Полукровка и король

Маркус ненадолго скрылся в библиотеке, деликатно дав Ренесми возможность одеться. Она накинула его рубашку, которую уже почти стала считать своей, собрала волосы заколкой и села на кровать, подобрав под себя ноги. Амамбиль тут же устроился рядом, подставляя ей теплый бок. Девушка улыбнулась и зарылась пальцами в густой мех. − Эх, знал бы ты, как мне хочется на время стать тобой… Проблем никаких, ешь себе, спи, да грейся на солнышке… Завидую я тебе… Амамбиль ответил ей протяжным мурчанием, которое, видимо, говорило, что кот сам себе завидует и вполне доволен своим положением. В ожидании мужа Ренесми скользила взглядом по аскетичной обстановке комнаты, на ходу подмечая детали, которые она давно хотела исправить. К примеру, черные портьеры. Слишком мрачно, даже зловеще… Или тяжелый полог над кроватью неизменно черного цвета. Его вообще лучше было снять. И девушка приняла решение обязательно заняться этим, как только они решат все так внезапно навалившиеся проблемы.

***

Маркус появился на пороге библиотеки слишком бесшумно, в очередной раз заставив ее вздрогнуть. − Мисс Каллен, вам удобно? Может быть зажечь свет? Комната была погружена в полумрак, но это им не мешало, потому что оба прекрасно видели в темноте, поэтому Ренесми отрицательно мотнула головой. − Прекрасно. Ну что, вы готовы? Ренесми не была уверена, что она готова, потому что не понимала, к чему надо готовиться, но на всякий случай кивнула. И притянула к себе кота. Вампир сел в свое кресло, которое уже было развернуто к ней лицом, и бросил короткий взгляд на почти не тронутый ужин. − Вам надо хорошо питаться, − Маркус нахмурился, − или будете пить кровь. − Надо полагать, вы не отпустите меня на охоту? − Исключительная проницательность, − мужчина вытянул ноги и положил их на постель, − особенно сейчас. Вам лучше не покидать пределы замка. Ренесми закатила глаза: − Опять? Я снова буду сидеть взаперти? − Если вы хотите остаться в живых – именно так вы и поступите. Хотя, вы можете гулять в саду. В сопровождении Алека. Алека?! Только не это! Она прекрасно помнила обстоятельства последней встречи с Алеком и до сих пор не решила, как теперь смотреть ему в глаза. Заполучить его в собственные телохранители девушка была совершенно не готова. Ренесми вскинула на мужа умоляющий взгляд: − Зачем же Алек, может я как-то сама смогу?… − Сады Палаццо закрыты от посторонних, но только если эти посторонние – люди. Вампиры или оборотни смогут без труда преодолеть ограду, поэтому вам нужен кто-то, кто будет с вами рядом и сможет вас защитить. Надеюсь, мне не нужно объяснять, почему это буду не я? − Маркус… − Да, мисс Каллен? − Но Алек… Мне неловко это говорить, поймите меня правильно… Алек… Просто он… Мне кажется, что он… − Влюблен в вас? – Маркус иронично изогнул бровь. Она вспыхнула и коротко кивнула. − Я знаю, поэтому считаю, что он – самый надежный вариант, − отрезал владыка и слегка сжал губы, дав понять, что обсуждать это дальше не намерен. Ренесми вздохнула и опустила плечи. Когда Маркус говорил таким тоном, спорить было бесполезно, даже она уже это поняла. − У нас есть время до Рождества. И ряд вопросов, которые надо прояснить, − владыка внимательно посмотрел на девушку, потом извлек из кармана ее блокнот, карандаш и протянул ей, − записывайте. − Эм… Откуда у вас мой блокнот? Вы что, читали мои записи? − Я должен был удостовериться, что вы правильно понимаете то, что написано в книге. − И каков вердикт? − Вполне сносно, − он едва улыбнулся, − по крайней мере, для вашего возраста. Я внес кое-какие исправления. Это прозвучало почти как похвала, а такие слова из его уст дорогого стоили. Ренесми с удовлетворением кивнула, приняла из его рук блокнот и раскрыла его на чистой странице. − Итак, приступим. Вы должны понять, что я не смогу поехать с вами. Поэтому на некоторое время нам необходимо будет разлучиться. Но это не должно повлечь за собой дополнительных осложнений, принимая во внимание ваше… Здоровье… Поэтому пишите, первое: вам надо связаться с Карлайлом, описать все особенности вашего самочувствия в так называемый острый период, возможно, он найдет какое-то решение. Вы наполовину человек. Лекарства, настойки, травы – все, что угодно, что может подавить процессы. Потому что, в противном случае, это может стать серьезным препятствием… Ренесми зарделась, но стойко записала в блокнот первый пункт. Позвонить дедушке, описать ему свои проблемы в период овуляции и выслушать его рекомендации. Прекрасно. Что может быть более унизительным. − Второе, − ровным тоном продолжал Маркус, − вам надо составить список необходимых вещей. Одежда, обувь, все необходимое в прохладном климате. − О чем вы говорите? Вы уже решили, что это будет за место… в котором вы меня спрячете? − Да. Вам это вряд ли придется по душе, но… Девушка напряглась. − Это будет Лондон, − невозмутимо проговорил Маркус, глядя ей прямо в глаза, − бедный квартал Лондона, населенный эмигрантами из Юго-Восточной Азии. Она с трудом выдержала паузу, чтобы