Полукровка и король

Принцесса прижималась к нему всем телом и соблазнительно покусывала губы. Аромат полевых цветов неприятно щекотал ноздри и казался каким-то уж слишком едким. Маркус перестал дышать как раз в тот момент, когда она коснулась языком его шеи. Она вела себя как искушенная соблазнительница, однако, неестественность и некоторая скованность движений девушки выдавали ее неопытность с головой. Или это была не неопытность, а банальный страх? Решила отдаться в обмен на свободу? Омерзительно. − Вы красивая женщина, − пробормотал Маркус отчаянно пытаясь совладать с собой, чтобы лицо его не отражало всю глубину испытываемого им чувства. Это просто невыносимо! Но гарпия естественно уловила его настроение. Еще раз бросив на него чувственный взгляд, она пару раз взмахнула ресницами и улыбнулась. − Но вам я не нравлюсь? – уже насмешливо повторила она и отступила назад. Вампир выдохнул. − Не в этом дело. Гарпия закатила глаза и хлопнула в ладоши: − Конечно! Что за спектакль? Выяснять, впрочем, ничего не хотелось. − Оденьтесь, − Маркус подал ей платье, − это было ни к чему. − Напротив, это было важно. − Девушка натянуто улыбнулась и ловко надела платье. Повисла напряженная тишина, разгоняемая лишь ритмичным стуком ее сердца. Маркус не шевелился. Принцесса так же не стремилась уступать. Прошло около десяти минут. Это могло бы длиться сколь угодно долго, потому что девушка, явно привыкшая к таким поворотам событий, поджала губы и испытующе смотрела прямо ему в глаза. И Маркус нахмурился. − Мисс Ингвар. Я ничего не спросил, но это не значит, что я что-то понял… − Вы же сделали с ней это? − спросила принцесса совершенно невпопад. − О чем вы говорите? − Кровные узы, − она шагнула вперед, небрежно отвела волосы за спину и застегнула клипсу на плече. Маркус сглотнул. Помедлив немного, девушка повернулась к нему спиной, − вы связаны с ней, не так ли? Вампир промолчал, сочтя пояснения излишними. Она попала в точку. Весьма болезненную для него точку. Но это, казалось, совершенно не смутило его гостью. − Значит, связаны. И Маркус не удержался от язвительного замечания: − Вы всегда столь догадливы или только мне выпал счастливый билет? К его удивлению, она весело расхохоталась. − Чтобы правильно задать вопрос, нужно знать большую часть ответа. − Ммм, самоуверенности вам не занимать. − Я угадала. Связаны. И поэтому вы не стали пользоваться ситуацией. Красивая женщина предложила вам себя. Никто никогда бы не узнал об этом. Но вы… − Вы отказываете мне в элементарной порядочности? – он изогнул бровь. − Отчего же. Это был просто эксперимент. − Который, полагаю, что-то выявил? − Вы поразительно наблюдательны, − гарпия вернула ему язвительный тон, − извините меня за это, но иначе невозможно было бы продемонстрировать суть того, во что вы ввязались. − Простите? − Вы связали себя со своей бывшей супругой, − строго проговорила принцесса, расправляя складки платья. − Я этого не говорил. − Надеюсь, вы не станете тратить наше время на неправдоподобные отрицания? − это звучало так дерзко, что у Маркуса моментально возникло чувство дежавю. Мисс Каллен… Но перед ним была не Ренесми Каллен, а Асельф Ингвар. И не следовало даже сравнивать… Асельф Ингвар… Он посмотрел на нее прямо в упор, стараясь скрыть реакцию на ее слова. Было чертовски сложно. Гарпия впилась в него взаимно изучающим взглядом. От этого взгляда стало не по себе. − Вы, должно быть, решили, что я нуждаюсь в вашей благотворительности, − едко процедил он, прикрывая раздражением секундную растерянность. Маркус не преминул убедиться, что голос его прозвучал настолько холодно, чтобы заморозить все окружающее пространство в радиусе сотни метров. Выражение лица принцессы, впрочем, не изменилось. − Едва ли, − спокойно ответила она, − даже если бы я чувствовала необходимость проявить благотворительность, я вряд ли была бы снисходительна к вам. Ведь вы − Вольтури. Я еще не совсем уверена, что вы этого заслуживаете. Да неужели? В темно-синих глазах