Полукровка и король

Ренесми напряженно шла за Джейкобом к автомобилю, не в силах произнести ни слова. Их последняя встреча закончилась довольно драматично, поэтому возвращаться к тем событиям не было никакого желания. Впрочем, парень, казалось, полностью разделял ее настрой. Девушка немного расслабилась, но стоило ей упустить контроль, как по щекам побежали соленые слезы. Какого черта я здесь делаю… Холодный ветер обвевал лицо, заставляя рыжие локоны лезть в глаза и в рот. Это было неприятно. Ренесми нахмурилась, пытаясь отвлечься от грустных мыслей, заменяя их привычным раздражением. Нельзя было припарковать автомобиль поближе? И что у него за машина? Очередной порыв ветра с мокрым снегом угодил прямо в лицо. Ренесми почувствовала покалывание на щеках. Там, где пролегали дорожки от невытертых слез. И она подняла глаза к небу, не желая выдавать Джейкобу свое состояние. Но тут же споткнулась обо что-то. Чемодан. Сильные руки оборотня подхватили ее, не дав потерять равновесие. Джейкоб на мгновение прижал девушку к себе и отвел правой рукой волосы с ее лица, невольно коснувшись кожи. Ренесми дернулась, ощутив его горячее прикосновение, но он и сам уже выпустил ее, неловко кашлянув. − Осторожнее, Несс. Мы пришли. Реснеми коротко кивнула, прикусив губу, и постаралась отогнать странное ощущение теплых пальцев на своей коже. Она так привыкла к прохладным рукам Маркуса, что температура тела Джейкоба казалась почти противоестественной. Неприятно противоестественной. − Как прошел полет? – поинтересовался Джейкоб, с легкостью укладывая в багажник небольшого Рено ее безразмерный чемодан. А как она намучалась с ним во время получения багажа. Уже думала бросить его и пойти налегке. − Ты в порядке, Несс? – он выглядел взволнованным. Девушка неопределенно пожала плечами. Рассказывать ему о том, что она прорыдала полтора часа полета до Рима, шесть часов ожидания стыковки на Лондон и три часа перелета до Лондона не было никакого желания. Об этом и так, наверняка, свидетельствовали красные опухшие глаза и нос. Не дожидаясь ответа, Джейкоб распахнул пассажирскую дверь автомобиля перед Ренесми, а сам сел за руль. Воцарилась неловкая тишина. Помедлив немного, Джейкоб протянул ей обтянутую бархатом коробочку. Боже… Что… он же не хочет сказать… − Надень, − сухо скомандовал оборотень. Он, что, делает ей предложение?! Это такое изощренное издевательство? Ее щеки тут же заполыхали. Предложение… И она повернулась к Джейку, полная намерений поставить его на место. Что за неслыханная дерзость! И еще заставляет надеть какое-то кольцо! Но Джейкоб опередил ее. Одним движением он открыл коробку и надел простое тонкое кольцо ей на палец. Ее словно придавило бетонной плитой, она резко скрестила руки на груди в попытке отгородиться, а медальон в виде ее обручального кольца вдруг больно царапнул кожу под блузкой. Девушка всхлипнула. Опять… Кольцо на пальце… Это, что, помолвка?! Ну уж нет! Металл, коснувшийся кожи безымянного пальца, неприятно холодил. Ренесми вырвала руку из тисков оборотня, пригвоздив его к месту гневным взглядом, и попыталась снять кольцо. Не тут то было. Оно было немного не по размеру, поэтому сидело довольно плотно. Джейкоб, казалось, не замечал ее попыток. Он невозмутимо извлек из кармана вторую коробочку, вытащил еще одно кольцо и нацепил на свой палец. − Мы с тобой якобы женаты, − пояснил он спустя пару мгновений, − не напрягайся, Несс. Это всего лишь кольца. Потому что супруги обычно их носят. А… Якобы женаты… Ренесми почувствовала, что дышать стало легче. Всего лишь кольца… И вздохнула с облегчением. Что вызвало мрачную усмешку ее визави. И Ренесми даже