Dream Weaver

Увидев, что Питер вернулся в спальню, Игон принял для себя решение все-таки не спать. Он старался лежать с открытыми глазами, вглядываясь в полумрак комнаты, прислушиваясь к дыханию психолога, и пытаясь определить, заснул тот или нет. Время тянулось мучительно долго, и, в конце концов, он все-таки сдался. Только Игон начал расслабляться и проваливаться в сон, как услышал звуки движения и тяжелого дыхания, доносящиеся с соседней кровати. Он моментально очнулся и бросился в сторону друга. – Питер! – настойчиво прошептал он, схватив коллегу за плечи и осторожно встряхивая. – Питер, проснись! Задыхаясь, Питер открыл глаза. – Все хорошо, – успокоил его Игон. Питеру потребовалось несколько мгновений, чтобы отдышаться и немного прийти в себя. – Спасибо, – кивнул он. – Я как раз собирался вновь добраться до самой забавной части. – Снова сон о Рождестве? – Думаю, что это гвоздь программы сегодняшнего вечера, – кивнул Вэнкман. – Как заезженная пластинка, которая звучит снова и снова. – Он взглянул в глаза своего друга. – Игон, я больше не могу видеть этот сон. Лучше я пойду вниз. – Я пойду с тобой. – Нет, – Питер схватил ученого за руку. – Нет смысла нам обоим проводить целую ночь без сна. – Питер, я не позволю тебе сидеть в одиночестве после всех твоих кошмаров. Ты сильно изможден, и можешь уснуть прямо там. А я все равно не смогу заснуть, зная, что с тобой там может что-то происходить. Так что не спорь со мной. Нам только осталось выяснить какой фильм ты хочешь посмотреть? – Я полагаю, что бесполезно спорить с дипломированным гением, – улыбнулся Питер. – Тогда пусть это будет вестерн. – Прекрасно. Я только захвачу с собой статью доктора Беккета про ускорение частиц относительно его теории струн временного переселения. – О, боже! – картинно скривился Вэнкман. – Я сожалею, что пропущу это. – Я могу читать ее вслух, если хочешь, – предложил физик. – Игон, я хочу бодрствовать, ты помнишь это? – Он положил руку на плечо друга, и они вместе спустились на второй этаж в комнату с телевизором.

***

На рассвете Питер предпринял еще одну попытку уснуть. Игон был готов сидеть с ним, но Рэй ждавший их возвращения в спальню, настоял на том, что Спэнглеру тоже требуется несколько часов сна и поэтому принял вахту на себя. Физик и не думал, что будет в состоянии заснуть, но у его тела было свое мнение на этот счет. Было почти девять, когда он проснулся и обнаружил Питера по-прежнему мирно спящим, в то время как Рэй читал комикс, сидя в кресле рядом с ним. Заметив что Уинстон уже встал, Игон просигнализировал Рэю, потом молча оделся и спустился вниз, чтобы найти Уинстона и Жанин. – Уинстон рассказал мне о кошмарах Доктора В. – сказала секретарша, как только Спэнглер спустился на первый этаж. – Есть что-нибудь, что я могу сделать? – спросила она с беспокойством. – Спасибо, Жанин, – ответил Игон. – Я был бы признателен тебе, если бы ты сменила Рэя и какое-то время посидела с Питером. Ему необходимо выспаться, но я не хочу, чтобы он был один. Тебе нужно будет разбудить его, если он начнет видеть кошмары. – Куда нам нужно ехать? – поинтересовался Уинстон. – Проверить мисс Джиллиан Лестер. – Ты думаешь, что это она что-то делает со снами Пита? – Уинстон округлил глаза. – Существует такая вероятность, – признался ученый. – Я все объясню тебе и Рэю по дороге в «Эшбрук Плаза». – Затем он повернулся к секретарше: – Жанин, просто поставь автоответчик. Мы не будем принимать звонки до тех пор, пока не разрешим эту ситуацию, разумеется, если только они не чрезвычайно срочные. – Я все сделаю, Игон, – кивнула она. Физик положил руки на ее плечи и предупреждающе произнес: – Жанин, сейчас из-за этих кошмаров эмоциональное состояние Питера очень хрупкое… – Не волнуйтесь, – улыбнулась она, нежно погладив руку на своем плече. – Я ласково отнесусь к нему. – Но не слишком, иначе это будет не естественно, – напомнил им обоим Уинстон. – Пит не любит излишнего сочувствия к себе. Он должен быть уверен, что все, как обычно… насколько это вообще возможно в данной ситуации. – Ты прав, – согласился Игон, – но ему может понадобиться немного больше уверенности в том, что мы беспокоимся о нем. В глубине души он знает, сколько он значит для всех нас, но эти кошмары, кажется, направлены на сотрясение ядра этого осознания. – И вы думаете, что эта женщина Лестер нарочно делает это с ним? – Жанин немного побледнела. – Возможно, но на данный момент это всего лишь гипотеза. – Ладно, не волнуйтесь о Питере. – Она глубоко вздохнула. – Я буду хорошо заботиться о нем. – Знаю, что будешь. – Игон дал ей, как он надеялся ободряющую улыбку. – Я поднимусь наверх и возьму на себя вахту Рэя. – Она щелкнула автоответчик, схватила книгу и пару журналов из ящика стола, и направилась к лестнице. – Игон, тебя действительно так сильно беспокоит состояние Питера? – спросил Уинстон после того как они остались наедине. – Да, – признал физик. – Нападения такого рода могут быть опасны не только для эмоционального благосостояния Питера, но также и для его здоровья. Эти кошмары отнимают много сил, они буквально высасывают из него жизнь, он не в состоянии выспаться, чтобы оправиться от последствий. Это не может продолжаться бесконечно. – Ты не хочешь рассказать мне, что происходит? – спросил Рэй, спускаясь по лестнице. – По дороге, – коротко бросил Игон. – Куда? – Мы собираемся нанести визит Джиллиан Лестер. – Игон принял решительный вид.