Асельф сверкнули насмешливые искры. Маркус приподнял бровь. − А если бы я все же воспользовался, как вы изволили выразиться, ситуацией? – Он прислонился поясницей к мраморному подоконнику и замер в довольно расслабленной позе. − Я ведь намного сильнее вас, едва ли вам удалось бы вырваться. − Вы отказываете мне в элементарной проницательности? – В тон ему отозвалась девушка. − Ваш внутренний барьер, который не позволяет вам вступить в отношения с другой женщиной, настолько реален, что кажется, его можно потрогать руками. Он лишь фыркнул в ответ. − Позвольте узнать… − принцесса поднесла пальцы к губам и прикусила кончик ногтя. − Что? – он почувствовал себя неуютно. − Зачем вы это сделали? Зачем связали себя с той, которой сейчас нет рядом? Очередное секундное замешательство быстро сменилось твердой решимостью. Он набрал в легкие побольше воздуха и медленно со свистом выдохнул. − Я не делал этого, − голос прозвучал как-то слишком сдавленно, и Маркус кашлянул. − Но вы храните этот предмет… − Неопределенный кивок в сторону нижнего ящика ясно дал понять, что она имеет в виду. Маркус медленно моргнул и наморщил лоб. − Я повторяю, я не делал этого. Если что-то похожее и было, то явно не так, как описано в книге. Позвольте. Вампир взял со стола древний фолиант, сорвал печать и перевернул несколько страниц. Наконец, найдя, что искал, владыка жестом подозвал гарпию. − Tollite signum fidei sanguis, − прочитал он вслух. − «Прими кровь в знак верности», − повторила она латинский текст, − и что же? − Здесь сказано, что ритуал завершен, если жертва сама приняла свою кровь. − Да, − подтвердила девушка, − после того, как вампир выпил кровь жертвы, он должен завершить ритуал поцелуем, возвращая ей часть. Это делает связь нерушимой. И она должна быть не против принять ее. − Эту фразу… − Маркус коснулся пальцами подбородка, − ее обязательно надо произносить? В тот момент, когда… − Нет, говорить вслух не обязательно. Можно произнести мысленно. − Спасибо. Это было важно. Гарпия скрестила руки на груди, очевидно изо всех сил пытаясь выглядеть внушительно. Вышло довольно забавно, и Маркус прикусил кончик языка, чтобы не улыбнуться. Принцесса, напротив, была сама серьезность. − Вы сказали, что провели ритуал не так, как сказано в книге. Тогда как же? Улыбаться расхотелось. − Я вообще не начинал его, − сухо ответил владыка и задумчиво сжал переносицу, − по крайней мере, я не привязывал ее к себе. − Но вы же пили ее кровь? – девушка нетерпеливо всплеснула руками, − она дала вам свою кровь по собственной воле? И разрезала рану тем самым ножом? Ножом… По собственной воле… Ее кровь… Такая сладкая, пьянящая кровь, которую он пил прямо из ее ладони… Маркуса бросило в жар. Волна вновь накатившего возбуждения заставила его тело предательски дрогнуть. Вампир издал глухой стон и тут же ущипнул себя за переносицу. Гарпия, очевидно, заметила, что ему неловко, и стихла, закусив нижнюю губу. − Я не знаю, − честно ответил владыка, − где там была ее воля, а где помутнение рассудка… Но ритуал не был завершен. Она не пила свою кровь из моих уст. − О… Но откуда тогда этот барьер?! − воскликнула она взволнованно, − погодите, получается, это означает только одно… Ему показалось, что в глазах принцессы промелькнула тень сочувствия. Только сочувствия не хватало. И Маркус поспешил перебить ее. − Что она совершенно свободна. И, если я ее освобожу, по вашему собственному совету, она не будет иметь ни единой причины вернуться назад. − Кроме истинной любви. − Что? – ему вдруг захотелось, чтобы он ослышался. − Кроме истинной любви, − повысив голос, повторила гарпия. – Если она любит вас, то она вернется по собственной воле. Так или иначе, чувства и связи довольно тонкая материя, прогнозировать что-то бессмысленно. Мы верим, что боги помогают распутать даже самые сложные узлы… − Мисс Ингвар, − Маркус взмахнул рукой, − избавьте меня от этих философских измышлений. Мисс Каллен совершенно свободна и вольна строить свою жизнь как