Полукровка и король

Ренесми закрыла дверь в свои покои и подошла к столу. Она хотела еще немного почитать, но после поездки к Трувальди все теперь раздражало и валилось из рук. Отчаявшись, она плюхнулась на кровать с единственной целью – передохнуть и забыться, но внезапно ощутила легкий дискомфорт… Через час она уже четко чувствовала, как в крови закипает знакомое возбуждение. И ей стало страшно. Девушке срочно надо было принять лекарство, пока ситуация не вышла из-под контроля, как в прошлый раз. Лекарство у Маркуса, а Маркус где-то ходит. Надо его разыскать! Она успела обойти замок несколько раз, но тщетно – владыки нигде не было. Когда стало еще хуже, памятуя о последствиях, она поспешила к себе и заперлась в ванной – так можно было протянуть еще некоторое время, пока он не придет. От воды действительно ненадолго полегчало, но стоило ей выйти из-под теплых водяных струй и завернуться в полотенце, как все чувства обрушились на нее с новой силой. Невыносимо!

***

Ренесми бил настоящий озноб, когда Маркус, наконец, вошел в ее покои. Справившись с волнением, она постаралась натянуть на лицо наиболее непринужденное выражение, чтобы не выдавать свое состояние. Слишком унизительно… Но с собой совладать не получилось: как только она уловила ритм его дыхания, ее будто ударило током. Ей самой вдруг стало тяжело дышать. Возбуждение было таким сильным, что уже не приносило приятных ощущений – между ног будто горел костер, а присутствие мужчины лишь подлило масла в огонь. − С вами все в порядке, мисс Каллен? − спросил Маркус, присаживаясь на кровать и вглядываясь в ее лицо, − вы выглядите взволнованной. Нет, нет, нет, зачем он сел так близко! Что он там спросил? Взволнованной?! Еще бы! Она была не просто взволнована. Она вся горела и думала лишь об одном, как бы поскорее избавиться от одежды и принять горизонтальное положение, желательно рядом с ним. Какое унижение… Сердце ее заколотилось чаще, а к щекам прилила кровь. И Ренесми не выдержала. − Началось, − выговорила она обреченно, − я искала вас… Вы не дали мне лекарства… Руки ее затряслись мелкой дрожью… Маркус тотчас же понял, что она имеет в виду, быстро извлек из кармана коробочку и протянул ей. Руки их на мгновение встретились, от чего девушку передернуло, и она тихо застонала. Вампир нахмурился, но ничего не сказал. Дрожащими пальцами Ренесми открыла упаковку. Там были не привычные ей таблетки, а какие-то капли, которые нужно было принимать строго по инструкции. Инструкция… Слишком мелкий шрифт. Незнакомый язык. Перед глазами все плыло. − Сколько положено людям? – выдохнула она, − я не понимаю итальянский. Вампир взял у нее из рук аннотацию и прочитал: − Двадцать капель трижды в день. − Карлайл повысил мне стандартную дозировку в четыре раза, – она почти задыхалась от волнения, − дайте мне воды! Пожалуйста, поторопитесь. Маркус принес воды и еще раз внимательно прочитал дозировку, прежде чем выдернуть из флакона пробку, отсчитать нужное количество капель и передать стакан Ренесми. Она задержала дыхание и застыла со стаканом в руках. В душе у нее все смешалось, порождая чувство безграничной растерянности. И еще эта пульсация, которая, казалось, передалась всему телу. Кожа горела огнем. − Пейте, − твердым голосом сказал Маркус, − вам станет легче. Ренесми, содрогаясь, проглотила горькие капли и замерла, ожидая эффекта. Но она не ощущала никаких изменений, если не считать того, что Маркус облегченно вздохнул, правда, почему-то переместился от нее на приличное расстояние. В горле запершило. Проклятый привкус каких-то лекарственных трав почти вызвал рвотный позыв. − Дайте запить, − прохрипела девушка, прижимая кулак к губам, − а то меня стошнит. Маркуса не надо было просить дважды. Девушка залпом опрокинула стакан простой воды, все еще кривясь от привкуса капель, и подняла на него полные паники глаза: − Почему я не чувствую, как все проходит?! − Подождите, дайте лекарству время… − Маркус прочистил горло и снова отошел от нее подальше, − в