Принцесса Дождя и король Солнца

До свадьбы оставалось всего несколько месяцев, когда вдруг начался массовый призыв в войска. Правитель королевства Солнца, что находилось на другом краю материка, положил глаз и на их страну. Некоторые люди предлагали сдаться. Ходили слухи, что король Солнца был милостив к простому народу. Иррик еще не достиг совершеннолетия, поэтому он остался приглядывать за здоровьем отца и за Бэтти. Впрочем, уже через месяц все утихло. Чтобы не проливать кровь, было предложено перемирие, а также стороны заговорили об автономии страны в составе королевства Солнца. Все шло хорошо, и казалось, что самое страшное для страны уже миновало. Бэтти переехала в дом к Иррику и мистеру Маннерхейму. Несмотря на то, что они жили под одной крышей, Винфрид очень внимательно следил за их отношениями, все время напоминая сыну про нормы приличия и традиции. Несмотря на запреты возлюбленного, Бэтти нередко уезжала в поле, к купленному участку земли. Она мечтала соорудить ветряную мельницу возле дома. Благо, денег на постройку у будущих молодоженов было достаточно благодаря блестящему уму жениха. Мистер Маннерхейм, как представитель мелкого дворянства в прошлом, с каждым днем все чаще говорил о том, что следовало бы вернуть дворянский титул, чтоб его сын мог похвастаться не только блестящим умом, но и титулом, пусть и небольшим. Это действительно дало бы больше перспектив в будущем. В постройках своего имения Иррик решил использовать новые технологии и свои наработки, которых со временем становилось все больше. Будущая жена всячески поддерживала его в этом и поэтому хотела сама проследить за процессом строительства. Никакие мольбы со стороны жениха не помогали — упёртости девушки не было конца. Хотя причины для переживаний у Рика были веские: после вестей о перемирии с границ начали возвращаться некоторые отряды солдат. Более того, во время отсутствия большей части полиции на местах начался разгул бандитизма, который только недавно удалось прекратить благодаря деятельности новой власти. Но даже вернувшиеся солдаты часто не особо отличались высокой моралью и благодеяньем. Порой они вели себя намного хуже бандитов. Иррик пытался пресечь всяческие разъезды Бэтти в одиночку и всегда сопровождал ее. Но однажды ему пришлось выехать на три дня по поручению одного из профессоров Академии, с которым он начал вести переписку буквально полгода назад. Иррик вернулся на полдня позже ожидаемого, и своенравная девушка решила использовать это, как предлог для того, чтобы в одиночку отправиться на стройку. Мистер Маннерхейм отправился к соседям на весь день по каким-то делам, и Бэтти, оставив на столе записку, ускакала в поле на любимой лошади. Возвращавшийся домой Иррик, всегда предпочитавший быструю верховую езду громоздким повозкам, в этот раз уступил старому другу отца и взял у него «на прокат» старый кабриолет с кучером. Подъезжая к городку, он увидел одиноко пасущуюся лошадь. Приглядевшись, он узнал в ней Лаю, любимицу Бэтти. Он попытался поймать ее, однако своенравное животное явно было чем-то обеспокоенно и не подпускало к себе. И в попытках поймать испуганную чем-то лошадь он увидел лежащую в траве Бэтти… Девушка лежала без сознания, платье на ней было разорвано, в разных местах на теле виднелись синяки и ссадины. Испугу Иррика не было предела. Трясущимися руками он нащупал пульс — девушка была жива. Все остальное в тот день он делал будто в тумане: принеся домой девушку, он послал за врачом, оказал первую помощь, попробовал привести девушку в чувства. *** Шли дни, и этот ужас начал забываться, лишь Бэтти иногда беспокоила своим поведением. Списывали все на шок и психологическую травму. Уже спустя несколько дней она оправилась от телесных повреждений. Теперь ее веселый щебет в доме было уже почти невозможно услышать, а прекрасная улыбка будто померкла. Через месяц вернулся Рик, брат