Полукровка и король

Головная боль и холод – вот то, что она ощутила с утра пораньше. В голове прозвучали слова Маркуса «будь готова на рассвете». Ну что ж, еще не рассвело, так что у нее есть некоторое время. С трудом оторвав голову от подушки, девушка прошла в ванную и включила горячую воду. Пар мгновенно заполнил помещение. Так стало немного легче. Это все из-за вчерашних тренировок. Она слишком истощена, чтобы сегодня повторить это, ей совершенно точно требуется перерыв. Девушка встала под душ. Подставив голову под горячую воду, Ренесми ощутила, как выравнивается пульс, мысли начинают течь ровнее, а дрожь в ледяных пальцах проходит. Жаркое тепло распустилось внутри, и она почти застонала, чувствуя, как напряженность спадает с плеч и боль медленно уходит. Глаза закрылись, Ренесми прислонилась головой к стене, ощущая легкое покалывание от горячих струй воды. Хоть что-то… Странная синьора Трувальди будто глядела своими синими глазами прямо в душу. Она щелкала как орешки помыслы Ренесми, за несколько минут раскусив ее слабое место. А она считала себя достаточно сильной, чтобы скрывать свои чувства. От всех, включая собственного мужа. Это было просто необходимо, если она хотела выжить и не причинить еще больше вреда самой себе. И ему. Маркусу… Боль накатила с новой силой, стоило ей лишь выключить воду. Перед глазами все расплывалось. Она испытывала непреодолимое чувство голода и иррационального страха. Ужасно. Омерзительно. Только не Трувальди… Кое-как справившись с полами огромного халата Маркуса, Ренесми сунула ноги в теплые тапочки и, пошатываясь, подошла к двери. Шаги. Она отчетливо слышала его шаги за дверью. Он вернулся. От этой мысли хотелось петь, но не было сил даже простонать. Хлопнула дверь. Маркус снова закрылся в библиотеке. Несмотря на нетвердую поступь, к двери в библиотеку она подошла совершенно бесшумно. Ренесми занесла было руку, чтобы постучать, но дверь оказалась не заперта. Девушка шагнула внутрь и вдруг почувствовала, как пол уходит из-под ног. Пятки заскользили по чему-то мокрому, и спустя мгновение, она поняла, что упала навзничь, больно ударившись головой о каменный пол. − Мисс Каллен, вы в порядке? – раздался откуда-то сверху голос Маркуса. В порядке ли она? Нет, она была не в порядке, определенно. Но от удара об пол мгновенно прошла головная боль. − М-м-м, − промычала в ответ Ренесми, силясь принять сидячее положение. − Понятно, − усмехнулся вампир и протянул ей руку. Поморщившись, Ренесми проигнорировала его руку и поднялась на ноги. − Что вы здесь… разлили? − Всего лишь вода, − он кивнул в сторону неуклюжего круглого кактуса на его письменном столе, − боюсь предположить, о чем вы подумали. − Я бы почувствовала запах крови, я не совсем безнадежна, − отозвалась Ренесми, потирая ушибленный затылок. − Вы сильно ушиблись? – ей почудилось, что в его голосе сквозит некоторая забота, но его дальнейшие действия быстро развеяли ее сомнения. Маркус бесцеремонно отодвинул ее от полок с книгами и принялся сосредоточенно изучать корешки фолиантов, словно ему было совершенно безразлично ее состояние. Он очевидно не ждал, что она станет отвечать на его вопрос. − Не стоит беспокоиться, я… − и тут ее осенило. Если сыграть роль больной достаточно убедительно, то это поможет ей пропустить ненавистные тренировки, на которые Маркус планировал ее затащить. И девушка с притворным вздохом осела на пол. Маркус обернулся. − Мисс… − он не договорил, когда Ренесми откинулась назад и закрыла глаза. Надеюсь, обморок его впечатлит… Главное контролировать себя. Не говоря больше ни слова, вампир подхватил ее на руки и перенес в постель. Ренесми старалась не думать о том, какие мысли рождали в ее голове его прикосновения. Если сердцебиение участится, он обязательно уличит ее во лжи. Спустя пару мгновений, она ощутила пьянящую нежность шелковых простыней на своей коже и едва сдержала довольный стон. Маркуса рядом не было, скорее всего он положил ее на кровать и снова вернулся в библиотеку. Ему, что, совсем все равно, что я без сознания?! Девушка обиженно запыхтела, все еще крепко зажмуривая глаза. Через минуту, Ренесми спохватилась и застыла, слишком поздно почувствовав на себе его взгляд. − Я вижу, вам уже лучше, − спокойно произнес владыка. Ренесми фыркнула. − Отлично, вопрос живы ли вы, решился сам собой. Очень остроумно. Девушка открыла глаза и встретилась с взглядом супруга, который внимательно рассматривал