Once upon a time...

Парой нехитрых движений размяв затёкшую от полёта шею, Елена выпрямила спину, сделала глубокий вдох и проскользнула в приоткрывшуюся створку главной двери. На мгновение она, замерев, закрыла глаза, ослеплённая ярким светом, льющимся со всех сторон огромного холла замка: сверху, справа, слева и даже снизу, отражаясь в узорчатом мраморном полу и бликами пробегая по массивной лестнице с широкими ступенями. Потолок терялся где-то наверху, поддерживаемый прямыми толстыми колоннами, а каменные стены едва заметно блестели, будто оттуда, изнутри, так и рвалась наружу магия. Елена поморгала, давая зрачкам время для аккомодации, а потом с интересом огляделась по сторонам, отметив далёкий гул голосов. А тут неплохо. — О, мисс Форсайт, вот и вы, — пожилая, но статная и явно властная волшебница быстрым шагом спустилась с лестницы и подошла к Елене. Складки её изумрудной мантии красиво развевались, создавая впечатление, будто волшебница скользит над поверхностью пола. — Добро пожаловать в Хогвартс! — она окинула Елену взглядом и, видимо, осталась довольна: уголки тонких суховатых губ чуть поднялись. — Я — профессор МакГонагалл, декан одного из факультетов. Готова поспорить, все её тут боятся. — Честь для меня, профессор, — Елена вежливо качнула головой, и непослушная прядка снова выбилась из пучка. — Я так поняла, мне надо пройти какой-то отбор?.. — она вопросительно посмотрела на МакГонагалл, внутри слегка содрогнувшись: почему нельзя было всё сделать по-тихому? Зачем обязательно устраивать шоу? Или это на самом деле испытание? Как гладиаторские бои и всё в таком духе... Профессор кивнула. Шляпа с широкими краями глубокого зелёного оттенка качнулась в такт. — Вас определят на один из факультетов. Думаю, вы примерно представляете систему; я слышала, в Ильверморни тоже есть разделение, — в её голосе проскользнул интерес. — Так и есть, — подтвердила Елена. — Но у нас достаточно встать посередине главного вестибюля, и символ подходящего факультета сам тебя выберет. — В Хогвартсе похожий принцип... — МакГонагалл вдруг нахмурилась, прислушиваясь. — Думаю, уже пора. Нам туда, — она плавным жестом указала на резные створки дверей главного зала. Елена нервно сжала ладони в кулаки, чувствуя, как по спине пробегает холодок. Мерлин, там же наверняка столько народу... А вдруг у меня неподходящая мантия? Вдруг тут надо как-то по-особенному приветствовать остальных?.. МакГонагалл явно почувствовала душевные метания Елены. Она замедлила шаг, а потом едва заметно дотронулась до её плеча. — Это не сложнее, чем встать в центре вестибюля, — негромко произнесла она, и в глубине её мудрых зелёных глаз мелькнуло сочувствие. — Вы справитесь. Ну, раз не будет гладиаторских боёв, то у меня есть все шансы не опозориться. Елена благодарно улыбнулась, стараясь, чтобы это получилось не слишком вымученно. Она глубоко вздохнула, досчитала до десяти, и в этот момент двери зала со скрипом открылись, явив Елене невероятных размеров зал. Тысячи свечей, тонких и толстых, длинных и с мизинец размером будто плавали в прохладном воздухе, бросая колеблющиеся отсветы на каменные стены. Четыре нескончаемых стола были заполнены учениками, и от их гомона свечи слегка покачивались, заставляя тени на стенах двигаться, будто по камню одна за одной проходили волны. В самом конце зала стоял ещё один стол, перпендикулярно остальным четырём, за которым сидели преподаватели. Елена сразу же разглядела мощный силуэт Хагрида, но чтобы понять, как выглядели остальные, надо было подойти поближе. Гул, стоящий в зале, потихоньку стих, моментально сменившись на шепотки и выразительно-удивлённые взгляды. Мерлин, помоги. МакГонагалл