Полукровка и король

Как только Маркус ушел, Ренесми дернула Алека за рукав, призывая опуститься рядом с ней на корточки. − Ты не можешь подняться? – вампир недовольно поджал губы, но подчинился. − Нет, со мной уже все нормально, Алек, − зашептала Ренесми ему в ухо, − но мне необходима твоя помощь! Она обратила внимание, как от звуков ее голоса его едва заметно передернуло, но решила не предавать этому особого значения. Алек, впрочем, проигнорировал ее комментарий: − Сможешь идти сама? − Я не пойду в свои покои, − раздраженно прошептала девушка, − проводи меня в общую библиотеку. − Но Маркус распорядился иначе! Или… − Да! – она заговорщически округлила глаза. − Украсть манускрипт, − обреченно выдавил Алек, − но это невозможно. Как минимум, там сейчас находится Джейн… − Эта маленькая су… − Ты хотела сказать – моя сестра? − …су…пер одаренная девушка не должна стать помехой. Отвлеки ее! − Исключено. Поднимайся, и я отведу тебя в твою спальню. − Мы теряем время. Если ты отведешь меня в спальню, я сбегу через несколько минут. И тебе наверняка достанется! − Ты выбрала правильную манеру поведения, − заметил Алек и ухмыльнулся, − когда просишь кого-то о помощи, стоит вести себя как можно наглее, чтобы ему как можно сильнее захотелось помочь. − Ну пожалуйста! − Тебе настолько нужен манускрипт? Ты завтра улетаешь, а перед этим тебе во что бы то ни стало нужна какая-то древняя книга, которая хранится в библиотеке Вольтури. Взять ее легально ты не можешь, потому что она принадлежит не Маркусу, да, Ренесми? Или мне стоит называть тебя «моя дорогая»? − Ты только что, с присущей тебе проницательностью, обозначил мою проблему, − ласковым голосом произнесла Ренесми. − Лесть – куда более действенный метод, − довольно сказал Алек, − я готов обдумать… − По рукам? – глаза девушки загорелись. И Алек сдался. Он подал ей руку, и они двинулись вперед. По пути им снова встретился Кай, который не преминул одарить Ренесми презрительным взглядом, но девушке было все равно. Ренесми примерно представляла себе, как выглядит со стороны, впрочем, сейчас было не до условностей. Вскоре они достигли библиотеки. − Джейн! – громко позвал Алек, − иди сюда, у меня есть к тебе разговор. В библиотеке послышалось движение. − Дальше я сама, − тихо прошептала Ренесми прячась за дверью, − просто уведи ее подальше. − Маркус меня убьет! И снова все из-за тебя. − Не убьет, он и не узнает! Хотя… Ты был с ним почти груб, что на тебя нашло? Алек пожал плечами. − Мне показалось, он должен проявить к тебе больше… внимания… − Показалось? – Ренесми приподняла брови и изумленно прикусила нижнюю губу. − Если бы я был твоим мужем, то не вел бы с тобой разговоры на лестнице, когда тебе плохо, а отнес бы в спальню, чтобы успокоить без посторонних свидетелей. Я бы не оставил тебя одну. Они оба почувствовали, как двусмысленно это прозвучало. Щеки девушки вспыхнули, она смущенно хмыкнула и подняла взгляд на Алека. И тут же снова спряталась за дверь. К Алеку вышла Джейн, которую он мгновенно подхватил под руку и потащил подальше от библиотеки.

