Девочка-рысь

      Это было страшно, действительно страшно. Бесконечная пустота внизу, отсутствие опоры под ногами, холодный сильный дождь, бьющий в лицо... Но больше всего пугали зелёные глаза Лиса, в которых была ясно видна решимость. Всё обошлось, но теперь, когда Метте и Лис шли назад к Лисе и Эску, нашедшим мост, девушка-рысь с ужасом думала о том, что наёмник действительно собирался её убить. Не найди она нужных слов, её тело сожгла бы всепоглощающая тьма, охраняющая первозверей.       Дождь полил с новой силой, и Метте старалась держаться как можно дальше от края ущелья, но Лис упорно зажимал её поближе. Девушке было страшно: вдруг он передумает?       — Я не скажу никому, — на всякий случай повторила она, и её голос предательски дрогнул.       Лис молча кивнул, мрачно глядя перед собой. Метте снова перевела взгляд в сторону Луговой полосы, но вид, который завораживал её на пути в ту сторону, теперь казался отталкивающим, а окрашенное закатом небо — истекающим кровью. Вспоминалось всё то, о чём хотелось забыть.       — Гляди, — Лис указал рукой куда-то вперёд.       Метте посмотрела в указанном направлении и увидела до боли знакомое деревянное строение — домик стражи. Сейчас он выглядел более старым и менее аккуратным, кто-то пытался его увеличить, достроив несколько новых комнат снаружи, и выглядело всё это просто отвратительно. Вместо прежней низенькой оградки на краю ущелья появился добротный забор, а проход на мост уже не охранялся магией.       С каждым шагом Метте чувствовала, как сжимается её сердце. Почти пять лет прошло с тех пор, как мимо этого домика её буквально протащил за руку Мар, наврав стражникам о нападении разбойников. Метте тогда и не расслышала толком, что он сказал: в её ушах звенел предсмертный крик Мане.       На узеньком крыльце домика, ютясь под дырявой крышей, стоял обсыхающий Эск. Увидев приближающихся товарищей, он замахал рукой, подзывая их к себе. Метте, едва сдерживаясь, чтобы не помчаться к нему бегом, ускорила шаг.       Пристально осмотрев перепачкавшихся в грязи товарищей, Сын Бога нахмурился и с явным подозрением в голосе спросил:       — Что случилось?       — Я поскользнулась и чуть не упала вниз, — быстро ответила Метте, стараясь говорить убедительно и не дать другу понять, что она готова расплакаться от пережитого ужаса. — Лис чудом успел поймать меня.       Эск продолжал буравить её недоверчивым взглядом, и Метте, понимая, что сейчас она не сможет убедительно врать, недовольно скривила губы, оттолкнула друга с пути и вошла в домик.       — Я промокла и устала, а ты тут допросы устраиваешь. Всё хорошо, ясно? — буркнула она ему в спину.       Домик, ранее служивший постом стражи, теперь превратился в лавку. За переход по мосту не требовалось платить, но нередко путники были рады купить еду, воду, одежду или другие полезные в пути вещи. Так же несколько комнат сдавались для ночлега. Страже теперь принадлежало всего одно небольшое помещение.       Эск и Лис, вошедшие следом за Метте, что-то обсуждали с хозяином лавки: крупным полноватым мужчиной с добрым лицом.       — Мы же не собираемся тут задерживаться? — с тревогой спросила Метте у Лисы.       Это место поднимало в её душе такую бурю воспоминаний, что желание немедленно разрыдаться усилилось в разы.       Лиса посмотрела на девушку-рысь таким же пристальным недоверчивым взглядом, что и Эск ранее. Метте невольно задумалась, не чувствует ли она Поток Жизни снова.       — Мы собираемся переночевать тут. Уже вечер, а до Зорда долгий и не самый безопасный путь.       