***

Джиллиан наблюдала, как переделанная машина скорой помощи выехала из пожарной части и с ревом помчалась по улице. Безумная хищная улыбка блуждала на ее лице. Его защитники ушли. Они думали, что приход дневного света оградит их друга от ее мести, но они были неправы. Она просто позволила им поверить в это, но и сейчас он всецело находится в ее власти.

***

– Нет, у нас нет никого зарегистрированного под таким именем, – ответил портье на запрос троих мужчин стоящих перед ним. Игон подробно описал внешность разыскиваемой женщины, но клерк по-прежнему не узнавал ее. – Это было позавчера вечером, – добавил Рэй. – Когда она пришла было примерно восемь или восемь тридцать. – Я не работал тогда, это была смена Хендерсона, но боюсь, что этим утром он уехал в отпуск на две недели. – Хорошо... – Игон обреченно кивнул. – Спасибо, что потратили на нас свое время. Трое мужчин отошли от стойки регистрации в холле отеля. – И что теперь? – спросил Уинстон. – Практически это была наша единственная зацепка, чтобы найти ее. – Теперь мы посмотрим на эту ситуацию под другим углом. – Рэй задумался. – У меня есть друг, который тесно связан с сообществом колдовства в Нью-Йорке, и он живет недалеко отсюда. По крайней мере я думаю, что он сможет дать нам свое мнение относительно того может это быть заклятием или нет и, возможно даже порекомендует кого-нибудь, кто может его снять. – Тогда поехали, – ответил Уинстон, и решительным шагом направился в сторону выхода. – Очень надеюсь, что твой друг сможет помочь нам, Рэй. – Игон встревожено посмотрел на коллегу. – Я уверен, что он сможет. – Молодой человек прилагал все усилия, чтобы придать своему голосу напускную уверенность. – Не волнуйся, Игон, мы найдем способ спасти Питера. Игон улыбнулся и похлопал друга по плечу, а затем они торопливо проследовали за Уинстоном к «Экто-1».