пожелает, как только угроза от оборотней минует. Вы говорите интересные вещи, но вот такие фразы выдают вас целиком. Вы неопытны и романтичны, я бы даже сказал − восторженно наивны. − Не обязательно обладать интеллектом Аристотеля, чтобы сложить два и два. Ведь вы любите ее. И полюбили еще до того, как была установлена связь. − Позвольте, я бы попросил вас воздержаться от оценок мотивов моего поведения. − Если бы не любили, то просто прикончили бы ее и все, когда она дала вам свою кровь. Зачем вам такая обуза? Но вы оставили ее в живых, фактически пожертвовав… − Я же сказал! Довольно об этом… Принцесса понимающе кивнула, прикусила губу, словно мучительно на что-то решаясь и вскинула на него горящий взгляд. Щеки ее пылали. Вампир предостерегающе прищурился, но гарпия уже явно приняла решение. Теперь ее речь зазвучала успокаивающе: − То, что вы чувствуете сейчас, постепенно пройдет. Притупится. Я имею в виду, вашу реакцию… Ах, вы про это. Ну раз уж разговор зашел… Маркус передернул плечами и снова прислонился к подоконнику. − Почему ничего подобного не было, пока она жила в замке? − Она была рядом. Вы же понимаете основу этой связи? Желание быть с близким человеком. Разделить с ним жизнь. Как говорят люди: «и в горе и в радости». − И что же? Получается, я не смогу отпустить ее, чтобы не сходить с ума от чувства… − он запнулся, − чувства потери? − Я же сказала, это будет медленно притупляться, − румянец ее стал почти болезненно ярким, − вы привыкнете жить с этим. И не пытайтесь заменить ее кем-то другим. И не думал… − Но, − гарпия села за стол и прижала ладони к щекам, − вам нужно избавиться от этого предмета. − Избавиться? − Сожгите его. Выбросить – не поможет, вы его разыщете. По запаху. − Что будет, если я его оставлю? − Если вашей супруги все еще не будет рядом? Бывшей супруги! − Это же очевидно, − владыка раздраженно поморщился, − ее нет и не будет рядом. Гарпия едва заметно пожала плечами. − Просто избавьтесь от него и все. Маркус ненадолго застыл, словно обдумывая полученную информацию. Потом резким движением повернулся к своей гостье и коротко кивнул. Она улыбнулась. − А еще я хотела повторить, что… Вампир мгновенно напрягся. Асельф сидела и внимательно смотрела на свои подрагивающие руки. На ее лице отражалась борьба. Словно она знала что-то такое, недоступное ему, что непременно сыграет важную роль… Непременно… Необратимо. И девушка подняла на Маркуса решительный взгляд. − Я говорила, что близость с вами душит ее, но вижу, что вы и сами понимаете это. Он горько покачал головой. − Но все не так плохо. Вы должны дать ей свободу, чтобы в итоге она вернулась к вам. − Какой во всем этом смысл? – спросил он почти обреченно. − Потому что вы любите ее, − сказала она твердо, голосом, не терпящим возражений, − но прежде, чем вернуться, она должна потерять все. Шея ее от волнения покрылась красными пятнами. «Потерять все», − эти слова эхом отозвались у него в голове. Благодаря ему, мисс Каллен уже почти потеряла семью, потеряла размеренное и предопределенное будущее с запечатленным на ней оборотнем, а теперь стояла на грани того, чтобы потерять самое ценное, что у нее было – жизнь. Потерять все… − То, что по каким-то причинам недосягаемо, − продолжала гарпия, − всегда кажется лучше того, что имеешь. В этом вся романтика и идиотизм человеческих отношений. И она не исключение, как и все девушки ее возраста… − Возможно ли как-то воздержаться от анализа поведения мисс Каллен? – спросил Маркус резко и раздраженно зашагал по комнате. − Но вы сами спросили… − принцесса казалась обескураженной, но мгновенно взяла себя в руки: − хорошо, прошу прощения. Владыка кивнул, подошел к окну и тяжело прижался лбом к стеклу. Он стоял так довольно долго и вздрогнул, когда башенные часы пробили три. И в тот же миг вампир почувствовал, как чьи-то теплые ладони легли ему на плечи. Маркус поспешил обернуться, инстинктивно пытаясь отгородиться от возможного чувства отторжения. − Нет! − Не спорьте. − Голос ее звучал холодно. Холодно и настолько повелительно, что владыка пораженно смолк и снова отвернулся к окну. Он весь напрягся в предвкушении волны отвращения от близости женщины, но, к его удивлению, раздражения не было. Омерзения тоже. Было приятно и хорошо от этого ощущения, а если не дышать, то вполне можно представить себе, что это руки мисс Каллен… Нет, пожалуй, этого делать не стоит. Словно почувствовав его недоумение, гарпия убрала руки. − Но почему?