***

Через минуту Ренесми уже снова стояла у стола Аро, склонившись над книгой. Она почувствовала, как пересохло в горле от волнения, а язык противно прилип к небу, с силой упираясь в верхние зубы. Зато сломанное запястье почти восстановилось. Подрагивающими от напряжения руками, девушка сделала пару снимков, и тут позади нее раздалось вкрадчивое покашливание. Вот дерьмо. Книга выпала у нее из рук. − Мисс Каллен? Ренесми едва сдержала вздох облегчения, когда поняла, что это Маркус, а не Аро. И торопливо обернулась. Впрочем, лицо владыки, как и там на лестнице, было непроницаемым. И это не предвещало ничего хорошего. − Я так и знал, что вы не пойдете к себе. Ведь не просто так вы очутились на лестнице в таком, − он неопределенно покачал головой, − виде. − Маркус, − девушка неуверенно сцепила пальцы в замок и попятилась, − я просто искала вас… − Уже собираетесь уходить? – спросил вампир, сохраняя ледяное спокойствие. Ренесми до боли прикусила кончик языка, отчаянно пытаясь спрятать в полах мантии орудие преступления. Но телефон предательски светился даже через плотную ткань. Маркус следил за ее действиями, прищурив глаза. − Что на вас надето? – он обошел ее сзади и приблизился к столу, − вы решили окончательно свести меня с ума? Она хотела спросить, что именно он имеет в виду, но увидев его небрежный взмах рукой, снова обиженно поджала губы. − У меня есть копия этой книги, мисс Каллен. Раздела об оборотнях. И вы возьмете ее с собой. Нет никакой нужды снова демонстрировать всем свои скудные шпионские навыки. Маркус опустился на один из двух стульев, стоящих у стола. Он не предложил ей присесть, поэтому Ренесми вдруг почувствовала себя странно уязвимой и невольно передернула плечами. − Ну? Вы до сих пор здесь? Она замерла. Часть ее требовала немедленно уйти, но другая яростно хотела остаться и выяснить все до конца. Буквально несколько часов назад, ночью, он был добр с ней настолько, что она едва не лишилась чувств от мысли, что они скоро расстанутся, а сейчас обдавал ее ледяным презрением. Какого черта?! Кровь закипела от выплеснувшегося адреналина. Почему он обращается с ней как с уличной девкой?! Попользовался, а потом можно вышвырнуть за дверь? − Почему вы делаете это? – вспыхнула она и шагнула к мужу, − что такого произошло, что вы начали меня презирать? Это из-за той ночи, да?! − Прекратите истерику, мисс Каллен, черт бы вас побрал! Ренесми ощетинилась. С какой стати он издевается над ней?! Унижает и прилюдно насмехается! Такого она не потерпит даже от него! − Что?! – пронзительно вскричала девушка, − да как вы смеете! Вы просто негодяй! Сначала даете мне надежду, а потом унижаете… Вы… − Следите за речью, − едко процедил Маркус, − мне надоело вас вразумлять. Не будь Ренесми столь импульсивна, она бы заметила, как преобразилось его лицо. Как на нем проступили тени вполне конкретных эмоций. И она бы точно замолчала. Но Ренесми была не столь внимательна. И ее понесло. − Смените пластинку! Не вам указывать мне, что говорить! И не обращайтесь ко мне этим колким как шило в заднице тоном! После того, как вы, мать вашу, трахали меня всю прошлую ночь! Я всегда знала, что Вольтури настоящие ублюдки, но так вести себя слишком даже для вас! − Замолчите, − он зажал ей рот рукой, − если вы не прекратите орать, мне придется применить силу! Руки Маркуса переместились на ее шею, там, где череп соединяется с позвоночником. − Вам не привыкать! – завопила она, отчаянно пытаясь вырваться, − пустите меня сейчас же! Маркус сильнее сжал ее шею так, что девушка почувствовала острую боль. Ренесми вскрикнула и обмякла в его руках. Секунду или две она словно зависла между небом и землей, с трудом оценивая окружающую обстановку. Язык не слушался. Мысли путались. Но постепенно сознание прояснилось. Она открыла глаза и увидела перед собой безразличное лицо мужа. − Что вы сделали?! – прохрипела