***

Было очень тихо. Настолько тихо, что заставляло задуматься, будто бы вы были единственным обитателем этого места. Питер открыл глаза, медленно сел на кровати и оглядел пустую спальню. – Игон? Рэй? Уинстон? – позвал он, поднимаясь на ноги. Ответом ему служила мертвая тишина, и глубоко внутри, он осознавал – здесь никого нет. Когда он вышел из спальни и направился к лаборатории Игона, сердце бешено заколотилось в груди от предчувствия чего-то нехорошего. Он открыл дверь, и обнаружил абсолютно пустую комнату: ни оборудования, ни мебели, ничего, что указывало бы на то, что когда-то это помещение было обитаемо. – Игон! – крикнул он громче, но ответа опять не последовало. Сердце бешено стучало, он бросился вниз по лестнице, сначала проверил кухню, а затем комнату отдыха. Но и они оказались практически пусты, за исключением кое-какого бытового оборудования и скудной мебели, но и те были закрыты белыми пыльными простынями. – Нет! – закричал Питер и, рванув к пожарному столбу, скатился вниз на первый этаж. Холл ничем не отличался от других помещений, он также был практически пуст. По центру гаража, на месте где обычно была припаркована «Экто-1» теперь лежала груда щебня, не было картотечных шкафов, отделяющих его кабинет от рабочего места Жанин, как и письменного стола секретаря. – Жанин! – в отчаянье крикнул он. – Да ладно, ребята, это уже не смешно. Где вы? Громадный ледяной ужас подкрался к нему, и его затопило осознание той правды, что он был совершенно один. – Лизун?! Дружище, где ты? Есть здесь кто-нибудь?! – Они все ушли, Питер. Он резко повернулся на звук внезапно появившегося женского голоса. – Кто… – начал было он, а затем увидел ее. Она стояла посреди груды щебня, одетая в длинный черный плащ с капюшоном, накинутым на голову. Пронизывающие ледяные голубые глаза, казалось, могли видеть сквозь него. – Джиллиан? – Да, Питер. Я же говорила тебе, что ты заплатишь. И как тебе это нравится? – Что ты сделала с ребятами? – потребовал он. – Я ничего не делала, просто они оставили тебя, Питер. Тебе не стоит их больше беспокоить. Они терпели тебя много лет, и наконец, поняли, что им было бы гораздо лучше, если бы не ты. – Нет! Это не правда! – крикнул он. – Они никогда не оставят меня. – Тогда где они, Питер? Где все те люди, которые прошли через твою жизнь? Где они теперь? Ты никому не нужен, Питер. Взгляни фактам в лицо: они все презирают тебя. – Ты лжешь! – Он решительно двинулся к ней, чувствуя как внутри него закипает ярость, но тут Джиллиан подняла руку против него, и внезапно его словно парализовало, больше он не смог сдвинуться с места. – У тебя был шанс воплощения мечты, но ты отказался. Теперь ты будешь жить с последствиями. Вся боль, которую ты причинил, вдвойне вернется к тебе, Питер. Ты умрешь в одиночестве и в муках, а я буду здесь, и я буду смеяться! – Нет! – Ты один, Питер, и всегда будешь в одиночестве. Тебя никто не любит. – После этих слов ее образ внезапно стал парообразным и начал медленно менять свою форму. – Никто не любит тебя, Питер. – Произнес знакомый женский голос. – Мама? – удивился он, но фантом вновь стал трансформироваться. – Ты умрешь в одиночестве. – Папа, нет, – Питер попытался пошевелиться, но был все также заморожен на месте, а мучитель еще раз изменил свою форму, теперь разделившись на три фантома. – Мы больше не можем мириться с тобой, Питер, – холодно сказал образ Рэя Стэнца. – Нет, Рэй, не надо! – просил Питер. – Убирайся долой с наших глаз! – Уинстон с презрительной усмешкой повернулся к нему спиной. – Пожалуйста, Зэд, ты не можешь так… – Питер! Я, наконец, избавлюсь от тебя. Никогда больше не ищи меня, и не проси, чтобы я пришел и утешал тебя всю ночь. Я устал и меня уже тошнит от твоего нытья! – О, Боже, Игон, не делай этого! – Он рухнул на колени и закрыл уши руками, стараясь больше не слышать всех этих слов. – Как ты мог подумать, что мы беспокоимся о тебе, Питер. Мы ненавидим тебя! Ты заслуживаешь того, чтобы умереть в одиночестве, всеми покинутый! – Нет! – кричал он, рыдая, слыша отголоски трех родных голосов, со смехом исчезающих и наносящих острую боль. Неожиданно он почувствовал на себе чьи-то руки, они схватили его и сжали, словно в тиски. Вырываясь из захвата, он автоматически ударил наотмашь и почувствовал, что его рука вступила в контакт с кожей. – Питер!!! Очнись!!! Звук от чего-то падающего на пол, а