Бэтти. После этого девушка попросила о переносе свадьбы, чем удивила всех. Узнавший о случившемся Рик едва не набросился на Иррика с кулаками за то, что тот не уберег возлюбленную. Его остановила сестра. — А что бы ты смог сделать? — воскликнула она. — Иррик не виноват. Никто не виноват кроме меня одной. Мне не следовала быть столь самонадеянной. К тому же… Рик, ты сам прекрасно понимаешь, что мне здесь не место, и если бы не доброта нашего названного брата, я бы… — она замолчала и опустила глаза. Иррик хотел что-то возразить, но девушка не дала, попросив закрыть эту тему раз и навсегда. Рик же с того дня стал угрюмым и молчаливым. Периодами он будто хотел что-то рассказать названному брату, но не решался и в итоге он поселился в старом их доме и нашел временное успокоение в выпивке. Перед этим он попросил Иррика ни под каким предлогом не привозить больше свою невесту в их прежний дом, некогда принадлежавший другу отца Рика и Бэтти. — Она не выдержит, если переступит порог этого дома. Я так думаю… — угрюмо пояснил он Иррикиру, когда покидал дом мистера Маннерхейма. — Я не могу сказать больше. Она не позволит. Но, Иррик, сделай ее счастливой. Пусть я непутёвый брат, но ты… Защити ее. Он ушел и с тех пор почти не появлялся в их доме. После всего случившегося у мистера Маннерхейма начались проблемы с сердцем. По ночам он часто звал свою когда-то погибшую возлюбленную Герти. Бэтти все откладывала дату их свадьбы и в конце концов Иррик не выдержал. Однажды они сидели в столовой. Посреди не большой, но просторной комнаты стоял стол из темного дерева укрытый скатертью. Вокруг него стояло шесть стульев. Здесь было очень светло из-за множества окон. Летом их открывали и использовали комнату скорее как место для учебы. — Милая, почему мы не можем сделать это сейчас? Хотя бы формально. Я… я понимаю, что после пережитого тебе не так просто находится рядом с мужчиной, но поверь, я готов быть тебе другом, братом, поддерживать тебя во всем! Девушка грустно посмотрела на него. — Нет, не в этом дело. Я… — она запнулась и замолчала будто не могла подобрать слова. — Не в этом… — Но в чем же тогда? Они долго сидели молча. Потом девушка встала и подошла к окну. Минут пять она стояла и смотрела не видящим взглядом. Рик раздумывал о том, какие аргументы он может предложить. Из раздумий его вывел голос Бэтти: — Может разорвем нашу помолвку? — Что? — смысл слов не сразу дошел до него. Он сидел будто громом пораженный, а затем вскочил так резко, что опрокинул два стула. — Что ты такое говоришь? — Предлагаю покончить с этим. Я… я не думаю, что такая как я достойна быть женой такого хорошего человека. Я была так счастлива, что забыла об этом. Прости… — О чем ты вообще говоришь? — чуть ли не закричал Иррик. — Разве можно ставить на себе крест из-за подобного случая? На крик парня в комнату торопливо вошел Винфрид. Увидев девушку со слезами на глазах и крайне раздраженного сына, стоявшего над перекинутыми стульями, мужчина заволновался: — Что у вас тут происходит? Рик, что бы там не случилось, может не стоит так кричать на свою невесту? Парень отвел в сторону взгляд и будто взял себя с руки. — Да, отец. Но сложно сдержаться, когда тебя бросает та самая невеста, о которой ты говоришь. Прости, Бэтти, я погорячился, — не разжимая сжатые кулаки, он сдержанно склонил голову в извинение и вышел со словами: — Подумай еще… Я не согласен… Но готов пойти на это, если тебе настолько противна мысль о замужестве со мной. Мистер Маннерхейм с приподнятой бровью посмотрел на выходящего сына, затем перевел взгляд на потенциальную невестку, по лицу которой градом покатились слезы. — Что случилось, милая? — его слова были настолько спокойно сказаны, что казалось, будто он не видел сцены перед этим. — Этот сорванец чем-то обидел тебя? Бэтти тяжело опустилась на стул и покачала головой. Было странно слышать такое