Escape

Пятница Вчера наша группа практически единогласно решила, что прошлой пятницы им было мало, и решили сегодняшний вечер провести в нашем, так сказать, узком кругу, но уже в несколько другом формате. Просто решили сходить в Пик покурить кальян и так далее, как карта ляжет. Я пытался отказаться, но, все дружно вспомнили мое пьяное обещание в следующий раз снова ко всем присоединиться, так что у меня не осталось выбора. В целом, все проходило весьма неплохо. Курить я отказался, но судя по вкусу губ Рея, который я почувствовал, когда мы, улизнув от всех, целовались в каком-то темном углу, кальян был вполне на уровне. На людях мы усиленно делали вид, что являемся только друзьями, чтобы не пришлось никому ничего объяснять, и держались весьма сдержанно. Потом мы всем скопом пошли в боулинг, где, разделившись на несколько команд, соревновались друг с другом. Вечер подходил к концу, мы с Реем попрощались со всеми и решили прогуляться по улицам ночного города, пока еще время позволяло до закрытия метро. Ночной Петербург — зрелище просто невероятное. На чем, на чем, а на подсветке наш город не экономит абсолютно. Перед прощанием Рей поцеловал меня в пустом тоннеле, ведущем на станцию. Поцелуй не был ни требовательным, ни настойчивым и ни к чему не обязывал. Он был мягкий и ненавязчивый, но мне ужасно не хотелось прерывать его. — До завтра, — прошептал Рей, оторвавшись от моих губ. Мне хотелось еще, но тоннель начали заполнять невесть откуда взявшиеся люди, так некстати нарушившие нашу идиллию… Прощаюсь с Реем до субботы и сажусь в свой поезд. Выйдя из вагона на своей станции, спустился по лестнице в ярко освещенный тоннель, ведущий на поверхность. Пока медленно шел, в груди начало зарождаться неприятное тревожное чувство. По мере приближения к выходу оно все нарастало, заполняя меня полностью. Я остановился, прислонившись к стене метрах в пяти от выходной двери. Интуиция меня редко подводила, поэтому к столь громкому голосу страха стоило прислушаться. Достав телефон из кармана, набрал Дейва. На третий гудок он ответил. Просить его о помощи до ужаса не хотелось, но чувство самосохранения взяло верх. — Да? — Дейв, ты… не мог бы встретить меня? — Чего? Маленький, что ли? — недовольно отозвался он. Блин, а на что я, собственно, рассчитывал? На то, что он тут же сорвется с места и побежит ко мне?.. Наивный. — Если меня изобьют из-за того, что тебе лень было жопу оторвать от дивана, это ты будешь виноват! — зло выкрикнул я в трубку. — Ладно, не ругайся. Где ты сейчас? — спросил он мягче. — На выходе из метро, — с готовностью ответил я. — Вот там и стой, пока не рассветет. Как раз все маньяки разойдутся по домам. — Чего? Я жду тебя здесь, чертов ублюдок! — закричал я в трубку и нажал на отбой. Вырубил телефон. Ждать его, правда, я не собирался, понимая, что Дейв ни за что не пойдет встречать меня. Еще больше разозлившись и послав интуицию к черту, вышел из тоннеля. Спокойно прошел под длинной аркой между двумя торговыми центрами. Дальше ждало открытое пространство вплоть до Окея. Темно, хоть глаз выколи! Но даже в этой темноте боковым зрением замечаю несколько фигур, вышедших из-за угла. Ну, все, попал. Ускоряю шаг. — Эй, парень, подожди-ка! — слышу сбоку. Не обращаю внимания и иду дальше. Но уйти, конечно же, не успеваю. Чувствую руку на своем плече, сжимающую пальцы, останавливаюсь. Быстрые ублюдки! Меня тут же окружают со всех сторон. Четверо. Мда. Я бы и с одним не справился, не говоря уже о четырех! — Мы же попросили тебя остановиться, в чем проблема? Просто закурить попросить хотели, — издевательски произнес один из них. Главный, наверное. — Не курю, — глухо ответил я. — Тогда просто деньжат подкинь, — обрадовался тот, выставляя вперед руку. Развожу руки в стороны. — Извини, у самого по нулям. — Чего? — разозлился тот, доставая нож из кармана. — А, подожди! — быстро ответил я. — Тебе же только прикурить надо? Тогда вот, держи, — собрал какую-то мелочь из кармана и протянул ему. Ну, все, теперь мне точно конец! — Ты издеваешься, что ли? — заорал тот, замахнувшись и