она, чувствуя, как постепенно возвращается способность мыслить здраво. − Нажал на точки, которые отвечают за координацию движений. − Это было больно! − Тогда больше не давайте мне повода причинить вам боль, − прошептал он одними губами. Ренесми почувствовала непреодолимую слабость. Злость улетучилась, осталось только безграничное бессилие и пустоту. − Там на лестнице… Вы хотели меня унизить? − Можно и так сказать. − И как? Получили удовольствие? Отомстили за прошлую ночь? Маркус прикрыл глаза и зарылся руками в волосы, массируя виски. − Вам обязательно вести себя как истеричка? − Вы… Вы мерзавец… − Думайте как хотите. Но в присутствии Аро я не буду вытирать вам слезы и утешать. Должны были уже уяснить эту простую истину. − Какого Аро?! Там был только Алек… − Аро контролирует его мысли. − И что?! − И я… Приношу свои извинения, что вам пришлось принять участие в этом спектакле. Спектакле? Боже… Руки снова задрожали, на этот раз от облегчения. Надо было срочно вернуть контроль над ситуацией. И Ренесми представила водную гладь. Тихие волны, накатывающие одна на другую, сливаясь пенными гребнями, и разбивающиеся о каменистый серый берег. Форкс. − Отвезите меня к морю, − пробормотала она тихо, комкая в руках его мантию. − К морю? – он изумленно изогнул бровь, − вы в своем уме, мисс Каллен? Вам надо собирать вещи. И перестаньте мять мою мантию, мне сегодня вечером надо появиться в ней перед советом. Хотя… − он снова окинул девушку нечитаемым взглядом, − можете продолжать, похоже ей уже ничего не поможет. − Советом? – она вздохнула. − На закате солнца состоится Совет, где я объявлю о том, что вы не справились с обязанностями… − он сглотнул, − моей супруги, поэтому я выгоняю вас. − Обязанностями? Ну естественно… Обязанности, долг, права и древние обеты… Это же Вольтури. − Зачать ребенка. Несмотря на всю вашу бурную физиологию, подробности которой наверняка уже стали достоянием всего замка. Я не хочу быть объектом пересудов. − Каких пересудов? – Ренесми устало опустила плечи. Ей вдруг отчаянно захотелось сбежать из замка прямо сейчас. Перспектива предстоящего совета отравляла и без того мрачное настроение. − Послушайте меня внимательно, – Маркус откинул со лба прядь волос и посмотрел на нее в упор, − все, что происходило, было вызвано влиянием на меня ваших гормональных особенностей, и никто в замке не должен даже на мгновение предположить, что между нами было нечто… большее. Поэтому сегодня на совете я выгоняю вас. Вы уезжаете. Окончательно. − Вы… выгоняете меня… − она старательно пыталась вникнуть в смысл его слов, − я поняла… Но откуда они знают о том, что происходило… между нами…? − Аро читает мысли каждого в этом замке, а вы уже давно – объект его пристального внимания. − Ну и что? Ведь пока я ваша жена, он не может причинить мне вреда… − Мисс Каллен, не будьте дурой. Вы всерьез думали, что могли стать одной из Вольтури? – Маркус с шумом втянул воздух, − так вот, Аро не должен допускать и мысли, что прошлая ночь явилась результатом сознательного выбора… Так или иначе, одним единственным предложением ему удалось сообщить не только, что она безгранично глупа, но еще и то, что с такой непривлекательной девушкой, как она, можно спать только под влиянием бешеного выброса феромонов. И Ренесми снова отчаянно представила водную гладь, прикрыв глаза для полноты картины. Но насладиться впечатлением не удалось − Маркус резко встряхнул ее за плечо. − Мисс Каллен, очнитесь! Хватит витать в облаках. Соберите вещи и постарайтесь на Совете выжать из себя все самообладание, чтобы мне не пришлось унижать вас еще больше. − Хотите, чтобы я взяла себя в руки? − Ну наконец-то. − Тогда отвезите меня к морю. Это единственное, что поможет мне вернуть равновесие. Маркус недоверчиво взглянул в ее глаза и, помедлив мгновение, коротко кивнул: − Черт с вами, будьте готовы через пять минут.

