Masterpiece

Творческий застой: Спад или вовсе отсутствие творческой активности; период без новых идей.

Прошло совсем немного времени после исчезновения Фрэнка, как Джерард начал терзать себя за то, что вообще позволил ему уйти. Он схватил свою куртку и помчался к Аве, чтобы серьезно поговорить с парнем, надеясь, что он просто пошел домой, но, когда Джерард добрался до туда, оказалось, что никто понятия не имеет, где находится Фрэнк. - Но... разве он не был с тобой? - Ава посмотрела на парня с поистине озадаченной хмуростью, и леденящее душу беспокойство поселилось где-то между ребер Джерарда. Минуты превращались в часы, звонки Джерарда перенаправлялись прямиком на голосовую почту парня, и его беспокойство медленно превратилось в страх. Казалось, что Фрэнк растворился в воздухе с момента, как переступил порог квартиры Джерарда. Руки Уэя слегка дрожали каждый раз, как он тянулся к своему телефону, и парень чувствовал себя сбитым с толку и пустым, словно его внезапно вырвали из его собственного мира и заставили сидеть в месте, в котором он чувствовал себя совершенно не в своей тарелке. Фрэнк все еще не перезванивал. Его молчание растянулось на часы, затем дни, и в конце концов они прожили целую неделю, не услышав от парня ни слова. Джерард не выпускал телефон из рук ни на секунду, как будто он был естественным продолжением его кисти. Каждый раз, как кто-нибудь звонил или на сотовый приходило сообщение, сердце парня пропускало несколько положенных ударов, но все заканчивалось разочарованным вздохом, когда он осознавал, что все эти звонки и смс были не от того, от кого ему хотелось. Прежде Джерард никогда не пытался столько раз кому-то звонить. Раньше он никогда не оставлял никому столько сообщений на автоответчик, который принудительно принимал все его звонки, отчего уныние лишь росло все больше и больше, ведь каждый из них оставался без ответа. В итоге это превратилось в обыденную рутину его дней, в которые он беспокойно слонялся между своей собственной и Авиной квартирами, выдерживая определенные интервалы времени и поочередно заходя то туда, то сюда, на случай, если Фрэнк вдруг объявится. Ночью он брал свою машину и колесил по городу, борясь с желанием названивать Аве каждые пятнадцать минут, чтобы узнать новости, которых не было. Иногда он действительно чувствовал, что его поиски окажутся успешными, что бесконечная череда клубов и баров, в которые он заглядывал, в конце концов приведет его к Фрэнку. Но чем дольше он терпел неудачу, тем больше у него опускались руки. Во всех смыслах этого слова, разочарование было в стократ хуже, чем страх: оно отображалось не только в физической боли, проявляясь в напряженных плечах и ноющей спине, но и добралось до его головы. Мысли парня были рассеянны и спутаны, и вскоре, когда-то четкие и продуманные стратегии, сменились бесконечным воспроизведением ужасающих сценариев, которые подкидывал Джерарду его мозг. Они лишили его способности рационально мыслить и спать. Майки был первым, кто прямо указал ему на это, когда в один из вечеров Джерард заехал за ним. - Ты знаешь, что выглядишь абсолютно измотанным? - сказал он брату. Как только Майки услышал о пропаже Фрэнка, он тут же предложил Джерарду свою помощь и до сих пор принимал участие во всех его ночных поисках. И это стало отличной идеей: лишь тот факт, что пассажирское сидение в его машине было занято, уже оказывал на Джерарда успокаивающее действие. Сейчас парень изучал бледное лицо своего старшего брата, тревожно насупив брови. - Нет, я в полном порядке, - успокоил его Джерард и легко рассмеялся, случайно включая дворники в тот самый момент, как это сказал. Он неуклюже заерзал, пытаясь выключить их, отчего Майки лишь вздохнул и закачал головой. - Так, давай, выходи. - Он деликатно выпроводил Джерарда с водительского сидения. - Думаю, сегодня лучше я поведу. Но, несмотря на все неустанные усилия парней и проведенные ими бессонные ночи, Фрэнка нигде не удавалось найти. Как будто он был уничтожен и стерт с лица земли.