от него о любимом сыне. — Скорее уж я его. *** Вскоре девушка рассказала мистеру Маннерхейму и Иррику свою историю. Точнее то, что происходило после отъезда Иррикира… Они тогда долго думали, стоит ли идти в полицию. Брат и сестра не знали как себя вести, что говорить и делать. Да и поверят ли им взрослые. Пусть они уже и не дети, но двум подросткам-оборванцам вряд ли кто поверит. Затянув с этим они «дождались» возвращения Сэмиэла. Окинув их презрительным взглядом, мужчина приказал им быстро идти спать. Они поднялись наверх, видя как старый бандит доставал вино из шкафа. Хотя возможно это было не вино, а что-то покрепче. Напившись до чертиков, он послал Рика в город за выпивкой, велев без нее не возвращаться. Юноша обошел всю округу и, не найдя ни одного открытого заведения, решил сходить в другой конец города, где выпивка продавалась в любое время дня и ночи. Время близилось к рассвету и он решил не спешить. Он думал, что Сэмиэл давно уже заснул, а когда проспится, то и вовсе забудет за чем посылал. Однако Сэмиел не спал. Он долго ждал Рика, а потом решил пойти поискать выпивку в доме. Обшарив весь первый этаж и приведя все в беспорядок он пришел в ярость. — Где шатается этот чертов молокосос? — закричал он опрокинув стол в прихожей. Еще немного посидев на первом этаже, он решил подняться наверх. — Может эта маленькая чертовка знает где лежит выпивка… — пробубнил он себе под нос. Бэтти спала наверху в своей комнате. Она была небольшой и находилась в самом дальнем южном углу дома. Сюда Сэмиэл никогда не заходил, ибо считал это лишней тратой времени, да и вообще по каким-то причинам не любил эту комнату. Но сегодня ему было на все плевать. Он ворвался в комнату девушки и, осмотревшись, увидел ее спящей на кушетке в углу. Бэтти укрывалась старым, слегка потертым, но теплым и мягким одеялом, которое ей купили заботливые братья на заработанные в порту деньги. Подойдя к ней, он грубо взял ее за плечи и потряс, приговаривая: — Эй, девка, где у нас в доме завалялась выпивка? Проснувшаяся девушка не сразу поняла, что происходит. Увидев перед собой лицо пьяного бандита, она испуганно отшатнулась и вжалась в стену. — Дядя Сэмиэл, я не знаю. Вы наверное уже все выпили… — Я тебя спрашиваю, значит хочу получить ответ, тварь! — заорал пьяный изо всех сил рванув на себя одеяло. Бэтти не успела схватится за него покрепче и ткань выскользнула из рук. Одеяло улетело в другой угол комнаты. Девушка пронзительно вскрикнула. — Я действительно не знаю! — в отчаянии воскликнула она. — Если бы что-то и было, то я бы тут же Вам отдала бы! Мужчина занес руку для удара, но из-за выпитого промахнулся и испуганная девушка успела выскочить у него из-под руки и бросится к двери, но по дороге поскользнулась на крае одеяла и упала на пол. — Ах ты ж… — разразился руганью мужчина и бросится к ней. Схватив Бэтти за ночнушку он резко дернул на себя. Почти поднявшееся девушка снова упала, но прежде чем раздался звук падения, старая ткань ночного платья порвалась, оголяя юное тело. Сэмиэл рассмеялся и схватил ее за волосы, зажав рот грязной рукой. — Не рыпайся мне тут, пока я с тобой не закончу, а то убью и тебя и твоего брата, проорал он с перегаром прямо над ее ухом. Толи от боли, то ли от испуга, то ли от страшной вони Бэтти почувствовала, что начинает терять сознание. И уже будто сквозь сон она почувствовала резкую боль внизу живота, и до боли сжимающие ее тело липкие руки бандита. *** Когда Рик вернулся, Сэмиэла уже не было дома. Он застал сестру в ее комнате без сознания на полу. Все ее голое тело было в синяках, а на ногах виднелись пятна запекшейся крови. Испуганный юноша еле привел ее в чувства, отнес на кровать, укрыл одеялом и сбегал за врачом. Он винил во всем себя. Узнав позже, что это с девушкой сделал Сэмиэл, что в общем и так было очевидно, он схватился за голову и долго сидел так не двигаясь. — Это