почувствовала легкий укол совести − она снова сделала ему больно? Хотя. В этой ситуации, похоже, больно будет всем. Рано или поздно. Она закинула ногу на ногу, и ощутила, как в кармане зашелестело письмо Маркуса. То самое, в котором он сказал ей, что она для него значит. Это одновременно грело душу и разрывало сердце на части. Снова захотелось рыдать. Соберись! Скоро все закончится, надо просто потерпеть. И она собралась. Попыталась. Вытерла слезы тыльной стороной ладони, сделала несколько глубоких вдохов и попыталась улыбнуться. Джейкоб с удовлетворением кивнул ей, нажал на педаль, и машина плавно тронулась с места. Какое-то время они ехали в тишине. Проехали Сити, несколько жилых районов, промзону и, наконец, свернули направо на окружную, на обочине которой Джейкоб ненадолго притормозил, сверяясь с картой. − Твои… Друзья, − видно было, что ему тяжело дается это слово, − выдали мне только адрес. И инструкции не спускать с тебя глаз. Ты знаешь, что там находится? − Где? – Ренесми наконец заговорила. Голос охрип от слез, поэтому ей пришлось несколько раз кашлянуть, прочищая горло. − По адресу, − оборотень протянул ей листок, на котором было написано название улицы и номер дома. − Понятия не имею. Видимо, наше будущее жилье. Наверное, ее слова прозвучали уж слишком отстраненно, потому что со стороны Джейкоба раздался глубокий раздраженный вздох. Она снова обидела его? Но она не хотела. Просто слишком много всего навалилось. Возможно, следовало исправить ситуацию. Поговорить с ним? Обсудить, чего же хотят от нее оборотни? Нет, потом, все потом. И Ренесми прикрыла глаза, откинувшись на спинку сиденья.

***

Она слышала рев машин, проносящихся по окружной дороге Лондона, слышала рокот мотоциклов, слышала стук дождя со снегом о лобовое стекло. Но глаза открывать категорически не хотелось. Может быть это просто дурной сон? А когда она проснется, то снова увидит Маркуса? И все будет как раньше. Но увы. В ту же секунду девушка почувствовала, что машина, подъехав куда-то, остановилась. Судя по тому, что Джейк заглушил мотор, это был не светофор. Они приехали. Девушка открыла глаза. Табличка на доме гласила «Эктон Вейл 42». Но она терялась в свете каких-то разноцветных огней, окрашивающих вывески магазинов в замысловатые цвета. И все вывески были на иероглифах и арабском. Ни одного английского слова. Эктон Вейл. Она что-то читала об этом месте, когда искала информацию о Лондоне. Кажется, самый злачный эмигрантский район британской столицы. В котором шагу нельзя было ступить, чтобы не нарваться на неприятности. Спасибо, Алек! Ренесми нерешительно выглянула в окно автомобиля. По тротуарам шли люди, но это явно были не коренные англичане. Не удивительно. Женщины были замотаны в плотные куски ткани, скрывающие лица, а за ними выводком семенили дети. Мужчины о чем-то переговаривались и с опаской косились на их автомобиль. На парковке аэропорта Ренесми подумала, что Вольтури сэкономили, купив всего лишь нетипичный для себя Рено. Но в этом районе даже такой автомобиль привлекал внимание не хуже Бентли. Что за дыра… Девушка вздохнула, открыла дверь и шагнула на тротуар. Какофония запахов жареного мяса, специй и мусора ударила в нос. К горлу подкатила тошнота и Ренесми покачнулась, но тут же ощутила на локте уже знакомые теплые пальцы. Джейкоб уже стоял рядом. Они решили не выгружать вещи, а пойти сначала осмотреть квартиру. И это было весьма предусмотрительно. − Ты уверен, что это здесь? − девушка с недоверием рассматривала здание. Джейкоб молча передал ей лист с адресом. Эктон Вейл 42. Ошибки быть не могло. Боже, какой ужас! Дом оказался не просто старым, а