привычным уверенным шагом направилась вперёд, и Елена решила не отставать. Она в который раз подавила желание поправить причёску и, высоко подняв голову, двинулась вслед за профессором по проходу между столами, физически ощущая на себе взгляды всех присутствующих. Всё в порядке. Всё хорошо. Просто иди вперёд. Ещё каких-то несколько метров... — Это ещё кто? — услышала Елена слева, но даже не дёрнулась. — Новенькая? — предположил кто-то с другой стороны. — Опоздавшая? — Может, преподавательница? — Мракоборец? — Почему у её мантии такие рукава? — Интересно, крашеная?.. И ещё, и ещё, раз за разом, шелест вопросов и предположений, нелестных замечаний и восхищённых выдохов — Елена чувствовала, что ещё немного, и её щёки зальются алым. Только не это, пожалуйста, Мерлин, смилуйся! Последние несколько метров — и вот она уже на небольшом подиуме, рядом с изящной трибуной, на которой красовалась сова. Елена быстрым взглядом скользнула по преподавательскому столу, но от волнения не могла различить лиц, только мешанину красок. Хагрид по-прежнему выделялся большим тёмным пятном, и Елена вдруг подумала, что он напоминает медведя. За трибуной стоял высокий пожилой волшебник с длинной окладистой бородой и хитро сверкающими очками-половинками. Его серая мантия, мерцая, ниспадала до самого пола, а глубоко посаженные светло-голубые глаза пристально смотрели на Елену. Кажется, это и есть директор. — А вот и мисс Форсайт, — Дамблдор приветственно простёр руку, приглашая Елену встать рядом с ним. От него едва заметно пахло лимоном и старыми книгами. — Итак, позвольте вам представить нашу новую ученицу — Елена Грейс Форсайт, прямо из Америки! — он чуть приобнял Елену за плечи. Пальцы у него были длинные и тонкие, исчерченные причудливой вязью морщин. — Прошу любить и жаловать! Елена, не рискнув смотреть на учеников, упёрлась взглядом в витражную полуарку над входом в зал. У неё дрожали колени, и она мысленно искренне поблагодарила Бэйтса, который посоветовал ей надеть мантию сразу же после примерки. Дамблдор сжал её плечи, будто успокаивая. — Раз первокурсники уже распределены, теперь настала ваша очередь. — Елена видела его лицо совсем близко и не могла отвести взгляд от пронзительно-молодых глаз Дамблдора. — Наденьте шляпу, прошу вас, — он подал ей какое-то пыльное тёмное старьё, и Елена будто очнулась. Это ещё что?.. Елена повертела в руках грязную остроконечную шляпу, безуспешно попытавшись подсчитать количество заплаток, некоторые из которых совсем не подходили по цвету. На новую финансирования не хватает? Чувствуя, как потихоньку начинают алеть щёки, Елена с неохотой натянула шляпу на голову, стараясь не думать о том, на головах скольких людей она побывала. Что за унизительный способ распределения? — Хм-м, любопытно и вовсе не унизительно, — услышала она скрипучий голос. — Шестикурсница, значит... Куда же тебя направить? Когтевран? Слишком уж непоседлива и заносчива. Как тебе Гриффиндор? Мерлин, просто избавьте меня от всего этого... — Куда угодно, — прошептала Елена. — Только быстрее. — О!.. — шляпа помолчала, размышляя. — Слизерин! — объявила она чуть погодя, и Елена с облегчением стащила её со своей головы. Надо будет вымыть волосы. Дважды. — Слизерин? — полувопросительно произнес Дамблдор, бережно принимая шляпу. — Что же, поприветствуйте нового члена факультета Слизерин! Ученики вяло захлопали, и Елена посмотрела на Дамблдора в ожидании дальнейших указаний. Мерлин, пусть это будет окончанием распределения! — Вам туда, мисс Форсайт, — волшебник чуть подтолкнул Елену к столу под зелеными флагами. На изумрудной ткани свернулась серебристая змея, и Елена про себя удивилась: вот