***

Через два часа они припарковали автомобиль на побережье Тосканы. Маркус поморщился от холодного ветра. Пустынный осенний берег был мрачен и безлюден, но, наверняка, именно сейчас он напоминал Ренесми родной Форкс. Штормило. Холодные волны, пенясь, накатывали на песчаную косу, разбиваясь о крупные валуны. Маркус поджал губы и убрал руки в карманы пиджака. К его изумлению девушка скинула обувь и по колено вошла в воду. Подол ее платья тут же намок и прилип к стройным бедрам, облегая их словно вторая кожа. Вампир отвел взгляд от ее ног и устремил свой взор к горизонту. Небо на горизонте было серым, море, отражавшее небесный купол, тоже мрачно темнело. Накрапывал дождь. Морской воздух будоражил сознание. И Маркус снова посмотрел на Ренесми. Волны бились об ее ноги, разлетаясь тысячей мелких брызг, которые оседали повсюду, даже на ее рыжих волосах. Она не смахивала капель с лица, не пыталась хоть как-то укрыться от холодного ветра. − Все было так долго… − пробормотала она тихо, − вам столько пришлось пережить из-за меня. Она явно закрывала лицо руками. И казалась такой беззащитной и хрупкой перед лицом бушующей стихии, что у него перехватило дух. Маркус тоже скинул обувь, закатал брюки и шагнул в воду. Вампир протянул руку, привлек ее к себе и крепко обнял. − Это уже становится традицией, − усмехнулся Маркус, стряхивая капли с ее волос. − Что именно? Девушка обернулась, и ее лицо вдруг оказалось в непозволительной близости от его губ. Очевидно смутившись, Ренесми слизала соленые капли и поежилась, переводя взгляд на линию горизонта. − Вести задушевные разговоры, стоя по колено в воде, − ответил Маркус, − правда, в прошлый раз вам было комфортнее. Душ был теплым. К его вящей радости, она поняла намек и спокойно улыбнулась. − Простите меня, мисс Каллен, что сегодня вам пришлось пережить столько неприятных минут. Но так было надо. − Вы уже говорили это. − Я не уверен, что вы поняли. − Я все понимаю, − она сильнее прижалась к нему так, что вампир почувствовал, как горит ее кожа. − И все же. Это было только начало. Впереди тяжелый вечер для всех нас. Знайте, я не хочу причинять вам боль. Но на Совете потребуется обоснование… − Маркус, − Ренесми снова обернулась, − а если бы вы решили развестись с Дидим… Он почувствовал, как в груди потяжелело. − …тоже надо было бы проходить все эти процедуры перед Советом? Или вы бы просто разошлись? − Мы бы просто разошлись. Тогда были другие… обстоятельства. И я никогда… − …не развелись бы с Дидим, я знаю-знаю, я просто так спросила, − в ее голосе прозвучала неподдельная тоска и разочарование. И Маркус почувствовал себя виноватым. Но тут же отругал себя. − Мисс Каллен, − он взял ее за плечи и развернул к себе, стараясь выглядеть при этом спокойно и убедительно, − если бы все зависело только от моих желаний, то поверьте, больше всего я бы хотел, чтобы вы остались в Вольтерре. И давайте не будем больше говорить о Дидим. Мне стоило больших усилий уместить в сознании ее образ и не сравнивать вас, так и вы перестаньте постоянно этим заниматься. Обещайте мне, что больше не станете ворошить мое прошлое. Но она словно не слышала, не понимала или не осознавала того, о чем он ее попросил. Девушка смотрела на него с такой надеждой и обожанием, что Маркусу стало не по себе. − Вы хотите, чтобы я осталась? – выдохнула она и сильнее прижалась к нему. Зачем. Я. Это. Сказал. − Да, − все же честно ответил он и погладил ее по волосам. − Тогда почему мне надо уехать?! − Ваша безопасность важнее моих желаний, − ответил вампир, − но я так и не услышал ваш ответ. − Какой ответ? − Обещайте, что больше не будете думать о Дидим. − Обещаю, − очередная волна едва не сбила ее с ног, поэтому Маркус крепче обхватил девушку за талию. − И обещайте, что приложите все усилия, чтобы забыть все, что происходило с вами здесь в Вольтерре. Переступить и жить дальше. − Но… − Мисс Каллен. − Как я могу обещать то, что мне неподвластно? − Живя прошлым, вы никогда не сможете почувствовать настоящего. − И это говорите мне вы? − У меня большой опыт. − О да, вы жили прошлым три тысячи лет. − И чувствовал себя… как вы там изволили выразиться, когда ворвались в библиотеку после первой брачной ночи? «Мертвец»? Вот именно так я себя и чувствовал. Поэтому не совершайте моих ошибок. − Но я жива, вы тоже живы, мы же можем… − Не можем, − оборвал он, − я совершенно не тот мужчина, который вам нужен. Не надо вязнуть в этом болоте. − Маркус! – воскликнула Ренесми и упрямо надула губы, − вы не можете решать за меня. Ее горящие глаза живо напомнили