я… я во всем виноват! Боже, что же мне делать теперь?! Почему я не решился сразу идти в полицию или не остался рядом с тобой? Он с болью и отчаянием смотрел на замкнувшеюся в себе сестру, которая много времени проводила просто в постели. И вот однажды он встретил ее. Это была красивая и ухоженная немолодая женщина. Все называли ее Мадам. В тот день Рик пришел к врачу из соседнего квартала. Этот старый мужчина часто навещал Бэтти, пытаясь помочь ей преодолеть шок от пережитого. Мадам была старой его подругой и иногда заезжала к нему на чай. Ходили слухи, что в молодости она посещала королевские балы и была приближенной к самой королеве, но та выгнала ее, когда приревновала к ней,когда узнала, что ее все пытается уложить в свою кровать король. Хотя это были лишь слухи. Теперь эта женщина брала молодых девушек к себе на воспитание, не брезгуя даже порой девушками простого сословия. Она считала, что чем более воспитанными будут простые девушки, тем больше прекрасного в будущем их страны. Впрочем, она часто говорила, что вещи подобные науке и научным исследованиям, изобретениям созданы не для девичьего ума. Именно так случилось чудо, которого бедный брат не смел уже ждать, и благодаря помощи этой милейшей, но в в то же время и очень строгой женщины, Бэтти получила хорошее образование для девушки тех времен и смогла переступить через свои жуткие воспоминания. Рана в душе, казалось, больше не давала о себе знать. А потом, когда они возобновили общение с Ирриком, появилась надежда на счастье. *** Отчаяние Бэтти было разбито об скалу решимости Иррика и его отца. Винфрид не хотел, чтоб его сын повторил его судьбу и остался одиноким. Тем более мысль о том, что он сможет подержать на руках внука или внучку придавала ему сил жить дальше, хотя с каждым днем он все заметнее чувствовал себя хуже. Свадьба была перенесена еще на несколько месяцев. Бэтти почти успокоилась и согласилась с доводами обеих мужчин. Окончательную точку в этом деле поставил приезд Рика из города. Он и слышать ничего не хотел об отмене свадьбы сестры и так все окончательно вернулось на свое место. *** Прошел лишь год и несколько месяцев, и Бэтти с Ирриком, теперь уже счастливые и будто забывшие о прошлых бедах как о страшном сне, ждали скорого рождения ребенка. Винфрид уже с трудом выходил из дома в сад. Холод осени заставлял его кутаться в старые одеяла сидя в уютной беседке, построенной специально его сыном. Но вот, начались необычайно ранние в этом году снегопады и долгие прогулки были особенно опасны для здоровья старого мужчины. Однажды он сказал Иррику: — Возможно в этот раз я действительно не доживу до весны. Но зато снегопад в этом году так прекрасен… Ребенок, который родится в эту пору будет иметь твердый характер и прекрасную судьбу. — Тогда… — задумчиво произнесла Бэтти, слышавшая эти слова, — тогда я знаю как мы назовем ребенка, если это будет мальчик… — И как же? — недоуменно спросили ее мужчины. — Никс. Как снег, — с нежной улыбкой ответила она глядя на очередной снегопад. Вскоре Бэтти действительно родила мальчика. Роды прошли хорошо и за здоровье матери и сына можно было уже не опасаться. Счастливые родители не могли нарадоваться. Винфред, казалось, помолодел лет на 10, так осчастливило его рождение внука. Конечно же, молодым родителям приходилось не легко, но это были счастливые заботы и хлопоты. Беспокоясь о здоровье отца, Рик решил жить в его доме вместе с женой и сыном. Тем более, что строительство их нового дома едва успело завершится. Теперь нужно было пристроить кое-какие помещения и доделать внутренний ремонт, а погода не давала сделать этого. За год многое изменилось. Теперь их страна стала автономной частью королевства Солнца. Жизнь стала понемногу налаживаться. Новое правительство, как и король Солнца, начали действовать в интересах народа. Впрочем для улучшений существенных нужно