инструкции для людей сказано, что оно достигает предельной концентрации в плазме крови через пятнадцать минут. Полагаю, в вашем случае, процесс пройдет быстрее… Девушка кивнула, судорожно кутаясь в плед. Между ног все так же горел огонь, но ощущения к счастью перестали нарастать. Теперь они находились на стабильном, хоть и весьма сильном уровне, но с ним она вполне могла справиться. − Примите душ, это должно помочь, − хрипло пробормотал Маркус, отчего-то вцепляясь пальцами в изголовье ее кровати, − я буду в библиотеке. − Нет, − вдруг вскрикнула Ренесми и схватила его за запястье. От ее прикосновения владыка непроизвольно вздрогнул, и девушка тут же отдернула руку. − Пожалуйста, побудьте со мной, пока это не пройдет, − жалобно взмолилась она. − Как скажете. Но сначала в душ, мисс Каллен! Ренесми не могла понять, почему он ее прогоняет, и уж тем более к чему ей принимать душ в третий раз за этот вечер. Но раз он так настаивает…

***

Прохладная вода почти полностью успокоила пылающее тело. Она вылезла из ванны обновленной, посвежевшей и спокойной. Хотелось петь, танцевать, радоваться – прекрасный эффект от успокоительного. И главное − исчезли все неприятные симптомы. Она надела теплый халат и вышла, обернув полотенце вокруг головы, собирая непослушные мокрые волосы в тугой тюрбан. Маркус уже ждал ее. Он стоял в дверях библиотеки, но когда она сделала шаг к нему – со странным выражением лица отшатнулся и скрестил руки на груди. Ренесми в недоумением пожала плечами. Что за реакция? Впрочем, это не имеет значения, главное − капли подействовали! Она открыла было рот, чтобы поблагодарить мужа за помощь, как в дверь постучали. − Войдите, − тихо сказала девушка и отошла к окну, на всякий случай запахивая халат поплотнее. Если Маркус здесь, то других гостей она не ждала, поэтому надо быть начеку. Маркус лишь мрачно усмехнулся. Дверь отворилась, в комнату вошел Аро, одарив всех лучезарной улыбкой, а следом за ним через порог шагнул Кай, который, встретившись взглядом с Ренесми, тут же брезгливо скривился. − Ренесми, − Аро всплеснул руками, − надеюсь, мы не помешали. Маркус, как хорошо, что ты здесь. Мы искали тебя в твоих покоях, но… − и тут глаза его расширились, он перевел изумленный взгляд сначала на Ренесми, потом на Маркуса и снова на Ренесми. Девушка могла поклясться, что он задержал дыхание. Что происходит?! Странно… И тишина… − Нет, вы не можете помешать, − опомнившись, любезно отозвалась Ренесми и прижалась спиной к стене. Ей было неуютно от того, что на нее внимательно смотрят три пары потемневших глаз, в которых читается вполне однозначный интерес. Снова повисла неловкая пауза. Первым молчание прервал Кай. − О-хо-хо, − только и сказал он и метнул в Маркуса недвусмысленный взгляд, от чего тот недовольно фыркнул. Аро сглотнул и шумно выдохнул. Ренесми почувствовала, как внутренности от волнения сжимаются в комок. − Это излучает полукровка? – шепотом спросил Кай, продолжая сверлить девушку взглядом. Маркус отрывисто кивнул. На что Кай схватился рукой за дверной косяк, и губы его расплылись с хищной ухмылке, больше напоминающей оскал. Аро, как всегда, улыбался приторно, но даже для него эта улыбка выглядела слишком искусственной. Ренесми почувствовала, как по позвоночнику побежали мурашки. − Удивительно! – наконец воскликнул Аро и прижал ладони к губам, − впервые сталкиваюсь с этим в действии! Но, если я правильно понимаю, она сейчас должна сходить с ума от влечения? А наша милая Ренесми спокойно стоит, как будто ничего не происходит! − Она приняла лекарство, − пробормотал Маркус, − поэтому не ощущает дискомфорт. А все это, вероятно, побочный эффект этих человеческих капель… − И ты спокойно это терпишь?! – удивился Кай, − О… Надо признать… Давно у меня не было таких мыслей, − он снова хищно оскалился. − Держи себя в руках, Кай, − Аро небрежно всплеснул руками, − она же жена нашего брата. − Пожалуй, мне стоит пойти разыскать Афинодору, − усмехнулся Кай. − Значит лекарство, − Аро