Still Here.

      Орган снова начал играть тоскливую музыку, а я уже торопилась к выходу, как и все остальные. Все присутствовали в церкви: от команды парней по лакроссу до ботаников, которых без сомнения дразнила Эшли. Старый мистер Ив - он единственный отвечает за благотворительность - стоял в углу, переговариваясь с мистером Карланом, учителем искусств. Даже старые друзья Эшли по хоккею на траве вернулись из своих колледжей; в слезах они толпились около дверей. Я оглядела знакомые лица, вспомнила всех, с кем была знакома. А затем увидела собаку, собаку - поводыря.       Боже мой! - У выхода, - прошептал брат Эшли, Дженсон. Я схватилась за его руку, мы буквально протиснулись на улицу. - Что они здесь делают?! - прошипела я, показывая на Кавана. Дженсон поправил челку и прищурился от яркого солнечного света. - Когда они вчера пришли, то я, мягко сказать, был в шоке. Да и все остальные тоже. - Он окинул взглядом присутствующих. - Дженна и Эшли ни-ког-да не ладили с друг другом. - Про Тобби можно промолчать, - прошептала я. После паузы я продолжила: - Облегчение? - Дженсон криво усмехнулся или улыбнулся, а потом вздохнул и поднял свои большие голубые глаза к небу.       Да уж. Брат Эшли был настоящим красавчиком. Светло-русые волосы, голубые глаза, на коже лица нет ни одного изъяна. Про тело и рост - промолчать лучше. Он был бы идеален, если бы два года назад не принимал наркотики. Но сейчас уже завязал, ну так говорит он. Эшли всегда сбегала из дома, когда Дженсон закатывал вечеринки. Вся в слезах и даже пару раз в порванной одежде. Мне было жалко их обоих. Время прошло, а жалость все же осталась. - По большей мере. - Он чуть заметно улыбнулся. - Никто не будет задираться и жужжать над ухом. - Дженсон снова поправил челку. - Вы Елизавета Виноградова? - Мы с Дженсоном обернулись. Это был здоровенный белокурый коп. В черных очках, как у самых крутых парнях из кино. Я кивнула и отпустила Дженсона. - Сожалею о твоей потере, - сказал он. - Вы были подругами с мисс Бенсон? - Спасибо. Да, были. - Я перебирала подол своего платья. Почему этот коп заставил меня нервничать? - Я хотел бы поговорить с тобой. - Полицейский полез в карман. - Вот моя визитка. Мы возобновили дело. Поскольку вы были друзьями, то могли бы помочь нам. Нормально, если я вернусь через пару дней? - я неуверенно, но все же взяла визитку. - Эм, конечно, - пробормотала я. Коп ушел, оставив нас с Дженсоном в неком недоумении. - Он же не будет спрашивать о... - Я вдруг прервалась.       Дженсон заметил мой взгляд, полный волнения. Дело в том, что брат Эшли все знал о том случае... с Дженной. Он часто шантажировал мою подругу. Меня, к удивлению, даже не трогал. - Конечно же нет! - воскликнул парень, взяв меня за руку. - Тобби взял вину на себя, никто ничего не знает. - Это была худшая неделя в моей жизни, - проговорила я. Дженсон крепко обнял меня. Я положила руки на его плечи и уткнулась в его плечо. - Я снова ревела как сумасшедшая, - плечи Дженсона вздрогнули. - Я думаю, нам надо смотреть на светлую сторону, - сказал он. Его голос звучал высоко и нервно. - Хуже, чем сейчас, не может быть.       Мы простояли так минут пять и отстранились только тогда, когда вся процессия задвигалась к парковке, усыпанной гравием. Я остановилась, когда запищал мой телефон. - Что-то не так? - Дженсон остановился следом. - Нет-нет! Все в порядке. Мама. - Я подняла телефон. - Ты иди, я догоню! - Парень улыбнулся и пошел следом за толпой. Я откинула крышку. И снова "Bloсked ID".

