Иное

- Список нашёл? Сергей помахал кипой всех бумажек, которые нашел в выдвижных ящиках стола, и сложил их в два веера. - Вот. Выбирай. Девушка забрала у него один из вееров и стала рассматривать надписи, которыми были исписаны листки. Через пару секунд послышался её удовлетворённый возглас. - Нашла! А Сергей тем временем выудил из своей стопки один формуляр и раскрыл его. Бегло просмотрел. Остановил взгляд на графе "фамилия" и едва не задохнулся от нахлынувших воспоминаний. ты где? у Вовы. что делаете? пыхтим. что, опять? я же просила... я знаю. но я то ничего такого не делаю. это Вова с Саньком. смотри мне, кот. сам знаешь, что будет, если... можешь не продолжать, милая. я не буду. - Что там? - Ангелина подошла к нему с одним длинным списком в руках, который мало того что свисал ей до колен, так ещё и на две трети был свёрнут в свиток. - Туалетная бумага, да? - хмыкнул Сергей, кивая в сторону "пергамента", и показал подруге формуляр. - Смотри. - На что? - Фамилию видишь? - Ну? - она прищурилась. - И что? В графе аккуратным почерком было выведено: Соловьёв. Девушка сжала губы и попыталась что-то вспомнить. Ноль. Полный ноль. Круглый такой... Но пустой. Совершенно. - Ну Соловьёв. И что? - однако она мгновенно выпрямилась и широкими глазами уставилась на Сергея. - Погоди. ты что, офонарела? а что такое, а? как хамить, так первый, а отвечать... трус. трус-трус-трус. закройся, дура. Серый, уйми её, пока не получила... ай! иди ты знаешь куда! ты больная, да? на голову! да, точно! идиотка! я тебе эту бутылку сейчас знаешь куда затолкаю!.. Ангелина стушевалась и стала как будто меньше и ниже. Сергей наклонился и посмотрел ей в глаза, склонив голову. Её красные щёки заалели ещё ярче. - Не понял... - Серый, я... - Геля, в чём дело? - Я... я вспоминаю. Что-то вспоминаю. Обрывками, но... Парень оборвал её на полуслове, вцепившись ей в плечи и больно сжав кожу. - Как давно? - резко и холодно спросил он. Ангелина ойкнула и втянула голову в плечи. - Давно уже... С тех пор, как мы в этот дом попали... Ай, котяра, отпусти меня, мне больно! Сергей фыркнул и отстранился от неё. Девушка осталась стоять неподвижно, глядя ему вслед. Руки её дрожали. И губы тоже. Такого хладнокровия от наполовину нежного и на вторую половину серьёзного юноши она никак не ожидала. И сейчас она чувствовала, как внутри что-то ломается. Вроде бы и не основательно обидели, но всё-таки сердце стало биться гораздо медленнее, пропуская по несколько ударов. Ангелина вцепилась зубами себе в палец, чтобы не заплакать от избытка чувств, однако один всхлип всё же сумел извернуться и вырваться наружу. Сергей, услышав чужеродный звук, обернулся. - Ну ты чего?.. Девочка спрятала лицо в ладони и не смела поднимать головы. - Ничего, - прохрипела она сквозь слёзы. - Всё хорошо. Прекрати это делать... прекрати. прекрати, пожалуйста. что прекратить? не надо... коть, да в чём дело? ни в чём, перестань... Сергей хотел обнять её, однако его пошатнуло и оттолкнуло назад. Под ногами что-то металось. Он взглянул вниз, но опоздал где-то на несколько секунд. Кошачий хвост скрылся под столом. - Это Габи? - спросила Ангелина, отвлёкшись от своей обиды. Сергей мгновенно оказался возле неё и схватил в охапку. Девушка сначала начала вырываться, но почти сразу же прекратила дёргаться и застыла в его объятиях. На лице показалась неуверенная улыбка. - Отпусти, пожалуйста... - Если хочешь, отпущу, - почему-то парню показалось, что эти слова были лучшим ответом из всех, что вообще можно было бы предположить. И рыбка клюнула. - Не, не надо. Стой так. Так удобнее... Она смотрела на список в своих руках, но Сергей был уверен в том, что она сосредоточена не только на нём. - Это Габи? - повторно спросила Ангелина. - Угу. - Возвращение блудного сына... - протянула она. - Скорее уж "Укрощение строптивой". - Тоже можно, - одобрила девушка и ткнула пальцем в строчку, которая была написана мельче всего, и парню было трудно её разобрать. Естественно, разберёшь тут, когда свиток держит та, у которой руки трясутся от каждой мелочи! - Да не дрыгай ты им в разные стороны, мне ничего не видно! - гаркнул он, потеряв всякое терпение, и отобрал у Ангелины список. Рассмотрел название книги и номер полки и присвистнул. - Ты издеваешься, да? - у него чуть не задёргался глаз. - Гель, ты серьёзно? - Это же не я такую большую библиотеку проектировала! Хотя мне даже интересно, за сколько я бы всё это прочла?.. - грёзила девочка, деловито поправляя подол платья. - Ну что ж, думаю, в четыре руки... - Дня за два, - добавил Сергей и встретил её раздражённый взгляд. - Ну что теперь не так? - Не перебивай. Не люблю этого! - категорично ответила Ангелина, вздохнула, потянулась и отвернулась от стола. Их ждали великие дела - то бишь одно - то бишь разнести гигантскую библиотеку в поисках одной книги в пух и прах. - Эх, бензопилу бы сюда... - проговорила она не в меру мечтательным голосом, подходя к первому стеллажу. Сергей, мысленно проводя черту, делящую зал на две половины, осмотрительно