все выглядело так, словно она просто обдумывает услышанное, а не умирает от отвращения с бешено колотящимся сердцем. Эмигранты. Из Китая, Тайланда, Индонезии… Она никогда не видела подобные места в живую, но была наслышана о них. Грязь, бедность, отвратительные запахи и антисанитария. В голове бессистемно поплыли картинки, как похожие друг на друга китайцы расчленяют ее бездыханное тело и обжаривают в сковороде вок, с аппетитом облизываясь. На этом фоне оборотни казались почти безобидными комнатными собачками. − Маркус, вы уверены? – прошептала она, в ужасе сглатывая, − я бы не хотела… То есть… Это же ужасно… − Расслабьтесь, мисс Каллен. Вы сильнее любого из тех, кто там живет, однако густонаселенный район даст вам возможность затеряться в толпе. И резкие запахи собьют со следа даже Деметрия. Мы, конечно, могли бы походатайствовать о том, чтобы вам предоставили покои в Букингемском дворце, − губы его едва заметно дрогнули, − но, боюсь, гвардейцы Ее Величества не смогут вас защитить. − Вы издеваетесь? − Немного. Ренесми обреченно вздохнула − Итак… Я должна узнать у Карлайла особенности поведения во время овуляции, − несчастным голосом повторила она, − а потом собрать вещи и переехать в клоповник в бедном районе Лондона, чтобы раствориться в запахах мусора, несвежей еды и никому неведомых специй. Таков ваш план? Он усмехнулся: − В отношении вас – да. − А что будет с вами? Вы останетесь здесь, когда румыны и оборотни нападут? − Я думаю, что оборотни не нападут, когда станет известно, что… −… меня нет в замке. А если нет? Если все-таки нападут? А румыны – сколько у них вампиров? Кроме двоих древних, Владимира и Стефана, кажется… Они обращают новорожденных? − Это не вашего ума дела, мисс Каллен, − жестко ответил Маркус, − ваша задача выполнить то, что я сказал. − Но, если… − девушка осеклась. По спине пробежал мороз от осознания того, что может случиться, если будет битва. Никто не знает их численности, если они и не победят, то могут нанести существенный урон. И могут пострадать те, кто ей не безразличен… Он предостерегающе поднял руку: − Вольтури правят уже достаточно давно, чтобы накопить опыт решения подобных конфликтов. − А как же Аро? Он же не хочет, чтобы я спряталась… Он решил выдать меня им, да? Ренесми задержала дыхание. Зачем задавать вопрос, когда ответ очевиден? Конечно да! Она понимала, что Аро хочет решить конфликт бескровно – просто отдав им то, что для него не представляет никакой ценности. Что может быть проще! А до этого у нее есть целых два месяца, чтобы успеть родить ребенка. И Аро будет полностью удовлетворен. Маркус ничего не ответил, но она заметила, как на его скулах заходили желваки. − Я буду там одна? И снова молчание. − Маркус, − настойчиво повторила девушка, − в Лондоне… Я буду одна? У нее появилось нехорошее предчувствие, которое она предпочла отогнать его подальше. Не мог же он обратиться к… Нет, это невозможно. Решительно исключено. − Вам пока не следует этого знать, мисс Каллен, − отозвался он тихо, − у меня есть для вас еще одно поручение. Не говоря больше ни слова, Маркус поднялся с кресла, пересек комнату и скрылся за дверью библиотеки. Появился он почти мгновенно, держа в руках четыре увесистых книги. Судя по потертости переплетов – их возраст насчитывал не одну сотню лет. Вампир любовно погладил красные фолианты и положил их перед Ренесми. − Это все, что мне удалось найти в нашей библиотеке, относительно особенностей поведения оборотней. Здесь, − он ткнул пальцем в первый том, − рассказывается легенда о запечатлении. − Легенда о запечатлении? Маркус кивнул, пролистал несколько страниц, и, очевидно найдя то, что искал, прочитал вслух: − Непреложный закон волков гласит: никто из стаи не может, убить того, на ком запечатлен волк. Такое действие является разрушительным не только для волка перенесшего потерю, но и для всей стаи. Когда волк лишается возлюбленной, его душа разрывается надвое и горит в огне страшных страданий. Каждый член стаи будет чувствовать ту же боль. − В таком случае, они не должны меня убивать, − неуверенно сказала Ренесми, − ведь на мне запечатлен волк. − Вы не учитываете, что законы возможно нарушать. − Но ведь тогда пострадает вся стая… − Ренесми поджала губы, − думаете, Сэм Адли пойдет на это? − Все не так просто, мисс Каллен. Оборотни обладают друг с другом телепатической связью, это верно, поэтому, когда вы оставили Джейкоба Блэка, вся стая немедленно ощутила его боль. Но в его стае было всего двое волков. Для того чтобы избавить их от страданий, он принял обличье человека и отказался перевоплощаться, а волки ушли к другому вожаку. Блэк больше не связан с ними, а они − не чувствуют его мучений. Ренесми ощутила, как в груди предательски заныло. Она явилась причиной страданий Джейкоба, а ведь он был ей другом… Но, с другой стороны, она же не виновата, что так вышло? Что она не испытывала к нему взаимности… − Вы сказали, что Джейкоб отказался перевоплощаться… Но ведь это его осознанное решение, поэтому если