"Ветры дуют не так, как хотят корабли"

"Вниз осыпались браслеты, В томный взгляд пришла печаль. Не рассказаны секреты. Пасть раскрыла злая сталь". Дезориентированный желанием, объятый огнём страсти, Тор не мог и не хотел больше сдерживаться. Инстинкт охотника взыграл в его крови. Локи напоминал трепетную лань, чьи светлые бока мелькали среди сочной зелени тропического леса. Тор почувствовал себя дикарём, рот наполнился слюной в предвкушении познать вкус разгорячённой влажной кожи наложника; испить уста, наполненные ароматом молодого вина. Он желал сорвать лоскуты одежды и приникнуть к атласной плоти. Он хотел, чтобы наложник обвил ногами его поясницу, а он, удерживая его за спину сильными ладонями, погрузился в узкий жаркий грот, ворвался в него до конца, чтобы было больно обоим. Когда Локи выпорхнул из объятий Тора, гнев едва его ослепил. Калифу посмели отказать? Тор остановился, переводя дух. Локи исполнил танец, который невеста, став женой, танцует перед своим возлюбленным, ставшим её мужем. Она завлекает его, разрешая страсти разгореться меж ними. Этим танцем она показывает, что будет желанной и покорной, поэтому саблю отдаёт мужу, а он отбрасывает её в сторону, чтобы со своей стороны показать, что не допустит ссор и зла в их отношениях. Ускользнувший, словно туман, обманувший, словно хитрая обезьяна, чужеземец больно ударил по мужскому самолюбию Тора. Он уже закипал от ярости, когда осознал намерения юного невольника. Тор завороженно уставился на золотые блики, падавшие от лезвия на белоснежное горло. Чужеземец что-то произнёс на незнакомом языке, но Тору показалось, что он понял каждое слово. - Не поминай лихом, - донеслось из упрямого рта. Тор метнул на Локи досадливый синий взгляд. Да что же это такое! Почему этому мальчишке так не терпится умереть? Неужели его душа больна... Тор найдёт лучших врачей, ему это ничего не стоит. Но умереть такой ужасной смертью он Локи не даст. - Замри! - резко крикнул мужчина, подняв руки вверх. - Замри! От резкого окрика Локи действительно замер. Его замешательство длилось пару секунд. За это время Тор успел броситься вперёд. Ему не нужно было даже отнимать грозное оружие. Он просто сжал пальцами тонкие запястья, зафиксировав руки Локи. Тот вскрикнул. Теперь он не мог пошевелиться, Тор навис над ним. Сабля по-прежнему была меж ними непримиримым препятствием. Лафейсон сделал попытку изогнуться, метнулся горлом на край сабли, но Тор не позволил прикоснуться к лезвию ни на дюйм. Он внимательно смотрел в глаза наложнику, но не увидел в них признаки безумия. Чутьё подсказало ему, что этот юноша смог бы стать хорошим воином. Сколько смелости и упрямства! Дыхание Тора и Локи перепуталось. Тор вдыхал губительный аромат Локи, а тот дышал его яростью и напором. Потом калиф почувствовал, как оно пресеклось. Пленник замер. Локи прикрыл глаза. Его пальцы, впившиеся в горячее золото, уже устали. Но ему так не хотелось сдаваться! - Убей меня сам! - простонал Локи. - Зачем мне это? Ты так красив, изящен, безрассуден и смел! Как я могу погубить столь изысканное великолепие? Разве боги простят мне подобное преступление? Локи поперхнулся. Тор давил ему на живот и юноша уже еле дышал. - Тогда... - заранее на повышенных тонах начал Локи, но Тор резко его оборвал. - Мне уже надоело, что ты хочешь уйти из жизни. Клянусь росой, что укрывает сады Прамодавана, тебе полезно отведать порки! Или ты дашь мне слово, что отныне ты больше не