***

- Я, правда, понятия не имею, куда он сбежал. Ава приготовила Джерарду чашку кофе и заставила его присесть на диван. От Фрэнка не было никаких вестей практически две недели, и Джерард чувствовал, что достиг предела, когда дело касалось беспокойства. Он был слишком уставшим и пораженным, чтобы еще и волноваться. - С Фрэнком сложно сказать... - продолжила девушка, откидывая волосы, ниспавшие ей на лицо. Она вздохнула и бросила на парня беспомощный взгляд. - То есть, конечно, он пропадал несколько раз. Он знает тучу людей и, наверное, схоронился у одного из своих знакомых, но обычно его общение с ними не длится так прям долго, чтобы я много о них знала. Хотя, он никогда раньше не поступал так. Обычно у него хватало совести сообщить, где он. - Она нерешительно прикусила губу. - Ты... как ты думаешь, нам уже следует обратиться в полицию и подать заявление о пропаже человека? Джерард просто бездумно смотрел на дно своей кружки, не отвечая. Он не был уверен, что это что-нибудь изменит: если Фрэнк не хотел, чтобы его нашли, он бы убедился, чтобы все так и оставалось, пропал он без вести или нет. К тому же, он был взрослым человеком и имел полное право исчезнуть, если ему так захотелось. Скорее всего, именно это работники полиции им и скажут. Они, конечно, примут заявление, но особо не будут за него браться. Люди пропадают постоянно, и не обязательно это случается в результате преступления. Но в то же время у Фрэнка определенно были недоброжелатели: тут никогда не можешь быть уверен, причастны ли они. Джерард не знал, что делать. Он так устал, что едва мог соображать. Всякий раз, как он пытался прилечь и отдохнуть, у него появлялось ощущение, что кто-то обернул вокруг его груди веревку, и с каждым часом она затягивалась все туже, принося ему новую порцию беспокойства и страха. Парень был уверен, что когда-нибудь он попросту перестанет дышать, если Фрэнк так и останется ненайденным. - Джерард? - мягкая рука Авы, прикоснувшаяся к его плечу, вырвала парня из своих мрачных мыслей. - Может, приляжешь на минутку? Если ты не можешь заснуть, то у меня есть кое-какие таблетки, которые могут помочь. Или, хочешь, я приготовлю тебе чашечку чая? Я буду только рада. - Девушка склонила голову, беспокойно вглядываясь в его лицо. - Тебе, правда, стоит попробовать немного поспать. Ты не очень хорошо выглядишь. Джерард открыл рот, намереваясь выразить, насколько он не нуждается в отдыхе, даже несмотря на то, что все его тело наизнанку выворачивало от изможденности. Прежде чем ему удалось заговорить, он почувствовал, как завибрировал его телефон. Он с трудом неуклюже вытащил его из кармана, и сердце парня едва не выскочило через глотку, когда он увидел номер звонившего. - Фрэнк? - дрожащим голосом ответил он на вызов. - Фрэнк, это ты? - Джерард? Парень подскочил с дивана от знакомого голоса, едва не спотыкаясь о журнальный столик. Рядом с ним оживилась Ава, ее глаза расширились в надежде, и Джерард подтверждающе кивнул в ее сторону, прежде чем выбрался в тесную прихожую. - Боже мой, - прохрипел он и прислонился к стене, ощущая, как бешено колотится в груди сердце. - Фрэнк, я... Ты в порядке? Где тебя черти носили? - Я... я был неподалеку, - расплывчато ответил парень. - Вот так. - Неподалеку? - непонимающе повторил Джерард, чувствуя, как раздражение просачивается сквозь накатывающие волны облегчения. - Ты пропал без вести практически на две недели, а теперь звонишь и говоришь, что был неподалеку? Ты вообще понимаешь, как сильно... - Джерард, пожалуйста, выслушай меня... - голос Фрэнка звучал хрупко и отдаленно, словно он разговаривал с ним через стекло, и тонкая мольба в его тоне тут же заставила Джерарда замолчать. - Я... я уезжаю. Я много думал и... Все, что произошло, не должно было случиться. В смысле, должно было, но не так. Я не хотел, чтобы все так ужасно обернулось, и даже не думал, что все выйдет именно таким образом. Мне жаль. Я много думал об этом и решил уехать, чтобы ты смог... чтобы ты смог двигаться дальше. - Что ты... - Я втянул тебя в такое дерьмо, - продолжил парень. - До меня не доходило, что от меня одни неприятности. Ты не заслуживаешь этого. Это все только