вдруг потребуется… − Если вдруг потребуется, он сможет принять облик волка, − закончил за нее Маркус, − а еще здесь сказано, − он снова ткнул пальцем в книгу, − что волк будет защищать свою возлюбленную от опасности даже ценой собственной жизни. Если ее смерть все-таки произойдет, то он будет драться с ее убийцей, пока не уничтожит его или же пока не погибнет сам. Из этого следует вполне закономерный вывод… − Если я погибну от зубов оборотня, а Джейкоб убьет этого оборотня, то он сможет жить нормальной жизнью и забыть о запечатлении, − с замиранием сердца заключила девушка. − Именно так. Но предварительно он будет защищать вас не на жизнь, а на смерть. Ренесми с ужасом посмотрела на Маркуса. − Не хотите же вы сказать, что… Он поспешил перебить ее: − Это все лишь предположения, я до конца не выяснил особенностей этого запечатления, у меня было слишком мало времени. Но есть еще кое что… Вот здесь, − вампир взял в руки вторую книгу, открыл ее посередине, и от страниц мгновенно пахнуло древностью, − перечислены способы защиты от оборотней. Для смертных, естественно. − Но зачем людям защищаться от волков, когда оборотни наоборот, насколько мне известно, преследуют благие цели?… − Вы уже сами могли убедиться, что у любой медали две стороны, − Маркус криво усмехнулся, − то, что является благом для одних – иногда воспринимается другими в штыки. И оборотни не исключение. Во все времена существовали люди, которые были посвящены в… − …тайны хладных демонов? Маркус изумленно посмотрел на супругу. Она спокойно пояснила: − Мне рассказывала мама. − Оборотни всегда боролись с вампирами, защищали от них человеческий род. Но среди людей были и те, кто умудрялся подружиться с бессмертными или даже обрести любовь… Вроде вашей матери. Известно множество случаев, когда вампиры не обращали своих возлюбленных, но находились с ними в тесной связи вплоть до самой смерти последних. Оборотни презирали таких людей. − Но люди же не могли биться с волками… Они, просто напросто, намного слабее. − Верно. Но они могли спрятаться. − У волков острый нюх, как можно спрятаться от кого-то, кто обладает сверхспособностями? − Вы опережаете события, мисс Каллен. Я же сказал, что есть способы. Например, существует специальная трава, которая растет на болотах Швабии. Если человек заваривает ее и пьет, то его запах становится для оборотня неразличимым. − И вы предлагаете мне выпить эту траву? – упавшим голосом спросила Ренесми. Перед ней все четче вырисовывалась картина, как волки нападают на замок, пока она – причина всех этих несчастий – стыдливо сидит где-то в Лондоне и ждет развязки. − Не исключаю, что это будет необходимо. − Только один момент – Швабия, это не Вольтерра, − тихо заметила Ренесми, − поэтому траву еще надо собрать. И наверняка есть масса особенностей, в какой именно период ее нужно рвать, как заваривать, в какой пропорции принимать. Чтобы не умереть от интоксикации. И я наполовину вампир… − Поэтому мое следующее поручение – прочтите все, что написано в этих книгах об оборотнях, выпишите, все, что может быть полезным, а потом мы окончательно определимся с тем, как нам поступить. И мисс Каллен… Если я замечу, что вы выписываете не то, что нужно, чтобы обвести меня вокруг пальца… − Ничего такого я делать не собираюсь! – соврала Ренесми, пряча от него взгляд. − Надеюсь! Хотя именно это она и думала сделать. Ренесми знала, что просто не сможет быть в Лондоне под защитой неизвестно кого (хотя она подозревала, кого решит приставить к ней Маркус), пока ее мужу и другу будет грозить смертельная опасность. И она должна остаться в замке, чтобы в случае чего увести волков за собой. Погруженная в эти размышления, девушка взяла из рук Маркуса книги. Они были слишком тяжелыми, поэтому было незаметно, что руки у нее подрагивают. Он сел напротив и нахмурился, очевидно, прекрасно почувствовав ее состояние. Ренесми сделала вид, что углубилась в чтение. Ей пришлось дважды перечитать первую страницу, прежде чем она уяснила, что там написано. Ее всю колотило от мыслей о том, что с ним может случиться, если она уедет. Оборотни сильны, а румыны могли собрать много новорожденных, которые подавят Вольтури своим количеством… Эдакое пушечное мясо. Первый абзац на второй странице пришлось прочесть трижды. Потом она сдалась и стала просто смотреть на строки, чтобы избежать взгляда, которые наверняка были направлены на нее. − Не надо геройствовать, мисс Каллен, − спокойно сказал Маркус и Ренесми почувствовала, как двусмысленно звучит его фраза, − я ненадолго задержусь в библиотеке, а потом покину вас. Вернусь завтра утром. А вы не засиживайтесь допоздна, вам еще нужно выспаться. И поешьте. Владыка выпрямился и шагнул в двери в библиотеку. Девушка окликнула его: − Маркус… Вампир обернулся: − А это правда, что оборотень сильнее вампира и может уничтожить его? − Это спорный вопрос, кто сильнее. Но оборотень действительно может уничтожить вампира, − помедлив немного, он скрылся в библиотеке и плотно закрыл за собой дверь.

