Северная башня.

Осень тянулась бесконечными нудными дождями, от которых все казалось серым и невзрачным. Гермиона пребывала в хорошем расположении духа, училась, как и раньше, но и она скучала по солнцу, поэтому, когда небо, наконец, немного расчистилось, она вышла к берегу Черного озера, захватив с собой учебник по трансфигурации. Гарри и Рон ушли на тренировку по квиддичу, а у Джинни была отработка у профессора Снегга за какую-то надуманную провинность. Ветерок дул прохладный, Гермиона зябко ежилась, несмотря на толстый свитер, связанный миссис Уизли. Но зато сквозь дыры в облаках пробивались лоскуты голубого неба и лучи закатного солнца, ради этого стоило немного померзнуть. ‒ Ты вообще с учебниками расстаешься или они вросли в тебя? ‒ услышала Гермиона знакомый голос. Можно было даже не поднимать взгляда от книги, чтобы понять, кто идет к ней от замка по склону лужайки. ‒ Какая разница? ‒ прозвучало немного раздраженно, ну и пусть. ‒ Книжный червяк просто, а не староста Гриффиндора, ‒ Гермиона с удивлением услышала улыбку в голосе Драко Малфоя и подняла голову. Он подошел совсем близко и теперь возвышался над ней. Заходящее солнце оказалось прямо за головой Драко, поливая неестественно светлые волосы жидким золотом. Гермиона невольно залюбовалась этим зрелищем. ‒ А ты чего выполз из своих любимых подземелий? ‒ в тон ему ответила староста Гриффиндора. ‒ Решил на солнышке погреться, наверно, последний раз в этом году, ‒ как ни странно, без насмешки ответил Малфой и сел на сильно изогнутый ствол ивы рядом с Гермионой. Они еще никогда не сидели настолько рядом, даже соприкасаясь бедрами. Это казалось непривычным, но вовсе не опасным. Иррациональная вражда прошлых лет как-то незаметно канула в прошлое. Друзьями эти двое, конечно, не стали, но подобное соседство больше не дышало опасностью, что они вцепятся друг другу в глотки. Некоторое время молчали. Причем Гермиона так и не вернулась к чтению учебника по трансфигурации, она смотрела на игры последних на сегодня красных лучей на водной глади Черного озера. ‒ Ты больше не приходишь на Северную башню, ‒ констатировал Малфой. ‒ У тебя все наладилось. ‒ А ты туда приходишь? ‒ Гермиона оторвала взгляд от воды и в упор посмотрела на Драко. Она хотела встретиться с ним глазами, но он смотрел на темную громаду замка, возвышающуюся над ними. ‒ Иногда бывает, ‒ наконец, ответил Малфой, когда Грейнджер уже перестала надеяться получить ответ. А потом последовало объяснение: ‒ Бессонница. ‒ Может, тебе сходить к Помфри и взять какое-нибудь несильное снотворное, ‒ без капли насмешки предложила Гермиона. Драко лишь невесело хохотнул. ‒ Мне уже не помогает даже сильное, ‒ ответил он. В тот момент Малфой был откровенен, и Грейнджер боялась разрушить этот хрупкий момент взаимопонимания. ‒ Что тебя так тревожит? Может, есть способ помочь? ‒ Нет, нет никакого способа, ‒ Малфой, наконец, повернулся к собеседнице. Уставшие серые глаза встретились с взволнованными карими. Наверно, с минуту они смотрели друг на друга. Гермиона первая отвела взгляд. ‒ Почему ты готова помочь мне? ‒ задал давно мучивший его вопрос Драко. ‒ Потому что тебе нужна помощь, ‒ просто ответила та. ‒ Я не хочу быть врагом кому-то. ‒ Откуда в тебе уверенность, что помогая мне, ты не навредишь другим? ‒ Во мне нет такой уверенности, но я постараюсь, чтоб так оно и было. Малфой снова невесело хохотнул, как будто она сморозила глупость. ‒ Никогда не думал, что в ком-то в этом мире еще есть такая наивность, причем искренняя и добрая, а не глупая, ‒ произнес Драко, не отрывая глаз от неба. Гермиона удивленно посмотрела на него. Впервые она слышала от Малфоя не оскорбление, а почти комплимент. Это было очень странно. ‒ Почему ты думаешь, что я наивна? ‒ Потому что идет война и невозможно помогать одной стороне, не вредя другой, ‒ ответил Драко. Он повернулся к Гермионе и долго смотрел на нее, ища что-то в глубине ее глаз, как будто там было что-то написано, то, что открывало тайны ее души. ‒ Это так глупо, ведь никто не хочет войны, ‒ ответила Грейнджер, уже не особенно задумываясь о смысле своих слов. Она не могла оторвать взгляда от светло-серых глаз Малфоя, как будто он ее гипнотизировал. Мгновение, и они поцеловались. Нельзя сказать, кто первым качнулся в сторону другого, это было обоюдным желанием. Просто, так сложилось. Теплые губы, горячее дыхание. Малфой почувствовал легкий запах духов, напоминающий что-то цитрусовое. У слизеринок из богатых семей парфюм был изысканней, но в его сознании даже этот незамысловатый аромат ассоциировался с наивностью и чистотой. Когда слово «чистота» стало относиться к грязнокровке, Малфой не знал, но теперь это определенно было так. А Гермиона сама не сразу поняла, что произошло. Но когда спустя пару мгновений пришло осознание, она не отстранилась. В голове всплыли слова Джинни о том, что она думала, будто Грейнджер влюбилась. Влюбилась в Малфоя? Бред, просто бред! Но и он казался вполне реальным, когда ее губы чувствовали настойчивый поцелуй Драко Малфоя с привкусом миндаля. Когда оба отстранились, наступила тишина. Даже холодный ветер словно затих от удивления. Драко молча поднялся и зашагал к замку. Случилось то, что и должно было случиться. Эти двое больше не были врагами, да и ни у одного из них не поднялась бы палочка на другого.