Сжечь твое королевство дотла

"Шерлоку от М." - гласила кроваво-красная надпись на стене в квартире очередной, шестой, убитой жертвы. Детектив с ничего не выражающим лицом молча смотрел на размашистые буквы на стене, не обращая внимания ни на притихшего и пристально наблюдающего за ним Лестрейда, ни на Джона, осторожно положившего руку ему на плечо. Он пытался понять, где ошибся на этот раз, если очередное тело - вот оно, а они не приблизились к разгадке ни на миллиметр. И даже не могут приблизиться, словно вокруг нее выкопан ров, кишащий крокодилами. - Шерлок... - тихо позвал Джон. - Это кровь? - неестественно-равнодушно поинтересовался детектив, сжимая руки в карманах пальто в кулаки. - Краска, - Лестрейд качнул головой. - Жертва даже не ранена. Шерлок с трудом заставил себя опустить взгляд на жертву. Ее только что переложили на пол; до этого мужчина сидел за обеденным столом. Его стул был вплотную придвинут к столу, а безжизненная голова откинута назад, чтобы он не упал; его лицо раздулось и заплыло так, что не было видно даже глаз. - Аллергия, - пробормотал Джон, понижая голос. - Он накормил жертву чем-то, на что у нее была аллергия. - И на запястье снова ожог, - констатировал детектив. - Он словно бы клеймит их... Шерлок покачал головой, прикрыл глаза и отвернулся. Перед глазами стояла эта надпись и исчезать, видимо, никуда не собиралась. - Уже шесть тел, - выдохнул он, - и ничего. И он, конечно, не переодет... - Нет, - ответил Джон. - И никаких больше зацепок нет. - Неизвестно, - доктор огляделся, словно ожидал прямо в эту секунду увидеть улику от убийцы, - может, что-то найдут. Сейчас ведется обыск квартиры. - Ничего, - Шерлок снова покачал головой. - Он ничего не оставит больше. - Почему ты так думаешь? - Он обращается ко мне и никакие зацепки больше не нужны. Близится финал игры... Ее логическое завершение. Шах и мат, если угодно. - О чем ты говоришь? Шерлок перехватил взгляд Джона и заметил, что его брови сведены к переносице и губы чуть сжаты. Волнуется... Теперь за него? Окружающие люди словно бы исчезли; Шерлок обращался только к своему другу, чтобы тот понимал, что скоро, в одну из ближайших ночей, эта игра, кровавая, чудовищная игра, завершится. Ее финал уже близок... Совсем скоро. - Джон, он обращается ко мне, - тихо ответил Шерлок. - Скоро этой игре придет конец - и мы оба это знаем. - Но Шерлок... - Раньше он оставлял улики словно бы для Скотланд-Ярда, - продолжал детектив, - хотя Майкрофт сразу сказал, что это для меня. Он был заинтересован во мне, он меня проверял и сегодня это подтвердил. Это была наша с ним игра и скоро она завершится... Джон мог поклясться, что у него по спине пробежал холодок, леденящий настолько сильно, как ни разу за все его время службы и знакомства с Шерлоком, ни за одно из этих убийств. Детектив огляделся вокруг, вспоминая слова Майкрофта и том, что Скотланд-Ярд наверняка полон шпионов, и сейчас ему ужасно захотелось узнать, кто из этих людей может быть причастен к убийце. - Лестрейд, - крикнул Шерлок, посчитав разговор с Джоном законченным, и инспектор в другом конце комнаты обернулся. - Если что-то будет обнаружено, я хочу первый об этом узнать. Грег кивнул, и Шерлок застегнул пальто. Не встречаясь ни с кем взглядом, он попятился к выходу, словно не мог больше находиться в этом помещении. - Куда ты? - спросил Джон, нахмурившись. - Домой, - Шерлок бросил взгляд на жертву, будто ждал ее разрешения покинуть квартиру. - Нужно кое-что обдумать. ... - Я рассчитывал на тебя, Шерлок. Майкрофт поцокал языком, и стоящий к нему спиной Шерлок прикрыл глаза. Он ненавидел этот звук, словно бы унижающий его, напоминающий о неудаче. - Шерлок делал все, что мог, - встал на его защиту Джон. - У него на руках были все улики, оставленные убийцей, - перебил Майкрофт, - и он не воспользовался ими. Сегодня убили заместителя одного очень важного человека и это переходит все границы. Я не хотел этого говорить, брат мой, - Майкрофт повернулся, и Шерлок почувствовал на своей спине прожигающий взгляд, - но это было очень неосмотрительно с твоей стороны - пустить дело на самотек... - Позвольте, - встрял Лестрейд, - жертвы никоим образом не связаны