Маркусу о себе самом. Зная, что мисс Каллен жива и здорова, он больше никогда не будет одинок. И это чувство грело изнутри, завораживало, заставляло надеяться. Но надежда совершенно недопустима. Не с ней. Ради нее самой. − Почему же? Могу. − Потому что я… привязалась к вам больше, чем рассчитывала, − прошептала Ренесми тихо. Это робкое короткое предложение погрузило все в глубокую тишину, которая, подобно эху, отражалась от поверхности воды. Казалось, даже волны на мгновение остановили свой бег и прислушивались в его реакции. − Раз уж мы начали этот разговор, − хрипло отозвался Маркус, − то… Вы должны понимать, что я не могу ответить на ваши чувства так, как вы того заслуживаете. − Мне все равно! − Но вам не должно быть все равно! − Я просто хочу быть рядом. Даже зная, что вы никогда не ответите мне взаимностью. Он вздохнул. Девушка, неподражаемая мисс Каллен, только что практически призналась ему в любви, а у него в голове не было по этому поводу ни единой здравой мысли. Словно уловив его напряжение, девушка отстранилась и твердо проговорила: − Я не буду навязываться, Маркус. Если вы не хотите, чтобы я осталась. В голове неуместно всплыли слова Аро о том, что нет ничего важнее собственных желаний. А он хотел, искренне хотел, чтобы она осталась. Но он не Аро… И он никогда не руководствовался своим эгоизмом. − Алек влюблен в вас, − зачем-то произнес он, − сегодняшнее его поведение было из ряда вон, но я решил не наказывать его. Ему и так непросто. − Вы полагаете? Я читала у Платона, что муки неразделенной любви куда сильнее, чем муки любви потерянной… А вот Сократ считал иначе. Он полагал, что потерять любовь, вкусив все ее прелести, намного больнее, чем просто жить в мифическом мире, зная, что не можешь обрести счастье. − На самом деле они оба правы, − с легкостью сказал Маркус, − хотите мое мнение? − Пожалуй. − В Палаццо деи Приори нет ни одного мужчины, который был бы достоин вашего взгляда. − Даже вы? – выдохнула Ренесми и немедленно хлопнула себя рукой по губам, будто испугавшись этого неосмотрительного порыва. − Особенно я, − сказал он жестко. Но в этот момент он почувствовал, как теплые девичьи губы накрыли его собственные. Ренесми обняла его за шею и поцеловала. Маркус слегка отстранил ее: − Мисс Каллен… − Я все поняла. Я уеду. Но это мое последнее желание перед тем, как мы расстанемся. Я хочу, чтобы вы… мы… в последний раз… Вампир покачал головой. − Вы вся промокли. Нам надо возвращаться в замок. − И у меня кружится голова, − добавила она весело. Маркус поморщился. Что за неуместное веселье? Но Ренесми, вопреки всему, продолжала улыбаться. Он взял ее под руку и потащил к машине. − Голова у вас кружится от голода. – Вампир достал из кармана двери бутылку апельсинового сока, − выпейте. Маркус завел мотор, но так и не тронулся с места. Впоследствии он и сам не мог сказать, отчего ему захотелось продлить это единение. Ренесми послушно откупорила бутылку, сделала несколько больших глотков и положила руку ему на колено. Он почувствовал, как теплые пальцы скользнули выше по бедру, к ремню брюк и осторожно вернулись обратно. − Пожалуйста. Я хочу, чтобы это случилось здесь… Прошу вас… Маркус вспомнил о прошлой ночи, о ее пальцах, переплетенных с его, о ее тихих вздохах. И тут же почувствовал живой отклик своего тела на эти воспоминания. − Маркус. Для меня важно, чтобы наш последний… контакт… произошел не потому, что вы не смогли устоять из-за моего необычного состояния. Я хочу знать, что вы на самом деле желали именно меня. − Зачем вам это? – спросил он обреченно, прекрасно чувствуя, что она загоняет его в угол. − Чтобы хотя бы немного ощутить себя женщиной. На которую может обратить внимание такой мужчина, как вы. − У вас на этот счет есть какие-то сомнения? − Если честно… То я вообще не представляю, почему до сих пор жива. А то, что вы мне помогаете – не укладывается ни в какие рамки. Но я прошу вас. Сделайте мне такой прощальный подарок. У него внутри все перевернулась. Девочка, юная мисс Кален, воспринимала секс, как нечто таинственное, запретное и желанное, чтобы говорить о нем, как о подарке? И это была его вина. − Глупая девочка. Маркус забрал у нее из рук бутылку сока, зарылся пальцами в ее непослушные влажные от соленой воды волосы, которые теперь пахли морем, и поцеловал. Он попытался вложить в поцелуй все противоречивые чувства, которые испытывал к ней, все слова, которые не мог ей сказать, все свои желания… И там не было нежности. Вампир буквально сминал ее рот, ощущая солоноватый привкус морской воды на своих губах.

