Te Amo

Перед глазами белый стол с подсветкой, на нем белоснежный лист бумаги, кажущийся желтоватым. Канцелярские мелочи по краю стола, книги, несколько папок, слева монитор, рядом стакан с водой. Стараешься смотреть куда угодно, изучать детали, впиваться в них взглядом. Банальная и веская причина – ты боишься увидеть в серых глазах майора холодное отчуждение и вызов. Уверен в своем решении, как тебе кажется. И не видишь смысла останавливать. Потому что он – мужчина, и это его решение. Подробности пугают, кажется, начинаешь подозревать старинного друга в чем-то противозаконном. От этого еще противнее. В правом верхнем три строчки неровным почерком, твое имя выделяется особенной остротой букв. Или тебе просто кажется, после двух суток работы, щедро залитых кофе, сухомяткой, телефонными звонками, допросами и нервами. Далее идет казенный, канцелярский текст, горчащий на языке своей сухостью и неправдоподобием. Ты не веришь, что твой заместитель – один из лучших сотрудников, может вот так просто взять, и уйти. Тем более сейчас, когда службу «наградили» новым сложным делом – очередной маньяк, убивающий молодых женщин. - К чему такая срочность? – из голоса словно разом исчезли краски и модуляции. - Личное, Галь. Извини. Я могу идти? – Николай смотрит на тебя выжидательно, то и дело косится на лежащее заявление. - Вы свободны, товарищ майор, - от звуков собственного голоса не по себе. Будто бы и не ты отпускаешь коллегу в неизвестность. - Галя, ты поймешь, для чего это все, - неопределенно махнув рукой, Круглов прошел к выходу. Закрыл за собой дверь, стеклянную створку, по сути, ничего и не скрывающую. «Тогда, шесть лет назад, я воспротивилась навязанному подчиненному. Зато сейчас готова… На многое я готова, чтобы понять его. Зачем именно сейчас? Решил подставить? Отомстить за все плохое? Глупо… Мелочно. Николай не такой. Наверное…», - ты погрузилась в раздумья.- "На часах без нескольких минут десять. Наверное, можно домой. Все равно в деле никаких подвижек, тишина…". Даже не так. Белизна. Как белый, густой туман, в котором вы с ребятами блуждали уже неделю. В который раз, все разваливалось на части, при приложенных титанических усилиях. Неприятная ситуация. Подхватив пальто и сумку, решаешь проверить Тихонова – он, уткнувшись лицом в сложенные руки, спал. Программа работала за хакера, пока он восстанавливал силы. Чуть улыбнувшись, выходишь из лаборатории, стараясь не разбудить компьютерного ребенка. Сегодня ты на него сорвалась, наорав без причины. И разумеется, уже извинилась, осадок, однако, остался. Домой ехать не хотелось, но и оставаться здесь казалось не правильным. Дорога до квартиры смазалась за общей темнотой улиц, трасс, огней встречных и идущих рядом машин, яркого троецветия светофоров и не всегда адекватными пешеходами. Жилище встретило тебя холодом, пробирающим до самых костей. Не раздеваясь, ты пошла на сквозняк, мысленно выругавшись – утром не закрыла как следует окно. Теперь квартира напоминала филиал морга, не хватало только каталок и Валечки. Потолок неестественно белел, а ты, прямо в пальто и сапогах устроилась на диване. Согреваться и собираться с мыслями. В темноте, разбавляемой лишь огнями проезжающих по двору машин, ты честно пыталась не заснуть, но глаза закрывались сами. В итоге, через несколько минут, тебя настиг сон, крепкий и такой желанный. Из непонятной мути, баланса на грани сна и реальности ты находилась недолго. Звонок в дверь, требовательный, резкий, раздался громко и беспощадно. Все стихло так же внезапно, а ты, прислушиваясь к прохладной тишине квартиры, вновь уснула. Когда проснулась во второй раз, в комнате было светло. Серо-розовое небо за окном было куда приятнее дождевых туч, накрывших город в последнюю неделю. Шум города, вчера казавшегося чужим и пустым, отчего-то радовал и успокаивал. Оглядевшись, ты поняла, что лежишь в собственной кровати, одетая в одну офисную рубашку, и укутанная в одеяло. Последним воспоминанием был диван и потолок в рассеивающихся лучах света. Как ты оказалась в спальне, было непонятно. На прикроватной тумбочке горел ночник, стояла чашка с чаем, которую ты, опять же не наливала и лежала упаковка каких-то таблеток. «Приплыли… Кажется, я сошла с ума. У меня начались провалы в памяти. Заработалась…», - сев на постели, ты вытащила несколько невидимок из запутанных прядей и откинула с лица волосы. Происходящее не нравилось категорически. Обследование коридора и гостиной ничего не дало. Вещи были на своих местах, посторонних звуков нет, словом, над чем задуматься было. Сев на диван, ты скептически уставилась на книгу, забытую на журнальном столе, кажется, еще летом. Дочитать осталось ровно двадцать страниц, максимум – полчаса твоего времени. Взяв в руки издание в приятной на ощупь