между собой, чтобы это можно было проследить с помощью пары специально оставленных улик! Может, убийца намеренно водил нас по ложному следу... Шерлок, не мигая, смотрел на доску на стене, где были развешены все улики, фотографии, заметки и показания по всем шести убийствам. Его взгляд скользил по цифрам и буквам, пытаясь отыскать связь, и лишь изредка он улавливал свое имя в разговоре, который вели за его спиной Джон, Лестрейд и Майкрофт. - Я попросил его быть внимательнее к этому делу! - повысил голос Майкрофт. - Погибают люди, чей статус не разглашается! - И вы молчали? - Лестрейд прищурился. - Вы знали о связи между жертвами и молчали? - У вас в полиции полно шпионов! - Шерлок работал вслепую из-за вас! Потому что вы не могли рассказать об этом собственному брату и предотвратить часть убийств!.. Часы. 17:28. Тога. Моцарт. Яд. Вино. Деньги. Таблетки. Пистолет. Врач. Что-то здесь не сходится... Вот только что? Сейчас Шерлоку как никогда раньше казалось, что он близок к разгадке, близок к этому ответу, который он искал... - Вы могли остановить это все, если бы сразу рассказали! Но вы предпочли обвинять Шерлока сейчас! - говорил Джон. - Он детектив! Убийца оставлял ему улики, которые должны были навести его на след! - Вы бы помогли больше, если бы рассказали сразу! - Еще скажите, что он бы быстрее раскрыл преступление, если бы убийца сразу сдался, - ядовито парировал Майкрофт. - Он ваш брат! Непосредственный участник раскрытия этого дела! Последний человек, от которого у вас могут быть секреты! - Помолчите все! - не выдержал детектив и сдавил виски пальцами, напряженно вглядываясь в доску. В комнате наступила тишина. На минуту Шерлоку даже показалось, что в его уши просто вставили вату. - Уйдите все! - громко сказал он, и его голос эхом разнесся по комнате. - Оставьте меня! Уходите! Не мешайте! Он мог буквально в воздухе почувствовать недоумение, с которым переглянулись между собой Джон, Майкрофт и Грег, прежде чем выйти из комнаты, прикрывая за собой дверь и оставляя его в тишине и одиночестве - что ему и было нужно сейчас больше всего, и последнее, что волновало его в эту минуту, - это угрызения совести. Что же он упустил... Шерлок еще раз вгляделся в доску. Время, места преступления, улики и способы - все перемешалось в его голове; он пробежался взглядом по фотографиям и своим записям, нарисованным восклицательным знакам - пометкам "обратить внимание!" - и догадкам, и остановился на первом преступлении. Что-то подсказывало ему, что там нужно искать ответы на все вопросы, если тогда убийца еще только прощупывал его... и дал больше ниточек, ведущих к нему. Тога, часы, падение, отрывок из книги; дом жертвы, отмеченный на карте - совсем недалеко отсюда, вниз по улице, ни одного свидетеля, хотя в шесть утра улицы уже наполняются людьми... Какая здесь может быть связь со вторым преступлением? Человек, переодетый в Моцарта, отравленное вино, "Реквием", семь вечера, недалеко от первого места преступления - чуть левее по улице... Минутку. Шерлок вдруг почувствовал, как бешено забилось его сердце; он чуть не задохнулся, когда вдруг увидел совсем тоненькую ниточку связи, которую никак не мог заметить раньше, хотя все было так просто! Всего лишь увидеть! Стремительным движением Шерлок вытащил из кипы бумаг на столе карту Лондона, не обратив внимания на другие папки и документы, полетевшие от его небрежности на пол, и так резко раскрыл ее, что она с громким шорохом разорвалась по линии сгиба до середины, но даже это не помешало детективу. Развесив ее на доске за уголки, он дрожащим пальцем провел по описанию первого преступления, пока не ткнул во время - шесть утра. Найдя на карте адрес дома первой жертвы, Шерлок осторожно воткнул в него красную кнопку-гвоздик. Второе место преступления, семь часов вечера; на карте - чуть левее красной кнопки. Еще один гвоздик. Детектив почти не дышал, когда судорожно искал взглядом адрес и время третьего преступления - одиннадцать вечера, вверх по улице от второго дома... У него чуть вспотели руки и кнопка закрепилась в карту только с третьей попытки. Четвертое место преступления. Час ночи. Еще один гвоздик в карте в соответствующем месте. Боже, как