***

Тяжело дыша и целуя друг друга со всей страстью, они переместились на заднее сиденье автомобиля. Конечно, это отличалось от того, что произошло прошлой ночью, когда он ласкал ее на своей постели, повинуясь то ли безотчетному инстинкту, то ли внезапно вспыхнувшей нежности. В этот раз все было иначе. Отчаянно. Последний раз перед долгим расставанием. Он понимал, что Ренесми необходимо его присутствие, в утешение о том, что ей предстояло пережить. И все же, он тоже наслаждался этим мгновением – невероятно приятно ощущать нежное девичье тело, прижатое к его собственному. Ренесми потянула его на себя и обхватила руками бедра. Маркус прижался лбом к ее лбу, закрыл глаза и растворился в ней. Она целовала его неистово, словно вкладывая в эти поцелуи всю боль и надежду, которые бушевали в ее крови. И, когда ее язык стал толкаться в его губы, он позволил, он впустил ее, и поцелуй их внезапно стал адским пламенем жары, влаги и страсти, и вкус апельсинового сока смешивался со вкусом ее слюны, и эта сладкая смесь лишала его разума, не хуже самого тяжелого наркотика. Одним движением он избавился от брюк и приподнял ее мокрую юбку, обнажая бедра. Сорвать с нее трусики было делом одной секунды. Кожа девушки покрылась мурашками. Маркус протянул руку и включил обогрев на полную мощность, лишь бы ей стало тепло… Ренесми, лежа под ним, благодарно улыбнулась. Благодарность… О Боги… Это совершенно невыносимо. Маркус прикрыл глаза, чтобы не видеть ее лица. Он твердо знал, что благодарность здесь совершенно неуместна. А когда она делала что-то уместное? Черт возьми… Тем временем, девушка протянула руку между ними и обхватила пальцами его возбужденный член, поглаживая неопытными движениями снизу вверх и обратно. И он позволил. Застонал ей в рот. А пальцы ее продолжали ласкать головку, лишая мужчину последних капель здравого смысла. − Я хочу, чтобы вы были внутри, − прошептала она, подаваясь вперед. − Мисс Каллен, − он крепко обхватил ее за поясницу, − вчера… − Замолчите, − она накрыла его рот своим, и Маркус почувствовал, как она улыбается ему в губы. И снова улыбается… Она совсем сошла с ума… − Что за тон, − прорычал он, без особой издевки, так как чувствовал, что она уже прижимается к нему своим горячим лоном. − Пожалуйста, Маркус. Я хочу этого. Что там Аро говорил о желаниях… Возможно, в последний раз… Маркус уверенно выкинул из головы все мысли по этому поводу. Он ухватился за член и помог ей его направить. И застонал, когда головка двинулась в ее вход, но пока лишь слегка. Ренесми качнула бедрами и резко втянула воздух. Вампир чуть не зарычал, на этот раз от острого желания погрузиться глубже. − Двигайтесь. О… Я прошу, двигайтесь, − прошептала она ему в ухо, − я хочу почувствовать вас полностью… В тесной машине не оставалось пространства для маневра, поэтому ее колени поднялись к плечам и широко разошлись под весом его тела. И он понял, что память об этой божественной, плотно облегающей его тесноте он пронесет с собой вечность. Мужчина двигал бедрами вперед и назад, постепенно проникая все глубже. Погрузившись в нее до конца, он начал покачиваться, ритмично надавливая на клитор, пока Ренесми не вцепилась в его руки в поисках опоры. И тут девчонка толкнула его назад. Он с непониманием остановился. − Я буду сверху, − пояснила она и нетерпеливо поерзала. Маркус позволил. Придерживая девушку одной рукой, он перевернулся на спину, все еще оставаясь в ней. Мышцы ее судорожно сжались, когда он пробежал пальцами по линии позвоночника. Она выгнула спину, застонала, опустила голову ему на грудь и застыла. Ему было жарко. Боги, кажется, он чувствовал нечто подобное, когда был еще человеком. Но сейчас? И он вдруг почувствовал раздражение, такое сильное, что острое желание выпороть наглую девчонку и грубо наказать за вторжение в его умиротворенную спокойную жизнь пронзило его насквозь… Однако, подавив это чувство, владыка просто тихо обнял ее, погладил маленькие, круглые ягодицы, спрятал лицо в ее волосы. И в очередной раз осознал, что это самое лучшее, что случилось с ним за последние три тысячи лет. После Дидим. После?