начал нетерпеливо переминаться с ноги на ногу, словно испытывал какой-то физический дискомфорт. Затем он одернул полы расстегнутого пиджака и торопливо застегнул его на все пуговицы, спросив вкрадчивым хриплым голосом: − и она ничего не ощущает? Маркус посмотрел в сторону Ренесми и смерил ее вопросительным взглядом, она отрицательно помотала головой. Владыка повернулся к Аро: − Для нее самой, судя по всему, этот период ощущений уже закончился, но для окружающих он продлится до утра… Или около того. Побочный эффект капель. − Но в прошлый раз… − Аро снова сглотнул. − В прошлый раз она не принимала лекарств… − процедил Маркус сквозь зубы, − И ее… Потребности были удовлетворены, но на этот раз я не собираюсь… − О, я понимаю. Конечно-конечно, в этот раз грядут перемены, нельзя проявлять легкомыслие, − Аро неестественно выпрямил спину и медленно покачал головой, от чего Ренесми захотелось слиться со стеной. − До утра она должна оставаться здесь, ты же понимаешь? − Аро повернулся к Маркусу. Маркус ответил на его вопрос странным, почти неуверенным смешком, но затем тоже выпрямился и кивнул. − Понимаю. − Она сведет с ума весь замок, − пробормотал Кай, продолжая пожирать девушку взглядом, − если только выйдет за пределы этой комнаты. Под влиянием этого раздевающего взгляда из легких Ренесми со свистом вышел последний воздух, после чего она вдруг покраснела до корней волос и сжала кулаки. Сердце ее застучало так сильно, что ей показалось, это могли расслышать даже на первом этаже. Она облизнула пересохшие губы и сняла с головы полотенце. Мокрые волосы упали на лицо. Осторожно, Ренесми коснулась одной из прядок, желая убрать ее за ухо, но чуть не вскрикнула, поймав взгляд супруга. Маркус с ужасом смотрел на нее. И в его глазах плескалась настоящая паника. Ренесми уже готова была провалиться сквозь землю, не понимая, что происходит, но тут владыка взял себя в руки и повернулся к Аро: − Вы пришли за чем-то конкретным, Аро, Кай? Аро и Кай проигнорировали его вопрос, внимательно разглядывая девушку. Ренесми стало страшно. Она не понимала, о чем говорят старейшины и уж конечно не чувствовала себя в безопасности. Единственное, о чем она мечтала – чтобы они ушли и оставили ее одну. Или с Маркусом. Но, чтобы ушли… − Хотели обсудить наши дальнейшие планы… − протянул Кай и, так же повинуясь безотчетному инстинкту, облизнул губы, − но тут такое… И Ренесми не смогла больше сдерживаться. − Я не понимаю, о чем вы все говорите! Что со мной такое происходит! Маркус?! От звуков ее голоса вампиров едва заметно передернуло. − Мисс Каллен, − неуверенно начал Маркус, − сейчас вы излучаете такую… Вы приняли лекарство, поэтому ничего не ощущаете, но для остальных вы делаете так, что… Кай пришел ему на помощь с победной ухмылкой: − Ты производишь больше феромонов, чем сотня львиц в брачный период. Ренесми смотрела на него с открытым ртом. И тут же почувствовала, как ее шея и лицо начинают покрываться красными пятнами. − Но я ничего не замечаю. Маркус раздраженно закатил глаза. − Очень хорошо для вас… Голос его звучал холодно. Но при этом в нем ощущалась вибрация, которую она уже хорошо знала. Боже, только бы они ушли! − Мы уходим, − словно прочитав мысли девушки, проговорил Аро и повернулся к Маркусу: − ты справишься с ситуацией? Тебе не стоит ее касаться по понятным причинам… В этот период беременность наиболее вероятна, а нам это… − Аро, − перебил его Маркус, − я в состоянии себя контролировать. Вы можете идти. − Тогда встретимся утром в тронном зале, − Аро пропустил вперед Кая и напоследок взглянул на Ренесми с самой фальшивой из своих улыбок, − всего хорошего, мисс Каллен. Девушка возвратила ему притворно вежливый взгляд и с облегчением выдохнула, когда Маркус с силой захлопнул за ними дверь и несколько раз повернул ключ в замке. Они остались одни. Это было приятно. Никто не мешает, тишина, покой, а главное – она избавилась, наконец, от этого противного ощущения! Что может быть лучше? Отчаянно захотелось спать.