… Принцесса самодовольно улыбнулась. − Все зависит от намерений. Если я не собираюсь вас соблазнять, вы не чувствуете отвращения. – Она поправила платье. − Это шестое чувство, Маркус. Вы, вампиры, почти перестали его использовать, полагаясь на природную силу, выносливость и ловкость, а нам приходится применять интуицию… Время от времени. Вот, смотрите. Девушка шагнула к нему, расстегнула несколько пуговиц на шелковой рубашке и осторожно коснулась ладонями его груди. Потом она пробежала пальцами по шее, обвела черный ворот сорочки и притянула мужчину к себе. Казалось, еще мгновение, и она его поцелует. Но вампир не чувствовал дискомфорт. Просто тепло ее тела, легкость и спокойствие. − Все потому, − прошептала она ему на ухо, − что я сейчас думаю о своей семье, о том, как хочу вернуться домой. А не о том, что напротив меня стоит привлекательный мужчина, с которым при иных обстоятельствах… Она не договорила. Маркус почувствовал резкое отторжение и поспешил прервать контакт. − Я понял, мисс Ингвар, спасибо за наглядную демонстрацию. Девушка послушно отстранилась. И устремила свой взор на лиловый переплет. − Почему вы запечатываете страницы? Кроме этой книги, в мире существует всего один экземпляр… Как я уже говорила, он хранится в запасниках музея… − Могу вас уверить, из него изъята эта информация. − У Вольтури везде свои люди, − она заправила за ухо белокурый локон. Маркус иронично хмыкнул. − Вы не ответили, почему? − Очевидно, мисс Ингвар, потому, что никто из вампиров не хочет пасть жертвой такого ритуала. – Он снова ухмыльнулся. − Ведь это связывает. Как вы уже заметили. По рукам и ногам. − О… − Если вам больше нечего мне сообщить, то я должен проводить вас в ваши покои, чтобы Деметрий не отправился на поиски, − он подставил ей локоть. Принцесса кивнула. Нервно одернула платье и подала ему руку. − Знаете, Маркус… Не думала, что когда-либо скажу это одному из Вольтури, но вы исключение. Вам хочется довериться. Тень улыбки коснулась его губ. Они медленно покинули библиотеку и вышли через покои в коридор. − Это было бы опрометчиво с вашей стороны, − тихо проговорил Маркус, увлекая девушку за собой. − Что именно? − Довериться мне. − Шестое чувство. Вы не обманете меня. Вампир едва заметно помрачнел. − У меня последний вопрос, мисс Ингвар. − Слушаю вас, − по ее пальцам пробежала ощутимая дрожь. − Вы знаете, что произошло в библиотеке. Именно поэтому вы ушли читать в мои покои? Лицо гарпии приняло серьезное, почти страдальческое выражение. − Запах ее крови чувствуется там до сих пор. Это невыносимо. Это запах тайн, секретов и… − она пронзила Маркуса острым взглядом, − безысходности. Все, что могло свершиться, уже свершилось… Избавьтесь от ножа, Маркус. Я… − она запнулась, словно подбирая слова, а потом мгновенно побелела и со странным вздохом потянула его назад, − о, нет, только не он…

***

Маркус почувствовал, как напряглись ее пальцы на сгибе его руки. И устремил взгляд вперед. В конце коридора стоял Аро и с лучезарной улыбкой наблюдал за ними. Рядом с ним топтался Деметрий. Проклятье, я же должен был с ним встретиться… Принцесса тут же покорно опустила глаза в пол и сильнее стиснула его руку, а на щеках ее выступили два болезненно красных пятна. − Асельф, Маркус, какая встреча, − Аро подлетел к ним за доли секунды, − я рад, что вы подружились. Приятно видеть, что ты, наконец, почувствовал вкус жизни, брат. – Он многозначительно поднял брови, и Маркус предпочел не думать о том, какие грязные намеки вертелись у Аро на языке. Поэтому