измотает тебя, а ты слишком особенный, чтобы страдать. - Эй, подожди-ка! - костяшки пальцев Джерарда побелели вокруг телефонной трубки. - С чего ты это взял? Что за глупости ты несешь? На другом конце послышался расстроенный вздох. - Ты просто... просто подумай о том, что произошло, когда Ханна застала нас. Все это было отстойно для нее, да, но я увидел, насколько ужасно это было и для тебя. И, чем дольше я думал об этом, тем больше понимал, что тебе пришлось через столько дерьма из-за меня пройти. То, как Курт узнал о нас, и вся эта херня с Дэмиеном... А я только высмеивал все, несмотря на то, что, по сути, у меня не было на это никакого права. Только потому, что мне чего-то безумно захотелось, не значит, что я должен это получить. Понимаешь? Так что я... я уезжаю из города. Я знаю кое-кого, у кого смогу пожить какое-то время, и, может быть, когда-нибудь я и вернусь, но... не знаю. Несколько секунд Джерард просто беззвучно шевелил губами, его непроизнесенные слова застряли где-то позади его языка. - Фрэнк, - хрипло начал он, - почему ты вдруг решил взять все свои слова обратно? На другом конце повисло нерешительное молчание. - Эм... чего? - Ты единственный человек, который на самом деле хотел построить со мной отношения, - дрожащим от отчаяния голосом сказал Джерард. - Единственный, кто искренне желал быть со мной ради меня. Такое для меня делала только моя гребаная семья. Моя мама и отец. Майки. Очевидные люди. Я привык, что, кроме них, остальные любят меня только потому, что считают талантливым, или потому, что считают меня посмешищем. Ханна любила меня потому, что в ее глазах я был просто идеальным - а это не так. Далеко не так. Она любила того, кем она меня считала. Но ты - единственный человек, кто по-настоящему хотел, чтобы я вел себя естественно и был самим собой. Чтобы выбрался из своей скорлупы и делал то, что я хочу: хоть раз в жизни побыл эгоистом. Ты, блять, видишь меня, Фрэнк. Он замолчал, ожидая, что парень ответит ему каким-нибудь контраргументом, но, когда в трубке зависла тишина, Джерард просто решил надавить, хватаясь за первое воспоминание, которое пришло ему в голову. - А знаешь, что? Ты, вообще-то, единственный человек в моей жизни, кто беспокоился обо мне настолько, что жаловался на то, что я слишком тихо сплю. Ты это помнишь? - Джерард коротко усмехнулся, качая головой самому себе. - Я миллион раз просыпался от того, что ты приближался ухом к моему рту или... или прикладывал палец мне на запястье. И ради чего? Ты просто не был уверен, дышу я, черт возьми, или нет! И, когда я просыпался, ты смеялся и говорил: я просто хотел убедиться, что ты не бросил меня прошлой ночью. И какого хрена, Фрэнк? Никто не обращал внимания на то, что я, блять, не храплю! Ты единственный человек на всей этой планете, который заботился обо мне настолько, чтобы заметить даже эту крошечную, совершенно незначительную деталь. Не говоря уже о том, что ты единственный, кто потрудился сообщить мне, что ты ее заметил. Поэтому с чего ты вдруг решил забрать все свои слова назад? Они больше ничего для тебя не значат? На протяжении всей этой бессвязной речи Фрэнк хранил молчание. Единственное, что давало понять, что он все еще слушает - шелест ветра в динамике. В конце концов Джерард услышал, как у Фрэнка перехватило дыхание, и он издал приглушенный всхлип, который Джерарду не полагалось услышать. - Прости, но... в этом-то и дело, ведь так? - безнадежно сказал парень. - Все это слишком много значит, а так быть не должно. Не должно, потому что ты погрязнешь в этом, и все будет замечательно, но только до тех пор, пока я не сделаю какую-нибудь глупость, которая все разрушит, прям как говорил Дэмиен. Я все испорчу, я тебе гарантирую. А мне не хочется, чтобы ты страдал из-за этого. - Дэмиен не... - рявкнул Джерард, прежде чем оборвал сам себя, пытаясь снизить голос до спокойного уровня. - Дэмиен не решает за всех. И, уж точно, этот ублюдок не решает за меня. Фрэнк лишь снова вздохнул. - Когда я говорил, что ты особенный потому, что я нашел тебя... что ж, я должен был догадаться, что все так обернется. Чем больше меня кто-то привлекает, тем быстрее мне нужно просто отстать. Это, и