верхнюю часть ее туловища, не скрытую одеялом. На ней его халат. Он, скорее всего, не одобрит. Черт… − Весьма сожалею, но мне пришлось позаимствовать ваш халат. Я могу вернуть его, − промямлила Ренесми почувствовала, как сердце учащенно забилось. Маркус резко отвел от нее пристальный взгляд, отступил к окну и ровно проговорил: − Мне все равно. Несмотря на внешнее спокойствие и ровный тон, девушка уловила его напряжение. Он, казалось, раздражался от того, что им приходится отложить тренировку. Или было что-то еще? Она решила не мучаться догадками, а спросить прямо: − Что случилось? Вопрос повис в воздухе. Маркус безучастно рассматривал что-то за окном, полностью игнорируя ее. Девушка скрипнула зубами, почувствовав нарастающее негодование. Она задала вопрос, неужели так сложно ответить? − Маркус! Вы не расслышали?! У нее перехватило дыхание, когда она увидела, с каким выражением лица он к ней повернулся. Это было не просто раздражение, на нем была написала самая настоящая злоба. Черты лица заострились, борозда между бровей стала еще глубже. Он буравил ее обвиняющим взглядом, но она так и не смогла разобрать, что привело к таким внезапным метаморфозам. − Вы хотя бы иногда слушаете, что я вам говорю? – процедил он сквозь зубы, не разрывая зрительного контакта. Ему не нужен был ответ. Он итак его знал. Ренесми сглотнула. − Если я не отвечаю, значит, на то есть причины, − вампир слово в слово повторил то, что сказал ей в машине, когда она атаковала его вопросами про Трувальди, − вам надо учиться себя контролировать! Немедленно! И прекратить устраивать мне сцены из-за того, что кажется вам обидным. Он, сощурившись, оглядывал ее, будто решая, разорвать ее на куски или сначала выпить ее кровь. Ренесми на подсознательном уровне хотелось закричать от ужаса, убежать и спрятаться. Разум вопрошал: чего ей бояться, он же ее муж? Но инстинкты вопили совершенно другое! Она знала, что сейчас ее зрачки расширились от страха, и он должен слышать, как сердце в ужасе бьется о ребра. Маркус приблизился к постели и теперь нависал над ней. Минуту спустя он словно бы расслабился и даже почти отвернулся, но внезапно уставился ей прямо в лицо. Это было зловеще. Вампир говорил так тихо, что она едва могла разобрать смысл его слов, приходилось читать по губам, впрочем, от этого было еще страшнее. Да что с ней такое?! Почему он так на нее влияет? − Благодаря вашему поведению, встречи с Аро не избежать. Он коснется вас, и в ваших же интересах сделать так, чтобы он увидел только то, что вы позволите. Для того, чтобы вы научились закрываться от его воздействия щитом, и нужны эти тренировки. – Он закрыл глаза и несколько раз глубоко вдохнул. – Он просто убьет вас на месте, если вы посмеете уворачиваться от него, или ваша ложь будет слишком прозрачной. Вам все понятно? От Маркуса веяло арктическим холодом. Это было настолько не похоже на их предыдущее общение, что девушка ощутила, как по спине бегут мурашки, а губы онемели от страха. − Вам все понятно?! – прорычал он ей на ухо и отстранился. Нельзя поддаваться, надо немедленно взять себя в руки! Ренесми была готова отхлестать себя по щекам, чтобы прогнать этот леденящий душу ужас. Соберись сейчас же! Не съест же он тебя! Дрожь потихоньку ушла, но сердце продолжало заходиться в бешеном ритме. Ощущая себя бесконечно смелой, Ренесми нашла в себе силы посмотреть супругу прямо в глаза. С удивлением поймав его одобрительный кивок, девушка приободрилась и немного успокоилась. − Хорошо, мисс Каллен. Контроль над эмоциями должен быть совершенен. Страх, злость, отчаяние, боль – забудьте эти чувства. Только холодный расчет. Холодный расчет… Он опять играл с ней. Намеренно пугал… Это жестоко! − Теперь, если вы закончили со своими припадками уязвленного самолюбия и детскими обидами, полагаю, мы можем продолжать занятия. − Мои припадки… − Ренесми нахмурилась, но быстро прикусила язык. Он снова проверял ее самоконтроль и умение держаться? Способность закрываться и не давать раскачать ее самообладание? Ну что ж, попробуем… Лицо ее разгладилось и приняло безмятежное выражение. − Замечательно, мисс Каллен, − тоном преподавателя сказал Маркус и сел в кресло, извлекая из бумажного конверта последний номер какого-то научного журнала, − пожалуй, вы не совсем безнадежны. − Спасибо за комплимент. − Я не говорил вам комплиментов, − отозвался Маркус и углубился в чтение. Ренесми закатила глаза и откинулась на подушки.