Девушка-рысь вспомнила жуткие глаза быстрокрыла, чуть не убившего её, когда годы назад она проходила тот же путь в другую сторону. Сейчас ей казалось, что эти глаза, полные животной безжалостности, смотрели тем же взглядом, что и Лис, когда он держал её над пропастью. Девушка невольно поёжилась и, опасаясь вызвать подозрения, поспешила объясниться:       — Холодно и мокро.       — Ванной здесь не найти, — Лиса с сочувствием оглядела Метте, — но чистую и сухую одежду мы получим.       — Мы оплатили две комнаты на эту ночь, — к ним подошёл Лис. Юноша выглядел совершенно спокойным, пожалуй, даже слишком спокойным. — Ваша будет та, что в конце коридора.       Девушка-рысь на автомате кивнула.       Метте думала, что не сможет заснуть здесь, но волнения прошедшего дня и утомительный путь дали о себе знать. Комнатка была тесной и узкой, практически всё её пространство занимали набитые соломой мешки, служившие кроватями. Мешки были мягкими и приятно пахли, хозяин явно следил за тем, чтобы в них не было блох и прочей живности, и лишь только опустившись на них, девушка-рысь немедленно уснула.       Ей снилось Бездонное ущелье. Они с Лисом стояли у его края и спорили.       — Ты же начала меня ненавидеть тоже. Давай, столкни меня вниз! — уговаривал её юноша.       — Нет, — Метте не была согласна с таким поворотом событий. — Я тебя не ненавижу. Это ты должен меня столкнуть.       — Ладно, — легко согласился Лис, и вдруг лицо его исказилось, превратившись в морду быстрокрыла. — Но лучше я съем тебя! Я так голоден!       Девушка-рысь с криком отшатнулась назад, но ущелье изогнулось, отрезая ей путь к отступлению. В следующий момент из него выскочил Мане, обнял их обоих и вместе с ними шагнул в пропасть. Метте завизжала, а Блуждающий Огонёк недовольно нахмурился:       — Если живая девочка упадёт, она не станет лучшей охотницей племени Рыси. Она станет мёртвой девочкой.       Он подлетел к девушке и, превратившись в Иволгу, вцепился ей в плечо беззубым ртом. Метте вскрикнула и проснулась. На неё виноватым взглядом смотрела Лиса.       — Прости, я тебя задела, — безымянная девушка явно не спала этой ночью. Метте, хорошо видящая в темноте, ясно различала, что в её глазах нет и тени сна.       — Почему ты не спишь? — девушка-рысь села и огляделась по сторонам, в тщетной надежде понять, сколько сейчас времени. Увы, в тесной комнатке не было окон.       — Сено колючее, — Лиса смущённо отвернулась. — За последние годы я сильно от этого отвыкла. Могу спать на чём угодно, но не на сене.       — Неженка, — Метте усмехнулась, на миг забыв, что разбудило её.       Увы, этот миг не продлился долго. Секундное веселье прошло, и на девушку навалились страх, тоска и чувство вины.       — А с тобой что? До утра ещё далеко, — Лиса усмехнулась в ответ.       Метте прислушалась и поняла, что уже не слышит дождя. Гроза прошла, и безымянная наёмница вновь обрела свои пугающие способности.       — Плохой сон приснился. Это место навевает слишком много не самых лучших воспоминаний, — пробормотала девушка-рысь, вновь ложась на мешок и сворачиваясь в клубочек, надеясь спрятать лицо.       — Понимаю. Но ты не должна гнать их от себя, иначе ты ещё долго не сможешь спать, — Лиса зевнула. — О да, воспоминания будут колоть тебя в бока, как меня колет сено, и ты будешь проводить без сна тяжёлые долгие ночи, полные тяжёлых грустных мыслей.       — Ещё чего не хватало, — буркнула Метте, чувствуя раздражение.       Она не желала слушать морали и советы Лисы. Сейчас ей, пожалуй, больше всего хотелось бы уткнуться в плечо Эска и выплакаться, как она всегда делала, когда ей бывало плохо.       — Прислушайся к своей грусти, — продолжа тем временем безымянная девушка. — Позволь ей течь через тебя, и тогда она пройдёт насквозь и покинет тебя навсегда. Ей больше не нужно будет с боем пробиваться через твою защиту.       — Со мной всё нормально. Просто место плохое, — не скрывая недовольства, проговорила Метте, сворачиваясь в комок ещё плотнее. — Всё время нормально спала, когда уйдём отсюда — тоже буду.       Лиса не ответила, и девушка-рысь снова закрыла глаза, пытаясь уснуть. Но сон не шёл к ней, и одни лишь тревожные мысли вились в голове. В какой-то момент Метте задремала, и ей снова привиделся Лис с головой быстрокрыла. С трудом сдержав себя от крика или резких движений, девушка открыла глаза и села, решив, что больше спать она не будет. Рядом мирно сопела заснувшая-таки Лиса.       Мост казался уже далеко не таким прочным и надёжным, каким он был пять лет назад. Сильный ветер, сменивший грозу, раскачивал его, доски скрипели, а в нескольких местах Метте замечала заплатки из более новой древесины.       Лиса выглядела свежей и отдохнувшей, хотя этой ночью она спала меньше, чем девушка-рысь. Эск задумчиво осматривал мост, а Лис бледным призраком стоял сзади, и выглядел так же измученно и устало, как чувствовала себя Метте.       — Вперёд, — безымянная девушка первой шагнула на мост. — К вечеру нужно дойти до крепости!       — Ты говорила, что крепость находится возле озера, которое лежит за Зордом, — Метте шагнула на мост, радуясь, что слишком разбита, чтобы бояться. — Но чтобы дойти отсюда до Зорда, придётся идти весь день.       Лиса грустно улыбнулась.       — Не забывай, что работа над дорогой давно закончена. Она прямая и ровная, и путь по ней занимает едва ли не в два раза меньше времени, чем раньше.       — Ах, точно. Дорога... — девушка-рысь понурилась, вспоминая то время, когда Мане, уставший, но довольный, приносил в их Берлогу своё скромное жалование и рассказывал, как идут дела на стройке.       Доски поскрипывали под ногами. Холодный северный ветер дул в спину, и Метте невольно задумалась о том, будет ли в этом году зима такой же невероятно холодной, как лето.       — Граница Полос, — Лиса, идущая несколькими шагами впереди, остановилась и задрала голову вверх, выглядывая небесное сияние.       Девушка-рысь встала рядом с ней, чувствуя всё тот же дующий в спину ветер позади себя и тёплую сухость воздуха впереди. Прямо над её головой резко обрывались скрытые за серыми тучами небеса севера и начиналось чистое безоблачное небо Луговых земель. Огней небесного сияния видно не было. Метте вздохнула и сделала шаг вперёд, полностью погружаясь в тепло лета Луговой полосы.       — Через Зорд не пойдём, обойти будет быстрее, — объявила Лиса, как обычно шагающая впереди. — Но до него дойдём по дороге: сворачивать небезопасно.       — Быстрокрылы? — сейчас, при свете дня, воспоминания об этих существах не так пугали Метте, как ночью, но всё же встречаться с луговыми драконами не хотелось.       — Нет, их давно разогнали. Сейчас они уже не суются к дороге, — безымянная девушка покачала головой и нахмурилась. — Но после того как из Зорда выгнали бродяг, вокруг сильно увеличилось количество разбойников. Далеко не все люди, привыкшие промышлять воровством, нашли себя в новом деле.       — В самом Зорде охрана сейчас что надо. Дыры в стене заделали, теперь никто не может войти без ведома стражи, — слово взял Лис. — Но вокруг города творится бардак. По дорогам ходят охранные патрули, но в любом другом месте нарваться на беду слишком просто. К тому же эти сектанты... — лицо юноши на миг исказилось от бури эмоций, пробежавшей по его душе, но он быстро взял себя в руки.       "Стиг, — вспомнила Метте. — Стиг ушёл к сектантам. Интересно, встретимся ли мы с ним?"       