отшвырнув мою руку в сторону, ударив по ней ножом. Я зажмурился от боли и тяжело выдохнул, чувствуя, как из раны начинает капать кровь. Монеты со звоном попадали на землю. Главарь взял меня за грудки одной рукой, второй угрожая ножом горлу. Я, сглотнув, со страхом смотрел на своего врага. Неужели действительно порежет? У меня правда денег нет, что тут поделаешь? Неужели я вот так глупо умру здесь, захлебнувшись собственной кровью? — Убери руки, не свое лапаешь, — послышался за спиной гопника знакомый голос. Я сплю? Он правда пришел? Поверить не могу! — А ты еще кто? — со злобой спросил парень, толкнув меня к одному из своих людей, и обернулся к Дейву. — Тоже получить хочешь? Может быть, ты с нами баблом поделишься? — Вряд ли, — глухо ответил тот, смотря прямо на главаря. Не нравится мне его взгляд… — Отпусти его, и мы спокойно уйдем, пока никто не пострадал. Его голос мне тоже не понравился… Но при этом, даже я счел его слова чересчур наивными. Да какой идиот после такого отступит? — Это ты, что ли, мне угрожаешь? — со смешком спросил главный, направив на Дейва нож. — Ты считать разучился? Перевес не в твою пользу! И у меня нож! — Это не имеет ровно никакого значения. Мне, — он сделал ударение на этом слове, — это не помеха. Так что, убери игрушку по-доброму и иди дальше играйся в песочнице, — добавил он. Я выпучил глаза. Он рехнулся? — Ублюдок! — заорал оскорбленный и бросился на Дейва. Я замер, зажимая ладонь и забыв о боли, вытесненной волной страха за моего партнера. Все, что происходило дальше, пронеслось перед моими глазами, как сюжет киноленты. Сначала Дейв даже не реагировал на нападающего, подпуская его ближе. Тот метил ему ножом в глаза. Затем… я не уследил за его движениями — такие они были молниеносные, но парень уже валялся на земле, нож из его руки перекочевал к Дейву, который, прижимая парня к земле правой рукой с ножом, левой держал его руку, отведя ее ему за спину. Я не знаю, что это за захват, но даже мне известно, что он легко мог лишить его руки в таком положении. — Вот и нет у тебя ножа, что будешь делать? Отстаньте от нас, и мы уйдем, — попытался Дейв еще раз вразумить их. — Что стоите, помогите мне! — просипел тот из-под Дейва, понимая всю безысходность своего положения, своим товарищам, которые, как и я, ошарашенно следили за происходящим. Двое, стоящие с обеих сторон от меня, бросились на Дейва, один остался со мной, не позволяя мне вмешаться. Да я и не стал бы — Дейву бы я только мешался, и ничего путного из моих действий бы не вышло. Зато на него напали двое вместо троих. Дейв раскидал их по очереди, для него этой атаки словно и не происходило. Один из них, который выглядел грознее, поднявшись, предпринял еще одну попытку. Дейв схватил его руку, сгибая кисть под таким углом, что парню ничего не оставалось, как опуститься на землю. У меня в голове плясала только одна мысль: так не бывает! Не в реальной жизни! Только в кино! Я во все глаза следил за развернувшимся передо мной представлением. Движения Дейва, плавные, отточенные, словно он каждый день этим занимался, легкие и грациозные, восхищали меня, заставляя любоваться им, не отрывая глаз, стараясь моргать как можно реже. Я, конечно, видел его мышцы, предполагал, что он занимается в какой-то качалке, но чтобы он был настолько сильным… И, главное, знал, как эту силу использовать… Главарь попытался напасть на него сзади, когда он отвлекся на его товарища. Я только рот открыл, чтобы предупредить его, как Дейв, словно у него глаза были на затылке, встретил того новым приемом, парень снова оказался на земле. А после этого все резко закончилось. Парень, который до этого следил за мной, бросился на Дейва. Дейв встретил его парой приемов, наклонил перед собой, заставляя того согнуться в поклоне. — А теперь свалили все, пока я не сломал ему руку, — спокойно сказал он, выворачивая парню руку. Трое уже поднялись, злобно смотря на Дейва. Я молился, чтобы это все поскорее закончилось. — Ну, чего ждете? — спросил Дейв, потянув руку бедолаги на себя, парень болезненно всхлипнул, склоняясь