… Или… Ренесми поднялась на коленях так, чтобы он полностью вышел из нее, а потом медленно опустилась на него, очень медленно, пока он снова не вошел на всю длину. Маркус больше не дышал. Только слушал ее тихое дыхание, которое звучало лучше самой изысканной музыки. Он сейчас хотел одного: чтобы она двигалась, двигалась, черт ее побери… И она начала двигаться. Его пальцы коснулись ее бедер, задавая ритм. Маркус проглотил стон, отчаянно борясь с желанием ворваться в нее резче, потому что возбуждение уже не оставляло ему выбора. Член пульсировал, настойчиво требуя разрядки. Ренесми ускорила темп, постанывая и впиваясь пальцами ему в плечи. Через некоторое время он ощутил, как мошонка напряглась, попытался отстраниться, но она плотно обхватила его коленями. − Я хочу… − зашептала она, − я хочу… до конца… Он вцепился в ее бедра. − Нет! − Да! Стенки ее влагалища сжались и запульсировали, плотнее обхватывая его член. Маркус застонал, снова сделал вялую попытку снять ее с себя, но, почувствовав, что уже не в силах сдержать это, излился прямо в ее горячее лоно.

***

Она лежала на нем не шевелясь, а он опять гладил ее волосы и прислушивался к мерному биению ее сердца. И вдруг почувствовал своим долгом сказать: − Если после этого вы забеременеете… Но Ренесми перебила его: − Знаете, я давно хотела показать вам. Это сон. Он приснился мне, пока мы были в ссоре, поэтому я все не находила подходящего момента. Не дожидаясь ответа, девушка приложила горячую ладонь к его щеке. Маркус закрыл глаза. Замелькали нечеткие образы, которые постепенно стали ярче и вдруг остановились вовсе. И вампир задержал дыхание, сосредоточившись на картинке. Большая светлая комната. На полу разбросаны детские игрушки. У окна стоит высокое старинное кресло. В кресле сидит мужчина и сосредоточенно читает книгу. Маркус узнал в нем себя. Мужчина внимательно скользит взглядом по страницам, лицо его выражает высшую степень собранности и напряженности. И тут к нему подбегает кудрявая рыжеволосая девочка и с силой дергает его за рукав. Кого-то это девочка подозрительно напоминает… Боги… Неужели… Мисс Каллен! − Пап! Впрочем Маркус решил не прерываться и продолжил смотреть. Мужчина с картинки закрывает глаза, потом снова открывает их и продолжает читать. − Пап! – настойчиво повторяет уменьшенная версия мисс Каллен и нетерпеливо топает ногой. Очевидно решив, что самый лучший выход – не обращать внимания, мужчина с сосредоточенным остервенением переворачивает страницу. Скорее всего, он рассчитывает, что ребенок уймется без его вмешательства. Но не тут то было. − Папа! – девочка упирает руки в бока и хмурится. Теперь к ее настойчивым воплям добавляется еще и попытка вырвать книгу из рук. − Ну папа! − Что?! – шипит мужчина, медленно поворачиваясь. В его взгляде читается безграничное раздражение. И его взгляд убивает даже неодушевленные предметы. Но упрямому ребенку хоть бы хны. Настоящему Маркусу, который смотрел сон мисс Каллен, захотелось улыбнуться. Слишком явственно это напоминало то, что регулярно случалось с ним на протяжении последних недель. Представление, тем временем, продолжалось. − Мне скучно! – девочка улыбается во весь рот, демонстрируя неровные передние зубы. На