ему оставалось лишь сдержанно кивнуть. И шепнуть принцессе: − Полагаю, ваше высочество, Деметрий сможет проводить вас в ваши покои. Как по команде, перед ними вырос Деметрий и с понурым видом взял принцессу за руку. Она не сопротивлялась. Маркус с удивлением заметил, как при этом контакте вдруг еще ярче заалели ее щеки. − Вот и хорошо, − всплеснул руками Аро и повернулся, провожая гарпию с Деметрием внимательным взглядом, − надеюсь, ты успел накормить своего питомца, брат. Амабиль. Ну да, конечно… − Да, Аро, все в порядке. Ты хотел о чем-то поговорить? − Я смотрю, наша милая гостья прониклась к тебе доверием, Маркус, − Аро оперся спиной о стену и лукаво склонил голову набок, − это так трогательно. − Это и есть твой срочный вопрос? Но Аро, проигнорировав вопрос, продолжал: − Она очаровательна. Эти светлые волосы… Они мягкие как шелк… Одно прикосновение к ним дарит непередаваемые ощущения, − вампир причмокнул губами, − лакомый кусочек, не правда ли? Маркус поморщился. Закрыл глаза и с шумом втянул носом воздух. В тот же миг ледяная рука легла ему на плечо. − Маркус. Она же понравилась тебе, не так ли? Понравилась? Что за чушь! Вампир едва сдержался, чтобы не фыркнуть от раздражения. − Нет, − сумел выдавить он, − она… − Или ты скучаешь по нашей юной мисс Каллен? Нашей. Юной. Мисс. Каллен. − Нет, − твердо ответил Маркус, − причем здесь это? − Как интересно, − Аро словно не слушал, − я был бы рад отдать гарпию тебе, чтобы ты делал с ней все, что пожелаешь, но ты же понимаешь, что она ценный трофей. Впрочем, если ее отец вступит в войну, − он нетерпеливо переступил с ноги на ногу, − у нас будут развязаны руки. Хотя едва ли ты заинтересован… Маркус не верил своим ушам. Аро таким завуалированным образом пытался прощупать природу его заинтересованности в принцессе? Или его интересовала мисс Каллен? Немыслимо. Воцарилась неловкая тишина. Аро, однако же, явно не планировал предаваться долгим раздумьям: − Но наш разговор не об этом. Мы поймали одного из осведомителей румынского клана, − вампир шагнул вперед, жестом приглашая Маркуса следовать за ним, − никчемный новорожденный. Они на взводе. Нервничают и рвутся в бой. Гарпии не дают своего ответа, и это выводит румын из себя. К тому же, − он усмехнулся, − их войско постоянно редеет из-за стычек между новообращенными вампирами, которые как известно, не могут себя контролировать. − И что это значит? – Маркус попытался изобразить заинтересованное лицо. − Это значит, что мы должны тянуть время. Битва состоится, но позже. Когда они будут деморализованы длительным ожиданием, когда новорожденная армия в плохо сдерживаемых порывах перебьет саму себя – у нас будет неоспоримое преимущество. Маркус промолчал, обдумывая услышанное. Если Аро решил тянуть время, это означало лишь одно – мисс Каллен придется сидеть в Лондоне куда дольше предполагаемого. И, вдруг, совершенно не к месту он снова ощутил, как в глубине души куском жгучего льда начинает разрастаться страх. Он рос и рос, причиняя явный дискомфорт, сковывая внутренности и мешая дышать. Дьвол, да что ж такое… − Хорошо, Аро, − пробормотал Маркус, − если это все, то я бы хотел пойти к себе. Надо избавиться от ножа и позвонить ей. Словно прочитав его мысли, Аро злорадно усмехнулся. − Не так быстро. Я думаю, что раскрыл твою маленькую тайну, брат, − он пальцем вывел в воздухе очертания букв. Р. Е. Н. Е. С. М. И. − Ренесми? − с наигранным удивлением изумился Маркус. Аро кивнул: − Ты не отпустил ее, − он картинным жестом положил ладонь на сердце, − отсюда. И это снова заставит тебя страдать. − Какое тебе дело до моих чувств? − О, брат, не будь таким жестоким. Я переживаю за твое душевное равновесие. От тебя многое зависит. Поэтому едва ли благоразумно с твоей стороны иметь от меня какие-то секреты… Мы должны понимать, что тайны между лидерами клана совершенно недопустимы! Этого Маркус вынести не мог. Он резко развернулся, преодолел разделяющее их расстояние и, едва удержавшись от того, чтобы