Я все еще здесь, сучка. И я знаю все. - Э.

- Лиза?

***

- Зачем всегда появляться так внезапно?! - закричала я, размахивая руками. Максим раскрыл рот, начиная входить в транс. - Ох... - вздохнула я и подняла упавший на землю сотовый. - Извини, сегодня не мой день. Не моя неделя. Не мой месяц. И кажется, не мой год.       Макс подошел ко мне и вынул руки из карманов. Как и на всех, на нем был черный костюм с белой рубашкой и черным галстуком, который слегка проглядывал сквозь пиджак. Волосы все так же - ежиком. - Кто был тот парень?       Что?! Так сразу?! И никаких "Держись, все будет норм, детка"? Да уж. Я сложила руки на груди и гневно уставилась на него. - Брат Эшли. А что? - Его губы сжались в тонкую трубочку. Да, брось! Мы знакомы меньше недели, а он уже ревнует?.. - Макс, если ты...       Я повернула голову вправо, дабы не смотреть ему в глаза и увидела замечательную картину. Пара Ария/Эзра, никого не стесняясь, ну уж очень страстно целовались, спрятавшись за углом. - Вот же!.. - закричала я. - Ого! - Максим присвистнул. - Вот же шлюха! - прошипела я и засеменила на своих невысоких каблучках от "Zio" к парковке. Макс пошёл следом. - За один месяц парней двадцать сменила. Интересно, учитель английского знает? - Максим, услышав, усмехнулся. - Если она когда-нибудь объявит мне войну, скажешь, что она трахается с учителем? - Я резко остановилась, а Максим свел брови к переносице. - На войну?.. - Да. Когда одни секреты человека раскрываются, другой защищается другими тайнами. Эшли назвала это "Мир Елизаветы". В честь меня. Я была первой, когда узнала ее плохой... секрет. - Максим слабо кивнул.       Я обернулась. Арии и Эзры уже не было. - Сегодня. Пятнадцать минут назад я бросила горстку земли в могилу лучшей подруги и... - Я глубоко вздохнула. - Сейчас я, кажется, буду плакать. Отвези меня домой. - Максим взял меня за руку и повел к парковке.       Когда мы подъехали к дому, я уже рыдала вовсю, утирая нос платком Максима. Парень хоть как-то пытался меня успокоить, но я хлопнула дверью Мерседеса, даже не сказав "пока". Макс выбежал за мной и остановил возле двери. Что мне сейчас меньше хотелось, так это разговаривать. Выслушивать чьи-то соболезнования или "Эшли была не самым лучшим другом, но она была хорошей и честной". Ложь! Все они до единого лгали! Эшли буквально втаптывала их в грязь, а они потом жаловались своим мамочкам. Эшли не любила никого из них. Они не владели тем, чем владела Эшли. За что и поплатилась...       Максим схватил меня за плечи и что-то кричал. Потом забрал ключи и буквально толкнул меня внутрь. Я не заметила вазу и та с грохотом упала на пол, разлетевшись на осколки. Не видя, не слыша я заторопилась к виски, который уже давно стоял у меня в шкафу. - Мне нужно выпить! Мне плохо! - закричала я, когда Максим начал их отбирать. - Отдай! Проваливай! - Я толкнула Максима и упала на пол. Бедро заныло. Синяк обещан. - Ненавижу Эшли! Ненавижу! Ушла и оставила меня здесь, среди кучки лжецов и тварей! Которые так и норовят сожрать тебя! - Я так визжала, что, кажется, все соседи слышали мои крики. - Ненавижу тебя, Эшли!       Потом я чувствовала, как меня обнимают и успокаивают. Как гладят по волосам и что-то шепчут. А потом я заснула.