щеках проступает румянец, а в глазах загорается задорный огонек. Подозрительно знакомый огонек… − Я занят! – цедит мужчина и с силой сжимает книжный переплет. − Поговори со мной! − Поговори с зеркалом! − С тобой интереснее! – заливается смехом девчонка и делает очередную попытку вырвать у него из рук книгу. Мужчина грозно хмурится, однако у рыжеволосой нахалки это вызывает лишь новый приступ смеха. − Что во фразе «я занят» тебе не понятно? По человеческим меркам тебе почти десять лет! Найди себе развлечение! − Погуляй со мной! − На улице дождь! − Ну и что! – новая попытка вырвать книгу из рук мужчины оканчивается успешно, однако древний фолиант разрывается на куски. − Ты… маленькая… Это же старинная книга! И копий больше нет! Как ты… − Следи за речью, папа! – строго говорит девочка и хмурит брови, − пойдем гулять! Иначе я расскажу маме, что ты со мной не занимался! – для пущей убедительности добавляет она. И это подействовало?! Мужчина нехотя поднимается с кресла, бросает на девочку убийственный взгляд, накидывает на плечи плащ и берет ее на руки. − Хорошо! Ты. Сведешь. Меня. С. Ума. − Еще шарф! − Но… − Я сама связала его для тебя, − девочка надувает губы, − тебе не нравится мой подарок на Рождество?! − Нравится, − сдается мужчина и заматывает шею шарфом кричаще-розового цвета, − довольна? − Да! – радостно шепчет девочка, прижимается к его щеке и крепко обнимает, − я люблю тебя папа! Владыка почувствовал, что Ренесми убрала руку. И отчего-то ощутил легкий укол утраты. От этого сна веяло уютом и теплотой, которых он так давно лишился… И, судя по всему, никогда больше не ощутит. Маркус нахмурился и глубоко вздохнул.

***

Ренесми сама не знала, зачем показала ему все это. И по его непроницаемому лицу она не могла точно сказать, как он отреагировал. Шок? Злость? Безразличие? Ренесми быстро сползла с него и отстранилась от греха подальше. И на всякий случай проговорила: − Это всего лишь сон, Маркус. Я не предсказываю будущее, не пугайтесь. Но мужчина не ответил. Он мгновенно оделся, с непроницаемым выражением лица сел за руль и внимательно уставился прямо перед собой. Ренесми последовала его примеру, оделась и устроилась на пассажирском сидении. Она полжизни отдала бы за то, чтобы прочитать его мысли в этот момент. И бросила все усилия, чтобы как-то заставить свой дар работать. Но ничего не получалось. Отчаявшись, она откинулась на спинку и закрыла глаза. Я идиотка. Зачем я это ему показала. Теперь будет думать, что я намекаю… Девушка поспешила успокоить его. − Я не могу забеременеть сегодня, не бойтесь. Тишина. − Я могла только вчера, яйцеклетка живет сутки, поэтому нечего опасаться. Молчание. − Так что не волнуйтесь, Маркус! − Я не волнуюсь! – вдруг огрызнулся он. Ну и отлично! − Счастье есть! – провозгласила Ренесми и расплылась в улыбке. Но, взглянув на Маркуса, она почти сразу перестала улыбаться. Потому что он медленно, очень медленно повернулся к ней и впился пронзительным взглядом в ее лицо. Радость пропала, сменившись паникой. − Маркус? – испуганно произнесла она, тогда как сам Маркус с видом гепарда, заприметившего добычу, начал склоняться к ней. − Эээ… Маркус, я что-то не так сказала? – взвизгнула она, почувствовав, как его пальцы сомкнулись на тонком запястье и дернули ее вперед. − Мисс Каллен, − рявкнул мужчина и резко выпустил ее руку, − какого же вы обо мне мнения, что уже в сотый раз предлагаете мне не бояться? Я в состоянии нести ответственность. − Я и не думала… − пролепетала Ренесми мгновенно севшим голосом. − Я так и понял! И он с видом абсолютного безразличного презрения повернул ключ зажигания, нажал на газ и повел машину обратно к замку Палаццо.