Защити меня

После моего дня рождения прошло немного времени, и каждую ночь я, как одержимая, вспоминала тот поцелуй. От каждого случайного прикосновения по коже проходил разряд тока. Мне хотелось проводить с ним как можно больше времени, видеть его, и он это чувствовал, дразня меня, но не позволяя себе ничего большего. Обычным утром я собралась на пробежку, и столько мне только выйти из дома, как сильный порыв ветра едва не сбил меня с ног. Утро было не по-летнему холодным — на побережье пришел циклон, но возвращаться в дом переодеться мне показалось слишком долгим, и поэтому я побежала в чем была: шортах и футболке. Со временем мне вообще перестало быть холодно, наоборот, ветер освежал, и я ускорилась. Когда с той пробежки прошло три дня, я уже и думать забыла о холодном ветре. У братьев было что-то вроде выходных, и поэтому Шеннон с самого утра умчался куда-то, а Джаред остался дома. Когда мы ужинали, одновременно смотря какое-то ток-шоу, я вдруг почувствовала сильный озноб. Аппетит резко пропал. — В прихожей открыты окна? — я стала оглядываться по сторонам в поисках источника холода. — Что? — Джаред оторвался от экрана телевизора и посмотрел на меня, — А, нет, все закрыто… Стой, ты что, дрожишь? — Да, что-то внезапно стало холодно, — я поднялась и хотела накинуть на плечи лежавший на диване плед, но в глаза резко потемнело, и я едва устояла на ногах. — Никки, что с тобой? — Джаред подбежал ко мне, помогая добраться до дивана. — Не знаю… — я осторожно легла. — Мне нехорошо. — Болит что-нибудь? — он обеспокоено смотрел на меня. — Голова кружится, — я откинула плед, потому что внезапно стало очень жарко. — Принеси, пожалуйста, попить. Джаред скрылся на кухне и через минуту вернулся оттуда со стаканом воды и градусником. — Кажется, кто-то заболел! Вот, держи, — он протянул термометр мне, — померь. Градусник вскоре запищал. Я вынула его изо рта: 100 по Фаренгейту! Замечательно! — Сколько у тебя там? — Джаред посмотрел на маленькое окошко с цифрами, — Боже мой, Никки! Да тебе надо к доктору! — Нет, все нормально! — я попыталась сесть, но свинцовая тяжесть во всем теле не позволила мне это сделать. — Полежу, и все пройдет. — Не спорь! — Джаред вытащил из кармана телефон и стал кому-то звонить. Я не особо вслушивалась в разговор, но поняла, что в течение получаса к нам приедет врач. Миссис Беккер, миловидная женщина лет сорока в зеленом медицинском костюме, осмотрела меня, дала жаропонижающее, прописала какие-то лекарства, и велела несколько дней лежать. Я находилась где-то между сном и реальностью и поэтому понимала далеко не все, что она говорила. Велев звонить ей, если мне станет хуже, миссис Беккер ушла. Джаред закрыл входную дверь и присел на краешек дивана рядом со мной. — Как ты? — он с беспокойством коснулся моей ладони. — Лучше, — жар действительно спал, — Видимо, лекарство подействовало. — Может, тебе стоит поспать? — Джей не убирал руку с моей. — Да, сейчас, иду, — я попыталась встать, но тело не слушалось, Как внезапно он одним движением подхватил меня вместе с пледом, и, легко, словно я ничего не весила, понес меня наверх. — Тебе же тяжело! — я попыталась возразить. — Шутишь? Нисколечко, — он распахнул дверь в мою комнату и опустил меня на подушку. Оказавшись в своей кровати и почувствовав себя немного лучше, я села, скрестив ноги, и посмотрела на Джареда. — Сейчас вернусь, — он вышел, оставив меня в одиночестве, но буквально через три минуты вернулся, держа в руках одеяло и подушку. — Что это? — я удивленно смотрела, как он положил вещи рядом с моей постелью. — Вдруг тебе ночью будет что-то нужно или, не дай Бог, станет хуже? — он сел рядом со мной. — Но ты же можешь заразиться! — Не заражусь, не беспокойся, — он мягко улыбнулся. В груди приятно потеплело. Еще через несколько минут Джаред принес из кухни жаропонижающее, бутылку воды и градусник. Он поставил вещи на стол, погасил свет в комнате, оставив только небольшой ночник на тумбочке возле кровати, и лег в свою импровизированную постель. — Зови меня сразу же, как только что-то понадобится, — он щелкнул выключателем, и комната погрузилась в темноту. — Хорошо, — я накрылась одеялом и повернулась на бок. — Спокойной ночи, Джаред. — Спокойной ночи, Никки. Следующие несколько дней я безвылазно сидела дома. Работа над альбомом была закончена, группа стала собираться в тур. Я старалась не думать о том, как буду так долго жить в одиночестве. Но, наконец, настал день отъезда. Вещи уже лежали в джипе, который должен был везти братьев в аэропорт. Я, как могла, скрывала свою тоску, но глаза как всегда меня выдавали. — Пора ехать, — Шеннон первым направился к двери, но остановился и по-дружески обнял меня. — Не грусти, соскучиться не успеешь, как мы уже вернемся! Я улыбнулась. Наши отношения со старшим Лето стали намного лучше в последнее время. Он редко бывал дома, но всегда болтал со мной о чем-то интересном, готовил мне вкуснейший кофе. Он еще раз похлопал меня по плечу и вышел из дома. Джаред подошел ко мне. — Будешь звонить мне, Никки? — на его губах играла лукавая улыбка. — Конечно, и писать письма, — я улыбнулась в ответ, хотя, вообще-то, было не очень