тронный зал. Еще вопросы? Она отрицательно покачала головой и углубилась в раздумья. Маркус снова спас ее? Какое-то безумие…

***

Так прошел час. Ренесми выползла из своего убежища и сидела теперь на постели, в нерешительности глядя на своего мрачного супруга. Наконец, она позволила себе прервать молчание. − Можно мне пойти на… охоту? Мне надо набраться сил перед встречей с… семьей. Маркус спокойно кивнул, осторожно переворачивая страницу. Девушка соскочила с кровати, нацепила на ноги удобные кроссовки, завязала волосы в тугой пучок, оглядела себя в зеркало и довольно кивнула. Замечательно! Стоило ей коснуться пальцами дверной ручки, как она услышала за спиной голос Маркуса: − Мисс Каллен… Вы сегодня великолепно держались. Ренесми, не в силах скрыть удивление, повернулась к мужу лицом, но вампир уже не обращал на нее никакого внимания. Она прищурилась. Что-то в нем незримо изменилось, но девушка пока не могла сказать, что именно. Сейчас не было времени размышлять, скоро приедут родители, и ей предстоит очередная схватка. Поспешно закрыв за собой дверь, Ренесми бегом преодолела несколько извилистых коридоров, пару лестничных пролетов и очутилась, наконец, на свежем воздухе. Как хорошо! Волнение от скорой встречи с родителями отравляло настроение, но она решила не поддаваться. Подумаю обо всем после охоты!