Охота на охотника

      Выбравшись из клетки, Эридан осознал одну крайне неприятную вещь: он почти не может стоять. Пять или шесть дней жизни на одной воде сил и здоровья не прибавляли. Тролли позаботились о возможном побеге. В таком состоянии ни один пленник далеко не уйдет. Первым делом эльф забрал черпак и жадно приник к воде. Лириэн тем временем обыскивала тролля, пытаясь обнаружить еще что-нибудь полезное. Но кроме ножа, у него ничего не было. Как же он тогда запер дверь?..       — Его впустили сюда и заперли дверь, — подвела итог эльфийка, поднимаясь на подкашивающихся ногах. Нелепо взмахнув руками в тщетной попытке удержать равновесие, она ухватилась за распахнутую дверцу клетки. — А значит, его скоро хватятся и откроют дверь.       Эридан вытер губы и бросил черпак в полупустую бадью. В этот момент факел тихонько зашипел и погас окончательно. Их темница погрузилась во мрак.       — Отлично. Просто замечательно, — пробурчала Лириэн, от души ругнувшись на орочьем. — Теперь мы как слепые котята в бочке.       Ночной эльф криво усмехнулся, с трудом разлепив заплывший глаз, и огляделся по сторонам. Все было окрашено в дрожащий призрачный синевато-серый цвет, не столько предметы, сколько их очертания. Но даже этого было предостаточно.       — Ты — да, слепой котенок, — согласился он, услышав, как участилось гневно дыхание девушки. — Надо отсюда выбираться. Взорвем дверь — и сюда сбегутся все тролли, какие есть поблизости.       — У меня больше нет идей, — буркнула Лириэн. — Я думала, спрятаться где-нибудь здесь, пока они ищут, а потом незаметно выбраться отсюда.       — Они наверняка бы поставили охрану, — отрезал Эридан. — не вариант. А потом бы обшмонали здесь все сверху донизу и нашли бы тебя.       Лириэн уязвлено замолчала и выдохнула. И ведь не поспоришь же.       — Но это в том случае, если бы ты была одна, — выдержав паузу, добавил Эридан. Он отчетливо заметил, как уши эльфийки дрогнули, и она полуобернулась к нему.       — Хватит говорить шарадами, — Лириэн понимала, что она сейчас в крайне уязвимом и беспомощном положении, и потому злилась.       — Я могу укрыться в тенях, — пояснил Эридан.       Эльфийка смотрела ему в глаза и ждала разъяснений. Парень страдальчески вздохнул.       — Какой же ты, к черту, разведчик, если ничего не знаешь про своих врагов.       — Я охотник, сколько раз повторять! — огрызнулась Лириэн.       — Короче говоря, я могу стать незаметным. Если усилить матрицу заклинания чарами иллюзии для отведения глаз, я смогу пройти мимо роты орков, — тоном «не будь такой тупицей» продолжил ночной эльф. — Плащ теней — базовое заклинание, которому обучают каждого калдорая еще в детстве. Это обязательный минимум для вступления в разведотряд…       — Однако Шин тебя выследил, — не удержавшись от ответной колкости, перебила его излияния Лириэн. — Значит, ты можешь сделать нас невидимками?       — В теории. Я еще не накладывал ни на кого чары иллюзии, — все же Эридан предпочитал, чтобы последнее слово оставалось за ним. — Мы взорвем эту дверь, чтобы они ворвались сюда. Ставлю на то, что после такого бабаха они не подумают, что мы затаились тут.       — Не стоит недооценивать троллей. Первое правило кель’таласского следопыта, — напомнила Лириэн, сжав капсулу со взрывчаткой в ладони. — Все убежали нас искать, а несколько спускаются сюда и начинают обыскивать пещеру. Наши действия?       Эридан замялся, открыв рот и снова закрыв. Эльфийка была права, не стоило упускать из внимания и такой вариант.       — Я смогу свернуть одному шею, но это раскроет нашу маскировку.       Лириэн многозначительно подбросила перекрутившийся в воздухе нож и ловко поймала его за лезвие.       — Хорошо, двое отпадают. Если их будет больше, мы должны быстрее них выскочить наружу, — подвела итог она.       Эридан кивнул. Когда девчонка не выкобенивалась, а мыслила четко и быстро, почти по-военному, ему это даже нравилось. Словно говоришь на одном языке. Пусть это и язык битвы.       — Тогда за дело. Дай сюда взрывчатку, — Эридан нащупал ее маленькую ладонь и вытащил маленькую капсулу, в его пальцах бывшую вообще крохотной и хрупкой. Главное не раздавить случайно, а то все взлетит на воздух куда раньше, чем они планируют.       