обложке, раскрыла на заложенном месте и вгляделась в цифры. Заложено было на самом начале романа. Но от дальнейших мыслей тебя отвлек какой-то шорох позади. Обернуться не удалось и тут же на плечи легли горячие ладони, заставив вздрогнуть и замереть от ужаса. - Галя, это я, спокойно, - над ухом раздался хриплый голос Николая. Сердце забилось где-то в горле, во рту пересохло, напряжение мгновенно сменилось злостью и отчасти успокоением. Значит, ты не сошла с ума и твое скромное жилище не посетил маньяк. - Круглов, что ты тут делаешь?! Какого черта? – ты попыталась скинуть его руки, но ничего не вышло. – У меня чуть сердце не остановилось! - Извини, не хотел так напугать,- он, виновато на тебя посмотрев, опустился в соседнее кресло. – Не так надо было начать… - Принеси воды, будь добр, - просишь не без язвительного взгляда, поняв, что в горле противно першит и царапает. Все-таки, вчера, ты умудрилась заболеть. Майор вернулся с кружкой чая в руках, отдал его тебе, а сам, заняв прежнее положение, задумался. - Ну так что, я слушаю. К чему это все? Увольнение, как побег, пришел ко мне домой, рано утром… - говоришь слишком резко, пытаясь скрыть смущение. Недаром говорят, что лучшая защита - это нападение. - Пообещай, что не будешь сразу орать и пытаться меня прибить на месте, - усмехнувшись, попросил Николай. Поймав твой строгий взгляд, собрался с мыслями и продолжил. – Начну с того, как я оказался у тебя дома. После нашего разговора было понятно, что от моей отставки ты не в восторге, мягко говоря… Считаешь предателем. Я и сам бы так считал. В общем, вечером я решил заехать к тебе и поговорить. - И в итоге случайно остался ночевать, - начала ты с уничтожающим сарказмом, еще помня холодный взгляд бывшего зама. Но тут же осеклась, сопоставив события, и допускать эту мысль всерьез не решилась, слишком уж личная тема. - Так вот, я заехал, стал звонить в дверь, ты не открывала. Забеспокоился, решил открыть своим ключом. Нашел тебя в комнате, спящую. Холодрыга была кошмарная, как на улице. Включил на кухне газ, потом тебя перенес в спальню, снял пальто, обувь. Уйти не смог, не хотелось тебя оставлять… Часа в четыре зашел проверить, оказалось, у тебя температура. Измерил, дал таблетки, даже не проснулась… А сам пошел в гостиную, стал читать, роман, кстати, интересный. Надеюсь за бутерброд и чашку кофе ты меня не убьешь? – майор улыбнулся, а ты не сдержала смешка, представив, как колотишь Николая за съеденное и выпитое. Перед мысленным взором тут же появились смутные картинки, кажется, это было не сном – аккуратно снимаемые сапоги, часы с запястья и даже чай, теплый и сладко-кислый, острожные прикосновения и теплое, уютное одеяло. От такой трогательной заботы ты бы хотела залиться смущенным румянцем, если бы не беспокоило другое – истинная причина увольнения Круглова. - Коль, не уходи от темы. Давай перейдем к главному,- ты даже забыла, что держишь в руках чашку с остывающим чаем. Николай, в ответ на твою просьбу, задумчиво на тебя посмотрел, и сцепив пальцы в замок, решился. - Как скажешь. Причина моего увольнения весома – это ты. Точнее, наши с тобой отношения. Ты же знаешь, что по уставу не положен брак, если коллеги находятся в прямом подчинении, - ты внимательно слушаешь своего гостя, все еще не допуская мысли. Не веришь в реальность происходящего, ждешь, когда он сам все озвучит. - И? - Выходи за меня, - жестом фокусника Николай извлек из кармана пиджака коробочку, соответствующую случаю. Ты разжала пальцы и кружка, с синим цветком на боку грохнулась на ковер, расплескивая коричнево-красную жидкость. - Я тебя люблю, и хочу быть рядом. Но я не знаю, хочешь ли этого ты… Выйти замуж за безработного, - немного нервно улыбнувшись, Круглов раскрыл коробочку и взял тебя за руку. - Хочу. То есть… согласна, - окончательно растерявшись, ты смотрела то на бывшего зама, от на кольцо, надеваемое на палец. Мысли, сомнения, возмущения плавно отошли на второй план. Странно, но все встало на свои места каким-то непостижимым образом. Неожиданно ты оказалась на коленях Николая, а он, обняв тебя за талию, вовлек в поцелуй. И неизвестно, чем бы это все закончилось, если бы не зазвонил твой телефон. Как оказалось, ты благополучно опаздывала на работу, а звонила Валя. Вскочив с кресла, ты кинулась к вибрирующему телефону, но Николай, с самым ехидным выражением лица забрал у тебя мобильный. - Коля, я опаздываю на работу, отдай телефон, - попытка говорить строго провалилась тут же. - Ну, допустим, раз в жизни можно опоздать, - Николай Петрович оставался неумолим. – А во-вторых, у тебя температура и больное горло, нужно полечиться. - Я себя нормально чувствую, - отмахнулась ты. Решив не спорить, а действовать, подняла кружку и поспешила в ванную, приводить себя в порядок.