***

Когда девушка шагнула к кровати, Маркус уже снимал покрывало. Она протянула руку, чтобы помочь ему, на мгновение их пальцы соприкоснулись, и Ренесми заметила, как он весь напрягся. Воцарившаяся тишина была настолько наэлектризована, что девушка почувствовала себя не в своей тарелке. И не придумала ничего лучше, как ретироваться. − Я почищу зубы, − прошептала она и скрылась в ванной, отчаянно борясь с охватившим ее смущением. Когда Ренесми вышла из ванной, Маркус сидел в ее кресле и внимательно изучал ее записи. Хоть он и не повернулся в ее сторону, вампир, очевидно, почувствовал ее присутствие и застыл. И еще она невольно обратила внимание, как он с силой сжал левой рукой подлокотник кресла. − С вами все в порядке, мисс Каллен? – пробормотал он, − я имею в виду… ваше самочувствие… − Да, спасибо, − Ренесми заползла на кровать и натянула на себя одеяло, − и… Маркус… Нет никакой необходимости, чтобы вы сидели здесь, в моих покоях всю ночь. Я же буду спать… − Я догадался, что вы не Носферату. Она покраснела. Ну конечно, она не Носферату. Как остроумно. Но все же шепотом продолжила: − Я имела в виду, что… мне неловко заставлять вас сидеть здесь, если все так… как они сказали… То есть… если вы, конечно, не испытываете дискомфорт, то… − Что вы там бормочете, мисс Каллен? – раздраженно спросил вампир и сцепил руки в замок. Его пальцы подрагивали, а по скулам ходили желваки. Девушка прикусила язык и замолчала.Между ними установилась мертвая тишина, которую нарушало лишь взволнованное биение ее сердца. Ренесми опустила глаза. Маркус раздраженно потер виски и прорычал нечто нечленораздельное. Девушка взглянула на него из-под опущенных ресниц и подтянула колени к груди. Вампир не шевелился, но ей было очевидно – он напряжен как струна. И ей стало его жаль. И себя тоже. Хоть сейчас возбуждение ушло, но осталось какое-то внутреннее чувство неудовлетворенности. Пытаясь сконцентрировать свое внимание на чем-нибудь другом, Ренесми плотнее сжала ноги и мысленно стала перечислять элементы периодической системы Менделеева, которые выучила еще в Форксе, только бы не думать о его руке, о тонких умелых пальцах, доводивших ее до исступления, которые, вероятно, сегодня ее не коснутся. Досадно. Она закусила губу. Но вампиру, однозначно, было намного хуже. Хоть он и сидел спокойно, тихо постукивая пальцами по мягкой обивке, но выражение его лица не оставляло вариантов. И Ренесми снова прониклась к нему сочувствием. − Я могу что-то для вас сделать, Маркус? - спросила Ренесми тихо. − Могу чем-то помочь? Заткнись, идиотка, что ты несешь! Маркус слегка вздрогнул, когда она заговорила, но затем покачал головой. Он резко встал на ноги, и тут взгляд Ренесми скользнул по его брюкам и остановился на внушительной выпуклости, красноречиво свидетельствующей обо всей степени испытываемого им дискомфорта. Ей ничего не стоило помочь ему, но это было бы слишком. После случившегося в библиотеке она просто не могла взять инициативу в свои руки. Он ясно дал понять, что не хочет с ней спать, значит, так тому и быть. А это всего лишь физиология. Реакция на ее присутствие. Феромоны… Глупости, но почему я ничего не чувствую? Маркус проследил за ее взглядом и горько усмехнулся. − Помолчите, мисс Каллен, ваш тембр голоса…− его