было время, а пока появилось и множество минусов, следовательно, и множество недовольных. Бандитские разбои, которые были уже частым явлением во времена бывшего правительства, теперь всячески пресекались, однако все еще имели место. Это беспокоило Иррика, как молодого отца. Всегда бывший обходительным, он со временем все больше становился благородным джентльменом с гордой осанкой. Так на него влияло его окружение, пример мистера Маннерхейма и врожденные наклонности. Женитьба и ответственность, взваленная на его плечи с рождением сына, лишь помогла им раскрыться с поразительной быстротой. Дни уходили один за другим в хлопотах и уже прошел месяц с рождения Никса. Раз или два в месяц Иррик ездил в свое новое поместье, где следил за работой строителей, которые занимались внутренней отделкой дома. Работа шла и вот-вот должна была быть оконченной. Бэтти, как хозяйка, хотела взглянуть на все это. После долгих раздумий, Иррик наконец согласился. Решено было ехать вместе в повозке. Мистеру Маннерхейму в последние дни стало лучше, но, чтоб удостоверится в том, что дома все будет в порядке, молодой человек нанял женщину, хорошую знакомую их семьи, которая жила почти по соседству и периодически помогала им. Оставив сына и отца на попечение доброй женщине на несколько часов, Иррик с женой почти со спокойной душой отправились в путь. С собой они взяли одного слугу, который должен был управлять лошадьми. Однако же несчастья подстерегают именно тогда, когда их меньше всего ожидаешь. Как ни старался Иррикир быть осторожным и предусмотрительным, однако же счастье, такое желанное и заставляющее поверить в благосклонность судьбы тем, кто столько выстрадал, разбилось в один миг. В тот день, они не вернулись в обещанное время. Мистер Маннерхейм начал переживать, хотя его разум вполне мог найти подходящее оправдание сыну. Тем более, что скоро в стороне, куда уехали молодые супруги, показались темные тучи и поднялся ветер. Однако же, когда к вечеру они разошлись, а Рик все еще не вернулся, Винфрид окончательно разнервничался и уже велел было послать кого-либо в усадьбу сына, но тут дверь открылась и на пороге появился Рик. Радость от его возвращения была заглушена, едва находившиеся в прихожей все жители дома взглянули на него. Весь в присохших кусках земли и травы к его помятому и покрытому грязью и льдом дорожному костюму, он еле держался на ногах. На руках он держал Бэтти. Девушка была без сознания. Ее платье имело еще боле жалкий вид, ибо, кроме всего вышеперечисленного, даже с первого взгляда было видно, что оно изорвано. Стоило присмотреться, чтобы увидеть, что ее платье было в крови. Едва передав Бэтти на руки соседке миссис Керни и слуге, которые первыми бросились к нему, Иррик зашатался и упал на пол. Винфрид в первую очередь послал за врачом и попытался привести своего сына в чувство. Увидев, что это просто обморок вызванный перенапряжением и избытком сил, он быстро перешел к невестке. Когда перепуганный Винфред подошел к ней, чтоб понять, что с ней, то с еще большим ужасом осознал, что девушка мертва. Мало кто знал что-либо о том, что случилось в тот день. Но всей правды — никто, кроме Рика. Даже мистер Маннерхейм имел лишь довольно туманное представление — сын не смог рассказать всего горячо любимому отцу. *** Рик очнулся через сутки. В отличие от своей супруги, на теле которой были найдены резание раны, он «отделался» синяками, ссадинами и переломом одного ребра. Когда ему сказали, что Бэтти умерла, он мрачно усмехнулся. Единственное, что им удалось узнать у него, то что на них напали бандиты из армии короля Солнца. — Но разве они не наши союзники? — изумленно спросил Винфред. — Да. Но в армию пробрались бывшие бандиты. Не знаю, какова политика короля, но они там, даже если это не законно. Больше он ничего не сказал. А когда увидел переодетое и омытое тело Бэтти, то на миг застыл, а