не впечатать Аро в стену, зашипел: − Хочешь поговорить о тайнах, брат? Тогда расскажи мне, какого черта письмо к Дидим делает в твоем личном ящике?! Ты запер его на ключ и хранишь так, словно оно имеет для тебя какую-то ценность! Лицо Аро на мгновение исказилось ужасом понимания, но он быстро вернул себе самообладание и поднял руки вверх, изящным жестом демонстрируя капитуляцию. − Прости, брат, я не хотел тебя обидеть разговорами о нашей дорогой мисс Каллен. Я только хочу, чтобы… − Письмо! – рявкнул Маркус, грубо потирая костяшки пальцев. Ударить его было бы не правильно. Слишком импульсивно. Но как же желанно… Контролируй эмоции. Жесткий холодный контроль. Черты лица Аро заострились. Он повертел головой из стороны в сторону, словно разминая затекшую шею, раскинул руки и, наконец, застыл в позе Аполлона Бельведерского. − Ты чем-то опечален, брат? – и тут же переместился, оказавшись у Маркуса за спиной. − Я задал один единственный вопрос. Аро снова всплеснул руками, в наигранной печали похлопал Маркуса по плечу из-за спины и вырос прямо перед ним. − Я не понимаю, о каком письме ты говоришь… − Разумеется, − холодно ответил Маркус и запустил пальцы в волосы, − не сомневаюсь, что через мгновение никакого письма там не будет. Мне все равно, Аро. Важнее другое – почему тебе так важно было его сохранить? – Маркус посмотрел на Аро в упор. − Ты знаешь ответ на этот вопрос? Аро замер, плотно сжав губы. Глаза его чуть расширились, но в остальном его непроницаемая поза была преисполнена спокойствия и уверенности. − Не мог бы ты выражаться яснее? − уточнил Аро почти бесстрастно. Маркус раздраженно тряхнул головой. Их взгляды встретились. И тут Маркуса впервые за все время озарило нечто похожее на понимание. Неужели?… Эти сжатые губы, этот колючий взгляд. Эта с трудом скрываемая паника, при упоминании о письме, в котором Маркус описывал, хоть и вскользь, чувства Дидим к брату… А Аро бережно хранил эти кусочки мозаики, потому что все это ему было дорого и важно. Потому что… Нет, такое просто немыслимо… Маркус закатил глаза и шумно втянул носом воздух. Это просто не может быть правдой… Аро тем временем заложил руки за спину, сцепил их в замок и отошел на пару шагов. − Я выражаюсь предельно ясно, − Маркус повернулся к нему, повторяя его жест, − зачем ты забрал письмо? − Я не понимаю, о чем ты говоришь! – воскликнул вампир в притворном недоумении. − Понимаешь. – Маркус внезапно почувствовал жгучее отвращение ко всему происходящему. И к своему этому новому пониманию в том числе. Как он был слеп! Это же ясно как божий день! В горле образовался тугой ком. Будь он человеком, то решил бы, что его сейчас стошнит. Аро стоял не шевелясь, подчеркнуто внимательно изучая ногти на руках: − Увы, нет. − Не притворяйся, Аро, достаточно. Впрочем, дело твое. Однако, знай, мне жаль тебя, если мои догадки окажутся правдой. Краем глаза он заметил, как Аро передернуло, но это было столь легко и неуловимо, что могло легко явиться лишь бредом, иллюзией воспаленного подсознания. И взгляды их снова встретились. Напряжение было столь велико, что впору было удивляться, почему вокруг не летят искры. − Твои догадки навсегда останутся лишь догадками, пока ты не получишь подтверждений, − Аро позволил себе легкую улыбку, хотя глаза его оставались напряженными и суровыми, − но дать их могу только я… − Он помедлил и затем добавил подчеркнуто беспечным тоном: − а я до сих пор решительно не понимаю, о чем идет речь. Маркус сжал ладонями виски и сделал несколько круговых движений, скорее для собственного успокоения. У вампиров не бывает головной боли. Однако, к его удивлению, от этих манипуляций ком в горле вдруг растворился, сменившись новой волной опасений за мисс Каллен. Хотелось покоя и тишины. Уйти подальше от Аро и подумать. Позвонить ей. Поэтому он не нашел ничего лучше, как произнести: − Поговорим об этом позже. И я бы хотел, чтобы ты вернул письмо туда, откуда взял. Не дожидаясь реакции брата, Маркус развернулся на