Северная башня.

Гермиона лежит на большой кровати, уткнувшись лицом в покрывало персикового цвета. Со стен пестрят яркими красками пейзажи Италии, роскошной природы гор и сапфирового моря, но для Грейнджер они просто пятна каких-то цветов, не больше. Дыхание уже выровнялось, слезы кончились. Гермиона просто лежит, в голове пусто, так проще. Она чувствует себя совершенно опустошенной, раздавленной, поэтому предпочитает не думать ни о чем вообще. Дверь открывается почти бесшумно, но Грейнджер сразу чувствует присутствие другого человека. Она не шевелится, ей все равно. Пусть ее убьют сейчас или начнут пытать, это не имеет никакого значения. ‒ Не притворяйтесь спящей, мисс Грейнджер, я знаю, что вы не спите. ‒ Прорезает вязкую тишину гостевой спальни голос Северуса Снегга. ‒ Что вам нужно? ‒ невежливо спрашивает Гермиона, по-прежнему не шевелясь. ‒ Возьмите себя в руки. ‒ Интонации профессора сразу становятся жесткими. Так он разговаривает с нерадивыми учениками на занятиях в Хогвартсе. ‒ Со мной все в порядке, ‒ без всякого выражения отвечает Гермиона. ‒ Тогда посмотрите на меня и послушайте. ‒ Профессор Снегг опускается в кресло, Грейнджер чувствует на себе прямой холодный взгляд его черных глаз. Гермиона усилием воли заставляет себя сесть и посмотреть на преподавателя. Она не знает, верит ему или нет, но пока это единственный человек в этом месте, от которого она знает, что ожидать. ‒ Я вас слушаю, профессор. ‒ Я говорил с Темным Лордом о вас, ‒ произносит Снегг, продолжая буравить собеседницу пристальным взглядом. Он ждет хотя бы проблеск интереса на лице Гермионы, но его нет. Она просто смотрит на профессора без какого-либо выражения на лице, как будто ничто вокруг не способно ее заинтересовать. ‒ Я предложил ему отправить вас в Хогвартс под мое личное наблюдение. Мы уверены, что те ученики, которые вернутся, бывшие члены Отряда Дамблдора, попытаются организовать сопротивление, поэтому вы сможете быть полезным шпионом в ученической среде, как Пожирательница Смерти, учащаяся не на Слизерине. Гермиона молчит пару минут, так что профессор Снегг уже не верит в получение какого-либо отклика. Но он все же следует. ‒ Вы же понимаете, профессор, что я не буду сдавать ребят, что я буду помогать им. ‒ Вы уже напомогались! ‒ неожиданно зло выплевывает невозмутимый до этого Снегг. ‒ Вы помогали Поттеру и Уизли, и теперь они одни, без вашей помощи, что совсем не повышает их шансы на успех, чем бы они там ни занимались, вы помогали Малфою-младшему, и после этой помощи его обратно в темницу Долохов тащил на руках. Вы хотите помочь ученикам школы? Они останутся в живых после этого? Гермиона съеживается под градом его слов, как будто он бьет ее кнутом. Профессор Снегг прав, она это понимает. Чувство вины, и так огромное, растет до циклопических размеров, готовое разорвать изнутри и пожрать остатки. Несколько минут висит неприятное липкое молчание. Гермиона медленно истязает себя, потому что самую изощренную пытку можем создать себе только мы сами, своими же собственными мыслями. Профессор Снегг тяжело дышит. Вспышка гнева прошла так же внезапно, как и возникла, но теперь необходимо взять себя в руки. Наконец, новый директор Хогвартса снова открывает рот. ‒ По приказу Темного Лорда в школу вместе со мной отправляются Амикус и Алекто Керроу. Я думаю, вы уже знаете, что это за парочка. Они будут отвечать за дисциплину, идеологически подправлять школьную программу и следить за лояльностью преподавательского состава. Я буду всеми силами сдерживать их агрессию против детей, особенно тех, кто имеет мало представлений об этой войне. Я предлагаю вам шпионить в школе не на них, а на меня, чтобы мы вместе могли предотвратить безрассудные попытки бунта, особенно со стороны ваших друзей из Отряда Дамблдора. Мне не нужны жертвы. Школа изменится, учебный процесс изменится, но я сделаю все, чтобы предотвратить смерти и увечья среди студентов. Вы готовы мне помочь? ‒ А вы останетесь в живых после моей помощи, профессор? ‒ голос Гермионы сочится ядом. ‒ Постараюсь, мисс Грейнджер, очень постараюсь! ‒ Тогда у меня нет выбора. Если Темный Лорд хочет, чтобы я отправилась в школу, значит, мне придется это сделать, а вы теперь директор, если вы захотите заставить меня, то заставите. ‒ Я не планирую заставлять вас, мисс Грейнджер, я хочу сотрудничать. ‒ Сотрудничать? С вами? Вы убили профессора Дамблдора! ‒ Да, убил. А Темный Лорд убил множество людей, но с ним вы, однако, сотрудничаете. ‒ Вы знаете, что я вынуждена это делать. ‒ Да, вы «защищаете» мистера Малфоя, одного человека, а со мной не готовы сотрудничать даже для защиты многих людей! ‒ У меня все равно нет выбора. ‒ Гермиона внезапно окончательно теряет интерес к происходящему. ‒ Я буду сотрудничать с вами, профессор, иначе меня раздавит между вами и Керроу. Вас я хотя бы знаю. ‒ Знаете? Вот уж не думаю. Однако я рад слышать, что мы пришли к соглашению. Вы отправитесь в Хогвартс завтра, каминной сетью, ‒ с этими словами Снегг покидает спальню, дверь за ним тихо затворяется. Проходит минут двадцать, прежде чем она открывается снова. Гермиона все еще сидит, уставившись на изображение южноитальянского побережья на стене. На пороге стоит Пэнси Паркинсон. Боковым зрением Грейнджер видит, что ее гостья бледна, под глазами залегли тени. Видимо, она уже знает о случившемся с Драко по вине Гермионы. Какое-то время царит тишина, потом Пэнси входит в комнату и закрывает за собой дверь. ‒ С Драко все будет хорошо, если тебе интересно знать, ‒ сообщает она. ‒ Темный Лорд позволил Нарциссе пятиминутное свидание с сыном. Он перенес слишком много пыток и плох, но Драко борется. Главное, не подвергать его опасности, хотя бы ближайший месяц, дать отлежаться. ‒ Я буду послушной. Мне не разрешили вернуться к Гарри и Рону, отправляют в школу под надзор Снегга. ‒ Так спокойнее, ‒ облегченно отвечает Пэнси. ‒ Если что, мы не дадим тебя в обиду. ‒ Кто это мы? ‒ не понимает Гермиона. ‒ Я, Грег с Винсом, Блейз, Милли, ‒ перечисляет Паркинсон. ‒ Мы все друзья Драко, и мы оценили твою жертву. Но так же, ‒ голос Пэнси становится строгим и сухим, ‒ мы заинтересованы в том, чтобы ты слушалась приказов и не подвергала опасности Драко. ‒ Я понимаю, Пэнси, я больше не подведу его, я буду послушной, ‒ кивает Гермиона. Пэнси делает шаг вперед, словно хочет подойти и обнять Гермиону, но потом она передумывает и уходит. На пороге снова останавливается и говорит: ‒ В этой комнате всегда жил Блейз, когда гостил в поместье, поэтому на стенах виды Италии, ведь его отец оттуда. Гермиона кивает, она не знает, зачем ей эта информация. Пэнси уходит.