древним. Двухэтажный, почерневший от времени, с отвалившимися ставнями… Кое-где по стенам шли трещины, а на первом этаже окна были просто заколочены досками. Очаровательно. Ренесми была по настоящему в шоке. Жить здесь? В этом, с позволения сказать, доме?! Надо было попросить Аро убить ее еще в Вольтерре… − Но… Может это стоит обсудить… Прежде, чем… − Ренесми поморщилась. − Идем, Несс, − Джейк уверенно взял ее за руку, − у нас нет выбора. К входной двери вела каменная лестница, которая в нескольких местах рассыпалась в крошку. Перила покосились, казалось, тронь их, и все рассыплется в прах. Дом стоял на отшибе, а вокруг него росли странные, не поддающиеся классификации деревья. Которые поздней осенью напоминали ссохшиеся черные палки, немым укором торчащие из земли. Но эта безрадостная картина, казалось, не смущала местных жителей. По тротуару сновали люди, на полуразвалившихся велосипедах катались подростки, а прямо на земле расположилась целая группа пожилых индийских женщин, замотанных в сари, которые шумно переговаривались между собой, тыкая в Ренесми пальцами. Да уж, слиться с ландшафтом в этом месте будет трудновато. Девушка обреченно опустила голову. Значит, придется сидеть дома безвылазно. Отправляя Джейкоба за провиантом. Он-то, как раз, почти сошел за «своего». И на него с откровенной завистью глазела местная молодежь. Причина зависти сразу же стала ясна – Ренесми выглядела как коренная англичанка, а отхватить такой трофей было голубой мечтой каждого местного парнишки. Надо было надеть хиджаб… Или сари…

***

Не сговариваясь, они пошли вперед. Внутри дома было еще хуже, чем снаружи. Деревянная лестница уходила куда-то наверх, стоял затхлый запах сырости, а на стенах красовались живописные разводы черной плесени. Не успела Ренесми в очередной раз ужаснуться, как дверь подсобки отворилась, и из нее вышел маленький, ничем не примечательный старик. Заметив ее замешательство, дед подмигнул ей и криво ухмыльнулся. − Меня зовут Винсент Таннери, но вы можете называть меня Винс. Я хозяин этого дома, в котором вам предстоит жить. А вы, надо полагать, мистер и миссис Кинчи? Чего?! И Ренесми открыла было рот, чтобы возразить, как пальцы Джейкоба стиснули ее ладонь: − Да, добрый день, это мы. − Мы приготовили для вас комнату на втором этаже, − проскрипел старик, − возможно, она покажется вас не слишком удобной, но… В вашем положении выбирать не приходится. В каком еще положении?! −…а вы, миссис Кинчи, отчаянная, − продолжал хозяин, копаясь в ворохе ключей. − Что вы имеете в виду? – Ренесми брезгливо скривилась при виде пьяного мужчины, который, широко улыбаясь и держась за стенку, спускался со второго этажа. У него не было, по меньшей мере, половины зубов, а ноги были босыми. И это поздней осенью в Лондоне! − Ну… − протянул старик в ответ на ее вопрос, − выйти замуж за… − взгляд деда говорил красноречивее любых слов, − чтобы жить с ним в такой лачуге. На это может толкать только настоящая любовь. − Вы же сами здесь живете, − отрезала Ренесми и снова скривилась. Теперь уже от того, что подумал о ней старик. − Ну что вы, − рассмеялся он так, словно она сморозила несусветную глупость, − я приехал сюда лишь для того, чтобы выдать вам ключи. Я бы никогда добровольно не поселился здесь. Ваша комната номер 214. Это на втором этаже в конце коридора, − он протянул ключи Джейку, − вам, можно сказать, повезло… − Это почему еще? – Ренесми насупилась. − Санузел – соседняя с вами дверь. Остальным приходится ходить через весь коридор. Боже! Общий туалет со всеми этими маргиналами?! − Скажи спасибо своему кровожадному дружку, − прошипел ей на ухо Джейк, которого вся