правда, имеет смысл. - Фрэнк, где ты, блять, находишься? - прошипел Джерард, чувствуя, как его страх растворяется в иррациональном гневе. - Скажи мне, где ты, чтобы я приехал, и мы смогли поговорить об этом. Пожалуйста, скажи мне, где ты находишься, - отчаянно добавил он. - Все, чего мне сейчас хочется, это забрать тебя и привезти домой. Я волнуюсь за тебя. Можешь сделать мне одолжение и постараться понять это? Между ними поневоле воцарилось молчание. Было слышно лишь дыхание Фрэнка, прерываемое нечастыми всхлипами и случайными порывами ветра, шуршащими и пробивающимися через микрофон. Джерард зажмурился, пытаясь уловить любые звуки, которые могли бы выдать, где находится парень. Он нахмурился, глаза зашевелились под его веками, в то время как он сам сконцентрировался на голосах, которые неожиданно зазвучали на заднем плане. Это была случайная болтовня, становящаяся все громче и громче, а потом снова стихла, как будто люди, которым принадлежали голоса, просто прошли мимо. Еще, кажется, мимо проехала пара машин. Очередной порыв ветра ворвался в динамик, и Джерард вдруг услышал, как закричал ребенок: - Папа, смотри, какая большая лодка! Парень снова распахнул глаза. Такой ветер обычно бывает рядом с рекой: Фрэнк, должно быть, на городском мосту. Пульс Джерарда начал возрастать, когда парень осознал, что это совсем близко с квартирой Авы. Джерард мог добраться туда бегом. - Ладно, - начал он, наполненный вновь обретенной бодростью, - если ты не хочешь говорить мне, где ты, тогда мне придется догадаться самому. Только... только, пожалуйста, подожди меня еще, эм, минут десять? Максимум, пятнадцать. Если я не объявлюсь, если я ошибся, тогда... тогда можешь уезжать. Ладно? Будет справедливо, - добавил он. Прошел еще один момент нерешительности. - Хорошо, - в итоге сказал Фрэнк. - Я подожду тебя. Из-за вынужденности в голосе парня у Джерарда защемило в груди, и напряжение вокруг его сердца разрослось. Его тело двинулось в сторону двери, будто само по себе, и Джерард точно знал, что Фрэнк хотел, чтобы он его нашел, несмотря на то, признает он это или нет. Джерард только надеялся, что не ошибся о его местонахождении. - Отлично, только... черт! - парень сердито выругался из-за того, что рукав его куртки зацепился за дверную ручку, когда он уже собирался выходить. Он попятился назад, раздраженно возвращая себе свою руку. - Только оставайся там, - продолжил он, начиная бежать по улице. - Я сейчас повешу трубку, но ты только... останься. - Я же сказал, хорошо, - ответил Фрэнк, на этот раз, звуча немного раздраженно. - Не нужно мне по сто раз повторять, как будто я тупая собака какая-то. Я и в первый раз все прекрасно услышал. - Прости, Фрэнки, - извинился Джерард, не сумев удержать свои губы от подрагивания в краткой улыбке. - Увидимся через десять минут. "Надеюсь," - добавил он про себя и повесил трубку. Джерард бежал со всех ног вниз по улице, проносясь мимо длинного отрезка тихих кварталов, которые разделяли старую часть города от более оживленных. Он проигнорировал все красные сигналы светофора на пешеходных переходах, и, как результат, получил парочку ревущих автомобильных гудков. В то же время он поборол в себе желание поймать такси, которое смогло бы выиграть ему еще пять минут: по быстрой оценке загруженного движения стало ясно, что близится вечерний час пик. Быстрее будет добежать. Стремясь сократить путь, он рванул через северную сторону прибрежного парка, уставившись на подвесной мост, расстояние до которого все сокращалось. Он попытался высмотреть Фрэнка, но понял, что все еще находится слишком далеко. Но все-таки там были какие-то люди: бегуны, собаководы, выгуливающие своих питомцев, туристы. Осознание этого вселило в парня некоторую надежду. Когда Джерард наконец достиг въезда на мост, то решил взглянуть на часы и обнаружил, что не потратил больше десяти минут на дорогу сюда. С цепляющейся за лопатки рубашкой и болезненным покалыванием в боку, он продолжил свою пробежку по тротуару моста. Только когда он достиг практически середины, то заметил Фрэнка. Парень был в той же одежде, в которой Джерард видел его в последний раз, лишь накинув поверх нее тонкую