Мой Пушистик

Джону сразу не понравилась Эта Женщина, уж очень вызывающе и непредсказуемо она себя вела. Женщине, пусть даже с идеальной фигурой, для того чтобы предстать перед посторонними людьми в чём мать родила, нужно было обладать огромной раскованностью и уверенностью в себе. Ирэн была наделена этими качествами в полной мере, помимо того, она была непростительно умна. Она умудрилась провести его и вывести из строя самого Шерлока Холмса и улизнуть со своим полным ценнейшей информации телефоном. Ватсон был вынужден вместо того, чтобы догонять её, броситься к лежащему на полу другу, боясь, что у него может случиться одна из возможных нехороших реакций на тот препарат, что вколола ему мисс Адлер. К счастью, Шерлок не страдал аллергией, и Джону не пришлось проводить срочные реанимационные мероприятия для спасения его жизни. Он всего лишь дождался прибытия полиции, сидя на полу рядом с отключившимся Холмсом и уложив его голову на свои колени, чтобы облегчить ему дыхание. Дав объяснения прибывшей группе полицейских по поводу свалки бессознательных мужчин в комнате с пустым сейфом («Тут вошла мисс Адлер в наряде Евы, и мужики так и стали падать направо, налево и сами в штабеля складываться») и оказав посильную помощь Лестрейду в заполнении протокола «Сдал – принял», Ватсон отбыл домой на полицейской машине, любезно предоставленной ему инспектором для транспортировки бесчувственной тушки консультирующего детектива в место его постоянного проживания. Теперь пришла пора Джону позаботиться о недееспособном друге, дотащив это весьма весомое тело до спальни и уложив его в кроватку. Едва Ватсон привёл себя в порядок и слегка перекусил в компании миссис Хадсон, как услышал доносящиеся из спальни Шерлока крики: «Джон! Джон!», затем звук падающего тела. Войдя туда, он обнаружил её обитателя лежащим на полу. Пришлось Джону снова (на этот раз насильно, поскольку тот рвался куда-то с упорством пьяного) тащить его в кровать и укладывать. - Я буду рядом, если понадоблюсь, - сказал Ватсон, направившись к двери. - Джон, посиди со мной, - неожиданно попросил его Шерлок. Хоть он и был беспомощным, как младенец, но соображал не хуже, чем обычно, и понимал, что сейчас ему представился отличный шанс дать возможность Джону, заботясь о нём, проявить свои лучшие качества. Это возвысит Ватсона в своих глазах и избавит от чувства неловкости за то, что на прошлой неделе тот предстал перед ним в неприглядном виде. Кроме того, Шерлок помнил, насколько приятным было просто уснуть рядом с Джоном. - Может, тебе ещё и сказку рассказать на ночь? – ехидно поинтересовался Ватсон. - Можешь почитать мне вслух свой блог или просто посидеть рядом на случай, если меня вдруг начнёт тошнить, - ответил Шерлок. Последний аргумент убедил Джона, поскольку Ирэн предупредила его о возможности подобного перед тем, как с достоинством истинной леди покинуть помещение через окно – аварийный выход. Поэтому он остался в спальне Шерлока и прилёг рядом с ним, положив свою руку ему на плечо, чтобы друг, наконец, угомонился. Минут через десять Холмс закрыл глаза и мерно задышал. Пригладив его растрёпанные волосы, Джон обратил внимание на то, что они были не чисто чёрными, а с едва заметным каштановым отливом, как и шерсть на животе чёрного Пушистика. Почему-то вспомнилось, как кот бухался на пол и переворачивался на спинку, подставляя свой заросший слегка вьющейся и более длинной, чем на спине, шерстью животик под гладящую его руку. Рука Джона машинально погладила Шерлока по таким приятным на ощупь густым шелковистым волосам. Холмс издал звук, похожий на «Мррр», и слегка запрокинул голову, как кот, желающий, чтобы его почесали под подбородком (ну да, Шерлоку пришлось сделать столь прозрачный намёк тормозящему по полной программе Ватсону). Джону тут же пришёл на ум недавний диалог с одним читателем его блога. «У меня есть кошка, - писал ему неизвестный почитатель его литературного таланта. - Почему-то она кажется мне похожей на покойную мать. Понимаю, что это похоже на бред, но кошка действительно напоминает её, и всё тут! Возможно, тем, что шерсть пахнет у неё не так, как у всех кошек, а чем-то сухим, как пахли после мытья волосы у моей матери. Она самая тихая и покладистая из всех моих кошек. Если случайно наступить ей на хвост, она не орёт и не шипит, как другие кошки, а тихо жалобно мяукает. Ну, вот бывает так: иногда кошка, как кошка, а иногда смотрит на тебя, и не можешь понять, кто там внутри сидит…». Задумавшись, Ватсон почесал Шерлока под подбородком и быстро отдёрнул руку, о которую тот слегка потёрся щекой. «Господи, что я делаю?» – подумал Джон. Шерлок перевернулся на левый бок и положил свою правую руку на подушку, при этом пижама на ней задралась, обнажив пятно в форме буквы «W», на этот раз бросившееся Джону в глаза и напомнившее не только аналогичное пятно на лапке любимого Пушистика, но и беседу с другим своим читателем о родственных душах и метках, проявляющихся у людей, когда они встречают свою половинку. Джон машинально почесал своё запястье, затем посмотрел на него. Почему-то шрамы, полученные им недавно, со временем становились почти незаметными, а эти старые белые рубцы от кошачьих царапин наоборот, всё сильнее выделялись на загорелой коже, да в последнее время ещё и чесаться стали. Неужели в утверждениях тех читателей была доля истины? Что, если он столкнулся с уникальным