***

Пока девушка лежала с закрытыми глазами, Маркус внимательно рассматривал ее, делая вид, что читает журнал. Он спрашивал себя, не было ли это безумством с его стороны. Уже несколько десятков раз он давал себе обещание не сокращать дистанцию, но она сокращалась сама собой. Он перестал ночевать в своих покоях, чтобы не искушать судьбу, но, похоже, это мало что изменило. Он пытался вести себя с ней жестче, чтобы она не рассчитывала на какую-то симпатию с его стороны, но Ренесми принимала его поведение как должное, время от времени даже глядя на него с благодарностью. С благодарностью! Она точно ненормальная… В тот день Хайди привела небольшую группу, поэтому трапеза была кратковременной. Он уже собирался вернуться в свои покои, когда Аро задержал его и поведал подробности своей беседы с Ренесми. Изо всех сил контролируя выражение своего лица, Маркус лишь сдержанно кивнул брату, оставив того в немом недоумении. Но владыка знал, Аро не станет долго ждать – теперь он еще яростнее будет пытаться раскопать правду. И ему пришлось действовать… Все должно было произойти не так, совершенно иначе, но Ренесми не оставила ему выбора… Теперь она обязана научиться контролировать щит и вместе с ним свои эмоции в предельно короткий срок, а он постарается ей в этом помочь. Но как же сложно бывает совладать с ее эмоциональными вспышками… Каллены совсем не уделяли внимания ее самоконтролю, разбаловали девчонку до нельзя. Но он надеялся, что сможет переломить ситуацию. «Надежда умирает последней, − заключил внутренний голос, − иногда вместе с тем, кто надеется». У нас, надеюсь, до этого не дойдет… Маркус потер лоб и бросил на девушку очередной озадаченный взгляд. Она спала. Видимо все-таки ударилась сильнее, чем он предполагал… Пусть отдыхает, впереди трудный день, она должна быть на высоте.

***

Ренесми зевнула, приподнимаясь на локтях. Она снова уснула? Что ж, теперь ей куда лучше. Голова не болела, тело перестало ныть, появилась бодрость и даже некоторая легкость. − Вы проспали два часа, − не отрываясь от журнала, проговорил Маркус. Он что, так и сидел, не меняя положения?! − Теперь приведите себя в порядок, нам надо ехать. − Я… − девушка почувствовала, как клубок отвращения скручивает внутренности. Опять ехать к ненавистной Трувальди, чтобы выступить там подопытной лабораторной мышью? Ну уж нет! − Вы…? – он кивнул, предлагая ей закончить фразу. − Я никуда не поеду, − пробормотала Ренесми, чувствуя, как голос отказывается слушаться. − Поедете. − Нет! Я больше не хочу с ней встречаться. И потом, я слишком плохо себя чувствую. Природа ее раздражения на Трувальди была очевидна. Она не хотела смотреть правде в глаза, но… Это была банальная женская ревность. И если Августина думает, что она поверила в ее рассказы, то сильно ошибается. Она наверняка испытывала к Маркусу какие-то чувства, чем еще можно объяснить их весьма близкие отношения? У Маркуса ни с кем не было отношений, после смерти Дидим! Девушка с вызовом посмотрела на мужа. Он устало вздохнул и взъерошил волосы. − Вам придется. Это наш… ваш единственный шанс хоть чему-то научиться. Вам пора перестать питать иллюзии, что словесные убеждения для Аро достаточный аргумент. Впрочем, если вам действительно плохо… − Маркус бросил на девушку оценивающий взгляд. Ренесми покраснела. − Она мне не нравится! − Мне нет до этого дела. − Вам вообще нет дела до моих чувств… − девушка вдруг почувствовала острый укол обиды. Что я несу… − Пожалуй. Девушка фыркнула. «Он и не обещал», − приветливо сообщил внутренний голос. По правде говоря, ей было обидно еще и от того, что какая-то Трувальди знала о Маркусе куда больше, чем она, его законная супруга. И по всему видно