кожаную куртку и шарф. А еще, кажется, он не до конца избавился от малиновой краски на своих руках. Синяки от нападения все еще были заметны на его лице, хотя и немного поблекли за прошедшие дни, сократившись до желтых пятен на его бледном лице. Было такое ощущение, что сердце Джерарда вот-вот взорвется прямо в его груди. Смех облегчения вырвался у него из горла, и на мгновение парень не чувствовал ничего, кроме ликования. Теперь, когда он наконец нашел того, кого искал сутками напролет, в реальности его вознаграждение выглядело практически нереальным. Ему казалось, что потребуется прикоснуться к парню, чтобы до конца поверить в то, что он на самом деле здесь. - Фрэнк! Услышав собственное имя, Фрэнк обернулся, отвлекаясь от воды: когда он осознал, кому принадлежит этот голос, его глаза немедленно загорелись, и парень дернулся, как будто хотел побежать Джерарду навстречу. Мгновение спустя его лицо стало печальным, он грустно нахмурился, и это окончательно стерло его мимолетное счастливое выражение. Он отстранился, прежде чем Джерард успел притянуть его в свои объятия. Какое-то время он просто стоял, разглядывая растрепанные волосы второго парня, его бледное лицо и мешки под глазами. - Черт, - неуверенно начал Фрэнк, - ты выглядишь пиздец, каким пугающим. - Он с отчаянием покачал головой. - Пугающим и напуганным. Очевидно, я уничтожил тебя больше, чем мне казалось. Ошеломленный и запыхавшийся, Джерард не мог сделать ничего, кроме как пялиться на него. - Что? Нет! - воскликнул он, чувствуя, как все его тревоги и страхи перерастают в сиюминутную вспышку гнева. - Я, блять, бегом сюда несся! Ты идиот! Он пожалел о сказанном, стоило словам только сорваться с его губ. Он быстро закрыл рот, стараясь не попасть в ловушку и не наорать на парня. - Ну, ладно, - вздохнул он, - вот тебе шанс, узнать кое-что новое. Ты думаешь, что я в ужасе, Фрэнк? Думаешь, я ужасно выгляжу? Что ж, позволь рассказать тебе кое-что: когда человек считает, что тот, кого он любит, навсегда бросил его, он обычно так и заканчивает. Он не может спать, или есть, или даже нормально думать. Я жил на сигаретах и кофе неделю. Я думал, что больше никогда тебя не увижу, и я... - Его глаза начало щипать, и Джерард отвернулся, внезапно испугавшись, что в итоге ему придется переживать прошедшие несколько дней снова и снова. Он не вынесет этого. - Я хочу сказать, - тихо добавил он, - что люди чертовски сходят с ума, когда им страшно. Фрэнк глазел на него, и к выражению его лица прибавилась капелька удивления. Ветер трепал его волосы, заставляя их танцевать на его лице, а глаза блестеть над замерзшими розами на его щеках. - То есть... - Он посмотрел вниз, на свои немного красные пальцы. - То есть ты... ты меня любишь? - Я... Да! - Джерард сердито всплеснул руками в воздухе. - Я невероятно злюсь на тебя за то, что ты сбежал и исчез, как будто тебя ничего не волнует, но Господи, блять, помоги мне, да - я люблю тебя, Фрэнк. Фрэнк как будто не знал, как на это реагировать. Он уставился в реку, слегка прищуривая один глаз. - Но... - начал он, разговаривая с бурлящей внизу водой, - ты ведь понимаешь, что можешь заполучить практически любого, да? - Ну, хорошо. Если этим "любым" станешь ты, то тогда, я полагаю, это приятная новость. Фрэнк нахмурился самому себе. - Ты сейчас серьезно? - Ты знаешь, - начал отвечать Джерард, - если бы не ты, я бы до сих пор работал на Курта. Я бы сдался и просто принял все, как есть. Через пару недель я бы присутствовал на своей собственной чертовой свадьбе. Одному Богу известно, как бы это все для меня обернулось. Может быть, когда-нибудь в будущем мне исполнилось бы пятьдесят, и в один прекрасный день я бы проснулся и осознал, что ненавижу свою жизнь - и что тогда? Мне бы пришлось сделать, как Гоген: бросить жену, порвать со всем и попытаться существовать в мире, как пожилой художник - сам по себе. Вероятнее всего, я бы провалился и был бы вынужден податься на какую-нибудь офисную работу. Все бы превратилось в дерьмо. Так что, если что, ты меня спас от серьезного кризиса среднего возраста. Ты - моя новая перспектива, Фрэнк. - Он остановился, бросая на парня косой взгляд. - Как я могу