весело. Я сняла с шеи цепочку, на которой висел маленький серебряный лев, и надела ее на Джареда. — Держи. Это мой талисман, я его никогда не снимаю, — я приложила ладонь к его шее, где теперь красовался мой лев, — Теперь будет твоим. Ну, и чтобы ты не забывал обо мне. Последнюю фразу я сказала с иронией, но, думаю, он поняла, что это была правда. — Спасибо, — Джаред положил ладонь поверх моей, глядя мне в глаза, и серьезно добавил: — Я постараюсь звонить каждый день. Я прижалась к нему, обхватывая руками. Он погладил меня по спине и, прикоснувшись губами к моему лбу, вышел из дома. Оставшись в полном одиночестве, я долго смотрела вслед удаляющейся машине, пока она не скрылась из виду. Потянулись медленные осенние дни. Нет, в Калифорнии не опадала листва и не шли проливные дожди. Просто все казалось мне серым и однообразным. Джаред, как и обещал, звонил почти каждый день. Видя его в скайпе, я все больше и больше понимала, как на самом деле скучаю. Как бы там ни было, мы много общались в последнее время, я лучше узнала его, как человека, и, не обманывая себя, признавала, что он мне очень нравился, гораздо сильнее, чем просто друг. Еще я твердо решила закончить школу и стала много заниматься, чтобы догнать пропущенные полгода, сдать экзамены и поступить в университет. В один из таких дней, когда я, забравшись в кресло с ногами, изучала параграф по физике, в дверь позвонили. Я никого не ждала, поэтому настороженно подошла к двери, но, увидев за стеклом знакомый силуэт, тут же ее распахнула и кинулась к Джареду. Он подхватил меня и крепко обнял. Мы простояли так несколько минут, пока я окончательно не убедилась, что передо мной настоящий Джаред, а не плод моего измученного воображения. — Почему ты не сказал, что приедешь? — спросила я, когда мы, наконец, зашли в дом. — Хотел сделать сюрприз, — он бросил на кресло небольшую сумку и подошел ко мне, — я соскучился… — Я тоже… Джаред провел кончиками пальцев по моей щеке и, коснувшись своими губами моих, поцеловал с какой-то просто невероятной нежностью, как никогда и никто не целовал меня раньше. Так хотелось обнять его как можно крепче и никогда и никуда не отпускать. Он отстранился первым и долго смотрел в мои глаза. Смутившись, будто бы он мог прочитать все мои мысли, я отвела взгляд и, заметив на его шее мой кулон в виде льва, осторожно потрогала его. — Все еще носишь? — Я его не снимаю, — он взял мои ладони в свои, — Это же подарок. Я не смогла сдержать довольной улыбки: было приятно знать, что он так к этому относился. До самого вечера не происходило ничего особенного. Мы пообедали вместе, обсуждая все на свете, и стали смотреть фильм, премьера которого бурно освещалась во всех изданиях. Сюжет так и остался для меня непонятен: все мои мысли были только о Джареде, который, наоборот, был увлечен происходящим на экране. Он был безумно близко. Так близко, что если я чуть шевельнусь, то наши руки соприкоснутся, и, естественно, я тут же осуществила задуманное. Джаред, не отрываясь от экрана, взял мою ладонь в свою, но больше ничего не сделал, что я восприняла как хороший знак, и переместилась к нему на колени, закрыв собой экран. — Никки, — Джаред посмотрел мне в глаза и усмехнулся, — Я так ничего не вижу. Ничего не ответив, я прильнула к его губам, вкладывая в поцелуй все мое желание стать, наконец, его, и, казалось, Джей это хорошо понимал: его ладони сжимали мои ягодицы, пока поцелуй становился все более распыляющим. Я окончательно осмелела и начала расстегивать пуговицы на рубашке Джареда. Когда я дошла до середины, он неожиданно разорвал поцелуй и властно, но аккуратно отнял мои руки от своей груди, сжав немного запястья. Я в полном недоумении посмотрела в его потемневшие от желания глаза. Мое сердце билось так быстро, что, казалось, вот-вот выскочит из груди, дыхание сбивалось. Я, наверно, никогда так сильно никого не хотела, как его сейчас, еще и чувствуя, что он тоже был возбужден. — Надо остановиться, Никки, — Джаред отпустил мои руки и тяжело выдохнул, прикрывая глаза. — Но…почему? — я прикусила губу. — Просто сейчас не время, — он стал застегивать рубашку. — Почему? — я снова повторила вопрос, — Разве ты не хочешь? — А ты как думаешь? — он неопределено кивнул вниз между нами. — Просто вот-вот подъедет машина. — Подожди, ты что, снова уезжаешь? — разочарование. Верить в услышанное не хотелось. — Так быстро? — У меня всего один выходной, к сожалению, — он смотрел на меня виновато. — Понятно…, — я вернулась на место рядом с ним, но мне не хотелось портить остаток времени обидами, поэтому я просто прижалась к его плечу, — Ладно, тогда досмотрим. Когда фильм кончился, Джаред поднялся, взял сумку и подошел ко мне. — Никки, — он провел тыльной стороной ладони по моей щеке, — Не грусти тут одна, малышка. Я молча обняла его, прижимаясь к груди и вдыхая ставший моим любимым аромат парфюма, так идеально ему подходящего. Джаред погладил меня по голове и, едва коснувшись губами моих губ, скрылся за дверью. Обманывать себя я не стала: сердце приятно замирало от мысли, что свой единственный выходной он выбрал провести не где-то еще, а примчался домой, чтобы побыть со мной.