было, что открывать перед ней карты муж не собирается. − Знаете что… вы… вы… самодовольный, черствый, бесчувственный эгоист! − Следите за речью, мисс. И контролируйте эмоции. − И не подумаю! Если я захочу, то назову вас хоть навозным жуком, а вы ничего мне не сделаете! – она сжала кулаки и бросила на него испепеляющий взгляд. − Почему же. Я могу запереть вас в этой комнате еще на неделю, а если выкрикните особо грязное ругательство – до конца нашего счастливого во всех отношениях брака, − Маркус откинулся на спинку кресла. Контроль! Она должна держать себя в руках. Но у нее внутри будто сорвало стоп-кран, и юную Ренесми понесло по волнам собственного раздражения и все сильнее ощущаемой ревности. Он относится ко мне как к маленькому неразумному ребенку и постоянно вздыхает в моем обществе, а какая-то странная женщина с гирляндами в ушах даже заставила его пару раз слегка улыбнуться! Ренесми тихо зашипела. − Вы конечно же неприкосновенная личность, − едко парировала девушка, − вы можете наказывать меня за любое неверно сказанное слово. Не в моих силах выступить против вас… −…хорошо, что вы это осознаете, − едва заметная ухмылка тенью легла на его лицо. − Это несправедливо! − Не говорите мне о справедливости, − глаза его внезапно потемнели, а в голосе послышались угрожающие нотки, − я последний, кому вы можете пожаловаться, что жизнь к вам несправедлива. Вам так не кажется? Опять пугает… Но я тебя не боюсь! Вопреки своим мыслям, Ренесми поежилась и, невольно сбавив тон, продолжала: − Вы можете меня разоблачать, обижать, унижать, возить на непонятные сеансы со своими умалишенными подругами… Брови Маркуса изогнулись, но лицо оставалось непроницаемым. − …потому, что я слабее вас. Но это подло и аморально. И можете наказать меня и за это тоже. Он театрально похлопал в ладоши несколько раз и отложил журнал в сторону. − Какой огонь, мисс Каллен. Вы искренне полагаете, что я запираю вас в комнате, не отвечаю на ваши вопросы, заставляю тренироваться только для того, чтобы приструнить вас? − Разве не это ваша конечная цель? – девушка вскинула на него острый взгляд, − приструнить меня и подчинить своей воле. А дальше я буду делать то, что вы мне скажете и ни шагу в сторону. Он устало потер пальцами переносицу и закрыл глаза. − Это, конечно, заманчивая перспектива. Но я вполне реально оцениваю ваши способности. Трех дней недостаточно, чтобы полностью подчинить такую… Какую?! − …безрассудную и упрямую девчонку. Я всего лишь забочусь о вашей безопасности и вашем благополучии. − Как это трогательно, − с сарказмом отозвалась Ренесми, − только совершенно бессмысленно. Я и сама могу о себе позаботиться. − Неужели? – он не открывал глаза, − маленькая наследница Калленов приезжает в Вольтерру, проникает в логово опасных вампиров, чтобы обвести вокруг пальца их главу, постоянно рискует своей жизнью из-за взбалмошности и импульсивности – о да, вы можете о себе позаботиться. Если бы я не принимал в этом участия, вы давно были бы мертвы. − Едва ли… − девушка осеклась, вспомнив обещание Аро отдать ее Феликсу. − Вы же не считаете, что я сразу должен был отвергнуть ваше предложение и сдать вас с вашими безумными идеями прямо в руки Аро? − Нет, этого делать не следует, − тихо пробормотала Ренесми и подтянула одеяло к груди. Маркус подошел к постели и присел на край. Слишком близко. Настолько близко, что у нее почему-то задрожал подбородок. Но теперь это был не страх, а нечто иное. Интерес? Пожалуй, да, это был интерес. Маркус смотрел на нее потемневшими глазами, и она утонула в этих бездонных черных омутах. Он изучал ее лицо, глаза, губы, наклоняясь все ближе. Почувствовав его дыхание кожей, Ренесми уже не сомневалась