случаем, когда кошачья душа переселилась в человеческое тело? Вдруг это не просто шрамы, а инициалы суженого? Бред! Пришедший в замешательство Джон предпочёл удалиться в свою спальню, чтобы вдали от Шерлока, успокоившись, спокойно обдумать эти странные теории. Как только он ушёл, Холмс перевернулся на другой бок и потянулся, едва заметно улыбаясь. Услыхав неподалёку звук, похожий на женский стон, Шерлок поднялся с кровати и доковылял до двери, на которой висело его любимое пальто, которое он отдал во временное пользование Ирэн, чтобы та прикрыла наготу. И когда только она успела вернуть его? Он достал из кармана пальто источник шума, свой мобильный, и прочёл новое входящее сообщение от мисс Адлер, намекавшее на возможность их следующей встречи. Шерлок улыбнулся, поняв, что Доминантка пытается заарканить его, чтобы использовать в своей игре. Ну, что ж, он, в свою очередь, может поступить с ней так же и использовать в качестве одной из фигур в той шахматной партии, которую он вёл с Ватсоном. Не самый честный приём, зато действенный. С телефоном в руке Шерлок с трудом добрался до кровати и рухнул. Голова кружилась, тело не слушалось. Похоже, что ему действительно сейчас лучше было поспать. Тем не менее, его сегодняшнее поражение с Ирэн вполне могло перерасти в будущую победу над косностью мышления Джона. На следующий день Шерлоку с Джоном пришлось вынести пренеприятнейший разговор с мистером Британское правительство, убеждая последнего в том, что отрицательный результат – это тоже результат. Много дней подряд Ирэн регулярно забрасывала Шерлока SMS-ками с предложениями пообедать или поужинать, но тот не ответил ни на одну из них, вынуждая её сделать более решительный шаг. Он заметил, что в последнее время Джон стал более задумчивым, и прекрасно понимал, что сейчас в душе того развернулась нешуточная битва въевшихся ещё в раннем детстве предрассудков с зарождающимися чувствами. Не стоило вмешиваться в эту борьбу, чтобы не испортить всё. Достаточно было лишь слегка подлить масла в огонь. Для этого Шерлок собирался использовать интерес к себе со стороны мисс Адлер. Он заметил, насколько бурно реагировал Ватсон на рингтон, сигнализирующий о приходе очередного сообщения от Ирэн, однако Шерлок не хотел предпринять никаких действий до того, как Ирэн или Джон сделают первый шаг. Ещё месяц назад Джона возмущала мысль о том, что он мог оказаться объектом внимания Холмса, но вместе с тем ему немного льстило, что такой необычный и разносторонне одарённый человек, как Шерлок, обратил внимание на него с его заурядной внешностью и низким ростом, а сейчас он всё чаще ловил себя на мысли, что восхищается не только выдающимся умом друга, но и его не менее выдающейся задницей в вызывающе обтягивающих брюках. И всё это началось с тех пор, как Джон заметил, что Шерлок заинтересовался этой прошмандовкой Ирэн. Почему-то он почувствовал себя обманутым. Странно, непонятно, ведь между ним и Шерлоком ничего не было, да и быть-то не могло… Время шло, и Джон вынужден был признать, что в их отношениях, несомненно, уже присутствовало нечто большее, чем просто дружба. Однако даже если Шерлок и был его Пушистиком, его родственной душой, Ватсон уже не мог спать с ним и тискать его, как в детстве кота. Они оба теперь были другими. Да и вообще, с какой это стати в его голову вдруг стали лезть столь странные мысли? Он ведь нормальный мужик и всегда был им. Джон поспешил обзавестись новой подружкой, чтобы доказать себе, что все те глупые предположения не имеют для него никакого значения. Однако продержался он с ней недолго. Расставшись с ней, Джон поторопился завести новую. Его подружки сменяли одна другую с такой скоростью, что Ватсону с трудом удавалось не перепутать их имена в постели. Шерлок же предпочитал не замусоривать свою память столь незначительными сведениями. Он знал одно: с кем бы ни был Джон, что бы ни делал, получив SMS от него, он бросит всё и помчится к нему. В рождественский вечер, Джон притащил на Бейкер-стрит свою очередную пассию, чем подпортил и без того паршивое настроение Шерлока, который не меньше Гринча ненавидел Рождество. Шерлок недоумевал: «Ну, почему Джон продолжает столь отчаянно цепляться за свою гетеросексуальность? Почему отказывается признать очевидное – то, что нам двоим хорошо вместе?». Душа наполнилась горечью, которая, трансформировавшись в язвительные замечания, не замедлила излиться на головы присутствующих. Досталось всем. В тот вечер, помимо ссоры с Ватсоном, Холмса постигла ещё одна неприятность – ему пришлось ехать в морг Бартс для опознания тела Ирэн Адлер. Было весьма странным то, что такая умная женщина погибла столь нелепо. Эта смерть нарушала планы Шерлока использовать её для того, чтобы повернуть чувства Джона в нужное русло. Хотя, возможно, Ирэн уже удалось сыграть свою роль даже на расстоянии – оказалось, что Ватсон подсчитал, сколько сообщений получил от неё Холмс. Значит, это имело для него значение. Неужели Ватсон ревновал? Если это так, то лёд тронулся… В первый день нового года незнакомая женщина отвезла Ватсона к заброшенному заводу, где его ждала живая и здоровая мисс Адлер, желавшая с ним поговорить. В ответ на её подколку о том, что он ревнует Шерлока, Джон пустился пространные и чересчур эмоциональные объяснения, заявляя, что он не гей и они с Шерлоком не пара. Интересно, кого он пытался в этом убедить - её или себя?..