Девочка-рысь

      Годы назад, пытаясь найти дорогу домой, Метте шла другим путём. Ей встречалось много рек и деревень, и именно там был самый сложный отрезок пути. Метте всегда было проще с животными, чем с людьми.       Так или иначе, сейчас впервые девушка-рысь поняла, насколько просторны и обширны пустоши на самом деле. Они пугали и вдохновляли одновременно. Не в силах сдерживать восторг, Метте раскинула руки и с радостным кличем кинулась вниз с холма. Она бежала вперёд, ветер дул ей в лицо, и девушке казалось, что она сейчас взлетит, а мир раскроется перед ней такой же необъятной бесконечной равниной, как та, что виднелась сейчас перед нею.       — Эй, — Лис быстрым шагом шёл за ней следом, и лицо его было кислым, как неспелые дикие яблоки. — Побереги силы.       Метте лишь поморщилась в ответ, понимая, что, если она станет беречь силы сейчас, они переполнят её и разорвут на части. Лишь домчавшись до подножия холма, девушка остановилась, переводя дух.       — А мне всегда казалось, что альрам плохо вне своего леса, — буркнул Лис, догоняя её.       «Так плохо, что ради возвращения туда вы готовы убивать друзей», — добавил бы он раньше. Но сейчас юноша не сказал ничего подобного, и Метте оставалось лишь гадать: сдерживает ли он себя или в самом деле простил её.       — Ты не понимаешь. Для нашего племени важен сам факт принадлежности к нему, а не нахождение в Перворождённом лесу. Разумеется, лес всегда будет моим домом, и я должна понимать, что могу вернуться туда в любой момент. Но мне так же хочется повидать и другие места, мне хочется увидеть весь мир! — девушка широко улыбнулась и полной грудью вдохнула воздух, пахнущий ветром, травой и свободой. — Я мечтала стать лучшей охотницей своего племени и потом уйти путешествовать, но случилось так, что немного побродить я могу и сейчас. Это хорошо. Не так страшно будет умирать.       Она не собиралась умирать, но кто знает... Здесь, вдали от соплеменников и родного леса на задании по спасению мира всякое могло случиться. Лис что-то недовольно бормотал, но в его голосе слышались нотки понимания.       — Идём, — поторопила наёмника Метте. — Не будем терять времени.       Солнце тонуло в полосе горизонта и на небе уже вырисовывался бледный контур меньшей луны, когда Лис указал на невысокий заборчик, огораживающий первое поле.       — Тут начинается деревня, — пояснил он. — Уже темнеет. Нам стоит опасаться собак.       — Не стоит, — Метте фыркнула, напоминая, что она маг животных.       Вскоре поля с посевами окружили путников, и им оставалось идти по широкой укатанной телегами дороге между двумя кажущимися непрерывными линиями невысоких изгородей. Изредка Метте замечала работающих на полях людей и с интересом наблюдала за ними.       Альры никогда не занимались земледелием. Около Сердца Леса был небольшой участок, где выращивали самые ценные травы целители, но в основном всё необходимое добывалось собирательством, а провизию для зимнего города обменивали на мясо и шкуры в Шерле.       — Если бы ты родился тут, ты сейчас бы работал где-нибудь в поле вместе со своим отцом, — заявила Метте Лису и невольно поёжилась, ожидая агрессивной реакции.       Лис рассказывал ей, что стало с его семьёй и почему он оказался среди бродяг Зорда. Едва ли ему было приятно думать о том, каково было бы родиться в более удачных условиях.       — Жуть, — юноша поёжился, глядя куда-то вдаль. — Всё на свете лучше, чем судьба крестьянина.       Метте, которая, впрочем, была согласна с этим суждением, удивлённо подняла брови.       — Я, знаешь ли, тоже был бы не против постранствовать, — пояснил Лис. — Нет ничего ужаснее, чем оказаться на всю жизнь прикованным к одному месту.       Альры на месте не сидели, даже на одной стоянке редко задерживаясь более чем на месяц. Девушка-рысь не могла даже представить себе, какова жизнь крестьянина, но такой участи для себя она определённо не хотела бы. Её в любом случае не устраивала любая судьба, кроме её собственной: что может быть прекраснее, чем бурная жизнь охотника, которому не нужно постоянно беспокоиться о деньгах, доме и пище, ведь племя решает все проблемы. Даже Рыси не отрицали очевидной выгоды от этого.       