эта ситуация явно отнюдь не радовала. Алек. Мать его. Что за халупу он нашел?! − А душ? – слабо пискнула Ренесми, − душ хотя бы в нашей комнате? − Душ – слева от санузла. Удобства на этаже. Хотелось выругаться, но девушка проглотила рвущиеся с языка слова. Маркус хотел, чтобы она провела несколько месяцев в таком месте? Да уж, тут ее никто не найдет, потому что она сама перестанет себя узнавать. Если проведет здесь хотя бы сутки. Старик шагнул к входной двери, всем своим видом демонстрируя, что разделяет чувства Ренесми. Входная дверь, следуя руке хозяина, открылась, а вместе с ней ворвалась уличная вонь. − Ну… − старик заговорщически ухмыльнулся, − желаю удачи. − Что насчет денег? – процедил Джейкоб сквозь зубы. − О чем вы, мистер Кинчи? – хозяин выглядел изумленным, − Вы же оплатили свое пребывание здесь на год вперед. Деньги еще позавчера поступили на счет. Спасибо, обычно такая… пунктуальность в оплате не характерна для наших постояльцев. − На год? – взвизгнула Ренесми, − на целый чертов год?! – но тут же замолчала, поймав недоуменный взгляд старика, и пробормотала почти нечленораздельно: − Я просто… на что же мы будем жить, милый? − Ну-ну, дорогая, − Джейк привлек ее к себе и поцеловал в висок, − у меня были… ммм… сбережения. Поэтому я не брал ни копейки из нашего бюджета. Пытаясь подавить рвотный позыв от совсем неуместного, с ее точки зрения, поцелуя и удушающего запаха, Ренесми выжала из себя вымученную улыбку. Старик быстро распрощался, улыбнулся и был таков.

***

Ренесми и Джейкоб ступили на первую ступеньку деревянной лестницы, на которой все еще реяла фигура пьяного индуса. Лестница предательски скрипнула. И как только она не рассыпалась в труху… Вторая ступенька заскрипела еще громче, а третьей попросту не было. Вместо нее зияла дыра. И это, судя по всему, было непреодолимым препятствием для их соседа. Индус никак не мог решиться перешагнуть преграду, поэтому стоял и улыбался серой стене своим беззубым ртом. Ренесми закатила глаза. Поднимались они долго и осторожно, каждый раз ожидая, что ступеньки под их весом провалятся. Лестничных пролетов было два. Преодолев, наконец, ветхую лестницу, они остановились на площадке, за которой начинался коридор. Джейк с нескрываемым раздражением осматривал пространство. Проход в коридор был закрыт старой дверью, которую оборотень тут же неосмотрительно резко распахнул. Она отвалилась и повисла на одной петле. Замечательно! Оказавшись в коридоре, Ренесми даже сразу не смогла определить, чего там было больше: темноты или паутины. Пол коридора был покрыт толстенным слоем пыли и грязи, а по обе стороны находились совершенно одинаковые двери. Из освещения было только маленькое слуховое окно в конце. Великие боги, что я здесь забыла… Все органы чувств обострились до предела. Было просто душераздирающе тихо. И она инстинктивно впилась пальцами в руку Джейкоба. Напряженное до рези в глазах зрение помогало рассмотреть таблички на дверях. Им нужен был номер 214. 220, 219… Она уже почти расслабилась, мерно отсчитывая двери, когда в конце коридора что-то громко хлопнуло, и девушка истерично вскрикнув, практически вжалась в сильное тело Джейкоба. И тут же почувствовала, как напряглись его мускулы от ее прикосновения. Неловкость момента скрасило, как ей показалось, сухое покашливание из-за двери напротив. − Ты слышал? – прошептала Ренесми. − Нет, − глухо отозвался Джейкоб. − Там кто-то кашлянул… − Ну, это логично, тут вообще-то живут люди. − Не замечала я тут людей… Кроме того пьяного идиота, который, наверное, до сих пор стоит на лестнице столбом… − Значит, это дерево ссохлось и скрипит, − спокойно ответил