покусишься на свой свет, или мне придётся держать тебя прикованным и бить кнутом, пока ты не образумишься. Что ты выбираешь? Локи завозился под ним, словно песчаная змейка, попавшая под валун, и Тор ещё сильнее прижался к его гибкому телу. - Ты обещаешь мне? - голос калифа приобрёл бархатные нотки. Вся злость от неповиновения, безумный вызов наложника и неудовлетворённая страсть сейчас вылились в предвкушение. Тору хотелось наказать невольника, но не унизить. Причинить немного боли, а потом дать почувствовать заботу. Он понял, что ломать и подчинять это создание себе ни в коем случае нельзя. "Он тебя достоин", - прозвучала гордость. "Он должен полюбить тебя", - сказало величие. "Стань его хозяином", - требовало вожделение. "Откройся, и завоюешь его любовь", - подсказало сердце. Тор начал подниматься, увлекая за собой уже не хорохорившегося Локи. Обретя вертикальное положение, тот смущённо прикрылся руками. Тор поднял накидку, набросил её юноше на плечи, вздрогнувшие от его прикосновения. Локи вздрогнул ещё раз, но уже тише, когда Тор провёл ладонями по их изгибам, скользя вниз. Лёгкими зудящими стрекозами прикоснулись поцелуи к шее, плечам, спине. Прикосновение горячего рта к коже смутило Локи и пружинкой развернулось внизу живота. Пах Тора всё сильнее прижимался к нему сзади, руки обнимали торс Локи, руки отыскивали зоны удовольствия. Небритая щека, мужской запах, горячее дыхание на шее. Руки, большие и сильные, стали освобождать бёдра от ткани. Тор коснулся бархатистой плоти, Локи вздрогнул и выгнулся под тяжёлой ладонью. Тор развернул юношу, опрокинул назад, со стоном прижался через ткань к торчавшим соскам. От прикосновения его горячего языка они стали каменными. Локи приоткрыл рот и протяжно застонал. Тор обхватил его за талию, наклонился и поцеловал поджавшийся живот. Потом коснулся поцелуем — всего лишь поцелуем — аккуратной головки. Локи почудилось, что пол ушёл у него из-под ног. Тор мгновенно подхватил потерявшего опору юношу под ягодицы, закинув его длинные ноги себе за спину. Локи крепко переплёл лодыжки. Он почувствовал себя уютно в этих сильных руках. Тор медленно втянул в рот приподнявшийся член Локи. Раскачиваясь, словно на волнах, Тор провёл языком по уздечке и, почувствовав, как забилось тело в его ладонях, пососал головку. Чередуя посасывания и облизывания, он сделал несколько ритмичных движений головой. Локи стонал то жалобно, то нетерпеливо. Его пальцы впились в загорелые мощные плечи, длинные ногти прорезали кожу. От каждого рывка внутри сознания что-то взрывалось, от каждой ласки сводило сладко тело. Локи захлёбывался наслаждением, а Тор медленно доводил его до истошных криков. Приняв поглубже набухшую плоть, Тор испил нектар, излившийся из распустившегося бутона. Бёдра, крепко сжимавшие бока Тора, опали, судорога свела пальцы, и, разомкнув руки, Локи начал падать вниз. Запрокинув голову и закрыв глаза, он уже не чувствовал ни своего тела, ни пространства, в котором находился. С нежностью опустив на пол любовника, Тор встал во весь рост над Локи. Тот в блаженстве напоминал обкуренного гашишем сказочного принца из легенд, что по вечерам рассказывал Тору визирь, заменивший ему отца. Каждая клеточка безупречного тела была расслаблена. Локи улыбался сквозь спутанные волосы, налипшие на худощавое лицо и лоб. Тор улыбнулся в ответ, разглядывая свой подарок, своё сокровище. - Пусть звёзды устыдятся, смотря тебе вослед, Теперь горят