***

      Глаза я открыла с трудом. Голова раскалывалась на две части, а сил подняться с постели так и не нашлось. Поэтому и лежу уже час в позе эмбриона и вспоминаю вчерашний день. Я повела себя ужасно! Как чокнутая дура и истеричка. Еще и нагрубила. Еще и с Дженсоном обнималась. Потом кричала, ревела и побила Максима. На мое удивление, он не испугался, а даже остался со мной и сейчас спал в кресле. Вот не понимаю: когда Эшли пропала - и то, не такая реакция была. Может быть, я думала, что с ней все хорошо, она сейчас заигрывает с парнями?.. А теперь... она мертва. Мне плохо. Следующая стадия "Долгий. Очень. Депрессняк". Потом пойдет алкоголь, а потом и все опять будет как всегда. Скучно и без слез. Жизнь - дерьмо. Депрессия. Депрессия. Депрессия.       Я встала с кровати и проскочила мимо Максима на кухню. В животе уже "визжало", кушать ужасно хочется. Я достала большую тарелку, засыпала в нее хлопья и добавила молока. Мой уже обычный завтрак. Включив SBS я принялась поглощать содержимое тарелки. По телевизору снова и снова шли плаксивые сериалы о неразделенной любви. Все как всегда. Сначала девушка влюбляется в парня, он ее не замечает, а потом он за ней еще и бегает. Потом поцелуй и там все по сценарию. Послышался топот, и через мгновение Макс весь сонный и, откуда не возьмись в пижамных штанах, появился на моей кухне, потирая глаза. А с утра он милый. - Привет! - Его голос был чуть хрипловатый от бессонной ночки. - Я смотрю, у тебя утро под названием "Истерика, куча еды, SBS и любовь"? Я кивнула и положила ложку в рот. Максим сел рядом со мной и взъерошил волосы. - Прости. Прости за вчерашнее. Ты, наверно, подумал, что я конченная истеричка?.. - Макс улыбнулся. Ох... Не удержавшись, я закусила губу. - Нет, даже и не думал. - Он переключил канал. - Прекрати кусать губу! - Я сместила брови к переносице. Максим хохотнул, но неотрывно смотрел именно на мои губы.       Тут прозвенел звонок, и я, вскочив, понеслась к двери. На пороге стоял Дженсон, переминаясь с ноги на ногу. Он улыбнулся мне. Сегодня день улыбок? Дженсон оглядел меня, его улыбка моментально исчезла с губ. А я, кажется, только сейчас осознала, что на мне рубашка Максима. Что?! Какого черта он меня переодел?! Так еще и в свою рубашку! Сукин сын! - Привет! - Я махнула рукой и заскочила за дверь, высунув голову. - Извини за внешний вид, ночка была тяжелая. - А то и видно, - сказал он и сжал губы. - Нет! Это совсем не то, что ты подумал! - закричала я, размахивая руками. - А может быть, и то. - Я услышала хриплый голос. Я обернулась. На Максиме были только пижамные штаны и никакого верха. Минуты две назад на нем была футболка! Сукин сын! - Ладно, я пойду, - бросил Дженсон и спустился по лестнице. - Дженсон! Дженсон! - прокричала я. Дверь перед мои носом захлопнулась. Я повернулась и яростно уставилась на Морозова. - Несколько минут назад на тебе была футболка! Зачем ты вышел?! Ты переодел меня?! В свою рубашку?! - закричала я. Максим рассмеялся. - Две минуты, и чтобы тебя здесь не было! - крикнула я и побежала на второй этаж. - Одежду подашь? - Я схватила брюки, пиджак, галстук и кинула это все прямо в руки Максиму. Он усмехнулся. - На тебе моя рубашка! - Я вспыхнула, но начала судорожно расстегивать пуговицы. - Делай это помедленней, вчера все было намного лучше, - сказал он, после чего я кинула ему рубашку к остальному "набору". - Проваливай! - шикнула я. - И это после всей моей доброты! - Он наигранно вздохнул и выбежал за дверь под мои крики.