затем отвернулся и, сжав кулаки, зашагал прочь из комнаты. Ее похоронили на следующий день. Иррик все это время был мрачным и молчаливым. Когда приехал ее брат, то они пол часа провели в его кабинете, где что-то обсуждали. Вышедший оттуда Рик был до жути бледным. Порой он вздрагивал, когда смотрел на тело сестры. Когда ее похоронили, он подошел к Иррику и положил ему руку на плечо. — Ты был прав, — сказал он твердым голосом, хотя рука его дрожала, — однако ты нужен здесь отцу и сыну, а я больше не имею никого… Не губи свою жизнь. Она моя сестра. Я все возьму на себя. Иррик вздрогнул и на миг отвел взгляд. — Возможно. Однако мой отец и сын — это все, что я имею. И сколько бы времени не прошло… Однажды я могу потерять все, если не предприму ничего… — он замолчал, мрачно взглянув на своего шурина. — Тебе не стоит этого делать. У тебя большое будущее. Живи… Так, как она хотела. Все это подкосило мистера Маннерхейма. Он почти не вставал с кровати. Хотя он не смог не прийти на похорон невестки. Идти ему помогали слуги. Когда все закончилось и собравшиеся проводить в последний путь этого прекрасного ангела разошлись, Иррик остался сидеть у ее могилы. Он вернулся поздно вечером. Винфред ждал его на веранде. — Отец… уже очень холодно, почему ты здесь сидишь? — удивленно спросил Ирррик. — Я переживал за тебя. Не волнуйся, мне помогли выйти слуги. Да и вышел я только… — Отец, — парень взял Винфреда за руки, которые действительно еще были теплыми не смотря на большой холод, — прошу тебя, береги себя! — Ты тоже. Что бы не случилось, ты должен продолжать жить дальше! Ведь у тебя есть Никс и я! *** Винфред умер в апреле, когда в их саду цвела сакура. Было еще довольно прохладно, но в последние дни он постоянно просил открыть окно в сад. Он с улыбкой смотрел на лепестки, которые залетают в его комнату, будто принося с собой весеннее тепло. Иррик пережил потерю горячо любимого отца очень тяжело — это был последний человек, которому он мог доверять. Этот молодой парень, которому не исполнилось еще и 20 лет стал выглядеть старше на 7 лет. Брат Бэтти больше не возвращался, а сам Рик (как он начал представляться всем позже, будто желая откинуть прошлое вместе со старым именем, и, в то же время, сохранить в сердце память об мистере Маннерхейме, который любил так называть сына) неожиданно для всех отдал сына на воспитание добродушной женщине-соседке, которая помогала им во всем после смерти Бэтти. Вскоре после этого он исчез… Поговаривали разное, однако мало кто знал, что Рик решил примкнуть к Лавиасу. Когда старый друг его отца с усмешкой спросил причину такого поступка ученого, врача, единственного сына благородного барона Маннерхейма, Рик ответил: — Я хочу отомстить человеку, который разрушил мою жизнь дважды и убил то, что я так любил. — Но почему ты пришел с этим именно ко мне? — О! — усмехнулся парень, — жизнь научила меня видеть людей вроде Вас издалека. Я понял кто Вы, едва увидел Вас впервые. — Хах! — воскликнул Лавиас. — Дитя, я знаю твою историю и твою сущность! Ты хоть понимаешь, что такому честному малому как ты наша жизнь может показаться адом? — Мистер Риделман, я уже видел ад. Я потерял все и не способен вырастить даже собственного сына. Я не смогу посмотреть ему в глаза до тех пор, пока не отомщу… Если вы и правда так хорошо знаете меня, то поймете, через что надо пройти, чтобы так изменится и прийти к Вам. Однако в оплату за Вашу помощь я прослужу Вам ровно год после того, как смогу сделать задуманное. Такова будет моя плата. Вы поможете мне? — Хм… Я обещал Винфреду не дать тебе стать одним из нас. Впрочем он скорее говорил об этом по моей инициативе, поэтому… Что же, я согласен. Но год это мало. Два. И это только потому, что ты сын моего друга. А до тех пор я буду всячески тебе помогать. Впрочем, не вздумай предать меня Рик, иначе твоей участи позавидуют и грешники в аду…