Издалека послышался цокот копыт и весёлый нестройный хор поющих голосов. С любопытством вглядываясь вперёд, Метте различила толпу крестьян, ведущих за собой запряжённого в телегу степного быка. Эти животные отличались от обычных быков худощавостью, подвижностью и выносливостью, их мясо было жёстким и невкусным, а удерживаться на их узких костлявых спинах в движении не представлялось возможным, но они хорошо поддавались приручению и массово использовались как вьючные животные, а также как тяговая сила. Двух таких Метте видела в небольшом загоне возле крепости ордена Чёрной Печати.       — Эй! — окликнул путников молодой мужчина, идущий перед телегой. — Кто такие?       — Путешественники, идём к горам, — отозвался Лис. — Нам бы переночевать где.       — К центру идите, прямо по этой дороге, не сворачивая, — задорно крикнула девушка из телеги. — Там трактир есть, не пропустите!       — Спасибо!       Проходя мимо телеги, Метте не удержалась и с помощью магии посмотрела на быка. Магические способности позволяли ей безошибочно определять настроение и состояние любых животных, и этот бык был вполне доволен своей жизнью. Его кормили, давали физическую работу, но не перетруждали. Большему ему нужно не было.       «Наверное, эти люди такие же, — думала Метте, оглядываясь на крестьян. — Им дают спокойно жить, и большего им не нужно. А я не такая. И Лис не такой».       — Когда всё закончится, приходите к нам, — неожиданно для самой себя выдала она. — Вы с Грозой. Племя Волка, может быть, и не любит чужаков, но у нас рады всем, кто силён и полезен. И если ты тоже хочешь посмотреть мир, можешь начать с нас.       «Возможно, вы приживётесь у нас, — продолжила девушка мысленно, — А там я исполню свою мечту, и дальше путешествовать пойдём вместе. И Эска с собой возьмём, он будет рад. И нам не придётся расставаться больше».       — Чтобы жить среди Рысей, нужно самому быть Рысью, — немного помолчав, отозвался юноша. — Хотя, врать не буду, твоё предложение мне нравится.       Метте, не ожидавшая таких слов, замялась, не зная, что говорить дальше. Путь продолжили в тишине.       Ближе к центру деревни встречалось всё больше и больше жилых домов. Самим центром служила небольшая выложенная булыжником площадь, на которую выходило крыльцо дома местного главы и вход в тот самый трактир. Названия у него не наблюдалось, но на крыше торчал флюгер в форме летящего вперёд быстрокрыла.       Трактир оказался небольшим и людным, впрочем, постояльцев тут едва ли когда-либо бывало много. Лис успешно пробивался через толпу пришедших выпить после работы крестьян, и Метте послушно тащилась за ним, пользуясь более высоким юношей как этаким тараном.       Трактирщик, толстый бородатый мужчина, утёр выступающий на лбу от жары пот и приветливо кивнул вошедшим.       — Чего вам, ребята?       — Комнату на ночь, — коротко кивнул Лис, доставая кошель.       — Одну, что ли? Не маловата девчонка-то? — трактирщик кинул хитрый взгляд на Метте, и девушка смутилась, понимая, к чему он клонит.       Быть причиной обсуждений для местных мужиков не хотелось, но тратить деньги, которые выделил им Мар, для сохранения собственной гордости, было неправильно. Метте, которая в любом случае собиралась спать на полу, решительно заявила:       — За лишний матрас доплатим.       — Нет у нас лишних матрасов, — отмахнулся трактирщик.       Лис вздохнул.       — Одну комнату на ночь, — повторил он.       Мужчина хмыкнул, вновь вытирая пот.       — Два медведя давай.       Лис, звякнув кошельком, вытащил пару монет с выгравированной мордой медведя и кинул их на стойку. Трактирщик сгрёб деньги, тщательно осмотрел в неверном свете дрожащих свечей и кинул юноше ключ.       — Наверх идите, вторая дверь налево.       