так совпадение. Интересно, насколько похожи факультеты Рогатого змея и Слизерина? И профессор МакГонагалл теперь мой декан? Хорошо, если так. Она мне понравилась. У ближайшего края стола сидели первокурсники, не выказывавшие никакого желания освобождать место Елене, поэтому она на мгновение растерянно остановилась, оглядывая стол в надежде увидеть хоть одно свободное местечко. Кажется, унижения не избежать. Может, сесть на пол? Вот это будет по-настоящему эпатажно. Сидящий в центре стола парень с каштановыми волосами поднял руку и сделал приглашающий жест. Мысленно поблагодарив всех богов, Елена, сделав вид, что так всё и планировалось, уверенно направилась к столу, за которым уже появилось свободное место. Не обращая внимания на взгляды, она как можно изящнее опустилась на скамейку и повернула голову в сторону преподавательского стола. Ну, теперь можно выдохнуть. Дамблдор всё ещё стоял за трибуной. — Кроме новеньких, у нас в этом году обновления в преподавательском составе! — объявил он. Его голос разносился по всему залу, усиленный заклинанием. — Сам профессор Слизнорт принял решение присоединиться к нам в качестве учителя зельеварения, а профессор Снейп займет место преподавателя защиты от темных искусств! Вот теперь стол слизеринцев захлопал куда активнее, в отличие от всех остальных. Елена недоуменно нахмурилась, оглядывая лица, на которых появились улыбки. — Это наш декан, — пояснил ей сидящий напротив парень, тот самый, что махнул ей рукой. Его каштановые волосы мягкими волнами спускались до плеч, обрамляя узкое лицо с благородными чертами. На мантии в районе сердца был приколот небольшой металлический значок. — Он уже давно хотел занять эту должность. Значит, мой декан — тот хмурый мужчина. Надеюсь, внутри он добрее, чем выглядит. — На этом новости заканчиваются, а ужин начинается! — воскликнул Дамблдор, и на столах из ниоткуда возникла еда, сразу же наполнив воздух разными ароматами. Здесь были блюда разной кухни и разных вариаций готовки: отбивные, стейки, жареная картошка, пудинг, овощи, огромная тарелка с разноцветными яблоками, а совсем рядом с первокурсниками примостился жареный поросёнок, обложенный картошкой в мундире. Признаюсь, это впечатляет. Елена протянула руку к ближайшему кубку, и тот тут же наполнился водой. — А профессор МакГонагалл? — обратилась она к парню напротив. Её мантия ведь так подходит этому факультету... Тот сначала непонимающе посмотрел на неё, потом хмыкнул. — Просто любит зелёный цвет. Она — декан Гриффиндора, — длинноволосый бросил взгляд в сторону преподавательского стола. — Поверь, это к лучшему. Вот уж сомневаюсь. Елена с сомнением посмотрела на ближайшее к ней блюдо с несколькими видами сыра. Последний раз она обедала в уютном кафе-мороженом Флориана Фортескью в Косом переулке, как раз перед отправлением в Хогвартс. Это было не так давно, но трансгрессия забирала много сил, поэтому сейчас Елене очень хотелось есть. Ладно, думаю, ничего страшного не случится, если я съем пару кусочков. И вон ту отбивную, она выглядит маленькой. И, пожалуй, возьму чашечку с желе... — Эй, новенькая! — из приятных размышлений о еде её вырвал задиристый голос. Елена с недоумением посмотрела на темноволосого парня, сидящего через одного ученика слева от неё. На его тонком бледном лице особенно выделялись глаза: ярко-голубые, обрамленные по-девчачьи длинными ресницами. И сейчас в них светилось любопытство. Так-так, местный лидер? — Я слушаю, — холодно произнесла она, смерив его взглядом, который она бы отнесла к категории презрительных. Очень надеюсь, что он тоже отнесёт его к этой же категории. — Теодор Нотт, — представился слизеринец. — Мы на одном