Подковыляв к массивной двери, преграждающей им путь на свободу, ночной эльф пристроил на ощупь капсулу в глубокую щель в древесине.       — Давай сюда, — забыв, что Лириэн не видит в темноте, сказал Эридан, поэтому, когда ему в спину врезалась эльфийка, он от неожиданности чуть не подпрыгнул. Крепко сжав ее руку, Эридан стал шепотом читать заклинание, поведя перед лицом охотницы другой рукой, после чего сам слился с темнотой. — Зажми уши, рванет прилично, — предупредил он и сам удивился, чего это стал такой предупредительный и заботливый.       Лириэн плотно прижала ладони к ушам, едва сдерживая в теле нарастающую дрожь.       Дверь была всего в паре футов от них.       Эридан поднял руку и вновь стал читать заклинание, чувствуя, что у него темнеет в глазах и подкашиваются ноги. Нет, только не сейчас. Но его двухметровую тушу неожиданно удержала эльфийка, едва достававшая макушкой ему до середины груди.       — Соберись, дохляк, — прошипела Лириэн, обхватив его под грудью. Она сразу ощутила, как этот маг-недоучка стал на нее заваливаться от слабости, вызванной волшбой. Словно пытаешься бурелом своим телом удержать, тяжелый же он, гад…       — Окстись, — шикнул Эридан и высвободил энергию огненного шара.       От грянувшего взрыва, казалось, они оба оглохли. Только когда гул в голове, сравнимый с грохотом обвала Нордрассила с Хиджала стих, Эридан ощутил, что крепко обхватил слабо трепыхающуюся эльфийку, прижав ее к стене и закрыв ее собой от взрыва.       — Мне дышать нечем… — скорее почувствовал он движение губ, чем услышал, и неуклюже отпрянул от этой неблагодарной. Чертовы инстинкты. Приходилось ведь уже прикрывать товарищей в бою почти под обстрелом гадских гоблинских машин.       От двери осталось одно воспоминание, болтающееся на покосившихся ржавых петлях.       А лагерь наверху уже взорвался шумом, беготней и криками, которые стремительно приближались.       — Ну все, помолись Элуне, или какие у вас там боги? — прошептал Эридан, прижавшись спиной к стене и стискивая пальцы Лириэн. Она пыталась отдышаться, жадно глотая хлынувший в могильник свежий холодный воздух, и от этого теперь уже у нее подкосились ноги. Похоже, снаружи были сумерки или раннее утро, потому что проникавший сверху свет не причинял ожидаемой жгучей боли глазам, привыкшим к тьме.       Ко входу в темницу подбежали тролли — много троллей, судя по топоту ног и голосам. Они говорили быстро, неразборчиво, бряцали оружием. Потом несколько стали спускаться вниз. Лириэн вжалась спиной в стену, задержав дыхание, рядом так же распластался Эридан. Лириэн не видела его, но по подрагивающей руке ощущала, что его аж подкидывает от ненависти и напряжения. Он явно сдерживался из последних сил, которых у него и так было совсем мало.       Четверо троллей. Все пошло по самому худшему и опасному сценарию.       — … сбежали! — рявкнул один из них.       — Уходим тихо, — прошелестела Лириэн, приподнявшись на цыпочки, чтобы хоть немного приблизиться к уху ночного эльфа. Эридан резко повернул к ней голову. Ну да, дергаться и геройствовать сейчас было бы не самой лучшей идеей. Сжав ее руку в знак того, что он согласен, Эридан шагнул к выходу, стараясь двигаться как можно тише. От боли у него почернело в глазах, ему пришлось схватиться за стену. Рядом так же кралась охотница.       На выходе стояли еще несколько троллей, но они были заняты тем, что озирались по сторонам, не следя за входом. Они посчитали это ни к чему, раз уж внизу были их соплеменники. И они бы крайне удивились, увидь они сквозь иллюзию обнявшихся еле живых пленников, черепашьим шагом выбирающихся из темницы. Кажется, они оказались на окраине лагеря в горной лощине — с трех сторон вверх уходили красноватые растрескавшиеся скалы, а впереди за лагерем был обрывистый спуск вниз и намек на горную петляющую тропу среди скал. Именно туда им предстояло выбраться — подальше от троллей.       Угрожающе забухали барабаны, в лагере поднималось неслабое волнение. Похоже, пленники недооценили свою значимость. Среди общей какофонии Эридан уловил завывания шамана — эти речитативы и голоса ни с чем не спутаешь.       — Ходу, ходу! — опираясь друг о друга, они попытались прибавить шаг. Чары работали исправно, главное было не налететь ни на кого, это выдало бы их с потрохами. В прямом смысле слова.       — Нам нужно оружие. И лекарства, — Лириэн удержала эльфа возле одной из палаток.       — Хотя бы оружие, — у них не будет ни секунды лишней, Эридан это прекрасно понимал. Заглядывая в каждую палатку и поставленные шалаши, они крались по вражескому лагерю. Поэтому когда Эридан неожиданно рванулся в сторону, дернув на себя девушку, Лириэн не сдержала вскрика от неожиданности. Ближайший тролль навострил уши, повернулся на звук и стал с подозрением вглядываться в пустое место. Лириэн с ужасом смотрела в его маленькие злые глазки, беспомощно мигая на все еще ярком свету, а Эридан почти нырнул в какой-то шалаш и торопливо что-то там перебирал.       — Что ты делаешь… нас же сейчас увидят! — прошипела эльфийка, вонзив ногти ему в ладонь, все еще сжимавшую ее руку.       Вместо ответа ей ткнулось в бок что-то твердое, которое она автоматически перехватила, послышался звон металла, и Эридан рванул ее вперед и в сторону, ускорив шаг.       — Это был арсенал. Хорошо молилась, молодец, — бросил он через плечо.       — Чт… — Лириэн не успела увернуться и врезалась в выпрыгнувшего из-за палатки тролля. От удара она полетела на землю. Рука Эридана хватанула пустоту.       А тролль уже с воинственным воплем обнажил короткий кривой меч.       Лириэн, на которой все еще действовало заклятье иллюзии, на четвереньках юркнула промеж ног тролля. Ее захлестывала паника. В руке было что-то увесистое, вроде дубинки, и неуловимо знакомое, но она сомневалась, что сможет вступить с троллями в бой в своем жалком состоянии. Главное доползти до обрыва, а там уже — будь что будет.       Беда не приходит одна. Все было слишком складно и гладко, чтобы быть правдой.       Когда Лириэн уже почти достигла спасительных кустов у обрыва, об нее споткнулся очередной тролль и с воплем полетел кувырком. После этого уже чары невидимости с Лириэн слетели окончательно.       Тролль торжествующе проревел победный клич, подзывая остальных.       — Shindu fallah na! — прочищая горло, закричала она предостережение. Эридан должен знать, что она попалась.       Торжествующий вопль тролля прервался хрустом костей и криком боли. На спине у него повисла ободранная, покрытая засохшей кровью и грязью зверюга, в которой Лириэн с изумлением узнала Шина. Живой! Такой же израненный, как и хозяйка, но живой!       — Шин! — Лириэн окрикнула рысь, терзающую шею-плечо захлебывающегося кровью тролля, и зверь тут же метнулся к ней, припадая на переднюю правую лапу. Эльфийка не смогла сдержать слез, обхватив руками пахнущего кровью и стонущего от боли зверя, и только сейчас заметила, что сжимает в руке. Свой лук. С оборванной тетивой, но целый, лишь с отломанными позолоченными крыльями.       — Bal'a dash, Sh'in… — с нежностью прошептала Лириэн, с трудом поднимаясь на ноги.       Пусть им суждено умереть, но они все равно будут вместе.       В предплечье вонзился яркооперенный дротик. Эльфийка успела почувствовать, как по ее телу от этой руки разливается мертвецкий холод, ноги подломились, и она начала заваливаться назад — с обрыва.       — Нет! Manja-Loa!!! — взвыл шаман, дальше последовала совсем уж грязная брань, направленная на того, кто подстрелил жертву для духов.       Шин с жалобным скулежом пополз по почти отвесной скале вниз, пытаясь добраться до хозяйки, запутавшейся в росшем на скалах кустарнике. Далеко внизу синело не то озеро, не то заводь, а кустарник трещал под весом лежащей на нем эльфийки.       Лириэн смотрела в постепенно темнеющее небо широко открытыми глазами, из приоткрытых губ по щеке стекала нитка слюны, а сверху сыпали проклятьями тролли, которые были не в состоянии добраться до эльфийки.       Может, хотя бы ночному повезло больше?..       Быстро темнело и вокруг становилось холодно, поднимался ветер, от которого трещал кустарник, постепенно проседающий под весом охотницы. Ужасно хотелось спать, поэтому когда ветви сломались под ней окончательно, падения Лириэн уже не почувствовала.