собственный голос был хриплым и глубоким. Ренесми кивнула, но тут же добавила, забыв о просьбе помолчать: − Я хотела сказать, что не обязательно со мной нянчиться. − Прекрасно, − ответил Маркус, − но имейте в виду… Вы не должны выходить за пределы своих покоев, потому что это кончится печально. Для вас. Он резко пересек ее комнату и подошел к двери в библиотеку, на мгновение застыл в дверном проеме и обернулся: − Если вам что-нибудь потребуется, я очень надеюсь, что вы справитесь без моей помощи. Но… Если вам станет хуже, позовите меня. Не надо заходить ко мне, просто позовите… − Вам нехорошо? − она поняла, каким глупым был ее вопрос, и добавила: − то есть, мне это и так очевидно. Но что именно с вами происходит? − Господи, мисс Каллен, вы можете хотя бы сейчас перестать задавать вопросы? Ренесми села на постели, что заставило Маркуса тихо застонать. Он закрыл глаза и девушка заметила, как сильно он сжимает кулаки. Но тут он словно опомнился, пронзил ее испепеляющим взглядом и скрылся в библиотеке, плотно закрыв за собой дверь. Не пожелав ей даже «доброй ночи». Щелкнул замок. Значит, запер на ключ… Она посмотрела на входную дверь и вспомнила, что замок так же заперт, а ключи у Маркуса. Он все же опасался, что она захочет выйти, поэтому принял меры? Ренесми фыркнула и откинулась на подушки. Она смотрела в потолок и пыталась понять, что же такое произошло вечером: все началось слишком внезапно, поэтому она не успела разыскать Маркуса… Пульсация между ног сводила с ума. Она мечтала лишь о том, чтобы он прикасался к ней, гладил ее и унял этот безумный жар. А потом он пришел, дал ей капли, которые на удивление подействовали почти мгновенно, и все прошло. Ренесми почти до крови искусала губы. В груди неприятно защемило. И девушка знала почему. Она втайне надеялась, что капли окажутся совершенно бесполезными, тогда Маркус снова целовал бы ее, ласкал и даже больше… Перед глазами замелькали картинки из ее тайных снов, вперемежку с тем, что случалось наяву. Его нежные руки, которые путешествуют по ее телу. Он гладит кончики пальцев на ногах, икры, колени, бедра… Его пальцы скользят между ее складочек, наружу и снова внутрь, пока другая рука твердо держит ее на месте, чтобы она не смела вырываться. И она бы подчинилась, с радостью подчинилась ему. Ренесми издала приглушенный стон. И в тот же миг из-за двери раздался раздраженный голос Маркуса: − Черт бы вас побрал, мисс Каллен! Я не знаю, что вы там делаете, но от этого становится совсем плохо! Немедленно прекратите и ложитесь спать! − Извините, − пискнула Ренесми и накрылась одеялом с головой. Не случись той истории в библиотеке, его просьба совершенно точно произвела бы обратный эффект. Тот факт, что он практически не может устоять перед ней, наделял девушку невероятной властью. Она могла вить из него веревки, при этом сохраняя ясность рассудка под влиянием капель, но это было бы нечестно. Слишком непорядочно. Он ясно сказал, что не хочет больше вступать с ней в интимные отношения, поэтому, если она сейчас воспользуется ситуацией, наутро это будет означать окончательный разрыв. − Нельзя, − прошептала она в пустоту, − я не могу так с ним поступить. И она уткнулась носом в мягкую подушку. Не прошло и минуты, как крепкий сон сморил девушку.