курсе. Вот счастье-то. — Очень рада, — равнодушно пожала плечами Елена и потянулась за тарелкой с сыром. Рядом кто-то насмешливо фыркнул. — Это ещё не всё, — пробурчал в ответ на фырканье Нотт. — Попробуй ещё раз, ага, — насмешливо отозвался его собеседник. Елена, завладев сыром, незаметно скосила глаза в сторону комментатора. Высокий парень с прямой спиной и очень светлыми волосами держал в руках точно такую же тарелку с сыром, одновременно продолжая разговаривать с Ноттом о неприступных выскочках. А он ничего. Она прожевала пару кусочков отменной гауды, а потом нарезала отбивную и добавила немного листьев салата. На тарелках двух девушек, что сидели справа от неё, было несколько помидорок черри. Елена мысленно покачала головой: ну и сила воли. Сама Елена обожала вкусно поесть; особенно ей полюбилась итальянская кухня: все виды пасты, тончайшие пиццы и кальцоне — в Ильверморни Италии был отведён целый стол, от которого Елена во время приёма пищи почти не отходила. Покончив с отбивной, Елена аккуратно дотронулась до губ расшитой салфеткой и посмотрела на соседа напротив. — Здесь можно уходить пораньше? — осведомилась она, подтягивая к себе кубок. — Нет, — он покачал головой. — Но скоро уже всё закончится, ещё совсем немного. Елена вздохнула. Кажется, тут всех стригут под одну гребёнку. Сделав пару глотков прозрачной и отчего-то вкусной воды, Елена рассеянно обвела глазами стол и неожиданно наткнулась на изучающий взгляд блондина. Благо, Елена частенько сталкивалась с подобным, поэтому она несколько секунд выверенно-равнодушно разглядывала его в ответ, а потом повернулась в другую сторону, исследуя учительский стол и стараясь не обращать внимания на непрекращающуюся болтовню двух девушек справа. За столом преподавателей было несколько знакомых лиц: Хагрид и профессор МакГонагалл, сидящий посередине на подобии трона Дамблдор и профессор Слизнорт, которого Елена знала достаточно давно: он был знаком с её родителями и даже приезжал в Америку много лет назад. Она отрывочно помнила то время, но в её памяти запечатлелся мягкий смех Слизнорта, его смешная шляпа и большой блестящий перстень на мизинце правой руки. Почувствовав взгляд Елены, Слизнорт поднял голову и, узнав её, чуть улыбнулся и кивнул. Елена улыбнулась в ответ. — Вы уже знакомы? — осведомился парень напротив. Он уже тоже закончил со своим ужином и теперь пил клюквенный сок из матово поблескивающего кубка. Тут все такие любопытные? — Да, — помедлив и решив не грубить, отозвалась Елена. Всё-таки он помог ей найти место. — Он знал... моих родителей. Длинноволосый поднял брови. — Знал? — переспросил он. Впрочем, Елена была уверена, что он уже догадался о причине употребления глагола в прошедшем времени. Ещё она заметила, что две болтушки справа замолчали, прислушиваясь к их разговору. Что, сплетен не хватает? — Их больше нет, — просто ответила Елена и закусила губу: произнести это предложение стоило гораздо бóльших сил, чем казалось. Глубокий вдох, Елена. Не плакать. Теперь рядом молчали почти все, даже неугомонный Нотт. — Мне очень жаль, — сосед опустил взгляд, но тут же его поднял. — Ты хорошо справляешься. Я просто уже выплакала все слёзы. — Очень по-слизерински — держать всё в себе и не показывать свои слабости, — уважительно добавил длинноволосый. Елена против воли фыркнула. — По-слизерински, — повторила она. — Честно говоря, мне совершенно плевать, на каком факультете я буду учиться. Мне просто надо как-то прожить эти два года, и так уж получилось, что их я проведу здесь. Спасибо за это, Вселенная. Большущее тебе спасибо за то, что проведу два чёртовых года в компании этих британских чванливых детишек, для которых