Джейкоб, − а вот и наша комната. Наша комната… Ренесми подняла глаза. «214». В глазах потемнело, снова подкатила тошнота. Видимо, она втайне надеялась, что двести четырнадцатого номера не существует в природе. Наша комната… А рядом открытая дверь в туалет, которым Ренесми поспешила воспользоваться, избавляясь от самолетного обеда. Несколько раз. Живот скручивало спазмами, а горло горело. Это все от отвращения. Как можно жить в такой дыре?! Алек полный псих, хотя бы для того, чтобы оторвать ему голову, следует вернуться в Вольтерру! Когда все закончилось, Ренесми прополоскала рот и огляделась. Туалет оказался на удивление опрятным. Насколько это вообще возможно в таком месте. Вымыв руки и лицо ледяной водой, девушка вернулась к Джейкобу, который все еще стоял перед дверью в их будущее жилище. В этот момент из душевой вышла женщина, замотанная в паранджу. Босые ноги влажно шлепали по грязному полу. В потемках Ренесми различила лишь силуэт и презрительное фырканье. Презрительное фырканье. Почти, как у Джейн. − Похоже, этот дом кишит всяким отребьем, − прошептала Ренесми на ухо Джейкобу. − Да уж. Ты… эээ… в норме? − В каком смысле? − Тебя стошнило, − раздраженно пояснил Джейкоб. − Это от живописной обстановки. − Видимо, твои друзья выбирали квартиру по своему вкусу, − парировал он. Ренесми снова скривилась. И Маркусу наплевать? Как он мог позволить ей переехать в эту дыру! Уж лучше жить в палатке на улице, чем в таком ужасном месте. − Может еще не поздно уехать? – пробормотала она тихо, наблюдая за тем, как Джейкоб пытается попасть ключом в замочную скважину. Оборотень обернулся. − И окончить свою жизнь через несколько дней, когда тебя выследит Сэм? − Но… Жить здесь, тоже не выход. − Если для того, чтобы ты осталась жива, мне до конца дней придется гнить в этой помойке, то я согласен, − серьезно ответил он. Ренесми снова почувствовала укол совести. Она жалела себя, а Джейкобу было в сто раз хуже. Он в это ввязался вообще с непонятными перспективами. И честно будет выполнять свой долг. А, может, отпустить его? Или поругаться с ним, чтобы он сам ушел? Не ломать ему жизнь… Девушка прикусила кончик языка, чтобы не произнести очередную глупость. Дверь распахнулась. Комната была маленькой и душной, но довольно чистой. Из мебели в ней находился только стол с двумя стульями, небольшой старый холодильник, покосившийся от времени шкаф и большая двуспальная кровать. Большая. Двуспальная. Кровать. Ренесми округлила глаза. Либо этот старик что-то перепутал, либо Алек законченный идиот. Как бы там ни было, но спать в одной кровати с Джейкобом она не собиралась. И ведь им предстояло еще переодеваться друг перед другом и вообще… − Расслабься, Несс. Я могу спать на полу, − словно в ответ на ее опасения сказал Джейкоб, − ты пока располагайся, а я пойду, принесу багаж. Ренесми кивнула и подошла к окну. Окна их каморки выходили как раз на ту улицу, где они оставили автомобиль. И Ренесми ахнула. Группа детей развлекалась тем, что выписывала узоры краской на лобовом стекле их новенького Рено. Она услышала сдавленное рычание. Это Джейкоб тоже подошел к окну и заглядывал ей через плечо. − Джейкоб. − Ммм… − она заметила, как он гневно сжал кулаки. − Прошу тебя, только не убивай их. Вольтури наверняка застраховали автомобиль. Оборотень как-то вымученно кивнул и вышел из их комнаты. − Хорошенькое начало, − пробормотала Ренесми и перевела взгляд на серое небо Лондона. − Почти как в Вольтерре. Как ты там, Маркус?… И тут она вспомнила, что у нее есть мобильный телефон. Она же может написать ему! Быстро подхватив сумочку, Ренесми вытряхнула содержимое на постель. Телефона не было…