каблуках и зашагал в свои покои, на ходу нащупывая в кармане мобильный телефон. К его смятению и удивлению, его почему-то мало волновало, что именно произошло тогда три тысячи лет назад. Также, его почти не тронули, очевидно, совсем не братские чувства Аро к покойной сестре. Была лишь легкая брезгливость, не более… И еще жалость. Но это уже где-то совсем глубоко. У него была другая насущная проблема. Мисс Каллен. Это необъяснимое волнение за нее. Вдобавок, из головы не шли слова гарпии о том, что она должна потерять все. В совокупности с его внутренним беспокойством это было практически неоспоримым поводом для паники. Потерять все…

***

Оказавшись в своих покоях, Маркус набрал номер Джейкоба Блэка. И приготовился попросить к телефону Ренесми, как вместо гудков в трубке сразу же раздались голоса. Но они общались между собой, явно не обращая внимания на звонок. Очевидно, Джейкоб случайно нажал на кнопку и принял вызов, сам того не ведая. Маркус прислушался. Мисс Каллен и оборотень о чем-то спорили на повышенных тонах. Подавив первый порыв сбросить звонок и набрать номер еще раз, Маркус поднес телефон к уху. − Как ты мог?! – Ренесми явно была на взводе, − я спрашиваю тебя, неужели ты так плохо меня знаешь?! − Несс, успокойся, я… − в голосе оборотня сквозили извиняющиеся интонации. − Я хотела сказать тебе нечто очень важное, а теперь… − она всхлипнула, − теперь я просто не могу… Мне плохо… Раздалась какая-то возня, шум, и снова всхлипы. Это было так похоже на выяснение отношений между влюбленными, что Маркус сперва опешил, но тут же поспешил отогнать неуместные сравнения и задержал дыхание. − В последнее время с тобой довольно трудно общаться, − угрюмо пробормотал Джейкоб, − Несси, я не понимаю тебя… Я стараюсь угодить тебе, но… − Не понимаешь?! – она взвизгнула,− стараешься угодить?! И поэтому я должна была наблюдать здесь ее?! Кого «ее»? Он, что, притащил в их квартиру свою подружку? − Поэтому ты ее вышвырнула?! Вообще-то ты тут не одна живешь, я тоже имею право… Раздался удар, напоминающий пощечину. − Подавись! Снова какая-то возня и всхлипы. Дьявол, что происходит у них там… − Я не понимаю, чего ты хочешь. И прекрати орать, тут тонкие стены. Маркус сжал зубы. Реакция Ренесми походила на плохо скрываемую ревность. А в начале разговора она собиралась сказать ему нечто важное… Стало трудно сохранять вертикальное положение, поэтому он рухнул в кресло. Боги… Неужели все-таки между ними… − Я сказала тебе, чего хочу! Но ты… ты думаешь только о себе! Когда ты целовал меня, я… Маркус не услышал окончания фразы. Это было выше его сил, и владыка нажал на сброс.

***

Он услышал достаточно. Фразу «когда ты целовал меня» словно выжгли на его сердце каленым железом. Этот пес целовал ее! Целовал ее теплые податливые губы… Перед глазами поднялась темная пелена. Благоразумно поборов желание швырнуть телефон в стену, Маркус сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоиться. Не вышло. Сопляк. Оборотень, черт бы его побрал! И мисс Каллен тоже хороша, не успела уехать – как все, бросилась целоваться с первым попавшимся мужчиной! Ну ладно… Мы еще посмотрим… Маркус вскочил на ноги и зашипел от злости. Пока Вольтури готовятся к войне, она устраивает свою личную жизнь. Хороша, девочка. Вот и вся человеческая сущность вылезла наружу. Непостоянство смертных сыграло свою роль. А он позволил себе надеяться. Идиот! Маркус пнул ногой миску кота. Корм рассыпался по полу. Плевать! Он злился не на нее. Он злился на себя. Как он мог подумать, что мисс Каллен останется с ним в Вольтерре навсегда?! Вечность?! Да она и нескольких дней не продержалась! Не помня себя от бешенства, Маркус влетел в библиотеку, рванул на себя нижний ящик стола, вытащил оттуда письмо, так и непрочитанную книгу, которую она подарила на годовщину, и злополучный нож. Игнорируя танцующую на периферии сознания мысль «не торопись», он метнулся в свои покои, швырнул все это в камин, от души залил маслом для розжига и чиркнул спичкой…