ни секунды – сейчас он ее поцелует. Девушка инстинктивно подалась вперед и прикрыла глаза, но тут же почувствовала, как вампир отстранился. Когда она вернулась к реальности и посмотрела на супруга, он уже сидел в своем кресле, а в его глазах застыло нечитаемое выражение. Она снова чуть было не выставила себя идиоткой. Очередной урок контроля, синьор Вольтури? Девушка вспыхнула и сжала кулаки. − Надеюсь, вы больше не станете унижать меня таким образом? – спустя мгновение, дерзко спросила она, прожигая его взглядом. − О чем вы, мисс Каллен? − О том, что вы чуть не сделали только что… − Мисс Каллен, вам же нравится разыгрывать эти представления? – подчеркнуто заинтересованно спросил он, − тогда почему я должен отказывать себе в этом маленьком удовольствии? Мерзавец! − Как вы мне противны, − выплюнула она и тут же осеклась. Конечно он не был ей противен и прекрасно знал об этом. − Вы делаете из мухи слона, и, кстати, снова ослабили контроль. Вы чувствуете, мисс Каллен? Над этим надо работать. − Вы достали меня своими рекомендациями. − Так вы хотя бы проживете чуть дольше. Ваш обширный жизненный опыт, приобретенный вами за… сколько там вы живете на свете… совершенно бесполезен, он не помогает вам правильно оценить ситуацию. Поэтому рекомендую вам успокоиться. − Равнодушно ответил Маркус, взял со стола тяжелый фолиант и с безразличным видом принялся читать. То есть беседа окончена?! Ну уж нет! − Значит вы не собирались меня целовать? − С чего вы взяли? – Маркус изумленно фыркнул, – конечно нет. Ренесми задохнулась от возмущения. − Вы просто… просто… − Следите за речью, мисс Каллен. И помните о наказании. Наказании… да плевать уже! − Чего мне будет стоить «мерзкая болотная пиявка»? − Три дня заключения. И заметьте, я учитываю ваш нестабильный эмоциональный фон. − О, как великодушно, спасибо вам огромное! – злобно прошипела девушка. − Не стоит благодарности, мисс Каллен, в конце концов я не изверг. − Здесь наши мнения расходятся. Он иронично приподнял одну бровь, заставив девушку смущенно опустить глаза. И почему когда он так делает, у меня отключается разум… Она не сумела сдержать протяжный вздох, хорошо, хоть не расплылась в блаженной улыбке. Впрочем лицо Маркуса быстро приняло отрешенное выражение, и он сурово сказал: − Принимая во внимание ваше состояние, мисс Каллен, я рекомендовал бы вам оставить эти словесные упражнения и пойти одеваться. И да, отменить тренировку у Трувальди не получится. Ее будто окатили ледяной водой. − Но… но… я же сказала, что плохо себя чувствую! − Недостаточно плохо, для того, чтобы отказать себе в удовольствии пререкаться со мной. Так что одевайтесь, живо. Бесчувственная сволочь… Девушка с раздражением соскочила с постели, распахнула дверцы шкафа, взяла то короткое платье в цветочек и скрылась в ванной, захлопнув за собой дверь. Что он там говорил о платье? Буду носить только его! Дверь приоткрылась и Ренесми увидела его руку. Он держал джинсы и какой-то легкий свитер. − Наденьте это, − мрачным голосом проговорил вампир, − вам должно быть удобно. − Нет! − она выдернула из его рук одежду и заперла дверь на замок, – я сама решу, что надевать! − Если не оденетесь как полагается, мне придется одевать вас самому. Боже, это переходит все границы! Сдерживаясь, чтобы не разрыдаться от обиды, Ренесми натянула джинсы, свитер, сунула ноги в кроссовки и стянула волосы в хвост. Она плеснула в лицо ледяной водой, сделала пару глубоких вдохов и вышла из ванной. − Я готова. Опять Трувальди, опять весь день выслушивать ее странные умозаключения. Она надеялась, что хотя бы эта поездка не обернется унижением и истощением, как прошлая. Контроль, главное не забывать о контроле…