Северная башня.

‒ Ох, Гермиона, наконец-то! ‒ Джинни крепко обнимает вернувшуюся подругу. ‒ Тут такой дурдом, а тебя нет! ‒ Ну, что такое? ‒ Гермиона чувствует биение сердца обнимающей ее Уизли. Та доверяет ей, доверяет безоговорочно и абсолютно, как и раньше, но теперь на руке Грейнджер чернеет уродливая Метка. ‒ Все готовятся к свадьбе! Это кошмар просто! Столько забот! Мама уже с ног сбилась, да и я скоро к ней присоединюсь... И Флегма... Да еще и операция «Семеро Поттеров». Ты, кстати, тоже участвуешь! ‒ Участвую? ‒ Гермионе совсем не хотелось спрашивать, что это за операция, ведь потом эти сведения окажутся у Темного Лорда... Хотя, если их не передаст ему она, то он все равно узнает, но вместе с тем накажет Драко. ‒ Конечно! А ты удивлена? Все наши участвуют: Рон, Фред, Джордж, даже Флегма, и еще Наземникуса приплели... А еще папа, Билл, Люпин, Грозный Глаз, Хагрид, Кингсли. И куда без тебя? А меня мама, как всегда, не пускает... ‒ обиженно закончила Джинни. Гермионе впервые некомфортно в «Норе». Здесь все напоминает ей, что она предательница. Теперь любой разговор будет оборачиваться пыткой. «Не говорите мне! Я не хочу этого знать! Не хочу вас предавать! Но у меня нет выбора!» ‒ хочется закричать ей, но молчит, пониже натягивая левый рукав кофты. Уизли приняли ее и любят, как родную, а Грейнджер теперь служит их заклятому врагу. Волан-де-Морт убил родителей Гарри и множество других людей, а Гермиона теперь носит на руке знак служения ему. ‒ Что ты такая задумчивая? ‒ Джинни подозрительно смотрит на подругу. Юная мисс Уизли слишком хорошо ее знает, чтобы не заподозрить неладное. ‒ Все хорошо. Я просто скучаю по родителям, переживаю за них, ‒ отвечает Гермиона. Джинни легко глотает эту версию, ведь ей сказали даже не ложь. Просто, по сравнению с собственным предательством, волнение за родителей отходит на второй план. Но Уизли это знать необязательно. ‒ Ох, прости, дорогая! ‒ Гермиона снова оказывается в крепких объятиях. ‒ Я даже не могу представить, какой это кошмар, знать, что твои родители не помнят о твоем существовании! И как только ты держишься? ‒ Я сама приняла это решение, мне за него и отвечать, ‒ отзывается Грейнджер. В этом слышится оправдание и за невысказанную вину. Некоторое время они сидят молча. Каждая думает о своем. Их ждут тяжелые времена, в которые обеим придется пройти сквозь череду немалых испытаний. И, в отличие от Джинни, Гермиона знает, что на ее нелегком пути ей никто не поможет. Да и она сама не сможет быть рядом с друзьями всем сердцем. Теперь навсегда часть ее принадлежит Драко. Но никто об этом не узнает, даже сам Малфой. ‒ Я пойду к Рону. Давно его не видела, ‒ говорит Грейнджер. Джинни тут же выпускает ее из объятий. ‒ Конечно! Он так скучал по тебе! А мне надо помочь маме... ‒ в голосе Уизли слышится невысказанный намек. Она думает, что между ее братом и Гермионой что-то есть, ей и невдомек, что сердце подруги уже занято другим, совершенно неожиданным для нее человеком. Однако Грейнджер никогда не разубеждала Джинни: пусть думает о Роне, так безопаснее. ‒ Я скоро к вам присоединюсь, попробую помочь, ‒ обещает Гермиона. ‒ Было бы прекрасно! ‒ Джинни искренне рада хоть какому-то облегчению в подготовке к свадьбе. Грейнджер уходит из спальни подруги, куда ее, только что трансгрессировавшую в холл, затащила мисс Уизли. Все в «Норе» остается таким же, как раньше. Время не властно над скрипучей лестницей, плетеными половичками, часами с именами членов семьи, коллекцией тарелочек миссис Уизли... Теплую и уютную атмосферу в этом доме не смогла уничтожить даже война. И это тяжелым грузом лежит на совести Гермионы. Как она могла предать все это? Но в памяти всплывает Драко, его серые глаза, нежные сильные руки и то ужасное состояние, в котором она видела его в последний раз. И кулаки сжимаются, а дышать становится легче. Грейнджер верит, что поступила правильно. Уизли много, и они сильны своим единством, а Малфой один... Рон оказался в своей спальне под крышей. На чердаке неритмично постанывает Упырь, а младший из сыновей Уизли лежит на покрывале с символикой «Пушек Педдл» и просматривает «Ежедневный Пророк». Увидев Грейнджер, Рон вскакивает и сгребает ее в охапку. Он стал таким высоким, с длинными руками, и мышцы подкачались благодаря квиддичу. Просто настоящий здоровяк. ‒ Наконец-то ты с нами! ‒ выдыхает Рон, отпуская подругу. Он испытывает к ней не просто дружеские чувства, и Гермиона об этом догадывается. Раньше бы ее это очень обрадовало, но теперь... Она уже давно поняла, что они с Роном не пара, слишком разные у них представления о сущности семейной жизни. Друзья садятся на кровать. Повисает тишина. Впервые молчать с другом кажется Гермионе неловким. ‒ Знаешь, все так готовятся к этой операции! Я жду не дождусь, когда нас, наконец, пустят в настоящее дело вместе с Орденом, ‒ захлебываясь эмоциями, начинает Рон. Грейнджер внутренне сжимается. Вдруг Уизли скажет ей что-то действительно серьезное? Ведь Волан-де-Морт обязательно это прочтет с помощью легилименции. Драко учил ее защищаться, но против Темного Лорда она все-таки слабовата. ‒ Я тоже, ‒ осторожно отзывается Гермиона. Она надеется показать, что и сама знает все подробности операции, чтобы он не стал их ей открывать. ‒ Гарри об этом еще не сказали, ‒ признается Рон, почесывая затылок. ‒ Он будет недоволен, ‒ даже того, что Гермиона услышала от Джинни, достаточно, чтобы это понять. ‒ А у него есть другой план?! Он же символ борьбы! Грозный Глаз прав, все должно пройти спокойно и безопасно, к тому же, я сам очень хочу, чтобы с ним ничего не случилось, он же наш друг! ‒ восклицает Рон, уверенный, что Гермиона его поддерживает. «Наш? Можно ли теперь назвать меня его другом?» ‒ вздыхает Гермиона, а Уизли принимает это за волнение за Поттера. ‒ Вот и я волнуюсь, ‒ Рон, и правда, выглядел нервным. «Гарри, у тебя должно получиться! ‒ молится про себя Гермиона. ‒ Столько людей ждет этого и надеется, верит в тебя! Это просто не может закончиться провалом!» ‒ Все будет хорошо, Рон, ‒ Грейнджер и самой очень хочется в это верить. Сразу после того, как отзвучали эти слова, открывается дверь в комнату и рыжими вихрями вносятся Фред и Джордж, приехавшие в гости в «Нору». Гермиона рада, искренне рада их видеть. Близнецы никогда не говорят ни о чем серьезном, с ними легко и весело. Это как раз то, что ей сейчас нужно. И никаких секретных сведений Ордена! ‒ Гермиона! Как мы рады, что ты вернулась! ‒ и Грейнджер снова оказывается в дружеских объятиях, но уже в других. Все так радуются ей... предательнице...