Комната была маленькой, но чистой. Большую часть места занимала простая широкая кровать, перед ней находился старый крепкий сундук, а в углу располагался небольшой столик с двумя стульями.       — Ты на кровать, а мне дашь одеяло, — распорядился Лис, с облегчением скидывая вещевой мешок, лук и колчан со стрелами и расправляя уставшую спину.       — Нет, я на пол, — насупилась девушка-рысь. — Не люблю кровати.       — Ладно, — легко согласился юноша. — Однако, дорого берут, а у самих даже запасных матрасов нет.       Метте не знала, сколько должны стоить комнаты в трактирах, потому лишь рассеянно пожала плечами, подходя к окну. Окно здесь было большое, с широким подоконником и без занавесок. Снаружи красовались массивные резные ставни. Усевшись на подоконник, девушка смотрела в стремительно темнеющее небо и думала о том, что, будь он немного шире, она смогла бы спать прямо тут.       В дверь постучались. Лис пошёл открывать, и в комнату ввалилась коренастая крепкая женщина, тащащая за собой завёрнутую в ткань охапку сена.       — Вот вам, — она кинула матрас у окна. — В стоимость входит. За пять щук с каждого пущу помыться.       Лис спал, свернувшись в комочек и откатившись к углу кровати, словно бы стараясь занимать как можно меньше места. Его подбородок прикрывали ладони, а глаза — спавшие на лицо волосы. Эск говорил Метте, что сама она укладывается так же, когда приходится спать в незнакомом и, возможно, небезопасном для неё месте.       Этот трактир небезопасным не казался, матрас приятно пах свежей соломой, но девушка-рысь никак не могла заснуть. Впрочем, на этот раз причина была не в страхе и тревоге, а, напротив, в наполняющем душу предчувствии чего-то хорошего. Поворочавшись на своём месте, Метте забралась на подоконник, глядя оттуда то на спящего Лиса, то на деревенские дома, поля и ночные небеса, усыпанные особенно яркими в эту ночь звёздами.       Большой луны не было видно: новолуние прошло не так давно. Серп малой луны повернулся на бок, и теперь небо словно бы улыбалось случайным наблюдателям. Метте эта улыбка казалась жутковатой, луна словно бы шептала ей: «Гляди, гляди, когда я дорасту до полного круга, первозвери осуществят свой план».       Великое полнолуние повторялось каждые девять месяцев и, на самом-то деле, не было чем-то особенным, разве что единственным временем, когда можно было наверняка указать положение малой луны, которая обычно капризным ребёнком разгуливала по небесам самыми непредсказуемыми маршрутами. Она напоминала Метте её саму: девушка-рысь так же бродила по миру, но в итоге всегда старалась вернуться домой, в родной лес.       Посидев на подоконнике ещё некоторое время, Метте наконец почувствовала усталость и сползла вниз на свой матрас, почти мгновенно погружаясь в спокойный сон, полный сумбурных, но в целом приятных сновидений.       Пробуждение, однако, приятным не оказалось: со своей кровати на девушку свалился Лис. Оба, явно не ожидавшие такого поворота событий, тут же отскочили в разные стороны, притом Метте больно ударилась спиной о сундук. Лис тревожно оглядывался, выискивая врагов.       — Какого?.. — девушка-рысь возмущённо уставилась на него. — Ты младенец что ли, с кроватей падать?       — Это не я! — смущённо взвыл наёмник. — Я не мог! Я никогда не падаю!       Потирая спину, Метте поднялась на ноги. Солнце уже давно встало, и на площади было шумно, где-то в отдалении слышала недовольный рёв быка. Девушка подивилась тому, что она не проснулась раньше: видимо, вчерашний день утомил её больше, чем она думала.       Завтракали остатками хлеба Пиньи, который, кстати, получился крайне вкусным, и шерсти на нём Метте не обнаружила.       — Нужно купить еды с собой, — Лис изучал карту. — Побольше и полегче. И запастись водой. Сегодня ночевать будем уже в Равнине Ветров, а там ни поселений, ни колодцев не найти. На встречу с кочевниками я бы не надеялся.       Метте кивнула: делать запасы в любом случае предстояло Лису, как и нести всё это. Будучи невысокой и тонкой, девушка не могла носить тяжёлых грузов, потому обычно отделывалась сумкой с бумагами и запасной одеждой.       