оглянулся на неё. - Даже не мечтай, - и взял первую книгу... - Как дела? Единственное, что не давало Сергею свалиться с ног окончательно - Ангелина, которая ещё и не давала разговору развалиться и постоянно поддерживала его, хотя в её собственном голосе уже давно звучали сонные нотки. Это был явно нериторический вопрос, однако обе стороны приняли его именно таким. - Можешь не отвечать, я знаю. - Я и не собирался. Я руками еле шевелю, - натянутым тоном поделился он. Пальцы на руках болели так, словно их измельчили в мясорубке, а потом склеили строительным клейстером. - А я всё ещё бодрая! - убедительно ответили ему. Сергей, не очень веря девушке, обернулся, чтобы посмотреть на это самому, и хмыкнул. Ангелина сидела на полу, привалившись к торцевой стенке шкафа, и лениво перелистывала страницы одной из книг. Глаза автоматически закрывались. Сергей покинул свою половину, стирая моральную отделяющую их друг от друга черту, и присел рядом с девочкой. - Не спи. - Не замёрзну, я пингвинчик, - вяло отмахнулась она и спросила. - Что, нашёл? При этом она всё ещё заторможенно переворачивала страницы своей книжки. Сергей приподнял её за корешок обложки - и едва не задохнулся от смеха. - Да нет, я не нашёл... - произнёс он. - Ну ты поищи, поищи - может, найдёшь. Ангелина застонала от бессилия. - Не хочу, котище. Я устала. Я даже подняться на ноги не в состоянии. - Давай понесу? Её глаза на мгновение широко раскрылись. - Не. Я тяжёлая. У тебя грыжа выпадет. - Ой да ладно... - но желание делать это пропало уже и у самого Сергея. - Посмотри на обложку, будь другом. В Ангелине воспел инстинкт, заставляющий пререкаться и делать всё в точности наоборот. Но парень предусмотрел это за секунду раньше до того, как она открыла рот, и быстро поправил: - Не смотри, я тебе запрещаю. Девушка хмуро сунула ему под нос кулак. - А это видел? Запрещает он мне... - и пробежалась взглядом по названию. Зрачки её сузились. Она оживилась и выпрямилась, задев коленкой выросшую рядом стопку книг, которую она перебрала за этот вечер. Кипа покосилась, как Пизанская башня, и с грохотом обрушилась. Ангелина от неожиданности выронила книгу, и та оказалась погребена под тяжёлой горой. - Молодец, - сердито выдал Сергей. Девушка в спешке стала заново складывать книги штабелями. Юноша склонился рядом, помогая ей. - Уйди. Он молча боднул её лбом в щёку. - Не уйду. - Мне твоя помощь поперёк горла уже... - Я тебе и не помогал ни разу! - Ты мне сам уже вот здесь стоишь! - она негодующе полоснула ребром ладони по горлу, и в ту же секунду Сергей понял, что его переклинило. Потому что он всем телом потянулся к подруге, прижимая её к книжной полке. Ангелина отчаянно заметалась. Потом вцепилась в его руку, которой он гладил её талию. - Какого чёрта!? Отпусти меня!!! Отпусти, идиот! я его боюсь. после вагончика... я его боюсь. давно это было. тоже давно. - Тихо, тихо... - успокаивающим голосом шептал парень. Девушка беспомощно отстранилась. В глазах потемнело. Сергей прижался губами к её щеке. - Перестань... - уже почти покорно произнесла Ангелина, пытаясь заглянуть ему в глаза. Дождавшись ответного взгляда, она стушевалась и зажмурилась. - Я больше не буду, если ты не хочешь, - сказал юноша. Секунду в ней боролись желание и здравый смысл. И, как ни странно, последний оказался сильнее. - Не надо, - она снова поникла над книгами и достала ту, что выронила. Обложка была исчеркана красной ручкой, чего Сергей с первого взгляда не увидел. Он всё ещё смотрел на её дрожащие руки. зря ты так. Ангелина вытащила из-за пазухи листочек, который был исписан её прыгающим округлым почерком, и бегло прочла его содержимое. Потом озвучила: - "Страница шестьдесят два", - перелистала книгу на нужное место и ткнула в заголовок пальцем. - Вот. Нашла! Она отвернулась. Пришлось заглядывать ей через плечо. - Бартред Крауч... - произнёс Сергей коротко. Девушка кивнула и перевернула хрупкую тонкую страницу не очень объёмной биографии. Далее следовало фото на весь книжный лист. Ангелина вгляделась в ненастоящие, бумажные глаза и прислушалась к чувствам. Ни одна струна не дрогнула. Прелестно. Значит, с таким человеком она не встречалась раньше. Фото было старым. Очень старым. Сделанным ещё на древний фотоаппарат, когда их только начали выпускать. Она провела рукой по фото, потому что ей показалось, что оно пошло рябью - и поняла, что фото вклеенное. Пожелтевшие края слегка осыпались древесной трухой. Девушка вытащила его из пазов. - Зачем? - отчётливо послышалось сзади. - Надо. Не зря же искали. - Только ради фото? - Ради информации. Смотри сюда, - она провела мизинцем по верхним строкам, точно зная, что Сергей неотрывно следит за её движением, и начала читать. - "Бартред Крауч был единственным художником начала двадцатого века, чьи произведения бойкотировались до наших времён. Они, как бы это глупо ни звучало, считались "проводниками в мир мёртвых". Неожиданно многочисленное количество поклонников его творчества объявилось тоже уже в наше время..." Боже! - А? - Твою мать, это...