***

Ренесми сидела на постели уже третий час и бездумно пялилась в книгу. Мысли путались, голова отказывалась соображать. «И поешьте», − напомнил внутренний голос тоном Маркуса. Она подвинула к себе тарелку с остывшей едой, поковыряла в ней вилкой и отправила в рот кусок, даже не различая, что это. У еды был вкус пепла. Это от волнения… «Оборотень действительно может уничтожить вампира» Дьявол…

***

Ноющая боль беспокойства вгрызалась изнутри в живот и сводила с ума. Если он хочет ее спрятать, значит опасается, что в замке недостаточно безопасно… Или это все из-за Аро… Как же сложно… Но я не могу просто так с этим смириться! Девушка гордо вздернула подбородок. Она решила. Она не уедет. В голове постепенно начал вырисовываться план. И поможет ей в этом Трувальди. Нужно срочно просить Маркуса отвезти ее туда. Эта странная женщина поймет и подскажет, как лучше поступить… Но почему тогда сейчас ей так плохо и неспокойно? Почему от одной мысли о том, что она уедет из замка, сердце перестает биться? Ренесми закрыла глаза, и вдруг острое чувство осознания пронзило ее насквозь. Маркус… Она представила его лицо и утонула в манящей глубине его алых глаз. Тугой ком, навеки сжатый у нее в груди, вдруг распустился и расцвел. Любовь… Она испытывала к нему не влюбленность, не влечение, не интерес или уважение, это была самая настоящая пылкая любовь. Значит, вот что это такое! Ренесми открыла глаза в темноту комнаты и удивилась, что не светится, не горит, не полыхает от этого страшного и прекрасного чувства, которое грозило взорвать ее изнутри. Как могло такое случиться? Как этот мужчина, этот ужасный вампир, о котором она если раньше и думала, то лишь с вынужденным уважением, после свадьбы стал для нее всем? Всем?!