ниже. Трое, послушавшись наконец, развернулись и, изредка оглядываясь, поспешили прочь. Когда они отошли метров на двадцать, Дейв отпустил парня, толкнув его вперед, придавая ускорение, и тот, едва почувствовав свободу, бросился догонять своих товарищей. Дейв подошел ко мне. Я продолжал безотрывно таращиться на него. Сегодня я увидел его с новой для меня стороны, о которой до этого я даже не догадывался. — Ну, как ты? — спросил он меня. — Тебя не задели? — Руку только, — ответил я, показывая ему ладонь. — Вот черт! Сожми и пошли домой быстрее! — сказал он, взяв меня за плечо и потащив в сторону дома. — Почему меня не дождался? — спросил он на ходу. — Ты же, как обычно, поиздевался надо мной, я решил, ты не придешь! — обиженно заявил я. — Ох, горе ты мое. Ну, нельзя же все мои фразы понимать буквально! Как я мог проигнорировать твою просьбу? Как услышал твой жалобный голос, сразу же пошел собираться. — В следующий раз говори яснее, — пробурчал я, обижаясь на слово «жалобный». Интересно, мой голос вправду так звучал? При этом я уже совсем не злился на него — все-таки, он пришел, спас меня. — Нет, пожалуй, я просто больше тебя никуда не отпущу, — твердо сказал он, пропуская меня в лифт. Скоро мы уже пересекли порог квартиры. — Я помогу тебе раздеться, подожди, — сказал он, разуваясь и вешая куртку на крючок. Снял куртку с меня, осторожно, стараясь не задеть кровоточащую руку, пульсирующую тупой болью. Затем наклонился и, развязав шнурки, снял кроссовки. — Все, пошли на кухню, — повел он меня туда. У меня немного начала кружиться голова, я устало опустился на стул за столом, следя за его быстрыми уверенными движениями. Вымыв руки, Дейв доставал аптечки из разных ящиков и холодильника, составил их на стол, придвинул табурет ко мне, сел напротив, осторожно взял мою руку в свои, расправил пальцы, открывая взору… Мне плохо стало от увиденного, Дейву, наверное, тоже, но он и виду не подал. Я быстро отвел глаза и упер взгляд в потолок. — Все очень плохо, да? Я умру? — во мне просыпалась паника. Очень плохой друг. — Порез очень глубокий, было бы неплохо швы наложить, сам понимаешь, я не всесилен, скорую вызовем? — Нет! Так не заживет? — с мольбой посмотрел на него. Он пожал плечами. — Почему же, заживет, недели через три, не меньше. — Чтооо? Три недели? Дейв, это же левая рука! — И что? Ты ею дрочишь, что ли? — со смехом спросил он. — Дурак! Чем я в универе писать буду? — Будешь так запоминать, с ходу, — сказал он. Достал бутылек с перекисью водорода. Смочил несколько ватных дисков перекисью и провел по порезу. — Ай! — закричал я, пытаясь вырвать свою руку, но он держал очень крепко. — Терпи, — сказал он, стирая с кожи кровь. Пришлось стиснуть зубы и терпеть. Он подул на рану, принося хоть какое-то успокоение. Обтер всю мою руку с обеих сторон. — Сейчас щипать будет. Придется еще немного потерпеть, — сказал он, достав йод. О, нет!!! Но, вопреки моим ожиданиям, было не так уж и больно. Жгло и щипало, но терпеть можно. Закончив, наконец, экзекуцию, снова подул мне на руку, после чего достал бактерицидный пластырь, приклеил его мне на ладонь. Потом достал бинт и обмотал руку. Проявление заботы со стороны Дейва было настолько необычным и приятным, что я даже не обращал внимания на боль. Дейв протер мою вторую руку, запихал все использованные препараты в аптечки, прибрал со стола, вернулся на место. — Прости, сладкий, это все моя вина, — произнес он, не смотря мне в глаза. Я умилился его виноватым выражением лица. Но Дейв не был бы собой, если бы не добавил какую-нибудь колкость. — Хотя, конечно, если бы ты никуда не пошел, ничего этого не случилось бы. Я улыбнулся, сонно оперевшись о стол здоровой рукой и положив на нее голову. — Я знаю, почему ты сердишься. Потому что сегодня пятница, — с улыбкой сказал я. Пятница — это наш день. Точнее, вечер. А я вторую пятницу подряд кидал его. Я устало закрыл глаза, собираясь заснуть прямо на столе. — Так, стоп, не здесь, — сказал он, подхватив меня под руки, и повел в комнату. Я сонно опустился на кровать, Дейв залез на нее вместе со мной, помог