затем последовавший за ним тяжелый вздох, полностью разбудил охотника. За окном уже было совсем светло, он находился в своей постели в пожарной части. От пережитого ужаса его сердце колотилось так сильно, что было больно. Комната была пуста… – Нет! – закричал он в муках. – Не оставляйте меня одного! Пожалуйста! – Питер? – Голос прозвучал так близко от него, что от неожиданности он даже вздрогнул. Он посмотрел вниз, и увидел Жанин, поднимающуюся на ноги с пола возле его кровати. – Ж-Жанин? – нерешительно спросил он, отчаянно нуждаясь в уверенности того, что секретарша действительно была там, а не была очередным плодом его кошмарных сновидений. На первый взгляд, выражение ее лица казалось несколько сердитым, но как только она внимательно посмотрела на него, гнев растаял, и она, протянув к нему руки, притянула его в свои объятия. – Все в порядке, Питер, – пробормотала она. – Это был просто еще один сон. Теперь все закончилось. Ты в безопасности. – Сон? – повторил он. – Где?.. – От сильной дрожи слова застревали в горле. – Ты здесь, дома, в пожарной части. – Нет… где... где ребята? – спросил он, с явным страхом в голосе, опасаясь ответа. – Они ушли, чтобы найти женщину по имени Лестер, помнишь? Они собираются проверить, могла ли она наложить на тебя чары, чтобы насылать все эти ужасные сны. – Жанин отстранилась, чтобы заглянуть в его измученное лицо. Обеими руками она стерла слезы с его щек, в то время как ее собственные начали подступать к глазам. – Они не бросили тебя. – Откуда ты знаешь? – удивленно спросил он. – Ты кричал во сне. Я пыталась разбудить тебя, но не смогла. Прости, Питер, я действительно пробовала, – улыбнулась она. – Но ты был полон решимости не допустить этого. Память вернулась, и его глаза расширились от осознания содеянного. – Я… я тебя ударил! – понял он. – У тебя довольно хороший удар левой, чемпион, – засмеялась она и потерла ушибленную челюсть. – О Боже, Жанин, я так сожалею. Я, правда, не хотел, – с ужасом бормотал Питер. – Я же не знал… – Конечно, не знал, – успокоила она. – Пожалуйста, Жанин, не надо ненавидеть меня за это. – Доктор В, Питер, я не ненавижу тебя. Ты же прекрасно знаешь, что я никогда не смогу ненавидеть тебя. – Пожалуйста, не оставляй меня, – прошептал он и зажмурился. – Черт возьми, Питер, не надо так, – она вновь притянула его к себе, нежно убаюкивая в своих объятиях, пока он дал волю слезам. – Я никуда не уйду и никто из ребят тоже. Они вернутся обратно раньше, чем ты думаешь, и все будет хорошо. Перестань, Питер, ты же прекрасно знаешь, что мы все тебя любим. И никто или ничто не сможет, изменить это. – Питер? – послышался новый голос, и Жанин взглянула на Лизуна, бесшумно проскользнувшего в комнату и теперь нерешительно парящего в нескольких футах от них. – Питеру больно? – Нет, Лизун, Питер в порядке. Кто-то пытается причинить ему боль, но мы не позволим ему, не так ли? – Нет! – С готовностью воскликнул маленький призрак. – Никто не причинит вреда Питеру. Лизун поможет! – И с этим заявлением зеленое приведение нырнуло к охотнику, обняв того за шею. – Лизун! – Воскликнула Жанин, прекрасно зная неприязнь охотника к их домашнему приведению, но, к ее немалому удивлению, Питер горячо обнял маленького призрака. – Питер будет в порядке. Питер, не плачь больше. – Спасибо, дружище, – прошептал Вэнкман, пытаясь совладать с набегающими эмоциями. Он посмотрел на заплаканное лицо Жанин. – И тебе тоже, Мелниц. – Сейчас с тобой точно все в порядке? – мягко спросила она, погладив его по руке. – Нормально, – ответил он обессиленным бесцветным голосом. – Я принесу тебе стакан воды, – сказала секретарша, начав подниматься. – Нет! – крикнул он, хватая ее за руку. Он закрыл глаза, подавляя панику, которая еще раз попыталась окружить его. – Не уходи, пожалуйста. – Ладно, – ответила она. – Я не уйду, если ты так хочешь. Лизун, принеси воды для Питера и постарайся не забрызгать стакан слизью. – О’кей, – пробормотало приведение и понеслось прочь в сторону кухни. Жанин сидела в тишине, поскольку Питер изо всех сил старался взять себя в руки. Она оказывала поддержку своим присутствием, держала его за руку, гладила по спине и иногда смахивала вновь выступающие слезы. Через пару минут вернулся Лизун, очень осторожно неся стакан с водой, стоящий на блюдце. Видимо он даже не коснулся наружной поверхности стекла. – Без слизи, – торжественно