Охота на охотника

      Наглое животное смолотило три рыбины, даже Шин на фоне ночного эльфа съел только одну. Из-за того, что Эридан перекинулся в пантеру, есть пришлось опять сырьем, а она только хотела попросить эльфа наколдовать немного огня для костра. Но после сегодняшних ночных перебежек от дерева к кусту Лириэн не хотела идти скрадом из опасений вызвать подозрение у разведпатрулей. Да и Эридан в этом облике вряд ли сможет быстро ее направлять в темноте в случае возможной опасности. Именно поэтому через несколько часов дремы эльфийка безжалостно растолкала сопящую рядом с ней пантеру.       Зверь одарил ее полным выразительности заспанным взглядом, развесил уши и с ворчанием поднялся, отряхиваясь. Выбравшись на яркий солнечный свет, эльф едва не ослеп и несколько минут стоял с полузакрытыми глазами и яростно моргал.       — Ты бы вылизался хоть, а то такое чувство, что тобой дымоход прочищали, — собирая свои скудные пожитки, пошутила Лириэн.       Эльф скосил на нее золотой глаз и взрыкнул, явно послав ее куда полагается в таких случаях. Но в речку все-таки залез и походил там по грудь в воде несколько минут, пока эльфийка уничтожала следы их пребывания здесь. С луком и копьем-острогой в руках, с клинками Эридана, заткнутыми за пояс, Лириэн с трудом поднялась по осыпающемуся склону и огляделась по сторонам. Эридан выбрался на берег и по-собачьи отряхнулся, отчего и без того всклокоченная шерсть, теперь похожая на иглы ежа, встала дыбом.       Лириэн хихикнула, и была удостоена мрачным взглядом.       В кошачьем теле было… Странно. Эридан перекидывался всего пару раз, да и то на несколько минут, чтобы продемонстрировать сестрице, что не лыком шит. Но то была просто демонстрация, а сейчас ему приходилось месить лапами пыль, ощущать всем телом малейшие колебания ветра, неприятно холодящего мокрую шерсть. Да и сам факт, что он голый, тоже как-то не радовал. Ну да, он покрыт шерстью да и его обычный стиль в одежде не предполагал упакованность в тряпки по самые уши, но все равно это напрягало. Было ощущение какой-то… Уязвимости, которое юному магу было не по душе. Совсем не по душе. Это заставляло его дыбить влажную шерсть, на солнечном свету оказавшуюся иссиня-черной, почти темно-индиговой. А еще этот мерзкий яркий свет… Солнце уже клонилось к кромке зубчатых гор, но все равно ослепляло, причиняя чувствительным глазам почти физическую боль.       — Для обычного зверя ты слишком заметный, — кажется, не ему одному казалось, что его маскировка — липа. Лириэн искоса взглянула на своего второго «ручного зверя» и только головой покачала. — На тебя можно даже табличку «друид» не вешать. Синий такой…       Эридан скосил на нее янтарный глаз и злобно зарычал. У самой-то эльфийки явно дельных идей не было, а его эта беззащитность и главное — беспомощность — очень нервировали. Все же это не она идет в тыл врага. Орки отличаются крайней несдержанностью. Проткнуть копьем из профилактики подозрительного зверя — да запросто. Ну может, скажут потом, что птичку-киску-собачку жалко, ну, а что поделать, вдруг это замаскированный поганый остроухий? Слыхал Эридан и такие истории. И ему очень хотелось бы верить, что его опасения — всего лишь усилившаяся паранойя.       Солнце постепенно садилось, а вокруг появлялось все больше и больше следов цивилизации. Все это время они шли вдоль реки, которая постепенно стала расширяться и углубляться, превращаясь в озеро у подножия утеса. Видимо, там, наверху, велись какие-то разработки, потому что прямо на скале ярусами были построены деревянные леса и сооружения. И что-то напоминающее водяное колесо. Добыча руды, наверное. Вокруг теперь встречались не только поваленные деревья и свежие срубы, но и местами были навалены обломки циркулярных пил и каких-то покореженных железяк. От них исходил резкий неприятный запах масла и железа, заставлявший Эридана зло урчать и тереть лапой нос.       Вонища забивала нюх будь здоров.       — Кажется, это гоблинские машины… — пробормотала Лириэн, присев возле одной из железных бандур. — Точнее не скажу, но…       Ее слова прервал далекий взрыв и поплывшее над гребнем холма облако густого черного дыма. Потом послышались отдаленные хлопки, определенно не предвещавшие ничего хорошего.       Пантера грозно заворчала, припав к земле. Хвост зверя яростно метался, больно постегивая Лириэн по ноге, но эльфийка не шелохнулась. Рядом неподвижным изваянием замер Шин. Кажется, его не испугали выстрелы, а то, что это были выстрелы огнестрелов, Лириэн даже не сомневалась. Кажется, они добрели до передовой.       — Раз там стреляют, значит, нам туда, — заключила девушка, перехватив поудобнее свое «копье». Мечами Эридана она вряд ли что сможет сделать, как и луком без тетивы, а значит, это ее единственное оружие, которым она худо-бедно сможет защититься. Взгляд ее упал на зверей. Шин спокойно сидел рядом с ней, подергивая длинным ухом, когда ветер доносил особенно громкие хлопки, а вот маг стоял со вздыбленной шерстью и с таким оскалом, что встреться такой зверь ей на пути в лесу — подстрелила бы без раздумий, чтобы обезопасить себя от оторванной головы.       — Успокойся, — предупредила Лириэн. Не хватало еще, чтобы он в порыве эмоций перекинулся обратно в эльфа посреди ордынских солдат, если там идет сражение. Тогда она уже ничем не сможет Эридану помочь. — Ручные звери привыкают к огнестрелам и прочим чудесам техники. Если ты будешь каждый раз так шугаться, то мне для достоверности придется тебя связать. Так как, пушистик? — не удержалась от колкости охотница, заметив, как передернуло от подобных перспектив ночного эльфа. Он выразительно посмотрел на нее, открыл пасть, чтобы что-то изречь, но вспомнил, в чьей он шкуре, досадливо взрыкнул и клацнул на эльфийку зубами. Тем не менее шерсть ночной дыбить перестал, при этом изредка поглядывал на рыся охотницы, чем очень напомнил Лириэн старательного ученика, повторяющего за своим наставником.       — Пойдем, — шлепнув себя по бедру, подзывая Шина, Лириэн двинулась вперед — туда, где продолжались хлопки. Хотя Лириэн тоже, не сказать, чтобы вдохновляли эти выстрелы. Это значило, что там в разгаре битва, а их появление на поле боя превратит их в мишень. Но лучше уж так, чем бродить по незнакомой местности, рискуя нарваться на воинов Альянса, троллей или неизвестный карательный отряд ночных эльфов, оставляющий после себя груды изрубленных трупов.       Осторожно взбираясь на гребень холма, закрывавшего обзор, Лириэн почти уподобилась крадущимся рядом зверям — буквально опустилась на четвереньки и старалась как можно меньше высовываться. Но вся скрытность вмиг была потеряна, когда прямо перед ней в землю ударилось что-то огромное и тут же взорвалось с оглушительным грохотом.       Взвизгнувшую эльфийку как пушинку отбросило куда-то в сторону, она покатилась по склону холма, чуть не растеряв оружие. Кое-как сгруппировавшись, чтобы не переломать себе все кости во время этого скоростного спуска, Лириэн с размаху влетела в груду железа и обгоревшие останки чьего-то тела. В ноздри ударил едкий запах гари и обугленного мяса.       Послышался душераздирающий лязг, отдавшийся резонансом в теле, от этого жуткого звука у эльфийки словно скулы свело. Кое-как она поднялась, щурясь от едкого вонючего дыма, и увидела жуткое сооружение — гений чьей-то инженерной мысли, направленный на тотальное уничтожение всего живого.       Это была огромная машина на ногах-колоннах, вооруженная вращающимися зазубренными лезвиями циркулярных пил — Лириэн видела такие на лесозаготовках Песни Войны.       Железное чудовище ужасающе заскрежетало, загремело, разворачиваясь к ней. В подобравшуюся эльфийку ударил ослепительно яркий багровый луч, словно страшный циклопический глаз.       Гномы. Наверняка. И тут была целая бойня с участием гоблинских и гномьих машин. То тут, то там валялись тела орков-батраков, гномов и еще кого-то — Лириэн не уверена была, что опознала бы останки, даже если бы на нее не были нацелены дула пушек и пилы этой страшной машины.       — Еще одна мишень! — радостно возвестил писклявый голос, искаженный и звучавший, словно кто-то скрежетал железом в огромной жестяной трубе.       Лириэн отступила на шаг, озираясь по сторонам, куда бы ей спрятаться, но времени на раздумья не было. Ей под ноги ударил взорвавшийся снаряд. Лириэн с визгом отлетела на пятнадцать футов и кубарем покатилась по земле. Шин с рычанием наскакивал на колонноподобные ноги этого железного чудовища, но ничего не мог сделать — лишь виться между ног и с шипением отскакивать, когда трехпалая лапища грозила обрушиться прямо на него.       Зато не растерялся ночной эльф. Пантера в несколько скачков взлетела на вершину жуткой машины в слепой зоне — сзади, куда не доставали пилы и пушки, и с ревом вонзила когти в решетку, прикрывавшую кабину пилота.       Крошшер завертелся юлой, беспорядочно паля из всех орудий, в попытке стряхнуть неожиданно сообразительного зверя. Эридану не оставалось ничего, кроме как вцепиться всеми когтями и зубами в кабину пилота и перестать выцарапывать оттуда маленького юркого гнома. При этом держался маг только передними лапами, задние сорвались и болтались, словно развевающееся на ветру мокрое полотенце. Кажется, Эридан уже и сам пожалел о подобном решении.       Лириэн, поднявшаяся с земли на дрожащих после взрыва ногах, с ужасом наблюдала за происходящим, не в силах помочь ночному эльфу.       — Шин!.. — охрипшим голосом крикнула она, чтобы в этой кутерьме не дай бог не придавили рыся. Зверь послушно метнулся к ней.       Лихорадочно оглядевшись по сторонам, эльфийка подцепила чей-то подкопченный шлем и принялась раскручивать его, словно пращу. Раскрутив его хорошенько, охотница разжала пальцы, и ее снаряд со свистом улетел прямо в жуткую машину, врезавшись чуть ниже кабины пилота. Послышался звонкий хруст разбитого стекла и металла. Эридан еле успел зажмуриться — его окатило осколками.       Выругавшись, Лириэн посильнее стиснула копье и стала подходить ближе, примериваясь для атаки — надо же было как-то стащить с боевой машины ночного эльфа, пока тот не убился. Ведь не привык еще к телу зверя, мог и пострадать.       Казалось, помощи ждать неоткуда, ведь недаром эта чертова машина положила всех бойцов и батраков, оказавшихся здесь, но внезапно совсем близко взревел мощный рог. И тут же прогремел многоголосый рык, которую могли издать только луженные глотки орков:       — Lok-Tar Ogar! — с гребня холма вниз посыпались закованные в тяжелые латы воины, бряцающие оружием. Они налетели на крошшер, который тут же перестал вертеться в попытке сбросить пантеру, и атаковали его со всех сторон. Кто-то заякорил цепями вращающиеся пилы, кто-то рубил железные ноги, а кто-то по примеру ночного эльфа запрыгивал сзади. Сам Эридан, стоило только оркам появиться, тут же разжал когти и зубы, и его отшвырнуло по широкой дуге на пару десятков футов. Зверь кубарем прокатился по земле и замер на боку с вывернутыми лапами, оглушенный и слабо взрыкивающий.       Стараясь не попадать на линию огня, Лириэн припустила к нему со всех ног, напуганная тем, что он не двигается с места, но пантера уже слабо пошевелилась и с трудом поднялась на подгибающихся лапах.       — Ты бешеный… — с искренним восхищением выдохнула эльфийка, и Эридан, уже вознамерившийся на нее рявкнуть, чтобы убрала свои руки от него, растерялся от такого напора, с которым Лириэн ощупывала его бока, лапы, суставы. Кажется, маг просто впал в ступор, только моргал и шевелил черным мокрым носом, таращась на обеспокоенную охотницу.       — И чертовски везучий, — пальцы девушки скользнули по боку, ощутив в меху прорехи — след от ножевой раны. Почти зажило. Все же друидическая магия — мощная сила.       Шин, оставшийся не при делах, сверлил самозванца подозрительным недобрым взглядом и помахивал хвостом. Похоже, почувствовал конкурента.       А эльфов тем временем окружали орки, закончившие доламывать разгромленный крошшер.       — Кто такая? — рыкнул старший по званию, направивший на Лириэн широкий зазубренный меч, покрытый багровым и коричневыми подтеками. Похоже, именно этим мечом прошлись по гномской машине и его пилоту. Рядом вполне себе натурально зашипел-зарычал Эридан, копируя стойку Шина, которому тоже не понравилось столь пристальное внимание толпы вооруженных громил.       — Охотница с заставы Расщепленного дерева из Ясеневого леса. Лириэн Солнцесвет, — присев на корточки, эльфийка обхватила своих зверей за шеи. — Бежала из тролличьего плена и пробиралась к крепости Кром’Гар.       — Бежала от троллей? — переспросил один из орков — грязно-бурый, с свалявшимися черными косами, падавшими на стальной нагрудник. — Что этим тварям от тебя было надо?       — Да какая разница, что им было надо! — ругнулся другой воин. — Остроухие на нашей стороне, поэтому возвращаемся в Кром’Гар. Эльф, ты ранена?       Девушка покачала головой. Только сейчас она почувствовала, как чудовищное напряжение отпускает ее. Кажется, их злоключения позади. Сейчас она могла думать о том, чтобы переодеться, нормально вымыться и… привести в порядок свой лук. Без своего оружия охотница ощущала себя почти что голой.       А вот ночной эльф, мрачно взиравший снизу вверх на окружавших их зеленокожих головорезов, вооруженных топорами, секирами, мечами и молотами, вовсе не ощущал себя в безопасности. Все тело болело после скачек на крошшере, кошачий облик уже не просто тяготил, он угнетал. В виде ручного зверя эльфийки крови в вражеской крепости он будет в западне, бессловесный и беспомощный. И он теперь полностью зависел от своей «хозяйки». Сдержит ли она слово? Поможет ли она ему выбраться со вражеской территории и добраться до Ясеневого леса? Этого Эридан не знал. Наверное, он хотел бы доверять охотнице. Впервые в жизни он не отвечал за себя и свою жизнь, и это ощущение было сродни мрачному фатализму. От его взгляда не укрылось, как перешептывались воины, косившиеся на хрупкую эльфийку с вражеским оружием, заткнутым за пояс, но никто не задал ей этого вопроса, из чего Эридан заключил, что Лириэн еще будет ждать допрос. И их судьба будет напрямую зависеть от того, насколько убедительно эльфийка сумеет все объяснить командующему гарнизоном в этих местах.