избавиться от футболки, снял джинсы, носки, накрыл одеялом. — Эй, погоди, — я взял его за руку, не давая уйти. — Ты куда это? — я даже проснулся от возмущения. — Спать, сладкий, уже третий час. — Иди ко мне, — не сдавался я, потянув его на себя, откидывая одеяло. Вообще-то, думаю, если бы он не хотел, я не сдвинул бы его ни на миллиметр. Он придвинулся ко мне, нависнув надо мной, я обнял его за плечи, притягивая к себе, прикасаясь к его губам, целуя, он отвечал мне нежно, ласково, со временем страстно и жадно, с желанием, просыпающимся в нас обоих. — Пора остановиться, — сказал он, оторвавшись от меня. — Я ведь не железный, могу не сдержаться. — Я этого и хочу, глупый, — ласково произнес я, мягко проводя пальцами по его шее, лицу, снова обнимая. — Тебе что, мало страданий на сегодня? — мягко спросил он. — Ты — мазохист, малыш. — Сегодня пятница, и я соскучился, — сказал я, прижимаясь к нему. — Хочу тебя. Возьми меня, Дейв, — прошептал я ему на ухо. Он обхватил мои губы своими — властно, жестко, до безумия сексуально, сплетая наши языки и срывая с моих губ сладкие стоны. Он гладил меня рукой по животу, по груди, касаясь сосков, поглаживая их, заставляя мое тело выгибаться под ним от получаемых ласк. Я был возбужден до предела, желая лишь одного — ощутить его внутри себя. Почувствовать его силу, невольно продемонстрированную мне сегодня. Наслаждаться его теплом, чувствовать тяжесть его большого сильного тела. — Ох, ну же, Дейв! — молил я, не в силах больше терпеть его дразнящие ласки. Он слегка отстранился, отпуская мои губы и принялся снимать с себя одежду. Неторопливо, размеренно, заставляя меня изнывать от желания. Когда с одеждой, наконец, было покончено, я был на грани. Снял белье, раздвинул ноги перед ним. Давай же! Дейв навис надо мной, опираясь на локти, провел рукой по моему возбужденному члену. Я судорожно выдохнул, закрывая глаза от нахлынувшего наслаждения. Он водил рукой вверх-вниз, унося меня в океан удовольствия. — Дееееейв… пожалуйста, — взмолился я. Я лежал, закрыв глаза, ожидая его действий. Почувствовал мягкое касание пальцем ануса. Мягкое, ласкающее круговыми движениями, влажное… Неужели в этот раз он подготовит меня? Чувствую введенный палец, легко, без принуждения вошедший в меня. Мягкие, плавные движения, слегка касающиеся той самой точки, которая заставляет сознание уплывать, превратившись в одно большое наслаждение. Дейв вводит второй палец, нежно разводит в стороны податливые мышцы. Стону в перерывах между поцелуями. Хочу большего. Хочу его. Большого, твердого… «Войди в меня», — шепчу в губы. Выводит оба пальца, растирает выступившую смазку на своем члене, осторожно входит, заполняя меня полностью, делая меня цельным, соединяя нас в один живой организм. Потрясающее чувство! Никогда прежде он не был так ласков со мной. Мягко раскачивая в своих объятьях, осыпал поцелуями лицо, шею, уши, срывая с моих губ непрерывные стоны. Я обхватил его ногами, прижимая к себе, не желая отпускать. Как хорошо! Не думал даже, что с ним может быть настолько хорошо… «Только не останавливайся», — молил его. Размеренные толчки набирали темп, Дейв постепенно ускорялся, приближая нас к столь желанной разрядке. Я был на пределе, изо всех сил стараясь сдержаться, чтобы не кончить раньше него. Дейв движется все быстрее и быстрее… Нет сил терпеть! Сжимаю зубы, вцепившись в его плечи пальцами. Наконец, сделав несколько заключительных толчков, Дейв излился в меня с протяжным стоном. Чувствую сокращения его члена внутри себя и отстаю на пару секунд, сливая свой стон с его… Лежим без сил, прижавшись друг к другу. Мое сознание далеко отсюда — плавает где-то за гранью понимания. Пытаюсь думать, но ничего не выходит. Прекращаю бесполезные попытки… Стараюсь заснуть. Откуда-то извне приходит осознание того, что Дейв все еще во мне. Но это не неприятно. Даже напротив… Чувствую, как он мягко выходит, ложится рядом. Ощущаю нежное прикосновение к щеке — пальцами или губами, не знаю, — краем уха, уже засыпая, слышу что-то о том, что если не хочу, могу никуда завтра не идти… Отключаюсь.