***

Ренесми не знала точно, сколько она проспала. Когда она открыла глаза, то увидела прямо перед собой Маркуса, который практически неподвижно сидел напротив нее, у маленького кофейного столика, заваленного книгами. По выражению его лица можно было предположить, будто он размышляет над чем-то очень важным, например, над проблемой глобального потепления. При этом он не отрываясь смотрел на нее. Ренесми стало не по себе. И она, хоть и открыла глаза, тоже предпочла не шевелиться. Девушка лежала и также внимательно смотрела на него, как и он на нее. Этот немой диалог длился почти вечность. Чем дольше она разглядывала мужчину, тем больше мелких деталей открывала. Он слегка дрожал. Волосы его были убраны назад, под глазами легли едва заметные тени, а челюсти были крепко сжаты. Картину дополняли сжатые в кулаки руки, которые время от времени потирали его бедра, словно безуспешно пытались сбить эрекцию. Дыхание его было учащенным и прерывистым. И глаза… Черные, невероятно черные глаза, которые в глубине души вызывали у нее трепет. − Маркус? – произнесла она, едва дыша, − вам плохо? − Уже почти рассвело, мисс Каллен. Осталось несколько часов… Он поднялся на ноги, и Ренесми тоже соскочила с кровати. − На вашем месте, я бы не стал подходить так близко, − его голос стал еще глубже, − я советую вам еще поспать. − Но вы не на моем месте, − тихо ответила Ренесми, молясь всем богам, чтобы он не воспринял это за провокацию. − Прекратите сейчас же! – рявкнул Маркус, однако глаза его говорили другое. И Ренесми подошла еще на шаг, сокращая дистанцию. Теперь Маркус стоял так близко, что мог бы протянуть руку и коснуться ее. И с отчаянным протестом, который она напоследок уловила в его черных глазах, он подался вперед и прижался губами к ее губам. Нет, это была не безумная животная страсть, которая, судя по его взгляду, наверняка бурлила в нем адским ураганом, почти как тогда в библиотеке. Он сдержался. В этом поцелуе была почти невыносимая нежность. Она чувствовала, как Маркус сопротивлялся, как он изо всех сил пытался прекратить это. И она не заставляла его продолжать. А он продолжал. Он целовал ее так, как никогда раньше не целовал. Требовательно, страстно, но в то же время настолько бережно, что она парила над землей от остроты ощущений. Он все целовал и целовал, пытаясь совладать с собой. И его беспомощность сделала ее почти богиней. Он был полностью в ее власти. Воск под ее руками. Она могла делать с ним, что захочет. У Ренесми от желания почти подкосились ноги, но тут она вспомнила о том, что обещала самой себе. Она с усилием отстранилась, почти оттолкнув его. − Надо остановить это, − она попятилась от него, прижимаясь спиной к стене, − если вы не хотите, чтобы… И она заметила, как он закатил глаза и коротко кивнул. − Нет, этого не будет. Вам это не нужно, мисс Каллен. − Но это не так! – воскликнула девушка, − вы же знаете, что это не так! − Чушь! После всего того, что случилось, я не могу просто взять и заниматься с вами любовью, как ни в чем не бывало. К тому же вы можете забеременеть, это бесчестно – перед грядущими событиями подвергать вас такой опасности. И пожалуйста, оставьте мне хоть немного самоуважения. В несколько шагов он достиг библиотеки и скрылся за дверью. Ренесми подошла поближе и услышала, как он подпер спиной дверь и несколько раз повторил сам себе это короткое слово «нет». Потом все стихло. И внезапно Ренесми осенило – а вдруг он там… решил вопрос собственными силами…? От этой мысли ее вдруг бросило в жар, и она поспешила отойти от двери.