Escape

Суббота pov Дейв Просыпаюсь на кровати, тут же чувствую, как начинает болеть спина. Ну, что за кровать вообще? Как Сэт умудряется спать на ней?! Оборачиваюсь к нему — спит без задних ног, а на губах такая трогательная улыбка… Какой же ты красивый, сладкий! Вот и еще одна причина, по которой я старался каждый раз уходить на свой диван и не просыпаться с ним: даже спящий он вызывал во мне вполне определенные желания. Все же я не такой монстр, чтобы мучить его с утра пораньше. У него такое умиротворенное лицо… Растрепанные волосы, обрамляющие красивое лицо, длинные ресницы, манящие губы, тонкая шея, мягкий изгиб плеч… Спокойно, Дей. Ты не животное. Ты способен сказать себе «нет». Накрываю блондина одеялом до подбородка, скрывая под ним соблазнительно выглядывающую коленку… Взгляд падает на перебинтованную руку. Прикоснувшись к пальцам, слегка отгибаю их и вижу проступившую сквозь бинты кровь. Вот черт. Она уже засохла, но хорошего все равно мало. Иду на кухню, возвращаюсь с мотком бинта, наматываю повязку сверху, стараясь не разбудить. Потом иду в душ. Врубаю воду на полную от злости на тех ублюдков, которые посмели причинить ему боль. Как же сильно было желание выломать руки, сломать, убить… Успокойся. Однажды я сорвался. Сломал несколько костей ублюдкам, избивающим молодого парня, который оказался геем. Я рассказал обо всем отцу, на что он лишь разочарованно посмотрел на меня, сказав, что с тем уровнем, которого я достиг, я не имел никакого права доводить ситуацию до такого, что мог остановить их всего-то парой прикосновений… Я и вправду мог. Но не хотел. Отец игнорировал меня полгода. Я словно исчез из его жизни, и это было невыносимо. Я был слишком сильно привязан к нему, и это было худшим из наказаний. После того случая я научился сдерживаться в любой ситуации. Вчера впервые за много лет я с трудом переборол себя. Единственная мысль, которая тогда сидела в моей голове — утащить Сэта домой, чтобы к нему больше никто и никогда не прикасался. Наверное, я чертов собственник. Но мне все равно. pov Сэт Когда я проснулся, в окно лился солнечный свет, наполняя комнату согревающими лучами. Неужели, весна пришла? Мне было тепло и хорошо, а воспоминания о вчерашней ночи заставляли блаженно улыбаться. Вчера было безумно хорошо… даже слишком хорошо, чтобы это было правдой. Но повязка на руке и немного ноющее чувство в промежности доказывали реальность прошедших событий. Рука еще болела, а повязка была толще, чем вчера, вероятно, Дейв наложил бинт поверх прошлого. Кстати, самого виновника моего потрясающего состояния в квартире явно не было, а, судя по солнцу, учебу я уже безнадежно прогулял. Телефон оказывается на стуле около кровати. Выключен. Похоже, Дейв не стал включать его, чтобы я мог поспать. В груди разливается какое-то теплое чувство, прежде не испытываемое к моему сожителю. Включаю аппарат, и как только появляется связь, принимаю звонок от Рея, обеспокоенного моим отсутствием. Объясняю, что у меня все в полном порядке, и я просто проспал. Да, две пары проспал. Да, со второй. Ну, да, вот такой я лох… И да, я снова оказался ему должен… Но об этом можно будет подумать потом… Сейчас мои мысли в другом мире. В мире, где с Дейвом тепло и хорошо. Из-за своей недействующей руки не знал, что делать и как быть, и чуть было снова не разозлился на Дейва, бросившего меня, беспомощного, совершенно одного практически на произвол судьбы, но услышал звонок в дверь. Хорошо хоть, одеться уже успел. Открываю и даже не удивляюсь виду соседки с подносом в руках. — Дейв сказал, у тебя что-то с рукой, — говорит она. — Ты теперь каждую субботу будешь таким беспомощным? — Я же не специально, — оправдываюсь я, не понимая, злится она или нет. Хоть и бурчит, но пришла ведь. — Да знаю я, — говорит она. — Пусти уже, сама занесу. Я пропускаю старушку в квартиру и плетусь за ней. Хорошо хоть дома порядок, не пришлось лишний раз краснеть. Она, видимо, тоже это замечает, заметно смягчившись. Весьма уверенно она расположилась на моей кухне, усадив меня за стол, и разве что кормить с ложечки не стала. — Приятного аппетита, малыш, вечером с ужином приду, — ласково произносит она, забирая поднос, и уходит, оставив меня с открытым ртом.