Северная башня.

Гермиону бьет озноб, перед глазами плывут круги, а левое предплечье невыносимо жжет. Она знает, почему ей так плохо: наказание Волан-де-Морта начинает действовать. ‒ Может, тебе пойти прилечь? ‒ заботливо спрашивает Джинни. Ее глаза опухли от слез по погибшему в операции Грозному Глазу и по раненому брату. ‒ Наверно, стоит, ‒ пожимает плечами Гермиона. ‒ Это все стресс, ты переволновалась, отдохнешь, и завтра все будет хорошо, ‒ воркует подруга, сама провожая Грейнджер наверх. Они спят в одной спальне, но их кровати разделены ширмой, что удобно. ‒ Не волнуйся за меня, ‒ говорит Гермиона, садясь на кровать. Она с трудом осознает, где находится, но силой воли сохраняет сознание. ‒ Я отдохну, и все будет хорошо. ‒ Так и будет. ‒ Джинни ласково целует Грейнджер в щеку и уходит. Гермионе еще хуже от ее заботы. Ведь теперь она этого совсем не заслуживает. Когда дверь в комнату закрывается, погружая спальню в уютный полумрак, нарушаемый светом луны сквозь неплотно задернутые шторы, предательница встает, с усилием сохраняя равновесие. Она накидывает на кровать одежды и накрывает ее одеялом, чтоб сошло за лежащее тело. Гермиона понимает, что вернется не скоро, а значит, нужно обезопасить себя от волнений и подозрений Джинни. Как только дело сделано, Грейнджер трансгрессирует по воле Темной метки. Как она и ожидала, перед ней материализуется кабинет Люциуса Малфоя в имении Малфоев. Волан-де-Морт сидит у жарко горящего камина. Рядом с ним суетится Хвост, убирая со столика остатки почти нетронутого ужина хозяина. ‒ Явилась! ‒ шипит слуга, поворачиваясь к господину. ‒ Я слышу, Хвост. ‒ Голос звучит рассержено. ‒ Оставь нас! Гермиона знает, что они упустили Гарри, а значит, радоваться Темному Лорду нечему. Хвост семенящим шагом покидает кабинет, балансируя грязной посудой на тонком серебряном подносе. Он недоволен, что его выставляют, но не смеет ослушаться. ‒ Что ты скажешь в свое оправдание? Что не поняла приказа? ‒ цедит сквозь зубы Волан-де-Морт, когда закрывается дверь за его слугой. ‒ Я не хотела раскрыть себя, убийство Кингсли сразу бы выдало меня Ордену, ‒ чеканит Гермиона заранее придуманное оправдание. ‒ Там не было других из Ордена, ты вполне могла исполнить приказ и не выдать себя! ‒ неожиданно громко рявкает Волан-де-Морт. ‒ Нет оправдания ослушанию! Гермиона склоняет голову, из последних сил стараясь держаться на ногах. Наказание не заставляет долго себя ждать. ‒ Круцио. Все тело пронзает боль. Миллиарды иголок вонзаются в измученное тело и рвутся к самому нутру. Огонь сжигает все, добираясь до костей. Гермиона кричит, пока сила заклинания плавит ее скелет. Ее вопли радуют Волан-де-Морта, Грейнджер слышит звуки, заменяющие смех этому змееподобному монстру. Он доволен, верит, что наказание подействует. Гермиона должна стать шелковой, должна покориться ему. И не таких ломала сила Темного Лорда. Волан-де-Морт посылает в Грейнджер три «Круциатуса» подряд, потом успокаивается. На последнем аккорде боли его жертва теряет сознание. Теперь уже не интересно, она вся измучена, истерзана, хоть этого и не видно взгляду. ‒ Ты это заслужила, предательница, ‒ выплевывает Волан-де-Морт и выходит из кабинета. Его черная мантия шуршит при ходьбе. Нагайна тихо скользит по паркету вслед за хозяином. Через несколько минут после того, как потерявшая сознание Гермиона остается в кабинете одна, дверь отворяется. В проеме появляется сначала голова с черными сальными волосами, а потом и сам Северус Снегг. С тяжелым вздохом он поднимает на руки тело своей ученицы и выносит его прочь из «пыточной». Спустя несколько минут Гермиона лежит на том же персиковом покрывале в спальне Драко Малфоя, на котором она отлеживалась после принятия метки. Профессор достает волшебную палочку и произносит несколько заклинаний, облегчая состояние Грейнджер, последним он приводит ее в чувство. Гермиона резко открывает глаза и тяжело дышит. Взгляд метается по комнате. Грейнджер не понимает, как оказалась здесь. ‒ Я принес вас сюда, ‒ произносит профессор Снегг, обращая на себя внимание. ‒ Вы? Зачем? ‒ Вы должны прийти в себя после наказания и вернуться в «Нору». ‒ Зачем вы мне помогаете? ‒ Гермионе лучше после заклятий Снегга, поэтому она относительно легко садится на кровати и свешивает ноги. ‒ Догадайтесь сами, мисс Грейнджер, или вас зря считали лучшей ученицей Хогвартса за последние годы? ‒ Я вам не доверяю, ‒ честно отвечает Гермиона. ‒ А зря. Сейчас я и мисс Паркинсон — единственные, кто знает о вас всю правду, а значит, единственные, кому вы точно можете доверять, раз до сих пор живы. Это звучит логично, но Гермиона отказывается верить. В голове всплывает высказанная самим Снеггом версия о том, что Дамблдор просил убить его. Где здесь правда? ‒ Вы слишком доверчивы там, где нужно проявить осторожность, и совершенно недоверчивы, когда все факты говорят вам правду, ‒ недовольно бросает профессор Снегг. ‒ Однако, это ваше личное дело. Он разворачивается и уходит из комнаты. Гермиона задумчиво смотрит ему вслед. Что все-таки скрывает этот загадочный человек?