Ей вдруг стало интересно, на кого похож тот маленький тощий мальчик сейчас. За прошедшие годы и Лис, и Лиса сильно изменились, и девушка-рысь часто ловила себя на мыслях о том, что перед ней совсем не те её друзья, с которыми она так трагично рассталась годы назад.       Дорога была удивительно ровной, камни, из которой её выкладывали, вытесали, а щели между ними заделали с помощью магии. Было видно, что за дорогой следят: она была гладкой и целой, словно её проложили только что, и по ней ещё не ходили люди, не пробегали лошади, не проезжали телеги. Некоторое время спустя Метте заметила регулярно встречающиеся чуть выделяющиеся из общей массы камни на краях дороги. Приглядевшись, девушка обнаружила на них незнакомые ей символы: очевидно, печати защитных и укрепляющих зачарованный.       Путники шли молча. Тишина тяготила Метте: она вспоминала, как годы назад, когда они шли в другую сторону, Лис приставал к Мару с расспросами о его мече, а Лиса, очевидно, уже понявшая, с кем они имеют дело, пыталась его успокоить. Сейчас Лис шёл мрачной пугающей тучей, и казался куда более жутким, чем одетая в чёрное безымянная девушка.       Метте хотела заговорить, когда откуда-то из степей донёсся пронзительный животный крик.       — Что это? — испуганно замерла девушка-рысь, невольно потянувшись к ножнам, где она держала два длинных кинжала.       — Быстрокрыл, — Лиса не замедлила шаг и не обернулась. — Не беспокойся, он далеко. И я уже говорила, быстрокрылы стараются держаться подальше от дороги.       Метте кивнула, но, прежде чем продолжить путь, пристально вгляделась в ту сторону, откуда раздался крик. Быстрокрылы не были животными, но девушка-рысь понимала: этот крик был полон боли и страха.       Из всех драконов быстрокрылы были единственными, у кого очевидно не было разума, подобного человеческому, а менее прочная чешуя была, пожалуй, только у древесных драконов. Быстрокрылы глупы, злобны и беззащитны. Легенды гласили, что Бог создал драконов мудрыми и мирными существами, как противовес уничтоженным им первозверям. Если это было действительно так, то быстрокрылы являлись примером и предупреждением для остальных. Метте было их жаль.       Через несколько минут крик вновь повторился, но на этот раз ближе.       — Мне это не нравится, — нахмурилась девушка-рысь.       — Если приблизятся, мы справимся с ними, — Лиса пожала плечами, всё так же не спеша оборачиваться. — Метте, мы уже не те маленькие дети, мы можем за себя постоять.       Метте кивнула, не сомневаясь, что до безымянной девушки дойдёт её ответ. Она попыталась заставить себя забыть о быстрокрылах, но крик повторился снова, на этот раз совсем близко.       — А вот теперь мне это тоже не нравится, — Лиса остановилась и обернулась. — Их двое, они направляются сюда, и они полны злобы.       — Боли, — прошептала Метте, вытаскивая из ножен кинжалы. — Они полны боли и страха.       Её никто не услышал.       Лис поднял лук и приготовил стрелу. На его лице Метте увидела пугающе знакомое выражение: юноша готовился к убийству быстрокрыла с той же решимостью, с какой он собирался сбросить её в бездонное ущелье.       Рядом вытащил свои мечи Эск.       — Оставьте их мне? — странно улыбнувшись, попросила Лиса. — Давненько я убивала бегущих на меня врагов. Обычно они бегут от меня.       — Они твои, только если ты атакуешь раньше меня, — отозвался Лис.       Метте почувствовала, как дрожат её руки. Она не ожидала услышать от её старых друзей такие слова. Эск опустил руки с оружием и приблизился к Метте. Он ничего не сказал, но девушка-рысь и без слов поняла, что он хочет от неё, и вернула кинжалы в ножны, открепив от сапога пару метательных ножей.       