пусть ярче, даря нам ночью свет. Через несколько минут, пока Локи приходил в чувство, слуги, призванные Тором, ловко и быстро обложили уставшего любовника мягкими подушками, уставили всё вокруг подносами с фруктами и изысканными напитками, принесли кальян. Появились и растворились, как по волшебству. Темнота, обступившая со всех сторон, отступила, остался только странный монотонный звук, похожий на лёгкое позвякивание металла. Испытав дежа-вю, Локи приоткрыл глаза. Он увидел только расплывчатое пятно. Фокусируя зрение, он разглядел перед собой покачивающуюся гроздь спелых ярко-лиловых ягод. Ягоды выглядели очень сочно, покрытые розоватым налётом и влагой. Локи слегка привстал и огляделся. Его окружала россыпь красок, что имели форму подушек и ковров. Он увидел протянутую к нему мускулистую руку, что услужливо держала перед ним нечто похожее на виноград. Локи переметнул взгляд выше и увидел Тора. - Отведай, это восстановит твои силы, - произнёс калиф, чарующе улыбаясь. Локи спохватился, оглядел себя. Но вместо наготы он был облачён в свободный халат. Тогда юноша покраснел, вспомнив, что произошло. - Лучше ешь, - шутливо предупредил Тор. Локи принялся за ягоды. Они имели приятный сладко-кислый вкус и действительно походили на виноград, к которому он привык. Тор налил ему вина и протянул чашу. Локи осторожно попробовал его на вкус, высунув язык. Тор сощурился и рассмеялся. Локи отпил половину и поставил чашу на мраморный пол. Внезапно юношу охватила паника. Он вспомнил вино, которым его потчевал Тор в самую первую встречу. Локи поднял на Тора встревоженные глаза. - Что случилось? - недоумённо спросил калиф. - Прости, но я хотел бы спросить. - Тебе не нужно спрашивать у меня разрешения, - сказал Тор. - В наш первый вечер ты дал мне выпить вина. Ответь: что ты подмешал в него, чтобы я смог... - Локи стыдливо запнулся. Тор поднял бровь. - Чтобы я смог испытать удовольствие? У меня не было до тебя мужчин, ты первый. Тор удивлённо замер. Он обдумывал, говорит ли любовник с ним серьёзно. Но Локи всем видом доказывал свои расстроенные чувства. Тор вздохнул. - Тебя это печалит? То, что ты испытал оргазм? Локи кивнул, потом спохватился. - Нет. Просто, я считал, что это вызвано... Ненатурально. Тор весело рассмеялся. - О боги!!! Да, это забавно! И ты никогда-никогда? Ни с кем? Даже не думал о мужчинах, когда развлекался сам с собой?! Смех Тора отражался от колонн и нёсся под расписные своды зала, словно россыпь солнечных лучей. Локи покраснел, но тоже улыбался. Наконец Тор спохватился и прикрыл рот рукой. - Мой дорогой наложник, я ничего не подмешивал тебе. Мои слуги — тоже, ибо, если бы я узнал, что от моих ласк получают удовольствие лишь под кайфом — я строго бы всех наказал. Я никого насильно не брал. Ты мог отказаться ещё тогда. Но ты... Какой бурный оргазм, испортил все простыни! Однако! - калиф вновь громко расхохотался. - Значит, я сам? - Локи никак не мог поверить. - Это самый драгоценный подарок, не считая тебя самого, что мне удалось получить! - сказал Тор. - Клянусь Небом! Локи, до сих пор не переносивший даже саму мысль о том, что он может являться чьим-то подарком, внезапно со всей беззаботностью и лёгкостью рассмеялся вслед за Тором. - Прошу меня простить, но я не мог, просто не мог! - бормотал он сквозь смех. - Ты хочешь убедить меня или себя, мальчик? - Тор упёр руки в бока, давясь хохотом. - Себя, - Локи немного успокоился, перевёл дух и допил вино.