С улицы послышался собачий лай, и Метте высунулась из окна, надеясь увидеть собаку: самой ей ещё не приходилось видеть этих животных. Собака оказалась совсем не похожей на волка, вопреки всему, что слышала девушка-рысь: лапы этого зверя были длиннее, шерсть — короче, острые уши — крупнее и посажены ближе, а хвост и вовсе колечком завёрнут к спине. Кроме того собака была светло-рыжей. Метте знала, что на севере оставляют белых, чёрных и серых особей, рыжих же, видимо, охотнее сбывали на юг.       Животное с громким игривым лаем кидалось на какую-то явно не местную девушку, пытающуюся защититься руками. Несколько секунд понаблюдав за ними, Метте вдруг узнала в девушке Крири: видимо, та выполняла своё задание где-то неподалёку. Девушка-рысь отшатнулась от окна и обернулась к Лису, желая предупредить того об опасности быть заболтанным на ближайшие полдня, но юноши не оказалось в комнате: он ушёл за покупками. Метте тихо выругалась и принялась проверять вещи, чтобы быть готовой бежать отсюда в любой момент.       Лис вернулся быстро, кинув перед Метте мешочек с сухими зерновыми лепёшками и пару солидных бурдюков с водой.       — Там Крири, — почему-то шёпотом сообщила девушка-рысь, запихивая всё это в его сумку.       — О нет, — простонал Лис, осторожно выглядывая из окна.       Наёмница уже избавилась от собаки и теперь о чём-то говорила с каким-то мужчиной, стоя у самого входа в трактир.       — Может быть, отсюда есть другой выход? — с тоской спросила Метте.       Ждать, пока Крири уйдёт, не хотелось, ровно как и терять время на разговоры с ней.       — Можно выйти через кухню, — прикинул Лис, взвешивая сумку на руке. — Знаешь, я уже почти согласен голодать.       — Пошли через кухню, — поторопила его девушка-рысь, хватая свои вещи и устремляясь к двери.       Стыдно за наваленный на спутника груз ей не было: она была слабее и тащила на себе целый арсенал всевозможных ножей и кинжалов.       На кухню их пускать отказались. Трактирщик смотрел с подозрением и интересовался, уж не от правосудия ли они скрываются, когда входная дверь открылась и Крири вошла в полупустое в это время помещение.       — Опа! Лис! — радостно взвизгнула она.       Юноша закатил глаза, а взгляд трактирщика стал виноватым.       — Привет, Крири, — Метте взяла инициативу на себя, стараясь отгородить девушку от Лиса. — А мы тут уже уходим. Рады были бы поболтать, но очень спешим. Задание, да.       — Это всё то же, о котором нельзя говорить, да? — глаза болтушки сверкали. — И далеко вы? А надолго? А почему вдвоём? — она успешно отпихивала Метте и тянулась к наёмнику.       — Да, то самое задание, о котором никому ничего нельзя говорить, — юноша попытался увернуться, но запнулся о стойку.       Крири успешно ухватила его за рукав.       — А я своё только что закончила! — сообщила она, ничуть не расстроившись тому, что не получила ответы. Метте подозревала, что эта девушка никогда их не получала, да они и не особенно были ей нужны. — Помогала кочевникам с одним делом. Меня на лошади повезли, представляешь? Ух и здорово это! Только спина теперь болит. И ноги. И...       — Кочевники? — Лис насторожился и даже позволил схватить себя за второй рукав. — Они где-то здесь?       — Да, небольшой отряд. Они специально меня довезли, чтобы я одна по Равнине Ветров не шла, представляешь? Но они, должно быть, уже ушли, у них нет тут других дел.       Метте, догадываясь, к чему клонит Лис, развернулась и быстрым шагом направилась к выходу. Если кочевники согласятся провести их через Равнину хотя бы некоторое время, это несказанно помогло бы делу.       — Где их искать, если они не ушли? — спросил наёмник.       — У западного выхода из деревни, наверное, — протянула Крири. — А они нужны вам?       — Да. Срочно! Спасибо за помощь.       Метте, оглянувшись, прежде чем скользнуть за дверь, успела увидеть, как Лис треплет девушку по и без того лохматой голове, а та довольно щурится.