же слеп он был раньше! Как же слеп!.. Пятое убийство, четыре часа утра... правее по улице от первого места преступления... Шерлок резко выдохнул. И почему он сразу не заметил этого? Не понял? И наконец... шестое, последнее, совершенное прошлой ночью. Кажется, что еще только пару часов назад он вышел из квартиры жертвы, так глупо и небрежно погибшей... А уже прошли почти целые сутки. Вверх по улице. Полночь. Шесть кнопок-гвоздиков закреплены в карте. Шерлок отступил на пару шагов назад и споткнулся, но его взгляд был прикован к карте, где из красных гвоздиков, отмечающих места преступления, образовалась удивительно ровная геометрическая фигура. Если на карте начертить циферблат часов, то дома жертв преступления удивительно ложатся на то время, в которое они были убиты. Не глядя, Шерлок взял со стола черный маркер, подошел к карте, задержал дыхание и, пытаясь подавить дрожь в руке, прочертил между гвоздиками несколько линий так, чтобы они пересекались между собой. И был бы рад не поверить своим глазам, если бы не приучил себя к тому, что решение может быть подчас очень неожиданным. Из линий и гвоздиков на карте вдруг возникла шестиконечная звезда. - Звезда Давида... - выдохнул Шерлок. В его памяти всплыла фраза Лестрейда на втором месте преступления: "наш друг перестарался, изображая из себя судью". Судью... Инспектор, сам того не зная, уже на вторую ночь разгадал убийцу больше, чем он, Шерлок... Судья... Взгляд детектива упал на цитату из книги с первого преступления и рядом - фотографию современных часов. Нахмурившись, детектив в течение нескольких секунд пристально рассматривал эти две улики, а потом резко бросился к компьютеру. - Вот почему ты оставил часы, - пробормотал он. 17:28 - это не время. Он остановил и перевел часы, чтобы дать Шерлоку подсказку, и детектив ходил вокруг нее, не понимая ее истинного значения. Потому что такого времени не существует. 28:17. "Отдам тебя на позор". Это же цитата из... Компьютер, с тихим жужжанием мотора, загрузил страницу поиска и взгляд Шерлока упал на результаты. Кажется, он даже перестал дышать. ...Библия? Свержение Сатаны с небес за... гордыню? - "Отдам тебя на позор", - повторил Шерлок вслух, невидящим взглядом глядя в монитор компьютера. - За твою гордыню... Соседи первой жертвы описывали убитую очень гордой женщиной. У Шерлока по спине пробежал холодок. Не до конца осознавая, что он делает, детектив поднялся со стула, на нетвердых ногах подошел к доске с уликами и неосознанно запустил руки в свои волосы, взлохмачивая их, пока взглядом пробегался по преступлениям. - Гордыня, - пробормотал он, глядя на фотографию первой жертвы. А чуть повыше нее - мужчина в костюме Моцарта. Моцарт был гениальным композитором; Моцарт написал "Реквием", предчувствуя, что пишет для себя; Моцарт был... ...отравлен Сальери из зависти. А третье убийство тогда... ...Гнев. Ведь соседи слышали, как супруги ссорились. Он был разгневан... и это его погубило! Точно так же, как его жену погубило уныние - четвертый грех. Она была больна и ее болезнь убийца превратил в грех... А ее лечащий врач был убит из-за алчности - поэтому и осыпан деньгами. Возможно, он и в самом деле, как предположил Джон, знал убийцу, а то и помогал с преступлениями... И шестое убийство - чревоугодие. Жертва, убитая из-за своей греховной склонности... Как он гениален, черт побери, этот убийца! Какая разминка для мозга, какой адреналин, какая постановка!.. Не укладывается в голове только одно. Последний грех, но пока еще нет последней жертвы. Похоть. Не глядя, Шерлок взял со стола последнюю, седьмую кнопку, сделал шаг к доске и воткнул ее прямо в центр "звезды", собранной из предыдущих преступлений. Прямо в дом 221Б на Бейкер-Стрит. И посмотрел на часы - без пятнадцати полночь. Последний грех, последняя жертва, финал игры, о которой знают они оба - и они оба это понимают... Без пятнадцати полночь. И в этот момент лампочка в комнате резко погасла, погрузив комнату в темноту, и детективу потребовалось несколько секунд, чтобы глаза привыкли к единственному освещению от уличных фонарей за окном, и задержать дыхание на два удара сердца, чтобы услышать скрип входной двери на первом этаже.