По течению Рубикона

      Фредерико возвращался со стрельбища той дорогой, которая шла через сад, задумчиво глядя в небо. Стрельбища и тир в последнее время стали его любимым местом. Там он точно не мог встретиться со своим чёртовым мужем. Хоть родители и объяснили, что этот брак зверски необходим Вонголе, но Рико просто не мог терпеть этого Базиля, особенно во время течки. Чем быстрее у них появится ребёнок тем быстрее Рико наконец получит свободу от этого мужа.       Скуало только качал головой и объяснял, что у Занзаса та же особенность, и далеко не все омеги им подходят.       Внезапно, Рико понял, что ощущает какой-то странный аромат, сладкий, но не имеющий отношения к цветущим кругом цветам. Подросток встал со скамьи и пошёл плутать по саду, надеясь разгадать эту загадку.       За очередным поворотом он в изумлении остановился.       Невдалеке, за живой изгородью, прогуливался Хибари Кёя, хранитель облака Десятого Вонголы. Рико дураком не был, и, разумеется, понял, что такой притягательный аромат может исходить только от омеги, и только от подходящей ему омеги. Но Хибари Кёя, холодный и жёсткий тридцатидвухлетний мужчина не слишком соответствовал смутным мечтам подростка об идеальном супруге. А объект размышления тем временем продолжал расхаживать по саду, беседуя с кем-то по телефону. Наверняка именно из-за этого разговора он задержался на улице, не заходя в особняк и не приступая к тому делу, ради которого приехал. А Рико продолжал смотреть на мужчину, который, возможно, был его судьбой. Но разве Хибари омега? Рико до боли закусил губу, когда мужчина в очередной раз повернувшись вышел из-за живой изгороди на открытую аллею и остановился, увлечённый разговором. Рядом с Хибари стоял худенький мальчик лет десяти с тонкой шейкой и огромными серыми глазами.       Скандал вышел знатным. Хибари кричал и угрожал, долго красочно и с фантазией. — Мусор, детишки поцеловались за шторкой, в чем катастрофа?       Хибари сощурил глаза — В чём? Моему сыну десять, а ваш женат! — Минору ещё вырастит, а брак фиктивный, и ты это знаешь. — Я не позволю развращать моего сына к тому же он бета, и подобные извращения... — Мино омега, я это чувствую. — сердито буркнул Рико из-за плеча отца. — Чушь, он не может быть омегой. — Хибари, а ведь ты так и не признался, откуда у тебя ребёнок. — усмехнулся задумчивый Скуало.       Все присутствующие уставились на Хибари. — Да, его отец был омегой. Когда мы разошлись, он сказал, что ребёнок-бета ему не нужен и смылся. — Он не удосужился проверить. От союза беты и омеги чаще всего рождаются беты. Очень редко случается наоборот. Но точно мы сможем узнать, лишь проведя ДНК-анализ или дождавшись течки. Не потёкшую омегу очень сложно отличить от беты. — Но всё это не отменяет брака Фредерико и Базиля. Даже если я смирюсь с тем, что мой сын может оказаться омегой, то, что его ждёт? Пожизненная роль любовника? Развод невозможен, их дети будут бастардами. Я не позволю искалечить жизнь сыну. — Но я люблю Мино! Мне не нужен этот чёртов Базиль, мне никто не нужен. Занзас молчал потягивая виски, Хибари смотрел на подростка с презрением. Скуало вздохнул. — Хибари, забери Минору и уезжайте, нам нужно серьёзно поговорить с сыном.       Когда в кабинете их осталось трое Скуало и Занзас впервые рассказали сыну об Опеке и той угрозе, что она представляет. Разговор вышел долгим и предельно откровенным, и многое прояснил в разуме юного альфы. — Если у власти в Вонголе не окажется альфа, Опека развяжет войну? — Мы пытались бороться, твой брак с Базилем в первую очередь дал нам пятнадцатилетнюю отсрочку. Но мы так и не смогли ничего изменить. Теперь остаётся лишь воспитать вашего сына достаточно сильным и мудрым, чтобы он не поддался влиянию Опеки. — Я больше не стану спать с Базилем. Не теперь, когда у меня есть Мино. — Хибари прав, всю жизнь быть любовником замужнего мужчины не самая хорошая судьба. — Я могу развестись? — Возникнут спорные моменты в праве наследования. Особенно если Базиль не родит от тебя. — Мне плевать, мне не нужна Вонгола, и плевать, если и моим детям она не достанется. Неужели у Савады нет своих детей? — Он поклялся не оставлять законных наследников, но у него есть тайная любовница и трое детей-бет. — Если победить опеку, я смогу бросить Базиля, ведь так? Я женюсь на Минору и Вонголу унаследуют дети Савады. Скуало покачал головой. — Мы пытались пятнадцать лет, но не смогли. — У вас было слишком мало мотивации, вот вы и плыли по течению. Я обязательно смогу, ведь от этого зависит моё счастье.       Вечером Занзас лежал в постели и ждал, когда Скуало приготовится ко сну. Но тот излишне долго расчесывал свои волосы глядя куда-то в стену. — Ну чего опять? — Я думаю о том, что Рико и Минору могут быть истинными.       Занзас засмеялся. — Ты веришь в эти сказки? Двое предназначенные только друг для друга? — Раньше не верил. Пока был молодым и глупым. А потом думал об этом всё больше и больше, правда, применительно к другой паре. — И к какой же? — Занзас придвинулся поближе к любовнику. — Была одна знакомая парочка. Омега зафиксировался на альфе ещё до наступления первой течки, а альфа только на одного этого омегу и реагировал как надо, не пытаясь прибить. — Ты серьёзно думаешь, что мы истинные? — А ты хоть на одного омегу реагировал также, как на меня? — Я уже лет пять, как ни на кого и никак не реагирую — пробурчал Занзас, но голос его между тем стал задумчив. — А ни на кого не реагировал так, как на тебя. Ни до, ни после того, как мы сошлись. А Рико и Мино... они похожи на нас. — Хибари не допустит таких отношений. — Здесь Рико прав, его единственный шанс на счастье это победить Опеку. — Мы ему поможем. Нужно помогать истинным парам, — Занзас ткнулся носом в шею любовника, целуя и чуть прикусывая чувствительную кожу. — Да, поможем, — пробормотал Скуало дотягиваясь до светильника и выключая его.