объявил он, явно довольный собой. – Лизун осторожен! – Спасибо, приятель, – ответ Питера заставил маленького призрака сиять. Психолог выпил воду, и Жанин забрав пустой стакан, поставила его на тумбочку возле кровати. – Ты хочешь поговорить об этом сне? – мягко спросила она. – Я думаю, что ты уже уловила суть. – Он снова вздрогнул, вспоминая недавний кошмар. – Я проснулся здесь, в спальне, но тут никого не было. Все комнаты были покинуты, лаборатория Игона была пуста, а остатки мебели закрывали простыни. Создавалось впечатление будто бы все давным-давно уехали. И я остался один… – Он сделал глубокий вдох, пытаясь вернуть голосу твердость. – Когда я спустился вниз, я звал всех, но мне никто не ответил. Затем там появилась Джиллиан… – Джиллиан?! Так значит, она все-таки имеет к этому какое-то отношение? – Может быть, – ответил он неуверенно. – Все так смешалось сейчас… я не знаю. Но, так или иначе, она говорила мне всю эту чепуху о том, что никто не хочет общаться со мной и что все бросили меня. Затем она больше не была Джиллиан. Она превратилась сперва в мою мать, затем в отца и ребят, и все они в один голос говорили, как сильно ненавидят меня и хотят избавиться. – Доктор В, ты же знаешь, что это не так. – Да, я знаю, но почему-то во сне я этого не могу осознать. Просто так страшно поверить в то, что все это может оказаться правдой. – Он провел дрожащей рукой по волосам и посмотрел на нее. – Жанин, я думаю, что в глубине души, действительно боюсь, что все, что у меня есть… это все слишком хорошо, чтобы быть правдой. И когда-нибудь реальность обрушится, и я останусь… один. – Этого не произойдет! – решительно сказала она. – Не в этой жизни! В этом мире никогда не было такой группы парней, которые бы так заботились друг о друге, которые бы любили друг друга, так же как ты, Игон, Рэй и Уинстон. Такова реальность. Этот страх – всего лишь ночной кошмар, и когда ты проснешься от него, все мы будем здесь. Я обещаю тебе, что парни скоро вернутся, и они скажут тебе, то же самое, что я говорю тебе сейчас. Они любят тебя, и ради тебя готовы пройти через сам Ад. Не теряй веру в эту любовь. В этом – ваша сила, и это дороже всего на свете. – А я-то думал, что ты не любишь меня, Мелниц, – его губы изогнулись в робкой улыбке. – Я не люблю тебя, здоровяк. – Жанин прищурилась, глядя на него. – Конечно же, я люблю тебя. Но если ты ждешь, чтобы я сказала, это в присутствии свидетелей, я буду все отрицать до тех пор, пока ты не посинеешь! – Я тоже тебя люблю, – признался он, разразившись смехом. – И я никому не скажу. В конце концов, нам обоим нужно поддерживать репутацию. – Черт возьми, правильно! – согласилась Жанин и снова стала серьезной. – Думаю сейчас тебе нужно еще немного отдохнуть. – Не знаю, – признался Питер. – Боже, я так устал, Жанин, но я так боюсь этих снов. – Так пошли ее к черту! Если бы она была здесь, я бы с удовольствием взяла протонный блок и испепелила ее, а потом отправилась в тюрьму с улыбкой на лице. – Внезапная вспышка гнева Жанин заставила Питера подскочить. – Спасибо, за заботу, Жанин. Это много значит. – Питер протянул руку и коснулся ее щеки. – Ну, я просто привыкла к вам, – она криво улыбнулась. – Да, уж. – Теперь, – Жанин облокотилась на спинку кровати и вновь обняла Питера, положив его голову к себе на плечо. – Ты просто постарайся немного отдохнуть. Тебе не обязательно спать, но если ты все-таки уснешь, я тебя тут же разбужу! – Спасибо, – ответил Питер, позволяя себе немного расслабиться, в то время пока Жанин гладила его по волосам.

***

– Черт бы ее побрал! – От внезапной вспышки ярости женщины в черном плаще вздрогнули несколько прохожих, проходящих мимо по улице напротив штаба «Охотников за привидениями». Шипев сквозь стиснутые зубы, и сжимая кулаки, она отступила в переулок позади себя. – Все было бы просто идеально, если бы эта дура не вмешалась! Она явно недооценила их секретаря, думая, что та была всего лишь сотрудником, и если бы она не ринулась опекать его, все было бы так славно. Он бы пробудился от сна и считал, что по-настоящему одинок! Ну, возможно, она найдет способ заставить эту женщину тоже заплатить, но с этим придется немного подождать. Прямо сейчас, она намеревалась сконцентрировать все свои силы на Питере Вэнкмане. Никто и никогда не отказывал ей. Он будет страдать. Уж будьте уверенны, она об этом позаботится.