***

Ее размышления прервал легкий стук. Ренесми бросила короткий взгляд на часы. Стрелки показывали почти полночь. Она нехотя поднялась и подошла к двери, отодвигая резную задвижку. На пороге стоял Аро. − Что вам нужно? – спросила девушка, отступая назад. − О, я вижу, что снова не вовремя, − сладко улыбаясь, Аро шагнул внутрь, − судя по вашему внешнему виду, вы спали? Но я хотел бы побеседовать с Маркусом, так что, Ренесми, возвращайтесь в объятия Морфея. − Маркус занят, − Ренесми махнула рукой в сторону запертой двери в библиотеку и перегородила ему путь, − но я передам, что вы заходили. − Милая Ренесми, вы не поняли, − Аро снова ослепительно улыбнулся, − это важный разговор, который не терпит отлагательств. И поэтому я, к несчастью, вынужден просить вас отойти с дороги. Вампир протянул к ней руку, желая отодвинуть в сторону, но Ренесми уже сама отшатнулась, вызвав у него довольный смешок. − Кстати, как ваше самочувствие? Полагаю, скоро вас можно будет поздравить? − О чем вы, Аро? Презрение, ярко отобразившееся у нее на лице в тот момент, вызвало у владыки подчеркнуто печальный вздох. Аро покачал головой и направился к библиотеке, потом застыл, развернулся на каблуках и впился в девушку пронизывающим взглядом. − Юная Ренесми, вы без сомнения понимаете, как мне неприятно напоминать вам о той единственной цели, ради которой заключен ваш брак. Конечно же, я говорю о наследнике. И очень надеюсь, что вы делаете все возможное, чтобы младенец появился на свет, − ухмылка Аро засияла во всю мощь. Ренесми заметила, что дверь в библиотеку отворилась, и на пороге показался Маркус. Он приподнял брови и с интересом наблюдал за разворачивающейся сценой. Аро все еще стоял к нему спиной и продолжал буравить Ренесми испепеляющим взглядом. Девушка распрямила плечи и натянула на лицо не менее сладкую улыбку. − Все случится тогда, когда вы, Аро, научитесь держать свои блудливые и сладострастные переживания при себе. Рискну показаться бестактной, но наша семейная жизнь вас не касается. Вы же не считаете, будто именно вы являетесь единоличным правителем и вправе диктовать другим старейшинам свои условия? – она намеренно возвысила голос на последнем предложении, − поэтому будьте так добры, оставьте нас в покое. Ренесми украдкой взглянула на мужа. На лице Маркуса застыло непроницаемое выражение. Девушке даже показалось, что в его глазах мелькнуло нечто похожее на восхищение, но эта вспышка быстро погасла. Она мгновенно перевела взгляд на Аро. Зрачки владыки расширились, затем сузились, лицо исказила гримаса ярости, но он тут же взял себя в руки, и лицо его приняло подчеркнуто благожелательное выражение. Пауза длилась несколько секунд, которые показались ей вечностью. Однако Ренесми сделала все возможное, чтобы ни один мускул на ее лице ни дрогнул, когда Аро шагнул к ней, наклонился к ее уху и, намеренно растягивая слова, зашипел: − Ваше неуместное заявление о том, что надзор за вашими отношениями вызван блудливыми сладострастными переживаниями, является оскорблением не только для меня лично, − его голос звучал дьявольски глухо, − но и для всей свиты, перед лицом которой вы обещали сделать все возможное, чтобы наследник родился на свет. Хочу заметить, что чем больше я узнаю вас, моя дорогая, тем больше мысль об отпрыске, которого может дать ваш союз, вызывает у меня содрогание. Впрочем, надеюсь, мой брат знает, что делает, раз до сих пор не остановил этот поток бессвязных мыслей из вашего прекрасного рта, − он резко выпрямился и повернулся лицом к Маркусу, − ведь так, Маркус? И разговор не терпит отлагательств, поэтому жду тебя в каминном зале. Аро вылетел из покоев, хлопнув дверью так сильно, что на голову Ренесми посыпалась пыль. Маркус отрывисто покачал головой, смерил девушку нечитаемым взглядом и вышел вслед за Аро, но дверь закрыл легко и бесшумно. Ренесми судорожно вздохнула и уперлась лбом в стену. Неужели она снова сболтнула лишнего? Но тут дверь снова отворилась, Маркус уверенно шагнул к ней и прошептал прямо в ухо: − Я тебя убью. Убью. Медленно и мучительно. А когда она обернулась, то увидела, что в глазах его пляшут искры самодовольства. Он был доволен ею. И это было совершенно очевидно. Ренесми улыбнулась ему в ответ и коротко кивнула. И пусть Аро треснет от злости.