не любить тебя? Мимолетная улыбка потянула уголки губ Фрэнка, и он тут же попытался скрыть ее, задумчиво засосав свою губу. - Ты не можешь знать наверняка, случится что-то подобное или нет, - в итоге пробубнил он, разговаривая со своими руками. - Может, и нет, но какая, вообще, разница? Я не хочу это выяснять. - Джерард потянулся и накрыл холодные руки Фрэнка своими, неуверенно улыбаясь. - Я не так хорош во всех этих штуках с вдохновением, но... ты знаешь, почему Джон Ватсон на самом деле оставался с Шерлоком Холмсом? Фрэнк наконец поднял глаза, сбитый с толку сменой темы. - Эм... Кроме того факта, что они, очевидно, геи? - он с любопытством покачал головой. - Я без понятия. Почему? - Потому что Шерлок - истинный гений, так? И люди, вроде него, сталкиваются с огромным количеством драмы: они настолько оторваны от мира, что поневоле ввязываются в неприятности, вне зависимости от того, что они делают. Так просто заведено. Поэтому, что им нужно, так это правая рука, чтобы сдерживала их, не давая окончательно слететь с катушек, как Джон Ватсон, например. - Джерард пожал плечами. - Я, вроде как, именно поэтому и здесь, понимаешь? Я стану твоей правой рукой, только тебе нужно немного сбавить обороты, чтобы я смог идти с тобой в ногу. Пойди мне навстречу, что ли. Он потянулся, обернув руки вокруг плеч Фрэнка и притягивая его в свои объятия. Парень был холодным, его тело тихонько дрожало на ветру, но он уверенно обернул свои руки вокруг талии Джерарда, и его дыхание, порхающее по шее Джерарда, было теплым. Джерард провел руками по взъерошенным волосам парня и взглянул на него. - Только не иди дальше, решив, что мы обречены, - прошептал он. - Потому что это не так. Он нашел его губы, нежно целуя и чувствуя, что это было словно впервые за сотни лет, и внезапно он вспомнил слова Фрэнка, которые тот сказал ему еще практически в самом начале их знакомства: "Некоторые вещи нужно просто почувствовать, - говорил тогда он. - Ты не всегда можешь осознавать." В эту самую секунду Джерарда мог и чувствовать, и осознавать, что, если уж он сделал что-то правильное в своей жизни - то определенно это. - Не верится, что ты буквально назвал меня истеричкой. - Фрэнк усмехнулся ему в губы. - А мне не верится, что я на самом деле позволил тебе тогда уйти. - Джерард осторожно прижался ладонью к щеке Фрэнка и внимательно на него посмотрел. - Прости меня, пожалуйста. Я должен был заставить тебя остаться, и тогда тебе не пришлось бы проходить через все это. Последние несколько недель, должно быть, выдались для тебя просто ужасными. Фрэнк прикрыл глаза. - Нет, все нормально, - искренне сказал он, прижимаясь к руке парня. - Ты ведь прибежал за мной сейчас, правда, ведь? - Он взглянул на него. - И я слишком остро на все отреагировал - снова. Мне, правда, стоит прекратить себя так вести. Это ужасно тупо. - Ладно, - Джерард улыбнулся, - теперь, когда мы уладили это... Что ты думаешь? Хочешь воспользоваться второй попыткой и сделать все, как надо? - Ну... - Фрэнк поджал губы, делая вид, что вопрос требует тщательного рассмотрения. - По-моему, мы создали довольно приятные воспоминания вместе, и было бы глупо отказываться от них. Мне кажется, мое любимое произошло как раз в твоей спальне, ну, знаешь, тот момент, когда в стене образовалась огромная вмятина? - Он ухмыльнулся. - Ты бы никогда не сделал этого без моей помощи, Джерард. - Слава Богу, вот ты где! - Джерард улыбнулся и снова обнял парня. - Это, определенно, решает дело: сегодня ты переезжаешь ко мне, - как бы невзначай добавил он. - Тебе надо упаковать свои шмотки. - Что? Я... - Фрэнк расширившимися глазами уставился на него. - Серьезно? - Серьезно. - Джерард кивнул, положив одну руку парню на плечо, когда они зашагали по мосту. - Очевидно, что за тобой нужен глаз да глаз, так что... почему нет? - Он взглянул на Фрэнка. - В смысле, если ты хочешь, конечно. - Ох, ты отсталый, что ли? - Фрэнк уставился на него, и радостная улыбка растянулась на его лице. Он остановился и схватил Джерарда за лацканы куртки, прижимая ближе к себе и оставляя поцелуй на его губах. - Мне ничего не хочется больше, чем быть с тобой двадцать-блять-четыре часа в сутки.