Первый быстрокрыл появился неожиданно: с оглушительным визгом выскочив из-за холма, он поднялся в небо и, заваливаясь на левый бок, вновь опустился на землю. Метте с ужасом поняла, что у дракона не хватает одного из задних крыльев. Из раны сочилась чёрная кровь.       Лис с Лисой одновременно подались вперёд, как второй быстрокрыл совершенно бесшумно появился из-за того же холма. Крыльев у него не было вообще, а морду кто-то перевязал цепью. Существо с невероятной скоростью бежало к остановившемся на дороге людям. Наёмники замерли, поражённые болью и отчаянной злобой, пропитавшими воздух вокруг него так, что не нужно было быть магом, чтобы почувствовать это.       Несомненно, такое зрелище могло поразить любого, и в другой ситуации Метте тоже потеряла бы несколько секунд, отвлёкшись на это. Но не сейчас. Девушка не могла подвести Эска.       "Только бы не промахнуться", — подумала она и, сжав ножи в руках, одними губами прошептала:       — Ваши мучения окончены. Покойтесь с миром.       Первый бросок вышел безупречным: бескрылый быстрокрыл мёртвым упал на землю, когда остриё ножа вошло ему в глаз. Второй нож лишь скользнул по чешуе раненого дракона, беспорядочно дёргавшегося и пытающегося взлететь. Метте мысленно выругалась, доставая новый нож и замечая, что Лис уже натягивает тетиву своего лука, а Лиса поднимает руки, готовясь колдовать.       Быстрокрыл снова завизжал и кинулся к ним, когда Эск неожиданно атаковал, кинув в дракона свой нож. Метте заметила, как шевельнулись его губы перед броском.       Сын Бога не промахнулся, что стало для девушки-рыси приятным сюрпризом. Эск всегда выделялся среди альров далеко не самыми лучшими способностями к дальним атакам.       — Какого?.. — возмущённо выдохнул Лис, а Лиса посмотрела на обоих Рысей с уважением.       — Гляди, альры оказались быстрее нас с тобой, — усмехнулась безымянная девушка.       "Помни, что жизнь любого существа хрупка и священна. Не убивай для удовольствия, не совершай убийства ради убийств. Всегда проси прощения у убитого тобою существа и помни, что жизнь любого человека, включая тебя, может оборваться так же легко, как жизнь убитого тобою зверя, — вот что внушали лесным детям ещё в ту пору, когда они жили на Сердце Леса и воспитывались стариками. — Прежде чем убить, представь себя на месте жертвы".       Метте никогда не хотелось бы быть убитой людьми, спорящими, кто сможет атаковать первым. Метте не хотелось бы умереть от руки того, кто соскучился по убийствам. Девушка-рысь с негодованием посмотрела на Лиса, но тот явно избегал её взгляда с тех пор, как в последний момент передумал скидывать её в пропасть.       Путники не стали задерживаться или подходить к мёртвым драконам: кровь быстрокрылов была опасна для людей.       — Кто и зачем мог отрезать быстрокрылам крылья? — спросил Эск Лису.       Безымянная девушка лишь пожала плечами.       — Мало ли идиотов в мире, — отмахнулся Лис.       Метте думала о другом. Она вспоминала боль и страх, исходящие от раненых драконов, принятые Лисой за злобу. "Боль порождает страх, а страх поражает злость, — размышляла девушка. — Все три этих чувства легко перепутать, очень просто забыть, что откуда берётся. Но ведь раны бывают не только физические. Лиса ведь говорила мне... Да, то, что я сделала с Мане, ранило Лиса так же, как ранили неизвестные люди этих быстрокрылов, отрубив им крылья. Теперь ему больно, а потому страшно, а потому он злится на меня. Но чего же ты боишься, Лис? И насколько велика твоя рана?"       Метте оглянулась назад, но увидеть мёртвых драконов уже было нельзя. Девушка-рысь поёжилась от мысли о том, что, если душевная рана Лиса окажется неизлечимой, единственным способом обрести покой для него будет смерть.