факультет определяет их сущность. — А почему именно Англия? — кажется, парень не понимал, что Елена не особо жаждала общаться. — Нравятся дожди и туманы? Ага. Пробирают до глубины души. — У меня тут дальний родственник, — неохотно сообщила Елена, поняв, что так просто она не отделается. — Слизнорт? — понятливо протянул сосед. — Нет, — покачала головой Елена. — Фадж. В их части стола наступила окончательная тишина. Несколько пар глаз с недоверием уставились на Елену. — Корнелиус Фадж? Министр магии? — с сомнением уточнил Нотт, прислушивавшийся к их беседе с самого начала. — А что такого? — недоуменно ответила вопросом на вопрос Елена, глядя в голубые глаза. — Министр, да, и что с того? — Ну, как тебе сказать, — усмехнулся сосед напротив. — Значит, ты, получается, большая шишка? Елена хмыкнула, но длинноволосый явно не шутил. Британцы... — Вовсе нет. Я просто дальняя родственница, — сказала она, подавив желание скрестить руки на груди — уж больно много народа безмолвно участвовали в беседе. — И кроме него никого нет? — снова задал вопрос длинноволосый, и Елена вздохнула. — Нет, — лаконично ответила она, а потом, не выдержав, добавила: — А ты всех новеньких так допрашиваешь? Не хочешь с первокурсниками поболтать? Слева кто-то издал короткий смешок, и Елена краем глаза увидела тонкую улыбку на губах блондина. — Меня зовут Дерок Мортимер, — сосед тоже ухмылялся. — Я староста школы. Елена кашлянула. Это что-то значит? — Э-э-э-э, — протянула она. — Да как скажешь, — и снова потянулась к кубку, жалея, что алкогольные напитки он не воспроизводит. Дерок качнул головой, и прядь волос упала ему на лоб. — Это значит, что я в какой-то мере отвечаю за всех учеников, — пояснил он. — Конечно, основная роль в этом плане у старост факультетов, — он кивнул куда-то в сторону. — А вообще, мне просто было интересно, — неожиданно признался он, и на его губах заиграла настоящая улыбка. — Такая загадочная, да ещё и из Америки... Возможно, он милый. — Так бы и сказал, — Елена едва заметно улыбнулась в ответ. — А старосты факультетов это?.. Мне чтобы знать, если вдруг кто-то ещё с распросами подойдёт, — на самом деле, ей просто хотелось удостоверится, что Нотт — не староста. Я тогда попрошу поменять факультет. Даже готова снова поболтать со шляпой. — Драко Малфой, — холодно отрекомендовался блондин, сверля Елену серыми глазами. Что, красавчик, не понравилось, когда на тебя не обращают внимания? Малфой. Малфой... Где-то я уже... Елена прищурилась, чуть склонив голову. — Малфой, — пробормотала она, ища сходство черт. — Хотя, в принципе, цвет волос... — Ты слышала о моей семье? — поднял бровь Драко, и в этот момент Елена вспомнила. Уж больно похожее движение видела она несколько лет назад. — Я знакома с Люциусом Малфоем. Твоим отцом, полагаю, — отозвалась она, а в памяти всплыли роскошные мантии и длинные волосы. — С моим отцом? — Малфой не выглядел удивлённым, но Елена прекрасно знала, что все свои чувства можно скрыть, владея определенными навыками. — Мы виделись в Миннеаполисе на одном из съездов волшебников, — пояснила она и снова понадеялась, что дальнейших вопросов не последует. — А подробнее? — влез в диалог Нотт, даже приподнявшись на своём месте. Вот он совершенно не скрывал своего любопытства. А жаль. — Я помогала своему отцу с визуализацией его доклада. А мистер Малфой, увидев это, попросил меня помочь и ему, — Елена демонстративно не смотрела на Теодора, глядя в глаза Драко. Нотт, заметив это, фыркнул. — Надо же, — протянул Драко. — И, судя по твоей фамилии, ты тоже из чистокровных? Тут это важно? Елена скривила губы. — Уж поверь, — она допила воду. — Когда кончится этот дурацкий ужин?..