***

После выходки Фрэнка с побегом, парни решили последовать совету Авы и начать все с нуля. Джерард понял, что в процессе переселения к нему Фрэнка и одновременного разделения вещей Ханны от его собственных, они более менее рассказали друг другу истории своих жизней. Они начали с дальних концов, с бурного детства Фрэнка и неудачных карьерных решений Джерарда, попутно сравнивая события и интересы друг друга и находя точки соприкосновения, от которых им становилось все уютнее. Проходя через рассказы обо всех людях, которых Фрэнк успешно спас, и людях, для которых он ненамеренно все испортил, картина начала видеться немного радужнее: дела обстояли не так плохо, как им обоим казалось. Просто Фрэнку пару раз не повезло. Дэмиен больше не предпринимал очередных попыток внезапно появиться, и даже при том, что в глубине памяти он все еще оставался смутной угрозой, Джерард решил просто игнорировать его существование. Фрэнк по-прежнему был непреклонен по поводу обращения в полицию, и, хоть Джерард был не в восторге по этому поводу, он смирился. Ему все равно не удалось бы заставить его. И раз уж Дэмиен исчез из поля зрения, парню не хотелось тратить ни капли своей энергии на беспокойство о нем. В итоге они оба попросту забыли о его существовании. Прошел примерно месяц, и Фрэнку удалось найти работу на неполный день, в качестве помощника парикмахера. Учитывая тот факт, что парень не был большим поклонником обычного рабочего времени или вообще всего, что включало в себя правила и нормы, все это действительно заслуживало восхищения. На самом деле, он искренне наслаждался своей работой, несмотря даже на то, что его обязанности в основном включали в себя подметание пола, стирку грязных полотенец и поставку кофе и журналов для каждого посетителя. Он погрузился в свои дела с головой, и клиенты, кажется, полюбили парня и его причудливую личность. Во всяком случае, салон только выигрывал от его нахождения в нем. Фрэнк даже испытывал некоторую гордость за то, что по утрам ему приходилось уходить на работу, и он шутил об этом, говоря, что следующим шагом для них будет покупка щенка. Новая работа Фрэнка означала еще и то, что у Джерарда появилось больше времени на самого себя, что давало ему возможность вновь обрести свои навыки и выяснить, что он собирается делать со своей карьерой. До сих пор, более вероятным казалось, что административная часть в комиксном бизнесе будет единственным, чем ему удастся заниматься в этой отрасли. Джерард чувствовал, что в творческом отделе для него больше нет места: у него не было ничего, чем он мог бы внести свой лепту в искусство. Парня беспокоило, что его вдохновение было единственной деталью, которая отсутствовала в картине. У него руки чесались, создать что-нибудь, но всякий раз, как он принимался за бумагу и ручку - результатом было ничто. Как будто у него были фантомные конечности. Парень был уверен, что, если бы не Фрэнк, то он уже давно страдал бы от серьезной депрессии. Учитывая все обстоятельства, у Джерарда все еще была его новая перспектива: хоть это было при нем. И, когда он смотрел на вещи под таким углом, то осознавал, что еще никогда не был так счастлив.